Так нежна сирень 53

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Люди Икс: Первый класс, Исторические события, Люди Икс, Люди Икс: Дни минувшего будущего, Люди Икс: Апокалипсис (кроссовер)

Пэйринг и персонажи:
Макс Айзенхардт/Игорь Лунгин (ОМП), Гражданская война в России, Октябрьская революция
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Драма, Фантастика, Детектив, Даркфик, Ужасы, AU, Исторические эпохи, Любовь/Ненависть
Предупреждения:
Насилие, Нецензурная лексика, Мужская беременность, Смерть второстепенного персонажа
Размер:
планируется Миди, написано 3 страницы, 1 часть
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
1916 год. Россия в преддверии революции. Офицер Лунгин знакомится с кровожадным террористом-большевиком, у которого есть уникальный дар: он может управлять металлом. А это значит, что он может повернуть ход любой войны на своё усмотрение...

Посвящение:
Айту.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Метки:
Примечания автора:
Игорь: https://b.radikal.ru/b43/1905/f8/7f6b51d5352d.jpg
Макс: https://c.radikal.ru/c20/1905/ad/130c38c249eb.png

Часть 1

13 мая 2019, 10:14
Тополя тихо шумели в саду, спрятанном под восточной полупрозрачной накидкой глубокой октябрьской ночи. Где-то в отдалении, на севере, горел одинокий огонёк. Призрачные тени, отбрасываемые от деревьев, плясали по земле, заползали на стены дома, заглядывали в оконные стёкла, за которыми была бархатистая тьма. Лунгин вспоминал, как недавно яблоки опадали в этом саду, и под этот кроткий стук было приятно читать книгу и думать, думать, думать… В сущности, это всё было сентиментальными глупостями, но этот сад, окутанный тайной надвигающейся осени, тогда пленил своей прохладой, своими дивными синими вечерами. Лунгин всей душой ощущал тогда своё единение с природой, словно кто-то невидимый и мудрый погрузил его в какие-то неведомые тайны. Быть может, даже в тайны самого мироздания… Но то было на исходе лета. Теперь всем здесь владела осень. Звонче становились рассветы, воздух — холоднее. Лунгин прошёлся по узкой дорожке, ведущей от дома к воротам, и замер возле одного из тополей. Прислонившись к нему, Игорь погладил шершавый ствол. Губы тронула лёгкая улыбка, когда он вспомнил, как будучи мальчишкой, сочинял стихи прямо под этим тополем. Он попытался вспомнить строки, но ничего не получилось. Неужто сердце зачерствело? Тихо скрипнули сапоги, на дорожке сада мелькнула тень. Лунгин обернулся и увидел своего родного брата Виктора. Он ждал здесь именно его, поэтому не удивился. Удивление было вызвано лишь некоторой конспирацией. Зачем Витюше понадобилось встречаться именно здесь? — Ты напоминаешь призрака, — ласково поглаживая ствол дерева ладонями, тихо произнёс Игорь заместо приветствия. — Прости, что написал загадками, но я не мог допустить, чтобы о нашей встрече узнали те, кому не положено, — Виктор тоже ответил шёпотом, мгновенно заразившись настроением загадочности. — Пройдём в дом? — предложил Игорь, с лёгкой грустью замечая синяки под глазами брата и нездоровую бледность. Виктор слишком много сил и времени тратил на истребление революционеров и разоблачение подпольных террористических организаций. Но в этом была суть его существования, поэтому Игорю не оставалось ничего, кроме как мысленно вздыхать и причитать. — Я не один. — А с кем же? — Лунгин попытался разглядеть кого-нибудь за воротами, но, кроме осины, раскинувшей ветви с пожелтевшими листьями, не сумел увидеть ровным счётом ничего. — Один из заговорщиков, — в странном возбуждении произнёс Виктор и тут же добавил, заметив, как изменился в лице брат, — он без сознания. Я не мог доставить его куда-нибудь в другое место, потому что за мной неустанно следят. А об этом доме никто не должен знать… — Ты собрался допрашивать его здесь? — подойдя к Виктору, Игорь внимательно всмотрелся в бледное лицо, на которое падала тень ночи. Он не мог увидеть детали, но знал, что зелёные глаза брата горят фанатичным огнём. — Да, как только он придёт в себя, — Виктор потёр замёрзшие ладони, — поэтому, миленький, просто сделай всё то, о чём я тебя попрошу. Хорошо? Отвори дверь в дом, отведи ему какую-нибудь дальнюю комнату, но света не зажигай. Я вытащу его из коляски, и затащу внутрь. Будем ждать его пробуждения. Это чёртов степной волк, опаснейший террорист! Но он обезоружен, поэтому руки у нас развязаны… Всё-всё, ничего боле не спрашивай, а выполни мою просьбу! Резко развернувшись, Виктор поспешил к воротам. Игорь был встревожен происходящим, но было не лучшее время для уточнений и вопросов. Пройдя к дому, он отворил входную дверь, затем прошёл к дальней комнате и заглянул в неё: старые фотокарточки на стенах заливал лунный свет, от него мебель, казалось, горела серебристым бликом. Послышался торопливый топот, сперва в саду, затем в доме. Через несколько мгновений Виктор затащил в комнату террориста и уложил на кровать. Лунгин находился в таком странном душевном состоянии, что даже не взглянул на гостя. Просто вышел, позволив Виктору хозяйничать самому. Следующее утро выдалось по-октябрьски ясным. Спальня Игоря была залита солнечным светом. Лунгин проснулся в чудном расположении духа, но стоило вспомнить о вчерашнем событии, как внутри заскребли кошки. Второпях одевшись, он влетел в комнату, где находился их гость. Виктор сидел за рабочим столом и сурово глядел на пленника. Видимо, Игорь ворвался не вовремя, во время очень важной беседы. Террористом оказался потрёпанный, по-холодном красивый мужчина: большой прямой нос, крупные хищные зубы, светло-зелёные глаза, рыжая борода. Он скалился в безразлично-презрительной улыбке. Только при внимательном рассмотрении Лунгин увидел, что мужчина ранен в ногу. — Посиди с ним, братец. Я ненадолго, — закрыв тетрадь, куда записывал их разговор, Виктор сунул её подмышку и покинул комнату. — Вы ранены? Вам нужна помощь? — холодно поинтересовался Лунгин, скрещивая на груди руки. Статное тело революционера было облачено в облегающую бежевую пижаму. Он лежал в совершенно расслабленной позе, но Игорь-то знал, что за этим кроется сильнейшее напряжение. — Да, но пули там уже нет. Я её достал, — равнодушно ответил мужчина, не моргая и продолжая скалиться. Это выглядело жутковато. — Тем лучше. Надеюсь, и рану обработали? Не хотелось бы вызывать врача. — Не делайте вид, что печётесь о моём здоровье. — Хорошо-с. Так вы, стало быть, товарищ террорист? — Меня так называют, а им, наверное, виднее. Я убил около двадцати царских офицеров и организовал пять удачных террористических актов. Думайте сами, террорист я или нет, — казалось, в этом человеке не было души. Он совершенно не менялся в лице, а глаза оставались ледяными, попросту обжигающими! — Надеюсь, вас отдадут на казнь, — ухмыльнувшись, отчеканил Игорь, и его светло-серые покрыла поволока отвращения. — Надейтесь. Этого всё равно не случится. А лишать вас надежды мне не хочется. — Отчего же? — А что у вас, беложопых мразей, останется, кроме надежды? Да ничего. Лунгин ощущал душевный жар. Уверенность в своих словах и бесконечная дерзость этого «красного» просто вгоняла Игоря в бешенство! Он сделал два шага к столу, невольно желая оказаться подальше от этого человека. В это мгновение пленник медленно принял сидячее положение. Лунгин быстро огляделся: револьвер лежал на столе. — Не торопитесь так, — насмешливо произнёс террорист, взмахнул рукой, и оружие взлетело в воздух, а уже через миг оказалось в его руке. Магия?! Волшебство?! Лунгин опешил и потёр глаза, не в состоянии поверить в увиденное. Рывком поднявшись на ноги, террорист прицелился в Лунгина, заставляя того нервно сглотнуть: — Я ухожу. Никто ещё не положил на лопатки Макса Айзенхардта. Движение у двери, и в комнату вернулся Виктор. Террорист глумливо рассмеялся, взмахнул второй рукой, и револьвер Вити тоже пролетел по воздуху, заканчивая путь в ладони Макса. — Что за чёрт?! — закричал Виктор, опешив от увиденного. В следующее мгновение раздалось два синхронных выстрела. Оба брата повалились на пол. Наступила тяжёлая, как арабская ночь, тьма.