Не все решает пророчество

Записка перенесла Гликерию какую-то комнату, девушка попыталась зажечь люмос, но попытки были провальными. На ощупь она стала исследовать комнату, шкаф, небольшой письменный стол, дверь похоже в ванную комнату и наконец кровать, резная, с драконами, змеями, что-то знакомое. На ней кто-то был, дыхание… спали, ну а что еще делать в кровати ночью… девушка как можно бесшумно продвигалась к изголовью кровати, пока не наткнулась на тумбочку и шикнула, больно ударившись об нее. Незнакомец, а это был именно кто-то мужского пола, слегка завозился в кровати, что-то бурча, голос и интонация заставили Керри застыть… не может быть… она пошарила по тумбочке и наткнулась на небольшую масляную лампу, рядом лежало огниво… а говорили, что аристократы не марают своих рук… девушка зажгла лампу и, сделав маленький огонек, освятила изголовье. На кровати спал Драко Малфой. Лицо, дышащее спокойствием и умиротворенностью, повернуто в сторону Керри, глаза закрыты, волосы слегка растрепались, одна рука расслабленно лежала над головой, а другая… У девушки перехватило дыхание, вторая рука лежала на простыни, которая едва прикрывала его подтянутый живот, его торс был полностью обнажен и выделялся на черных шелковых простынях… он был красив, как Амур… она же как Психея наслаждается тем, что вряд ли сможет когда-нибудь увидеть… Керри хочется коснуться его, огладить крепкие руки, грудь, живот… прижаться к нему, вдохнуть его запах… он восхитителен… мальчик, которого она знала с детства, с которым ее заставляли общаться, становился мужчиной… в нем уже мало осталось от того угловатого мальчишки… его красота… девушка одернула свою руку резко, что капелька горячего масла оказалась на груди у Драко. Он зашипел и приоткрыл глаза, Керри замерла. POV Драко Малфой Я проснулся от боли. Слегка приоткрыв глаза, я увидел ее, ту, которая уже сниться мне несколько недель подряд. Опять она стоит с лампой и молчит, пламя лампы отражается в ее печальных глазах, на ней тонкая почти прозрачная вуаль, которая очерчивает все изгибы ее безупречной фигуры, но сегодня что-то новенькое, в ее глазах мелькает страх, на теле темный халат гербом моего факультета. ‘Опять ты мне снишься, зачем?’ – сонно спросил я. Опять молчание, а в глазах изумление. ‘Ты же мне снишься, я ведь сплю, ты не можешь находится у меня в комнате,’ – говорил я, привставая на кровати и садясь в ее изголовье. Она следила за моими движениями, в глазах мелькало пламя. ‘Ты приходишь ко мне каждую ночь и молчишь, зачем, зачем ты это делаешь, – спросил я, устало прикрывая глаза. – Я спрашиваю тебя, зачем ты меня мучаешь, я не могу больше, я хочу тебя видеть, но не могу… уходи пожалуйста, оставь меня…’ Я спрятал лицо в ладонях, надеясь, что сейчас проснусь как обычно, но… Тишина и темнота… она поставила потушенную лампу на тумбочку и забралась на кровать. Как я не пытался рассмотреть что-то в темноте, у меня не вышло… палочка… я засунул руку под подушку и извлек палочку: ‘ЛЮМОС’ На кончике палочки появился огонек маленький, но огонек. Я почувствовал тяжесть на своих бедрах и приблизил палочку к своему лицу… Керри сидела на моих бедрах и рассматривала меня, ее глаза при свете палочки были как два лазурита. У меня перехватило дыхание, она коснулась моего торса, погладила его, слегка коснулась соска, меня начало охватывать возбуждение… Я потянулся к ее губам, она потянулась на встречу, развязывая пояс у халата и скидывая его, на ней была та самая вуаль… несколько миллиметров, ее сбившееся дыхание опаляет мне губы, распаляя меня еще больше, она слегка ерзает на бедрах… Я кладу руки ей на бедра, слегка оглаживаю их и попу, от чего она прикрывает глаза и прикусывает нижнюю губу, руки поднимаются вверх, оглаживают талию, плоский животик, одна рука остается на талии, другая поднимается еще выше и оглаживает спину, шею и зарывается в слегка влажноватые светлые с темными подпалинами волосы, шепчу ей: ‘Если это сон, то я не хочу, чтобы он кончался, моя сладкая’ и накрываю ее губы. Мой язык хозяйничает у нее во рту, дразня ее. Ее руки блуждают по моей спине, груди, плечам, она слегка царапает меня, это еще больше возбуждает меня, перехожу на шею, она откидывает голову назад, давая мне доступ к ее нежной лебединой шейке. Чередуя укусы и поцелуи, я слегка сжал ее грудь и стал перекатывать ее набухший сосок между пальцами, ее гортанные стоны сводили меня с ума, мой член стоял как каменный и изнывал от ее прикосновений , я хотел освободить ее от этой проклятой вуали, когда услышал шаги. Керри вздрогнула и замерла. Она успела соскочить и накинуть халат, как я схватил ее за руку: ‘Не уходи, это ведь сон, останься’ Керри вырвала руку и тихо проговорила: ‘Это не сон’ и выбежала за дверь. Я остался сидеть, взбудораженный и возбужденный, пытающийся понять ее слова. Ко мне в комнату заглядывает отец: ‘Драко, у тебя все хорошо?’ Я попытался принять непринужденную позу: ‘Да отец, можно спросить?’ Отец окинул меня задумчивым взглядом и кивнул. ‘Отец, когда ты шел к моей комнате, из нее никто не выходил?’ – спросил я как можно спокойнее и следя за его реакцией, а то отправит еще в Св. Мунго подлечится. Тот отрицательно покачал головой: ‘Нет, сын, а должен был?’ Я пожал плечами и, пожелав ему спокойной ночи, перевернулся на бок. Отец закрыл дверь и ушел по направлению к своему кабинету. Я же пытался осмыслить, что же со мной произошло, от этих размышлений я не заметил как уснул. Конец POV Драко Малфой Тем временем Люциус Малфой шел к своему кабинету, там его ждали. Подойдя к двери, он оглянулся и постучал. Только после этого мужчина зашел к себе и закрыл дверь на замок. Повернувшись, он увидел как на него была направлена палочка и злой взгляд лазурных глаз. Гликерия была зла, очень зла. ‘Мистер Малфой, объяснения немедленно,’ – ее голос был холоден как сталь. Люциус, словно не замечая направленной на него палочки, сел в свое кресло и обычным акцио призвал два бокала и бутылку вина. Керри приподняла бровь. Мистер Малфой открыл бутылку и разлил вино по бокалам. Один он взял сам, другой протянул девушке: ‘Присаживайтесь, леди ЛевЕнти, нам необходимо поговорить’.