Не все решает пророчество

POV Драко Малфой Во время битвы в Отделе Тайн. Хогвартс Оооо… моя голова, я понимаю, что нужно было достоверно, но не до такой же степени… Я встал, покачиваясь, остальные еще не пришли в себя, нужно уходить, нужно найти кого-нибудь, сказать… Я спустился в покои Снейпа, его там не было, дверь открыта, осторожно пройдя в комнату, я окликнул: ‘Профессор Снейп, профессор ОкЕано, вы здесь?’ Ответом мне было молчание. Камин полыхнул зеленым и из него послышался голос моей матери: ‘Северус, они схватили его, Северус… Драко… что ты делаешь тут?’ ‘Я искал крестного или его…, мама, что произошло? Где все и… папа?’ Мама молчала и слегка всхлипнула, я рванул к ней через камин и оказался в ее объятиях. Ее красные от слез глаза смотрели на меня. Мое сердце замерло. ‘Мама, что случилось?’ – спросил я, стараясь не выдать нервозность. ‘Дорогой, отец получил задание и не выполнил его, его схватили и…,’ – мама расплакалась. Я обнял ее и попытался успокоить: ‘Главное, что он жив, он выберится, он сможет’ Она подняла на меня свое заплаканное лицо и слегка улыбнулась и покачала головой: ‘Милый, ты не понимаешь, его ждет наказание похуже, чем Азкабан’. ‘Какое?’ – спросил я. Мама собралась ответить, но сигнальные чары взревели. Она дернулась и вынула из-за пазухи конверт. ‘Это просил передать твой отец, беги милый, возвращайся в школу, все будет хорошо,’ – мягко сказала мама, палочкой наводя на себя лоски красоту. Сигнальные чары опять зазвенели и появился домовой эльф: ‘Хозяйка, там ваша сестра, приказывает пустить ее и остальных’. Мама холодно посмотрела на эльфа и сквозь зубы произнесла: ‘Проведи их в столовую, я сейчас буду и никому не слова, что мой сын был здесь’ Эльф закивал так, что казалось его голова отвалится. Он исчез и мама развернулась ко мне: ‘Уходи скорее, возвращайся' Я шагнул обратно в камин, сжимая в руке письмо. ‘'Что же произошло? – подумал я, уходя из комнаты крёстного, - и что это за письмо, которое тщательно оберегала мама? И что с Керри? Где она сейчас?’ До своей комнаты я дошел как в тумане, все подземелья словно вымерли, тишина… Проскользнув в комнату, я заперся, словно опасаясь, что кто-то ворвется ко мне. Успокоившись, я сел на кровать, Пирр, спавший на ней, сонно поднял голову, огляделся и опять свернулся клубочком, спрятав свой нос в хвосты. В руках еще находилось письмо отца, которое разжигало интерес, но при этом пугало. Собрав волю в кулак, я разорвал конверт и вынул пергамент. Почерк отца я узнаю из тысячи. ‘Драко, надеюсь, что все получится как я задумал и ты не увидишь это письмо, но если нет, тогда слушай меня внимательно. То задание было связано с пророчеством о нашем Господине. Я говорю нашем, потому что тебе тоже придется ему служить. О как бы я не хотел, чтобы это коснулось тебя, моего единственного сына и наследника, но увы, за ошибки прошлого нужно платить и цена бывает слишком высока. Если я не справлюсь, то тебе придется вступить в игру и принять метку,’ – при слове метка, меня передернуло и я схватился за левое предплечье. Я не хотел этого, не хотел поганить свое тело и свою душу этим клеймом, я продолжил: ‘Я не знаю, что он предпримет, на какое задание тебя пошлет или… не хочу думать об этом… Сын, крепись, ты должен быть сильным, ведь этого он и будет ждать, через тебя и маму унизить меня, растоптать за поражение. Тебе есть что защищать и кого. Гликерия… она отличная пара для тебя, она примет тебя и поймет, у нее большое сердце и она любит тебя, сын. Береги ее и не отдавай никому. Единственное, что она не выдержит это предательство. Последнее, остерегайся Лорда, она нужна ему… и он уничтожит любое препятствие на своем пути. Будь осторожен, сын. Я люблю тебя’. Я невидящим взглядом смотрел на письмо. Я не знал, что делать. Теперь у меня все сошлось, эти ее сны-кошмары, попытки оставить все как есть, не сближаться… Но она приняла кольцо… она почти моя… и любит меня… но почему она не сказала мне сразу?! Я бы… ‘Ты бы сбежал,’ – сказал голос у меня в голове. Я вскочил и стал оглядываться. В комнате никого, кроме меня и Пирра. Тот сладко потянулся и сел, помахивая хвостами. ‘Нет, не сбежал,’ – ответил я и замер. Лис ухмыльнулся и ответил: ‘Ну да, конечно, ты в прошлый раз сбежал из-за клыков. Ну а тут совсем другое дело, подумаешь, лишишься жизни, это же не так страшно как клыки’. Я осел на пол и стал отползать. Пирр удивленно приподнял бровь: ‘Ты че боишься, что ли?’ Я отрицательно помотал головой и встал, но подальше от кровати. Лис оглядел меня и засмеялся. А вот это совершенно выбило меня из колеи. ‘Ты говоришь?’ – спросил я. Он перестал смеяться и посмотрел на меня: ‘Слушай, парень, я думал, ты умнее, конечно, я говорю. Я все таки демон-кицунэ’. ‘А почему раньше молчал?’ – изумленно спросил я. Лис закатил глаза и проговорил: ‘А кто тебе сказал, что я раньше молчал, просто Керри меня попросила не привлекать внимание’ ‘А сейчас почему…?’ – произнес я, подходя к кровати. Он проследил за моими действиями и ответил: ‘Потому что не могу слушать, как ты не зная ситуации судишь. Вспомни, как все было тогда с ее преображением. А сейчас она просто испугалась, что ситуация повториться. Твой отец же ясно сказал, что она не выдержит предательство. Один раз ты почти отказался от нее, а сейчас на кону стоит твоя жизнь и твоей семьи.’ ‘Но если она знала об этом, тогда почему не отказала мне?’ – уставился я на него. Пирр хлопнул себя лапой по лбу: ‘Может это все потому, что она тебя любит и хочет быть рядом с тобой? Может потому, что устала быть сильной и храброй, а хочет побыть любимой и беззащитной? Может потому, что ты ее не отпускаешь и даже когда вы расстались, ты грезил о ней во снах… ой… кажется я проболтался… Керри меня убьет’ Я не мог поверить своим ушам… Я вспомнил свои сны с ней, особенно тот в котором мы чуть… так это был не сон… реальность… я тогда решил ее не отпускать… остаться с ней… а сейчас… сейчас я растерян и взволнован… моя девочка нужна этому безносому ублюдку… я не отдам ее… я жизнь свою отдам за нее... она часть моей семьи… она уже моя семья… я люблю ее… ‘Драко, очнись, земля вызывает Драко, - сказал Пирр и помахал перед моим лицом хвостом, - ты чего застыл?’ Я дернулся и посмотрел на него и погладил по голове: ‘Ничего, просто я принял решение, я буду стоять за нее до конца’ ‘Ну я в тебе и не сомневался… почти не сомневался,’ – сказал Пирр и навострил уши. В коридоре послышался шум, я снял запирающее заклинание и притворился спящим, лис спрятался под кроватью. Кто-то подошел к моей комнате, потоптался у двери и пошел дальше. Я не проронил ни звука, как говорил Пирр, не стоит привлекать внимание, тем более завтра должен быть прощальный ужин и начало каникул. Про себя я решил переговорить с Керри обо всем завтра после ужина, после этих мыслей я благополучно заснул. Глухой удар разбудил меня рано утром. Я сонно поднялся и протер глаза. Вызвав Темпус, я широко распахнул глаза. Я проспал. Стук повторился. Быстро привел себя в порядок, я открыл дверь. На пороге стояла Панси с Забини. Я облегченно вздохнул и пустил их в комнату. Вид у них был не ахти. Я догадывался почему. Панси села в свободное кресло, я остался стоять, прислонившись спиной к стене, краем глаза я увидел лисью мордочку, торчащую из-под кровати. Забини присел на кровать. Мы молчали. Ребята переглядывались между собой, как будто не зная с чего начать. Я вздохнул и скрестил руки на груди: ‘Ребят, не хочу показаться невежливым, но если вы пришли ко мне просто молчать, то прошу покинуть комнату. Мне еще вещи собирать и на пир успеть’. ‘Так не будет никакого пира, ты не знаешь?’ – сказал Блейз, смотря на меня, как будто изучая мою реакцию. Панси продолжила за него: ‘Сегодня ночью авроры задержали Пожирателей Смерти в Отделе Тайн. Как ни странно вместе с ними обнаружили наших однокурсников, тех самых, которые сбежали от нас, кстати твоя бывшая хорошо тебя помяла, но мы не об этом. Почти все вернулись в Хог и находятся в Больничном Крыле…’ Я перебил ее: ‘Почти… а кого нет?’ Только аристократическое воспитание не дало мне отразить страх, что были жертвы и среди них Гликерия. ‘Ну среди Пожирателей сильно пострадал отец Теодора, ну и остальные по мелочи. Всех кроме него отправили в Азкабан, мне жаль, Драко,’ – печально сказала она и попыталась приблизится ко мне, но я остановил ее: ‘Спасибо, я ценю твою заботу, а у этих?’ Забини улыбнулся, но улыбка больше напомнила оскал: ‘Оооо… там почти все пострадали, кто от режущих, кто от проклятий, грязнокровка вообще в отрубе была, я лично видел, а предатель крови вообще умом тронулся кажись. Единственное кого я не видел, это ЛевЕнти, брат ее бешеный какой-то, ты бы видел…’ Я не вслушивался в болтовню Забини, в ушах стояли слова, что ее там нет… тогда где же она? Может у себя? Но голос Пирра в моей голове ответил отрицательно. Неужели ее больше нет, но тогда почему кулон все еще теплый, нет…. Я не должен так думать, она жива, я должен узнать где она, найти ее, но прежде избавится от этих двоих. Я хотел было попросить их уйти и спокойной собрать вещи, прикрываясь желанием побыть одному из-за новостей об отце, как в моей комнате появился домовик, не мой, какой-то чужой. Он поклонился, протянул мне записку и исчез. Я развернул ее и узнал почерк крестного: ‘В мой кабинет. Жду.’ Выпроводив надоедливых слизеринцев, с помощью магии собрал вещи и обратился к Пирру, вылезшему из-под кровати: ‘Останешься тут или пойдешь со мной?’ Он отряхнулся и в один прыжок оказался у мена на плече. ‘С тобой, если она доверяет тебе, то и я, но учти парень, если что, тебя никто не найдет,’ – сказал он, скаля свою пасть. Я кивнул и направился в кабинет Снейпа. Как только я закрыл дверь, в нее полетели заглушающие и запирающие, а хозяин кабинета навис надо мной. Таким злым и грозным я никогда его не видел. Он смотрел на меня своими черными глубокими глазами, прожигая насквозь. ‘Садись,’ – сказал он и направился к своему столу. Я сел на стул напротив его стола. Крестный сидел и продолжал изучать меня, тихо постукивая пальцами по столешнице. Мы оба молчали, тишину между нами разбавляло постукивание, оно словно пытка. Лучше бы он орал на меня, кидался вещами, дал выход своим эмоциям. Никто не решался сказать хоть слово, камин вспыхнул и из него вышел гордо и величественно Атэ, он развернулся и подал руку Идофее, которая шла следом. Они смерили нас обоих почти непроницаемым взглядом и покачали головами. ‘Сев, прекрати пугать мальчишку, - сказал Атэ, кладя руку на плечо крестному, - этим ты сделаешь только хуже’ ‘Не лезь, Атэ, это мое дело,’ – сквозь зубы проговорил Снейп и сузил глаза. Я не понимал, что происходит, но чутье говорило, что это касается Керри. Я не выдержал и вскочил на ноги. ‘Сядь,’ – прошипел крестный. Я посмотрел на него из-под челки и холодно произнес: ‘Нет, не сяду, пока мне не объяснят, что происходит и где Гликерия’ Снейп вскочил и чуть не бросился на меня, его перехватил Атэ, а в руках Идофее блеснули склянки, которые она вливала в рот профессора, когда он пытался говорить. Наконец, он обмяк в руках Атэ и тот отнес его в спальню. Я остался с Идофеей. ‘Хм… а я не знала, что ты теперь с Драко, Пирр,’ – сказала она, слегка присев на колени возле меня. Пирр примостился около моей ноги, обвив ее хвостами. ‘Меня попросили,’ – сказал он, гордо выпятив грудь. Ида погладила его по голове и улыбнулась. Она выпрямилась и попросила меня присесть, но я остался стоять. Женщина пожала плечами и присела за стол Снейпа. ‘Драко, Керри в больнице, у нее магическое истощение, - сказала она, и когда я сел, продолжила, - битва вымотала ее, а трансформация хоть и частичная добила, ее ждет долгое восстановление’ Я не мог двигаться, мое тело словно окаменело, моя девочка… она сражалась ради своих, принимая удары на себя… Неужели отец не мог ей помочь, может он и помогал по мере своих сил… я не могу это узнать и не смогу наверное, если только от нее, но захочет ли она меня видеть… ‘Эй, парень, не накручивай себя,’ – сказала Ида, тряся меня за плечо. ‘Она жива, с ней все будет хорошо,’ – она продолжала говорить, но я ее не слушал… все мои мысли были далеко… рядом с ней… с моей любимой… ‘Я должен ее увидеть,’ – сказал я, вставая. ‘Завтра к ней пойдет Алан со Северусом, послезавтра я, - сказала Идофея, - я могла бы взять тебя с собой, родственник. Вы никому не сказали еще?’ Я отрицательно помотал головой, стряхивая непрошенные слезы: ‘Нет, знают только мои родители и вы… Ай, за что?’ Я потер ушибленное Идофеей место. ‘Не выкай, пожалуйста, я чувствую себя старой,’ – сказала она. ‘Ну вообще-то ты старая Идофея, смирись с этим,’ – сказал Атэ, входя в кабинет. Ида смерила его злобным взглядом, а потом повернулась ко мне: ‘Я пришлю тебе письмо о месте встречи, хорошо? Можешь идти, и прошу тебя, не зачиняй ссор с Аланом, ему сейчас и так плохо’. Я кивнул и вышел из кабинета. Я направлялся в Большой Зал, жутко хотелось есть, Пирра я отпустил последний раз прогуляться по замку и просил его как можно меньше показываться другим на глаза. В Большом Зале было шумно как всегда, мой взгляд упал на гриффиндорский стол, за ним сидели почти все, кроме Ала и Поттера. Грейнджер все посматривала на двери, а Уизли рассказывал про битву. До нашего стола доходили обрывки его фраз. Я сжимал столовые приборы до белых костяшек, у меня чесались руки врезать ему, как он смеет говорить, что это все заслуги их, что они дрались как львы. Грейнджер пыталась несколько раз его заткнуть, но безуспешно. Я пропустил появление героев, пытаясь сдерживать себя. Привлек меня звук удара. Рон потирал свою макушку, а Ал кулак. Большинство смотрело на них с недоумением, на что Алан ответил: ‘Не спорю, мы все сражались, но больше всех сражалась Гликерия, моя сестра, она защищала не только себя, но и членов нашего отряда, а тебе Рон должно быть стыдно, что ты умолчал о ней’ ‘Но я она же слизеринка, она…’ – начал было оправдываться Рон, но его перебил Гарри: ‘Знаешь, глядя на нее, как она сражалась и как стойко сносила наказание одной особы, я задумываюсь, что не все с ее факультета такие какими хотят казаться’. Он посмотрел на меня, словно ожидал чего-то, я только ухмыльнулся и отвернулся. А в чем-то он был прав, ведь благодаря ей, я меняюсь и в лучшую сторону. Как и говорил Забини, прощального пира не было. Только проникновенная речь директора о том, что Темный Лорд возродился, что нужно сплотиться в такие тяжелые и темные времена. Оставшееся время обед прошел в молчании. Через час мы должны были отправляться по домам. Каникулы официально начались. Я вернулся к себе за вещами в комнату, в ней меня уже ждал Пирр. Я захватил ему немного еды со стола на дорогу. Осталось решить как перевозить лиса. Лис не хотел ехать в перевозке, как бы я его не уговаривал. Наконец пришли к компромиссу, он в поезд садиться в перевозке, но как только мы отъедем от станции, я выпускаю его и домой он едет свободным. Трансфигурировав плетеную корзину из завалявшегося платка, я постелил ему туда свою теплую мантию и Пирр запрыгнул в нее, обустраиваясь. Как только я закрыл сундук, он исчез. Вещи уже в поезде. Взяв корзинку с лисом, я последний раз оглядел свою комнату и направился к выходу. Закрывая свою комнату, мой взгляд невольно оказался на двери комнаты Гликерии. Она должна быть открыта, наверное. Мне хотелось зайти туда, взять что-нибудь на память. Я воровато оглянулся и направился к ее двери, повернул ручку и… удача, она не заперта. Быстро проникнув в комнату Керри, я оглянулся в поисках ее вещей. Они аккуратно сложены на кровати, словно хозяйка вышла на пару минут. Мое сердце сжалось. Но я взял себя в руки и направился к ее вещам. Все, что мне попадалось, было не то. Почти переворошив все ее вещи, кроме конечно нижнего белья, я обратил свое внимание на занавешенное зеркало. Не долго думая, я подошел к нему и поднял часть занавеса. Зеркало из дома крестного, оно показывает… показывает счастливые моменты… ее прошлого… ее семьи… которой не стало… тут картинка на зеркале сменилась… на ней она с ним… их первый поцелуй… их объятия… как они лежат рядом и наслаждаются друг другом… как она засыпает под его голос и улыбается… Я прикоснулся к зеркалу, оно завибрировало и картинки исчезли… они появились перед ним на столике, сложенные в аккуратную стопочку. Там были только наши общие фотографии и одна единственная, где она сидит на этом пуфике, расчесывает мокрые после душа волосы и слегка поворачивается ко мне и, сладко улыбаясь, шлет мне поцелуй. На ней легкая просторная туника нежно голубого цвета, один рукав слегка сполз полностью, оголяя плечо. Она прекрасна… все в ней прекрасно… Я взял эту фотографию и положил во внутренний карман, около сердца. Пирр завозился в корзинке и высунул свою мордочку: ‘Парень, мы опаздываем’ Я вызвал Темпус и чуть ли не бегом понесся из комнаты. Я так спешил, что не заметил как меня увидели знакомые глаза, которые заинтересовались. Я успел в последнюю минуту. Наверное, впервые все видели меня таким растрепанным и красным от бега. Запрыгнув под изумленные взгляды учеников в поезд, который уже начал двигаться, я оглядел их надменным взглядом и как можно спокойнее пошел искать свободное купе. Слава Мерлину и Моргане, долго искать не пришлось. Быстро заскочив в него, я запечатал его и открыл корзинку с Пирром. Он сразу выпрыгнул и потянулся, зевнул. Запрыгнув на сидение, он свернулся калачиком и уснул. ‘Я как не посмотрю, ты все время спишь,’ – сказал я, садясь рядом. ‘А тебе завидно?’ – спросил он, приоткрывая один глаз. ‘Да нет,’ – ответил я. ‘Вот и не мешай, мне еще ночью Малфой-мэнор обходить, осматривать, проверять защиту, а это ой как сил много отнимает,’ – сонно проговорил лис и засопел. Я не стал его больше трогать, достал фотографию и стал рассматривать, с моего лица не сходила улыбка… Конец POV Драко Малфой Поезд шел на всех парах. Все купе были забиты под завязку, ведь это были последние несколько часов, когда ученики могли пообщаться между собой в живую, а не через письма. Наследники древних родов побыть самими собой, не натягивая маски, которые придется носить дома или где-нибудь еще. Только с друзьями и приятелями, каждый из них мог побыть таким, каким он хотел быть. Из всех купе слышался смех и веселье, только в нескольких была тишина. Это были купе слизеринцев, детей Пожирателей или тех, кто причастен к ним. Им было не до веселья. В купе слизеринцев ‘Ты уверена?’ – спросил Забини у Паркинсон, которая сидела поджав под себя ноги. Та только кивнула. ‘И что он там делал?’ – продолжил он, а Панси лишь пожала плечами: ‘Не знаю, я только видела, как он выбегал с корзинкой, вид у него был потрепанный’ ‘И ты конечно не сунула туда свой любопытный нос?’ – улыбаясь, произнес Блейз. Девушка хищно улыбнулась и перекинула волосы за спину: ‘Обижаешь, конечно, сунула. Но там ничего не было, комната была пуста, никаких вещей вообще, словно там никто не жил’ ‘Хм… интересно, думаешь, нужно доложить об этом?’ – потирая подбородок, спросил парень. ‘Конечно,’ – кивнула она, проводя пилочкой по своим ногтям. ‘А про Малфоя?’ – спросил Забини, вынимая из сумки книгу. Девушка слегка задумалась и опять кивнула. ‘Ты уверена? Ты же еще увле…’ – он не успел договорить, столкнувшись с ее взглядом. Взглядом злобной, обиженной и гневной девушки. ‘Это месть,’ – прошипела она, все еще всматриваясь в парня. Тот громко глотнул и попытался улыбнуться: ‘Ни за что не стану переходить тебе дорогу’ Панси удовлетворенно улыбнулась и продолжила подпиливать ногти: ‘Он сам выбрал ее, пускай теперь разбирается’ Забини не ответил, в купе стало тихо, только стук колес разбавлял эту тишину. До Лондона оставалось несколько миль. POV Драко Малфой Я вынырнул из своих мыслей, ощутив торможение поезда. В окне виднелась платформа 9 ¾ . Пирр проснулся и занял свое любимое место на моей шее. Взяв свои вещи, а направился к выходу. Он был забит учениками, суматоха, прощания и шум. Поезд остановился. Двери открылись выпуская самых первых. Почти всех встречали родители, кроме маглорожденных. Слегка скривив губы от семьи Уизли, которая встречала своих детей, заодно и Грейнджер с Поттером. Они все еще были в повязках, улыбались матери Рона, которая как наседка тряслась над ними. Я сжал зубы и поспешил к своей матери, которую успел заметить во время остановки поезда. Казалось, что арест отца никак на ней отразился, но только я знал какими блеклыми стали ее глаза, в них словно пропало все, что было раньше. Слегка приобняв меня, даже не спросив про лиса на моей шее, она со мной направилась к выходу. Ее прямая спина, уверенная походка показывала какая она леди, почти все провожали нас презрительными взглядами, но она не обратила на них своего внимания, продолжала идти с гордо поднятой головой. Когда мы покинули платформу, мама взяла меня за руку и аппарировала к нашему мэнору. Все еще не отпуская мою руку, она стояла перед ним. Я посмотрел на нее. В уголках глаз были слезы. ‘Мама…’ – начал я, но был остановлен ею: ‘Спрячь лиса и…’ она отпустила мою руки и присела передо мной на колени как в детстве ‘будь осторожен и верен той, которую любишь’ Я лишь кивнул, к чему это все было. Мама резко встала и вытерла подступившие слезы. Мы шагнули к воротам нашего мэнора. Как только они распахнулись, Пирр соскочил с моей шеи, слегка царапая ее, и убежал в сторону сада. В голове был его голос: ‘Прости пацан, но так я быстрее тебя найду’ Мы направились к дому, что-то в нем происходило, что-то не то… Двери распахнулись и на пороге я увидел свою тетку – Беллатрикс Лестрейндж. Она безумно улыбалась, в ее глазах была радость, но от этого мне становилось не по себе. ‘Нарцисса,’ – поприветствовала ее Белла. Мама холодно взглянула на нее и произнесла: ‘Беллатрикс’ Та поджала губы и пропустила нас. В доме меня пробрал холод и ужас. Наш дом был полон Пожирателей и союзников Темного Лорда – оборотней под предводительством Фенрира Грейбэка. Это был высокий мужчина, почти полностью и, наверное, везде покрытый волосами. Его лицо почти волчье, с острыми зубами, а глаза не человеческие, глаза бездушного хищника. От одного его вида у меня перехватило дыхание от ужаса и страха. Мама… сколько она находилась одна в окружении всех этих людей… Все обратили взгляды на меня, от них хотелось скрыться, спрятаться за спину отца или матери как в детстве, но… я не мог… я вырос… я не должен показывать свой страх… я покажу им достойного сына моего отца… Я с гордо поднятой головой встал рядом с моей матерью, слегка заслоняя ее собой. Вдруг приспешники расступились и явили того, когда я бы вообще не хотел видеть ни в своем доме, ни на земле, ни в этом мире – Лорда Волан-де-Морта. Он приближался к нам неспешной походкой, рядом с ним ползла змея. Я старался не смотреть на нее, а смотреть на приближающегося Темного Лорда. Он остановился в паре метров от меня и изучающе смотрел. Быстро вскинув палочку и произнес: ‘КРУЦИО’ Я слегка оттолкнул мать и по моему телу пробежала волна боли. Она ломала кости, рвала мышцы. Мои легкие словно сдавило, я не мог ни вздохнуть, ни выдохнуть. Меня ломало, я упал и корчился, в глазах стояли слезы, но крика почти не было, я слегка поскуливал, насколько позволяло. Вдруг все прекратилось. Я ощутил как меня поднимают, с трудом разлепил глаза, когда почувствовал, что холодная рука поднимает мой подбородок. Никаких звуков, тишина словно я в вакууме. Я встретился с его глазами, красными, жестокими и проникающими в самую глубину. Я спрятал мысли о Керри, воспоминания о ней туда, куда ему было не добраться. Он продолжал вглядываться в меня, копаться в моей голове, она разрывалась под его напором, но я старался держаться. Наконец, змеелицый отпустил меня, я опустил голову, тяжело дыша, рядом я услышал всхлип матери. ‘Ничего, мам, не надо,’ – подумал я. Темный Лорд ухмыльнулся, резко задрал мне левый рукав и приложил свою палочку. Руку обожгло, словно я сунул ее в Адское пламя. Я не мог смотреть, кусал губы до крови, слезы текли по щекам, смешиваясь с моей кровью. Это закончилось быстро как и началось. Меня отпустили и я не в силах стоять рухнул на колени, тяжело дыша. Руку все еще жгло и я посмотрел на нее. На предплечье красовалась метка, его метка… я стал одним из них… занял место своего отца… Я поднял голову и посмотрел на того, кто почти уничтожил мою жизнь… на моего Повелителя… На Лорда Волан-де-Морта. Тот стоял и довольно скалился: ‘Драко, теперь ты один из них, ты закончишь то, что начал твой отец. Надеюсь, ты выполнишь свое задание лучше, чем твой отец, иначе…’ Он наставил палочку на мою мать и огонек заклинания уже зажегся на ней. ‘Нет, стойте, я все сделаю, я вас не подведу… мой Лорд,’ – сказал я, опуская свою голову. Удовлетворенно хмыкнув, Темный Лорд убрал палочку и ушел, остальные подходили ко мне, к тому времени я поднялся на ноги, и поздравляли, самы фанатики, как моя тетя чуть ли не плясали от радости, последняя подошла моя мама. ‘Поздравляю, мой сын,’ – сказала она нейтральным голосом, но в ее глазах была страшная печаль и ужас. Мы остались одни, она обняла меня и я ощутил слезы на своих волосах. ‘Не этого я желала тебе, мой маленький, - шептала она, прижимая к себе, - не этого, прости нас’ Я поднял свое лицо и сказал: ‘Это сейчас не важно, важно другое’ Мама поняла о чем я и слегка отодвинула меня. ‘Если нужна помощь ты только скажи,’ – произнесла тихо она. Я только кивнул и освободился от ее объятий. ‘Я пойду к себе, хочу побыть один и все обдумать,’ – сказал я, направляясь к лестнице на второй этаж. ‘Хорошо дорогой, ужин через два часа,’ – сказала она, направилась на кухню, давать распоряжения. Только когда она ушла, я перестал себя держать. Все тело ломило и болело, каждое движение отдавалось судорогой по всему телу. Я призвал эльфа и попросил доставить меня в свою комнату. Эльф кивнул и я уже был в своей комнате. Не раздеваясь, я грохнулся на кровать и застонал от боли. Агония по всему телу, предплечье сводило судорогой, я смог накинуть на дверь заглушающее и провалился в обморок. Конец POV Драко Малфой POV Северус Снейп Я не сберег ее… Димитрий прав… Я же видел ее среди них, но помочь… я не мог… да и она бы не позволила, чтобы я марал руки об эту инспекторшу… Я догадывался о том, что Поттер… звон летящего бокала в стену… рядом появляется еще один… потащит их туда… прямо в пасть Пожирателям и Лорду… ЛЮЦИУС… как хорошо, что ты сейчас в Азкабане… я придушил бы тебя голыми руками… ты был там и ничего не сделал… моя племянница… она мне как дочь… а Алан… она защищала всех… даже вызвала свою форму как мне объяснила Идофея… пусть частично… но это забирает много сил… как она справилась… а Лорд… он видел ее… она для него как наваждение… надеюсь, он не свяжет нас вместе… очень надеюсь… Алкоголь обжег мне горло и я закашлялся… Керри в Мунго… спит… почти в коме… Когда я узнал, я не мог в это поверить… Нет… не может быть… я накричал на свою Фею… я громил свою комнату и кабинет… горькие слезы текли по щекам, особенно после слов, что мы не можем помочь… мои зелья… их нельзя… я упал на колени и зарыдал… я рыдал так, только один раз, когда обнимал мертвое тело моей подруги… Удар по щеке, еще один и кто-то поднимает меня… мои глаза встречаются с глазами Идофеи… ‘Ты думаешь, что тебе одному так плохо? – грубо сказала она и слегка встряхнула меня, - ты не думаешь, что мы все за нее переживаем, но слезами и тем более вот всем этим, мы ей не поможем. Соберись, Северус, пожалуйста’ Последнее она прошептала, утыкаясь в мою грудь. Я обнял ее и прижал к себе. ‘Прости меня, моя маленькая, прости, - шептал я, целуя ее в макушку, - я не должен был на тебе срываться, прости’ Она прижалась еще ближе и почти вцепилась в меня. Я обнимая ее, привел свой кабинет в порядок, мы направились в спальню, нам обоим требовался отдых… утром надо встретиться в крестником и рассказать ему… по крайней мере попытаться… Утром я встал поздно, Иды не было, на столе записка, что она в Мунго у Керри. Я написал записку Драко и отправил ее с эльфом. Зашел в Больничное Крыло, передал почти все зелья Поппи, воспользовался моментом, что пострадавшие спят, взглянул на племянника. Его состояние лучше, чем было. Сердце сжалось, мысли опять ушли в сторону Гликерии. Я резко развернулся и поспешил в свои подземелья. Призвав из бара бутылку виски, я откупорил ее и стал пить прямо из горла. Жидкость обжигала мне горло, но я продолжал, пустая бутылка полетела в стенку, следом за ней еще одна и еще. В дверь постучали. Убрав взмахом палочки беспорядок, я направился открывать. На пороге стоял Драко. Злость переместилась на него, на сына моего друга, которой должен был защищать ее, не допустить ее до этого. Вместо этого он сейчас здесь и… Гнев плескался во мне, я сжимал к кармане древко палочки, в голове зарождались мысли швырнуть в него кучу проклятий, хоть как-то выплеснуть свою боль и гнев. Я пропустил его в кабинет, сам прошел к своему столу и сел и стал смотреть на него… почему Керри выбрала его, а не кого-то другого? Что она нашла в этом мальчишке, который обижал ее и говорил гадости? Как она могла его простить? Мои пальцы барабанили по поверхности стола. Напряжение между нами нарастало. Полыхнул камин. Должно быть вернулась Идофея и не одна с Атэ. Он попросил не пугать парня, это послужило спусковым крючком для меня и Драко. Парень вскочил, я прошипел ему, чтобы он сел. Он показал свой характер. Начал выспрашивать, что с Керри. Я сорвался. Гнев застилал мне глаза, я не помню что произошло… Я открыл глаза, моя спальня. Голова раскалывается. Я попытался сесть, во рту была пустыня. На прикроватной тумбочке я нащупал антипохмельное и стакан воды. Быстро выпив, я осторожно встал. Боль поутихла. Применив чары очищения на одежду, я вышел из спальни. В кресле около камина с книгой сидела Идофея. Услышав хлопанье двери, она повернулась в мою сторону. На лице легкая улыбка, взгляд немного уставший и покрасневшие глаза. Я опять был причиной ее слез. Словно уловив мои мысли, она отложила книгу, встала с кресла и подошла ко мне. ‘Не кори себя, тебе тяжело, ты посвятил им свою жизнь, для тебя они такие же, что и 15 лет назад,’ – сказала Идофея, поглаживая мою щеку. Я коснулся ее руки и слегка сжал ее, потом губами коснулся тыльной части. ‘Я не должен был так поступать, - проговорил я, целуя еще раз, - Керри не понравится, что я пью, она помнит мои истории про моего отца, каким он был, когда выпьет’. ‘Северус, все будет хорошо, - сказала она, глядя в мои глаза, - врачи говорят, что она идет на поправку, ее состояние улучшается’ ‘Я могу ее навестить?’ – спросил я. Идофея изумленно на меня посмотрела: ‘Конечно, даже нужно, только не давай ей волноваться’ Теперь моя очередь была смотреть на нее изумленно. ‘Врачи на час выводят ее из комы, чтобы проверять как восполняется ее уровень и тело не одеревенело, – пояснила моя любимая. – А сейчас тебе нужно позавтракать. Нолли’. Появилась домовуха и поклонилась: ‘Мисс ОкеАно, подать завтрак?’ ‘Да, будь добра накрой здесь,’ – сказала Идофея, отходя от меня и садясь в кресло. Нолли поклонилась и исчезла. Через минуту на столике появилась две порции овсянки, две чашки кофе и тосты с вазочкой варенья. Ида взяла свою тарелку и, добавив в кашу варенья, приступила к еде. Я присел на соседнее кресло и отпил немного кофе. Взял свою тарелку также приступил к еде. Посуда исчезла, вместо нее появился свежий номер Пророка, в дверь постучали. Ида пошла открывать, а я развернул газету. На первой же полосе была колдография директора, а рядом с ним израненный Поттер и Гликерия, она старается улыбнуться, но улыбка выходит вымученная и глаза широко распахнутые, словно она увидела что-то страшное. Статья рассказывала о битве в Отделе Тайн, о возрождении Того-Кого-Нельзя-Называть и о двух личностях, стоящих рядом с директором. Я смял газету и кинул в пламя. Черт, черт… может все еще обойдется… Вернулась Идофея с ней был Алан. Он оправился от полученных ран и порывался к сестре. Ида посмотрела на меня и спросила: ‘Что случилось?’ ‘Пророке узнали о моем родстве с ЛевЕнтисами, ’ – ответил я и сжал кулаки. ‘Дядя, а ты разве не читал Пророк во время Турнира? Там всего понаписали про Керри и Гарри,’ – сказал Алан. Я посмотрел на него и расхохотался: ‘Одно дело, что пишет Скитер…’ ‘Северус, ей тогда все поверили и для меня было удивлением, что Лорд не воспользовался тобой для давления на Керри,’ – сказала Ида. ‘Я думаю, что я буду самый крайний случай, если, конечно, он не узнает про Драко, тогда прервется род Малфоев. В этот раз Лорд будет убирать конкурентов, – ответил я им, поднимаясь с кресла. – Мы можем отправляться?’ Ида кивнула и сказала: ‘Я соберу свои вещи к вашему возвращению, Алан, ты собранный?’ Тот кивнул: ‘Сундук я попросил домовика переправить в поместье, Ида, а в Океановентис мы отправимся все вместе?’ Женщина погладила его по голове, кивнула и подтолкнула к камину. Я кинул горстку пороха и сказал: ‘Больница Св. Мунго’ Пламя стало зеленым и сквозь него просматривался приемный покой. Мы шагнули в камин и через секунду оказались в приемном покое. Стряхнув с себя пыль, я направился к медиведьме. ‘Здравствуйте, подскажите, в какой палате находится Гликерия ЛевЕнти и можно ли к ней?’ – спросил я. Алан стоял рядом и слушал. Девушка оторвалась от записей и спросила: ‘Кем вы приходитесь пациентке?’ ‘Дядя, а этот молодой человек ее брат,’ – ответил я. ‘Я свяжусь с ее лечащим врачом. Подождите немного,’ – ответила она и написав записку, сложила ее в самолетик и отправила в полет. Он улетел, а мы остались ждать. Ждали мы недолго, к нам спустился пожилой врач и, несколько раз махнув на нас палочкой, проводил к ней в палату. ‘Она вышла из комы десять минут назад, особо не утомляйте ее и не тревожьте, у вас есть час,’ – сказал он и пропустил нас в палату. На кровати сидела, подобрав под себя ноги и облаченная в желтую больничную сорочку, Гликерия. Бледная, но небольшой румянец проступал на ее щеках, в глазах была радость. Она было вскочила, но тут же схватилась за голову и ее повело в сторону. Алан подхватил ее на руки и аккуратно положил на кровать. Глаза закрыты, дыхание резкое. Я рванул к двери за доктором, но меня остановил голос Керри: ‘Нет, если ты позовешь их, то вас отправят отсюда, а меня опять усыпят. Дядя, пожалуйста, я не хочу больше… Заберите меня, пожалуйста’ Я остановился и посмотрел на нее, она все еще лежала с закрытыми глазами, а Ал сидел рядом с ней и держал ее подрагивающую руку. Я не знал что делать, одна часть меня рвалась позвать врача, а другая забрать ее поместье. Но пока я не узнаю, что известно Лорду о мне и моих «детях», я не мог ее забрать, не мог подвергнуть ее еще большей опасности. Единственное, что я мог сейчас сделать это просто побыть с ней, пока нас не попросят уйти. Я отошел от двери и сел на стул с другой стороны. Керри открыла глаза и потихоньку села на кровати. Мне показалось, но ее кожа уже была не такой бледной как в самом начале, взгляд изменился, я посмотрел на Ала, все еще держащего ее за руку. Он слегка побледнел. ‘Ал, отпусти, ты можешь оказаться на соседней койке,’ – сказал я, подходя к нему. Тот дернулся и посмотрел на меня: ‘Еще минутка, ей же становится лучше’ Но Керри выдернула свою руку и зло посмотрела на брата: ‘Алан, дядя прав, хватит, мне уже лучше, спасибо’ Я нахмурил брови, смотря на этих двоих. ‘Так, я жду объяснений,’ – сказал я, садясь на стул и складывая руки на груди. Гликерия теребила свое одеяло, не поднимая головы, и ответила: ‘Врачи не могут понять что со мной, это не похоже на обычное магическое истощение. Дело в том, что моя магия восстанавливается за то время, что я в коме, но восстанавливается медленно, крупица за крупицей, а после моего пробуждения, она как будто исчезает, они не видят ее, но она есть, они не могут ее засечь, но я ее чувствую. Она восполняет мою силу океаниды, ведь я использовала ее когда магической силы уже не хватало. Видимо слишком много выпустила, что и привело к частичной трансформации’. ‘Но почему у тебя произошла частичная, а у Меропы полная? До сих пор вспоминается ее мантикора,’ – спросил Алан. ‘Я думаю, что она не была истощена магически и сделала это осознано, в отличии от меня. Я не смогла бы контролировать дракона и он бы уничтожил бы всех,’ – ответила я на его вопрос. Я нахмурил брови: ‘Ты же понимаешь, что дракон это самое опасное существо для анимагии? Он мог поглотить тебя и все…’ Я, не отрываясь, смотрел на них. Они же еще дети… маленькие дети, но уже столкнувшиеся с опасностями и смертью… Керри продолжила: ‘Да, понимаю, мне повезло, что я смогла его удержать, но он поглотил почти все мои силы, они восстанавливаются почти с нуля, особенно сила океаниды. Мы выяснили это вчера случайно с Идофеей, то что вы видите сейчас, это ее заслуга, она вместе с Атэ, как чистокровные напитала немного мою силу и я смогла хотя бы вставать, а сейчас Алан подпитал. Дядя, заберите меня пожалуйста, если я останусь здесь, то еще долго буду восстанавливаться, мне нужно домой. Пожалуйста’ Я вздохнул и отрицательно покачал головой: ‘Я не могу, прости… Не могу подвергать тебя опасности’ ‘Какой? Что произошло?’ – спросила Керри. ‘Статья в «Пророке», они обнародовали наши отношения, в том что вы мои воспитанники, что я являюсь вашим опекуном,’ – ответил я. Продолжать дальше не надо было, они оба поняли что это значит. Алан встал и посмотрел на меня и на Керри: ‘Дядя, прав, ты должна пока побыть здесь, пока мы не придумаем, что делать. Дядя, ты не будешь против если я поживу в другом месте?’ ‘В каком?’ – спросил я. ‘Есть одно место на примете,’ – ответил он, отвернувшись от нас. Керри сложила руки на мой манер и спросила: ‘И где же нам тебя искать братец?’ Алан развернулся и на его губах была ухмылка: ‘Там где меньше всего ожидают найти, тем более это очень старое место, про него никто и не вспомнит’ На лице девушки я отразилась улыбка. Она поняла о чем он. Прежде чем я успел, хоть что-то сказать, на пороге палаты появился врач и сказал: ‘Ваше время вышло, прошу на выход, нам необходимо подготовить пациентку ко сну’ На лице Гликерии отразилась усталость и неизбежность происходящего. Попрощавшись и договорившись, что навестим ее еще раз в ближайшее время, мы покинули палату. К камину мы шли молча. Я понимал, что слова сейчас лишние и добиться ответа на мои вопросы от Алана не возможно. Мы вернулись в Хогвартс. В гостиной нас ждала Идофея со собранными вещами. Алан ушел первый назвав пункт прибытия «Дырявый котел». Я думал, что следом за ним уйдет Идофея, но она не двигалась с места. ‘Северус, отправляемся?’ – спросила она. Я непонимающе посмотрел на нее. Она вздохнула и посмотрела на меня: ‘Ты думал, что я оставлю тебя?’ Я молчал, я надеялся, что она не пойдет со мной, но Ида крепко взяла меня за руку и потянула к камину: ‘Куда ты хочешь отправится?’ Я взглянул на нее и прижал к себе, вдыхая ее запах, ставший таким родным и любимым: ‘С тобой куда угодно, куда угодно, моя малышка… Я хотел бы показать тебе свое поместье, но про него никто не знает, кроме Малфоев, надеюсь, что не знает и не узнает. Всем известен мой дом в Паучьем Тупике, и поверь мне, это не тот дом, в который я бы хотел привести свою любимую’ Она заткнула меня поцелуем, зарываясьпальцами в мои волосы, я прижимал ее за хрупкую, тонкую талию. Разорвав поцелуй, моя женщина провела рукой по моей щеке и, глядя мне в глаза сказала: ‘С милым рай и в шалаше, не так ли?’ Я усмехнулся и слегка коснулся ее губ. Взяв горсть летучего пороха, кинул его в камин и назвал адрес дома моих родителей. Она зашла первая, потянув меня с вещами за собой. Мы вышли из камина дома, с которым у меня были самые отвратительные воспоминания, и сейчас в копилку этих воспоминаний добавилось еще одно – это нахождение в моем доме отвратительной крысы Питера Петтигрю. Идофея никак не выразила свои эмоции, но по ее напряженному телу я готов был поклясться бежала небольшая дрожь. Она крепко сжимала мою руку, как будто сдерживая меня или может быть даже себя. Молчание между нами и Хвостом затягивалось. ‘Что ты здесь забыл, Хвост?’ – холодно спросил я. И тут Идофея закатила глаза и упала в обморок. Я испугался, подхватил ее и, не глядя на Хвоста, пошел на второй этаж. Хвост остался внизу. На втором этаже, Ида приоткрыла глаз и осмотрелась. Я доставил ее в комнату, где спали мои родители, точнее мама, отец после попоек спал там где рухнет. Опустив ее на кровать, я стал рыться в своей мантии. ‘Не нужно Сев, лучше отвлекающее на дверь, чую неспроста он тут,’ – тихо сказала она. Я кинул отвлекающее заклятье на дверь и попытался ее осмотреть. Ида отмахнулась и встала, отряхнувшись: ‘Эх, пропадает во мне актриса, что будем делать?’ Я задумался, выставить его нельзя, если только… ‘Ммм… Ида, не хочешь поиграть?’ – спросил я, на губах играла усмешка. Она непонимающе на меня посмотрела. Я обнял ее и притянул к себе на колени. ‘Ты же у меня хотела побыть актрисой, не сыграешь ли ты роль девушки легкого поведения?’ – спросил я, внутренне готовясь к скандалу. Брови Идофеи поползли вверх, рот приоткрылся от удивления. ‘Если только ты обещаешь выполнять то, для чего ходят к проституткам,’ – заигрывающе сказала она, расстегивая пуговицы на моем сюртуке и рубашке и проводя ноготком по оголенной коже. Я ухмыльнулся и провел носом по ее шее, вдыхая аромат ее кожи. ‘Все что прикажет моя герцогиня,’ – томно ответил я и, поцеловав местечко между шеей и ключицей, прикусил его. Ида шумно втянула сквозь стиснутые зубы воздух и прикрыла глаза. Я продолжил покрывать ее поцелуями-укусами, но стук в дверь комнаты отвлек меня. Пересадив девушку на кровать, та взъерошила свои волосы и расстегнула свою блузку почти до конца и приняла полулежачее положение. Усмехнувшись, я подошел к двери и снял чары, открыл. На пороге стоял Петтигрю. Он стоял и мялся. Пытаясь что-то сказать, я оперся спиной на косяк, слегка приоткрывая вид на кровать, с которой я услышал сладкие стоны и всхлипы. Хвост посмотрел и просто замер. Я подозревал, что он там увидел. Вытолкнув его за порог и вышел к нему, закрыв дверь. Хвост так и стоял смотря на дверь. ‘АГУАМЕНТИ,’ – направляя на него палочку произнес я. Хвост взвизгнул и стал отряхиваться, я удовлетворенно на это смотрел. ‘Снейп, за что?’ – пропищал этот крыс. ‘На чужое не засматриваются, – небрежно сказал я, - раз ты меня отвлек от моей игрушки, то будь добр объясни, что ты забыл в моем доме?’ ‘Хозяин приказал,’ – ответил он. Я приподнял одну бровь: ‘Лорд не доверяет мне?’ Тот отрицательно замахал руками: ‘Нет, нет, его приказ состоял в том, чтобы я спрятаться на время’ Я сложил руки на груди, смеря этого червяка презрительным взглядом: ‘И ты решил, что у меня самое место?’ Тот просто кивнул. Я хотел было ответить ему что-то едкое, но меня отвлек скрип двери: ‘Ммм… котик… ты скоро? Оставь этого или тебе лучше с ним? Ты только скажи и я приму вас двоих’ Хвост приоткрыл рот от таких слов. Я слегка развернулся и чуть не клацнул зубами от злости. На Иде небыло ничего, кроме короткого полупрозрачного халатика, неподвязанного ничем. ‘В комнату живо, я не разрешал тебе выходить,’ – рыкнул я и развернулся к Хвосту: ‘Последняя комната по коридору налево, в подвал не заходить, а теперь вон, а ты…’ я развернулся к Иде и жестко схватил ее за руку ‘наказание за ослушание’ Я грубо втолкнул ее в комнату и запер дверь перед носом еще не отошедшего Хвоста. Швырнув ее на кровать, я избавился от своей одежды и сразу вошел в нее, она выгнулась и громко простонала. Я сильно шлепнул ее по бедру и сжал его: ‘Да… ты будешь наказана, моя сучка… да… кричи… стони… кому ты принадлежишь?’ Ида стонала и кричала от удовольствия: ‘Северусу Снейпу… да… еще… сильнее… прошу…’ Я перевернулся и она оказалась сверху, я сжал ее бедра до посинения и насаживал на себя, резко и глубоко. Она царапала меня, громко скулила и кусала свои и без того раскрасневшиеся губы. Я чувствовал как она трепещет внутри, еще пара грубых толчков и она выгнулась и с криком кончила, почти следом я излился в нее с громким рыком. Она упала в мои объятия и поцеловала кровоточащую царапину, а я погладил ее красное бедро с рисунком моих же пальцев. ‘Как думаешь, эту крысу кондратий не хватил от всего этого?’ – спросила она, целуя меня в скулу. Я провел рукой от ее попы до головы, собирая и зарываясь пальцами в ее влажные волосы: ‘А не пофиг?’ Она согласно кивнула и опалила своим дыханием мою шею. Член дернулся в ней, отчего она вскрикнула и слегка потерлась: ‘Ммм… второй раунд’ Я перевернул ее на спину, не выходя из нее и сделал несколько легких толчков: ‘Если только пожелает моя Леди’. Она улыбнулась и притянула меня к своим губам. Комнату мы покинули только ближе к вечеру и то, чтобы перекусить и разобрать вещи. Хвост в этот вечер больше не появлялся. Утро встретило меня криком Хвоста. Я приподнялся на кровати и не увидел рядом Идофеи. Ухмыльнувшись, я, не торопясь, встал, принял душ, оделся в обычную рубашку и брюки, поверх рубашки я вместо школьного сюртука оставил жилет. Ботинки черные классические придавали мне более домашний вид. Я привык ходить в основном в высоких сапогах. Пока я спускался на первый этаж, там где и были слышны крики, к ним добавился и грохот посуды. Я как можно скорее вошел на кухню, за мою спину спрятался Хвост. Почувствовав подвох, я почти сразу пригнулся, над головой пролетела тарелка. ‘А ну успокоились,’ – прикрикнул я. Ида стояла как и стояла, только тарелка, поднятая вверх, опустилась на стол. Петтигрью я вытащил за шкирку из-за своей спины. Тот сжался в комок и был готов обратиться, но его остановил злой оклик Идофеи: ‘А ну стоять, крыса. Обратишься, я тебя сожру’ Крыса упала передо мной на колени, хватаясь за брючины, и заголосила: ‘Снейп, прошу, я больше не буду, не отдавай меня ей, она ведь реально сожрет… Ты бы видел какие у нее зубы, а когти… как ты спишь с ней… она разорвет…’ Хвоста всего трясло, речь его путалась. Я оттолкнул его от себя и прошел к женщине. ‘Мория*, что с ним?’ – спросил я, ставя турку с водой на огонь. В своем доме варю кофе только я. Ида скрестила руки под грудью, отчего она приподнялась в декольте и ее ложбинка выглядела еще более соблазнительно. Волосы распущены, но убраны от лица, открывая его. Блузка с глубоким квадратным вырезом и коротким рукавом, талия, стянутая черным кожаным корсетом, короткая юбка и на ногах чулки в мелкую сеточку, в довершении туфли на каблуке. Она выглядела ослепительно и сногсшибательно. Образ нимфетки ей полностью удался. ‘Он лапал меня, Северус, - капризно сказала она, - я собиралась готовить завтрак, когда нагнулась за мукой, почувствовала, что меня кто-то трогает, я подумала, что ты… но это был не ты… я испугалась и трансформировалась в…’ ‘В кого?’ – я старался говорить спокойно, но руки чесались придушить этого сукиного сына. Ида молчала, отвернувшись и надув губки. Какие это губки и что они вытворяют на моем теле и моим… кхм… ‘В дракона, она перекинулась в дракона, - заорал Хвост, - в мать твою, дракона с острыми когтями и зубами’ Я убрал закипающий кофе с огня, дал ему слегка остыть и разлил в оставшиеся чашки. Одну я взял сам, другую протянул Идофее, та с улыбкой приняла чашку и отпила. ‘Мммм… твой кофе просто божественен, вот только из-за него я остаюсь у тебя до утра,’ – сказала она, довольно жмурясь. Я тоже сделал глоток и скептически поднял бровь: ‘Только ради кофе?’ Ида сделала вид что задумалась, прикусив один ноготок на пальце и, посмотрев на меня похотливым взглядом, сказала: ‘Мммм… ах да… ты еще потрясающе трахаешься. Ну все, мне пора, увидимся еще сладкий’ Она поставила допитую чашку и вовлекла меня в страстный поцелуй. Он закончился также резко, как и начался. Слегка покачивая бедрами, она прошла мимо Хвоста и, остановившись на пороге, сказала: ‘Ах, да, Хвост… Еще раз твои ручки окажутся на мне или рядом со мной, я их отгрызу’ И она ушла. Хвост смотрел на меня с ужасом. ‘Как ты можешь…’ – трясясь, спросил он. ‘Легко, люблю укрощать диких зверюшек,’ – ответил я и отправил посуду мыться. Пройдя мимо Хвоста, сказал, что буду в лаборатории и что меня не беспокоить. Спустившись в свою старую лабораторию, я стал перебирать ингредиенты. Большая их часть была уничтожена в пламени. ‘Нужно прогуляться и закупиться,’ – подумал я, уже составляя список покупок. От него меня отвлек появившийся патронус леопарда. Это был патронус Идофеи, ведь я ее обучал этому. Леопард плавно подошел ко мне, немного потерся и послышался ее голос: ‘Северус, Гликерия сбежала’ Я быстро аппарировал в неприметный тупик рядом с Мунго, как меня не расщепило, не представляю. Подойдя к старому кирпичному зданию, за которым скрывалась больница, я обратился к женскому манекену: ‘Северус Снейп, по поводу исчезновения моей племянницы Гликерии ЛевЕнти’ Манекен кивнул и поманил меня за собой. Я прошел сквозь витрину и оказался в приемном покое. Там же я увидел Идофею, уже переодетую в нормальную свою одежду и… Драко Малфоя. При виде него, мои брови нахмурились и я встал к нему почти вплотную. ‘Что ты здесь забыл?’ – грубо спросил я. ‘Я пришел увидеть Керри,’ – сказал он, с вызовом смотря мне в глаза. Я был готов схватить его за грудки и встряхнуть так, чтобы он дорогу забыл к Гликерии, но мою руку сжала Идофея, вставая между нами, лицом ко мне, спиной к нему. ‘Северус, он просто пришел к ней, почему ты так заводишься?’ – спросила она. ‘Завожусь, да я завожусь, потому что его отец участвовал в том, что привело ее в это место,’ – сказал я. ‘Вы могли бы всех остановить, просто обезвредив эту сумашедшую женщину, которая хотела испытать на ней Круцио, но вы не стали,’ – почти выплюнул эти слова Драко. Я замер, потому что он был прав, ведь я мог, но и не мог. Тем временем за Драко вступилась Ида: ‘Я видела Люциуса во время битвы, он был подавлен, его взгляд метался от пророчества к Гликерии, когда ее тащил за собой Долохов, он не мог поступить иначе, ты же тоже не можешь’ Я сжал зубы, она права, я не мог поступить иначе, также как и Люциус, я очень надеялся, что он хоть как-то, но защищал детей. Я протянул парню руку с извинениями. Драко пожал ее. Тем временем к нам подошел лечащий врач Гликерии и повел в свой кабинет. Как только все расселись, Идофея спросила: ‘Как могло это произойти?’ О ее гневная интонация, вроде и спокойна, но любое не понравившееся ей действие может кончится для человека плохо. Врач слегка сжался и ответил: ‘Мисс ОкеАно, мы делаем все возможно, известили авроров, они должны начать ее поиски’. ‘Скажите, у нее сегодня были посетили? Кто-нибудь интересовался ей?’ – спросил я. Врач нахмурился и что-то стал искать в бумагах. ‘Вот мистер Снейп, - сказал врач и протянул мне листок и расписанием, - сегодня утром ее могли навестить с 8 до 9, но никого не было, только были передачки’ ‘Она забрала их собой?’ – спросил Драко. Врач отрицательно помотал головой и слегка задумался и тут вскрикнул: ‘Стойте, я вспомнил, сегодня к ней приходили, но раньше назначенного времени, мы предлагали подождать когда мы ее разбудим, но человек отказался и протянул небольшой прозрачный сверток, просил передать лично в руки пациентке, а также слова’ Врач опять задумался. Ида вскочила и обошла стол, встав напротив врача: ‘Опишите сверток, если помните, конечно’ ‘Прозрачный сверток с игрушкой. Игрушка на вид очень старая, потрепанная, но девушка, увидев ее обрадовалась’ Я понял о какой игрушке идет речь, но это не возможно, она пропала еще в тот день, когда Керри появилась на моем пороге. ‘Это невозможно,’ – прошептал я, на меня посмотрели все, кто находился в комнате. ‘Что это за игрушка, Северус?’ – спросила Ида, а Драко попросил описать ее. ‘Обычная игрушка, белый морской котик с большими голубыми глазами, правда когда-то его мех был белый, сейчас он очень грязный, как будто побывал в пожаре…’ – ответил врач. Я был прав, это игрушка из сгоревшего дома ЛевЕнтисов. ‘Кто принес ее?’ – я встал и уперся руками в стол. ‘Вроде мужчина, ростом слегка пониже вас, на лет 25-30, запомнились глаза такие же голубые как у игрушки, голос словно гипнотизировал, а лицо извините не могу вспомнить, никак,’ – сказал врач. Ида направилась к двери. ‘Я знаю, кто это принес и где сейчас Гликерия,’ – тихо сказала она и вышла. Драко кинулся за ней следом, но, открыв дверь, никого не увидел. Я попрощался с врачом и, взяв копии истории болезни моей племянницы, вышел за дверь. ‘Крестный, где она? – спросил Драко, слегка потирая левое предплечье, - сначала Керри, теперь Идофея… Что за тайны?’ Мне это не понравилось и я, схватив его за руку, потащил вниз к каминам. Назвав адрес паба «Три метлы», я потащил ничего не понимающего парня за собой. Выйдя в пабе и, быстро поздоровавшись с хозяйкой, я направился к выходу. Зайдя за здание паба, я крепко сжал Драко и аппарировал в Визжащую хижину. Уже в хижине, отпустив парня, я, магией очистив ему и себе стулья, присел на один из них. Драко, еще не пришедший в себя, не аристократично плюхнулся на стул и сжал голову руками. ‘И давно она у тебя?’ – спросил я. Парень непонимающе посмотрел на меня и мне ничего оставалось как схватить его левую руку и задрать рукав. На бледной коже красовалась ненавистная мне метка Темного Лорда. Драко дернулся и попытался освободить руку. Я отпустил и он сразу же закрыл ее. ‘Ты не ответил…’ – начал я, но парень резко посмотрел на меня и сказал: ‘В тот же день как я вернулся домой на каникулы’ Я молчал, не было слов, точнее они были, но это было лицимерием произносить их. ‘Что будешь делать?’ – спросил я после долгого молчания между нами. Драко хмыкнул и, опустив голову, сжал над ней руки в замок: ‘Странный вопрос, не находите? Служить ему, больше мне ничего не остается’ ‘Без вариантов?’ – спросил я, хотя сам понимал глупость этого вопроса. Драко не меня позы расхохотался: ‘Да какие варианты еще могут быть, крестный?! Тут только два либо служить, либо умереть, хотя даже не так, сначала пытки, а потом смерть’. Он замолк, я тоже молчал, понимая, что слова тут будут лишними. ‘А как же Гликерия, ты скажешь ей?’ Драко отрицательно покачал головой: ‘Нет, ни я и ни ты не скажем о моем позоре. Как я понял у Лорда большие планы и она как-то вписывается в них, я хочу уберечь ее, а для этого мне нужно быть рядом с ним. Он сказал, что для меня есть задание’ Я не мог переубедить его, он прав, зная его планы, мы сможем их предотвратить, а дальше… думаю когда придет время Керри поймет и простит этого оболтуса… Конец POV Северуса Снейпа Тем временем в зале похожим на грот возле Родового Камня корчилось в муках тело юной девицы. Ее крики эхом раздавались по всему помещению. Ее выкручивало, ломало, бросало из стороны в сторону и в конце подбросило вверх и откинуло в небольшой каменный бассейн с бурлящей водой. Тело прямиком пошло ко дну. Родовой Камень, светившийся до этого оттенками голубого, погас. Прошла минута… пять… десять… и из воды резко вынырнула девушка и стала резко хватать ртом воздух. Отдышавшись, она раскрыла глаза… они изменились… стали полностью лазурными без намека на белок, зрачок превратился в узкую вертикальную щель. Волосы стали еще пышнее и длиннее, цвет стал более насыщенным, а сама фигура приобрела еще более округлые формы. Девушка стала выглядеть лет на 18 – 19. Появилась татуировка в виде ее патронуса. Хвост серебристого дракона обвивал ее левое бедро, поднимаясь выше телом окольцовывал ее талию и головой устремлялся ей под грудь. Из его раскрытой пасти вылезал раздвоенный язык и как бы касался ее груди. Но девушка этого еще не видела. Она аккуратно вылезла из бассейна и сразу перед ней появилось зеркало в полный рост. Девушка безмолвно всматривалась в зеркало, слегка касаясь своего лица, волос и тела. Стараясь рассмотреть свою тату, она покрутилась около зеркала. ‘Красивая, красивая ты, можешь дальше не крутиться,’ – произнес голос за ее спиной. Девушка резко обернулась и отшатнулась. Перед ней стоял мужчина в темно синем костюме. Его лицо еще не старое, но уже прорезалось морщинами, хотя в темных волосах и аккуратной бороде не было ни одного седого волоса. Глаза синие как ясное небо светились мудростью и опытом. На ногах лакированные ботинки, опирался мужчина на деревянную трость, верхушку которой венчал трезубец. Мужчина стукнул тростью и на девушке оказалась легкая туника, достающая ей до колена. ‘Кто вы? И как попали сюда?’ – спросила девушка. Мужчина усмехнулся и поклонился ей, при этом успел перехватить ее руку и запечатлеть целомудренный поцелуй: ‘Извините меня, Гликерия, за мои манеры. Мое имя Посейдон – бог морей и океанов, также по совместительству являюсь отцом основателя рода твоего отца’ Гликерия открыла рот от удивления, но тут же прикрыла его рукой. ‘Не может быть…’ – сказала она и почти упала если бы ее не подхватил Посейдон. Она отключилась. Посейдон покачал головой и спокойно подхватил ее на руки и вышел из зала. POV Гликерия ЛевЕнти Тьма… боль… кости ломаются… кожа горит… кровь кипит в венах… каждая клеточка чувствует боль… резко прекращается и холод… запах… такой родной… приятный… в голове мысли: ‘Мама… Папа… Алан… Дядя Северус… Драко… милый… Драко…’ я раскрываю глаза и выныриваю… Я на кровати в своей комнате, осматриваю себя, зеркало появляется передо мной… все такое же… но я видела другие глаза… ‘Что это было?’ – тихо спросила я. Дверь приоткрылась и в комнату входит мужчина с подносом в руках. ‘О, ты проснулась, как себя чувствуешь?’ – спросил он. ‘Лучше, чем раньше,’ – ответила я. Посейдон улыбнулся и поставил мне на ноги поднос. Ммм… как вкусно пахнет, рот наполняется слюной, я беру вилку и подцепляю манго из фруктого салата, наслаждаюсь его вкусом. ‘Кстати, тут Идофея и Атэ ломились в дом,’ – как бы невзначай сказала мужчина и я чуть не захлебнулась соком. Прокашлявшись, я спросила: ‘Какой сегодня день?’ Он махнул рукой и из сока соткалась дата и время: ’24 июня 1996 год 02.56 p.m.’ Я вскочила, опрокинув завтрак, и стала метаться по комнате, ища во что переодется. ‘Блин… блин… они меня убьют… убьют…’ – шептала я, находя майку и легкие брюки. Быстро переодевшись, я повернулась и заметила, что Посейдон так и оставался в моей комнате. Лицо покрылось румянцем. Мужчина хмыкнул и встал: ‘Гликерия, можешь не краснеть, я и так уже все видел’ Он направился к выходу из комнаты и, коснувшись ручки, слегка развернулся: ‘И еще, я думаю, тебе стоит познакомиться с моим братьями, точнее оставшимся братом - Аидом’ И он вышел. ‘А зачем мне знакомится с ним?’ – подумала я, натягивая на себя черные бриджи и светлую тунику. На ноги обула черные с золотистым узором, напоминающим крылья, балетки. Волосы собрала в хвост. Оглядев себя в зеркале, я тяжело вздохнула и с гордо поднятой головой вышла из комнаты. Первым делом я сняла ограничение доступа к поместью, а дальше попыталась найти Посейдона. Он находился в голубой гостиной и спокойно пил чай, а рядом с ним расположился мужчина, который покручивал в руках ножку бокала, в котором плескалась какая-то темная жидкость. В этой же гостиной находились те, кто мне должен оторвать голову – Идофея и Атэ. Я думала войти бесшумно, но дверь в гостиную закрылась с громким хлопком. Они прервали разговоры и повернулись ко мне. Я вжалась в закрытую дверь. Идофея с невозмутимым видом поставила чашку с недопитым чаем и поднялась. Тоже самое сделал Атэ. Меня слегка потряхивало от их спокойного вида. Они неспеша подошли ко мне, я зажмурила глаза и втянула голову в плечи. Я почувствовала как меня схватили за плечи и сильно сжали. Потом несколько раз сильно встряхнули, так что я приложилась головой об дверь. Наконец я услышала речь их обоих: ‘Ты… как ты могла… ты понимаешь, что было с нами… да я чуть не поседела от страха… ты не предупредила меня, что уйдешь… ты понимаешь, что с тобой могло случится все что угодно… ты представляешь как о тебе там все беспокоятся….’ Они трясли меня, прижимали к себе, потом опять трясли. И за всем этим наблюдали двое. ‘Так, стоп, хватит, - раздался громкий голос Дона, - отпустите ее’ Ида с Атэ оставили меня в покое, я облокотилась на дверь и приходила в себя. ‘Керри, все хорошо?’ – кто-то спросил меня. Я приоткрыла глаза и столкнулась с настороженными чисто черными как сама тьма глазами. Передо мной стоял мужчина с абсолютно черными волосами, казалось что черный цвет по сравнению с ними блеклый, одетый в кожаный черный с красной оторочкой пиджак и бордовые брюки, на ногах черные оксфорды, единственное светлое пятно в его образе это его белоснежная кожа да светлая рубашка. Я кивнула, он протянул мне руку и повел за собой к столику. Посадив меня между собой и Доном, мужчина налил мне чаю, положил два кусочка сахара и протянул мне. Я взяла чашку и все. Никто не проронил ни слова. ‘Эм… наверное начну я,’ – слегка прокашливаясь, сказала я. ‘Да уж, будь любезна,’ – съехидничала Ида. ‘Ида, тебе не идет быть стервозной,’ – скучающе протянул мужчина по левую руку от меня. На что она скорчила гримасу и ответила: ‘Ну да, Аид, мне до тебя далеко, также как Посейдону далеко до папы’ ‘Ну ты и язва,’ – сказал Атэ, наливая себе виски на два пальца. ‘Так вы меня будете слушать или нет?’ – спросила я. Они замолчали. Я рассказала как придумала план побега, как реализовала его и оказалась здесь. ‘Для меня остается загадкой как я оказалась у Родового Камня и как эти двое ну и вы проникли сюда,’ – сказала я заканчивая свой рассказ. Посейдон поставил на столик свою чашку и вольготно расположился в кресле: ‘Это не секрет, так как у тебя было истощение, то самый лучший способ восполнить свои силы это побыть у Родового Камня. Как я понимаю, Атэ, ты зачаровал ее кольцо как спасательный порт-ключ. Керри активировала порт-ключ, но, так как ключ спасательный, то при плохом самочувствии активатора, он переносит его в самое защищенное место – зал с Родовым Камнем. А ответ на твой вопрос прост – твоя защита была настроена на против врагов, а также против вмешательства некоторых личностей, но мы же не враги, а Аид смог сбросить то, что ты поставила и спокойной провел их’ ‘А вы понимаете, что могли провести в мой дом чужаков?!’ – вскипела я. Аид хохотнул и поставил бокал: ‘Дорогая, бога смерти не проведешь’ ‘А как же Волан-де-Морт?’ – спросила я. Наступило молчание. По тому как Дон сжал свою чашку, а по лицу Аида заходили жевалки, я поняла, что сболтнула лишнего. ‘Гликерия, это существо, а про него сейчас да и тогда по другому не скажешь убило твоего деда, нашего брата и…’ – проговарил сквозь зубы Аид, но его прервала Идофея: ‘Мальчики, она и так это знает, не продолжайте…’ Бог смерти посмотрел на нее и кивнул, а Посейдон продолжил: ‘Но я не думаю, что она знает о том как его убили, ведь бога убить нельзя…’ Я кивнула, а Аид опять налил себе в бокал вина и, отпив, сказал: ‘Благодаря одной особе, сидящей здесь, он смог с помощью соратника выкрасть одну вещицу, которая может убить нас, никто не знает как она выглядит, но оно способно уничтожить нас’ Я удивленно посмотрела на него… оружие, способное убить бога смерти… и вообще любого бога… Я повернулась к Иде: ‘Это был мой дядя?’ Она отрицательно покачала головой: ‘Малфой. Он опоил меня, заставил забыть того, кого я на самом деле любила и совершить кражу…’ Атэ приобнял ее и что-то успокаивающее шептал на ухо. ‘Снейп был молод и слишком доверял своему другу Люциусу. Ведь именно он сварил то зелье, которым опоили Идофею, - говорил Дон, переводя взгляд с меня на Идофею, - Ида, если тебе тяжело это вспоминать, то…’ ‘Нет, она должна знать, что даже если ты хорошо знаешь зелья, то это не значит, что ты не попадешься на одно из них, - сказала она, слегка шмыгнув носом, - Северус застал меня с Люциусом, мы разругались с ним, он тогда кричал, что его все предали, все… Люциус тем временем забрал оружие, которое я ему передала, и исчез. На крики и драку пришел отец, если бы не он, я бы убила, наверное, Северуса. Отец усыпил его и заменил ему воспоминания, запечатал их, он не помнил меня, но я его помнила… это была страшная мука и расплата за мой поступок’ ‘Но ты же не виновата,’ – начала я, но была прервана ей: ‘Керри, наша семья знала о слухах, ходивших про Малфоев, особенно про Малфоя-старшего, отец всегда предупреждал нас о постоянной бдительности…’ ‘Что случилось, то случилось, Идофея, - сказал Аид, - а как сейчас поживает Снейп? Он вспомнил?’ Ида кивнула и сказала: ‘Он все также любит меня и простил за то что было’ ‘А ты?’ – спросил Посейдон. ‘А за что мне его прощать? – спросила она, - За метку? Так это из-за меня он ее принял’ ‘Так, может, хватит вспоминать прошлое, давайте подумаем о настоящем, - сказала я, - у меня к вам ко всем вопрос: Пророчество про меня… оно действительно сбудется? Я займу темную сторону?’ Опять повисло молчание. Я забралась с ногами на кресло, зная что это неприлично, но ничего не могла поделать, хотелось забиться в угол и все… Ида подлетела ко мне и обняла, я уткнулась ей в плечо и прикрыла глаза. От нее пахло травами, настойками и дядей. Это успокаивало меня: ‘Дядя… Дядя!!! О, Мерлин, мы не сказали ему, где я, нужно сообщить, он же всю Британию перевернет в поисках меня…’ ‘Тише Керри, мы ему сообщили, что ты у Атэ, а про поместье говорить не стали. В Паучьем Тупике не все так спокойно и гладко, Темный Лорд приставил к нему Хвоста, но этот трусливый крысеныш уже вряд ли что-то расскажет, я могу быть убедительна’ Аид приподнял правую бровь и усмехнулся: ‘Что ты ему сказала такого?’ ‘Не сказала, а показала, что будет если он будет мешать нам с Северусом. Вы бы видели его, он чуть в штаны не наложил, когда увидел вместо меня мою анимагическую форму, – смеялась Идофея. – И, дорогая, я не думаю, что ты перейдешь на темную сторону, если только тебя не заставят, ты самая светлая из нас всех, твоя чистая душа не запятнана ничем…’ ‘Керри, не думай об этом, пророчества не всегда верные и полные,’ – сказал Посейдон, приобнимая меня и Идофею, рядом с ним стояли Аид и Атэ. ‘При любом раскладе мы поддержим тебя, мы ведь семья,’ – сказал Атэ, а Аид кивнул. Это приободрило меня. Наша беседа вернулась в обычную колею, боги рассказали мне о силе, о магии внутри меня, для колдовства мне уже не нужна палочка, но все же использовать ее. Мы решили находиться в поместье, по крайней мере до конца июля, братья остались со мной для обучения, а Идофея вернулась к Снейпу, Атэ иногда навещал нас. В целом это лето не отличалось от моего предыдущего, когда я странствовала. Единственное, что меня тяготило, это невозможность связаться с братом, друзьями и любимым. Я скучала по ним, особенно по Драко. Я каким-то скрытым чутьем чувствовала, что они нуждаются во мне, но братья наложили такие заклятия, что ничего не могло пробиться к нам и ничего не могло войти к нам без особого разрешения. Поэтому единственное, что мне оставалось, это воспоминания и кулон с извинениями Драко, с его голосом. Братья догадывались кто этот голос, но молчали, видя какая улыбка расползается у меня на губах и как светятся мои глаза. Да это была любовь… Конец POV Гликерия ЛевЕнти POV Нарцисса Малфой Я смотрела как беспокойно возится во сне мой сын. Мерлин, как я хотела чтобы это никогда не коснулось его, моего сына, моей кровиночки… Он не должен расплачиваться за глупость своего отца, навязанную ему своим отцом. Абрахас Малфой не вызывал у меня никаких приятных чувств. После нашей свадьбы я старалась не привлекать к себе лишнего внимания. После рождения Драко, свекр хотел разорвать наши с Люциусом отношения, но скончался когда моему сыну не исполнилось и года. А когда пал Темный Лорд, я думала, что мы начнем жить свободно, даже несмотря на все обыски рейды у нас дома. Именно в эти моменты я научилась держать свое лицо и закрывать свою темпераментную натуру. Никто больше не видел меня какой я была раньше, кроме сына и мужа. Сейчас пока никто не видит, я могла дать волю своим чувствам, которые скопились во мне. Муж в Азкабане, а сын получил задание от Волан-де-Морта. Драко осунулся, в глазах померк свет, который вызвала Гликерия. Он замкнулся в себе и отмахивался от любых разговоров. Мое сердце сжимается и ноет, я должна ему помочь, хоть как-нибудь. Я отошла от кровати Драко и развернулась к двери, она приоткрылась и из щели показалась мохнатая черная макушка. Белла ждала меня. Накинув плащ, я вышла из комнаты. ‘Готова?’ – спросила я, направляясь к выходу из поместья. Белла молча пошла за мной. К аппарационному барьеру мы шли молча. Тишина слегка нагнетала, вызывала страх, но ради своей семьи я была готова на все. До дома Снейпа оставалось несколько метров. Виды в этом месте были ужасные, вонь и смрад, как он жил тут с детьми… ‘Цисси, подожди,’ – окликнула меня сестра. Я остановилась и позволила ей догнать меня. ‘Ты уверена? Он скользкий и отвратительный тип,’ – прошипела она. Я выдернула свою руку из ее хватки и слегка обернулась: ‘Повелитель доверяет ему… или ты сомневаешься и в нем?’ В ее глазах заплескался страх вперемешку с безумием. ‘Нет, конечно, нет… но…’ – начала она оправдываться и отрицательно мотать головой. ‘Я пошла, ты как хочешь, - сказала я и отошла от нее на пару метров. – Я уже большая девочка, Белла, и могу отвечать за свои поступки’ Не сбавляя темпа, я двинулась в сторону самого крайнего дома на улице. Стук каблуков за мной дал понять, что она меня не оставит, а жаль, мне хотелось бы поговорить еще и о моей невестке, она часть этого задания… Дойдя до дома и подождав Беллу, я постучала. Дверь приоткрылась и на пороге был Хвост. Он был дерганнее обычного и все время оборачивался словно ожидал атаки. ‘Миссис Малфой, Миссис Лестрейндж, проходите,’ – пропустил нас Хвост. Краем глаза я заметила женскую мантию, Идофея дома, но где… Белла знает как она выглядит, если она ее узнает, то… Мои мысли прервал Северус. Он вышел из гостиной с бокалом огневиски в белой рубашке, небрежно застегнутой на несколько пуговиц, на шее виднелось несколько свежих засосов, и темных брюках. Снейп смерил нас непроницаемым взглядом, слегка задержался на сестре и кивком головы показал куда нам идти. Мы оказались в небольшой гостиной. На небольшом столике стояла бутылка огневиски, один бокал и легкая закуска. Окна были зашторены, в камине полыхал огонь, дающий тепло, а свет давала небольшая лампа, стоящая рядом с креслом, в котором расположилась девушка. Она была в легком подпитии и почти не одета, не считая мужскую рубашку, застегнутую только на три нижние пуговицы, и ажурные темно-синие трусики. Она закинула ноги на подлокотник, от чего рубашка задралась и показала их. Спиной облокотившись на противоположный подлокотник, она спокойно видела дверь, через которую мы вошли. Девушка, заметив нас, вцепилась в нас взглядом. Глаза знакомые, я их уже видела… но… не может быть… ‘Мория, - мурлыкнул Северус, от чего у Беллы начался ступор, я закусила щеку, чтобы не засмеяться, а Снейп продолжил, - приведи себя в порядок, ты же видишь у нас гости, мы продолжим попозже, сходи, приготовь нам чаю как я люблю’ Девушка ухмыльнулась и протянула ему руку, он рывком поднял ее на ноги и прижал к себе. Носом провел по ее шее, она откинула голову, давая еще больше доступа к шее. ‘Ммм, όμορφη**,’ – прошептал он и отпустил ее. Она хитро улыбнулась ему и забрала из руг початый стакан и отхлебнула: ‘είσαι φοβερός***’ Покачивая бедрами, девушка подошла к двери, около которой находились мы. Смерив нас немного напряженным взглядом, Мория толкнула дверь. Тут же перед ней растелился Хвост с таким испугом на лице, словно перед ним Нагайна. Она хмыкнула и перешла через него. Дверь за ней захлопнулась. Мы развернулись и перед нами уже был Северус, которого мы знали. Наглухо застегнутый сюртук, холодные черне глаза и нечитаемое лицо. Он взмахом палочки отправил остатки трапезы в камин, где огонь срадостью все поглотил. Появились два кресла. Мы сели в них. ‘И что забыли аристократка и беглая Пожирательница в доме скромного преподавтеля зельеделия?’ – сарказ так и лился из его уст. Я понимала его, мой дом уже не мой, благодаря его Темнейшеству… Я собрала свою волю в кулак и ответила: ‘Северус, мне нужна твоя помощь’ Он приподнял правую бровь: ‘И чем я могу помочь тебе, Нарцисса?’ Я вздохнула и продолжила: ‘Я прошу не для себя, а для Драко. Задание, Лорд дал ему задание, которое он не сможет выполнить, он умрет Северус’ Я заломила руки и с отчаеньем посмотрела на него. На его лице не дрогнул ни один мускул, а глаза были все также холодны и не проницаемы. Белла вскочила: ‘Цисси, зачем ты унижаешься? Ведь это великая честь получить задание от самого Лорда. Драко должен быть счастлив’ Я усмехнулась: ‘Белла, замолчи, он не справится, это задание не выполнимо, это наказание за ошибки’ Северус молчал. Я смотрела на него и терзала ткань своего платья. Белла продолжала что-то говорить, но я не слушала, я продолжала на него смотреть и подбирала слова для Северуса. Дверь раскрылась и в комнату вошла Мория. Она изменилась. На ней было красивое домашнее платье, волосы собраны в хвост, только две волнистые прядки очерчивали контур ее лица. В руках у нее был поднос, на котором стоял чайный набор на три персоны. Девушка поставила его на столик и разлила каждому в чашку чай с необычным ароматом. Он напомнил мне альпийский луг, где я с Люциусом гуляла после свадьбы, наш медовый месяц, сад Малфой-менора весной. Она отлевитировала мне с Беллой чашки, а Северусу передала в руки, коснувшись его пальцев. Я сжала горячую чашку и отпила. Чай на вкус был лучше чем на запах. Сестра гипнотизировала то чашку, то девушку. А Мория приподняла уголок губы и ушла за дверь. В комнате была тишина и только треск поленьев раздавался в ней. Разговор, задушанный почти с самого начала, не продолжался. Мы молча пили чай. Северус сжал в руках чашку и с грохотом поставил ее на стол, встал и несколько раз прошелся по гостиной. Встав к нам спиной, он сложил руки в замок и смотрел куда-то в стену. Наконец, резко развернулся и сказал: ‘Я согласен’. После этих слов у меня как камень с души упал. Я была готова упасть на колени перед ним и благодарить. ‘Цисси, Непреложный обет, я не доверяю…’ – сказала Белла, прищуриваясь. Северус смерил ее холодным взглядом и протянул мне руку, я хватилась за нее. Сестра достала палочку и коснулась палочкой наших рук: ‘Обещаешь ли ты, Северус Снейп, защитить Драко Малфоя от любых опасностей, пока он выполняет задание Темного Лорда?’ ‘Обещаю,’ – проговорил Снейп и золотистая петля вылетила из кончика палочки и обвила наши руки, а Белла продолжила: ‘Обещаешь ли ты, Северус Снейп, всеми силами помогать Драко Малфою и выполнить за него задание, если мальчика будет ждать крах?’ ‘Обещаю,’ – сжав мою руку, сказал Северус. Еще одна петля обвила нас. ‘Свидетельствую,’ – сказала Белла и коснулась еще раз наших рук. Петли последний раз блеснули и исчезли. Мы расцепили руки. Северус потер запястье и проговорил: ‘Не смею больше задерживать вас, - сказал он, дверь открылась, за ней стоял Хвост, - он проводит вас’. Снейп вышел из гостиной и направился на второй этаж. Белла проводила его взглядом и процедила: ‘Подстилка, интересно, давно он с ней забавляется и откуда она взялась?’ Хвост оглянулся несколько раз и пербивчиво зашептал: ‘Я не знаю, но она появилась с ним и они только и делают, что трахаются, я уже не знаю куда от них деваться. А эта Мория просто ужас, она анимаг и обещала меня сожрать…’ ‘И сожру, если ты не прекратишь задерживать гостей,’ – спускаясь со второго этажа, проговорила Мория. Хвост просто прибился к стенке, затравленно глядя на нее. Она подошла к нам и мило улыбнулась, приоткрывая нам дверь. Белла испепеляла ее взглядом, а мне было все равно, я знала, что победительницей из конфликта выйдет Идофея или как ее сейчас назвают Мория. ‘Всего вам доброго, заходите еще,’ – ласково проговорила она, сверкая слегка удлиненными клыками и глазами. У сестры расширились глаза. Мория провела длинным раздвоенным языком по клыкам и прошипела: ‘Вон отсюда и не приходите больше’ От ее голоса у меня побежали муражки и я кое-как вытолкнула сестру, которая уже пыталась вынуть палочку, но страх сковывал ее. Я почувствовала легкое касание в кармане мантии и шепот: ‘Для него’ И дверь за нами закрылась. Белла отошедшая от шока, рвалась обратно… ее… Пожирательницу Смерти… верную соратницу Волан-де-Морта испугала какая-то проститутка… гадина… Утащив свою сестру к месту, откуда можно было аппарировать, мы вернулись к мэнору. Он стоял весь темный и устрашающий. Мне не хотелось возвращаться в него, в место которое было моим домом, именно было… Это не дом, а какой-то притон… До дверей менора мы шли опять же молча, мне казалось, что если она скажет хоть что-нибудь, то я не сдержусь и прикончу ее. Расстались мы сней на втором этаже. Я решила зайти сначала в комнату сына, проверить его. Он также спал, беспокойно и что-то шептал. Я достала из кармана записку и положила ему ее под стакан воды. Слегка коснувшись его волос и проронив пару слезинок, я ушла к себе. Эта ночь была такой же как и други без мужа – одинокой и холодной. Конец POV Нарциссы Малфой POV Драко Малфой Это просто не возможно… не реально… это прямой путь к смерти… я не смогу это сделать… Эти мысли стали посещать меня все чаще и чаще… Задание Лорда… наказание за отца… Мать осунулась, глаза бывшие когда-то прекрасными и светлыми, стали безжизненными и мрачными, в них потух огонек жизни… я же выглядел не лучше, но старался держаться… близится учебный год, завтра идти закупаться для учебы… И для задания… Я ходил из угла в угол с самого утра, когда небо только только стало окрашивать предрасветными лучами солнца. Сны беспокойные и тревожные, я видел опять ее, но там она была другая, не та, которую я знал и видел… Резко дернув себя за отросшие волосы, я направился приводить себя в порядок. Ванная сейчас мне бы не помешала. На водные процедуры у меня ушел час. Выходя из ванной в одних боксерах, я вытирал голову полотенцем. Хотелось пить, я помнил, что на тумбочке стоит стакан с водой. Кинув мокрое полотенце на пол, я направился к тумбочке. Осушив залпом стакан, я собрался поставить его на место, как мое внимание привлекла бумажка сложеная в двое. Достав палочку и проверив на заклинания, я взял ее и развернул. Мои ноги слегка подкосились и я сел на кровать. Это была записка от Идофеи. В ней она приглашала меня по адресу и просила никому не говорить и желательно не показываться и уничтожить эту записку, что я и сделал, запомнив адрес. Одевшись, я спустился на завтрак, благо еще никто не встал и я завтракал в полном одиночестве. Наказав эльфам не распространяться, что меня нет, я покинул менор. Добираться до адреса я решил на Ночном рыцаре. Кондуктор скривил свое и так непривлекательное лицо, но впустил меня. Оплатив проезд, я постарался затеряться среди пассажиров. Прибыв к месту назначения, я вышел из автобуса и смахнул с себя пыль. Передо мной была гостиница. Самая обычная гостиница. Моя бровь вздернулась вверх. Может это ловушка? Я огляделся, проходили обычные люди, маглы, некоторые посматривали на меня и немного ругались, если я мешал им пройти. Проверив палочку в креплении, я шагнул во вращающиеся двери. Осмотревшись, я заметил девушку, которая изредка посматривала на вход и надолго задержалась на мне взглядом. Я почувствовал толчок в сознание. ‘Драко, следуй за мной,’ – голос Идофеи я легко узнал. Она прошмыгнула мимо охранника в подсобку. Я последовал за ней. Охранник меня даже не заметил. Открыв дверь, я вошел и застыл. За дверью была почти такая же гостиница, только в ней творилась магия. Ида втащила меня и захлопнула дверь. Наше прибытие осталось не замеченым. Идофея тянула меня за собой к девушке за стойкой. ‘Жози, они прибыли?’ – спросила она полушепотом. Та кивнула и протянула ключ от номера 250. Ида подхватила ключ и потащила меня к лифтам. Я не понимал, что происходит и где я вообще. Лифт звякнул и двери разошлись. ‘Пошли,’ – выглянув из лифта, потянула она меня за собой. Подойдя к гостиничному номеру, Ида отперла дверь и втолкнула меня во внутрь. Дверь за мной захлопнулась и в ключ завертелся в замке. Я рванул к двери и подергал ручку. ‘Эй, открой, что за шутки,’ – стучал я в дверь и кричал. ‘Драко?’ – послышалось за спиной. Я перестал колотить в дверь и резко развернулся, встречаясь с любимыми глазами. Она выросла, изменилась, стала еще более женственной. Лазурное платье облегало все ее формы, притягивая к ним взгляд. Я осторожно подошел к ней и протянул руку, косаясь ее щеки. Она настоящая, не мираж. Захватив ее лицо в свои руки, я всмотрелся в ее глаза. В них плескалась радость, любовь и желание. Желание быть со мной… Улыбка тронула мои губы и я, прошептав ее имя, втянул ее в чувственный и страстный поцелуй. Она отвечала мне, обнимала меня, прижималась словно хотела слиться со мной. Языком дразнил ее губы, заставляяих приоткрыться, захватывал их в плен, игрался с ее язычком и ловил ее сладкие стоны. Разорвав поцелуй от недостатка кислорода, я не мог надышаться. Мое внимание привлекла ее грудь, обтянутая тонкой тканью платья, поднимающаяся в такт ее дыханию. Мои руки огладили ее шелковую кожу на шее, я почувствовал легкие муражки от своего прикосновения, спустились по ключицам к плечам, слегка сдергивая брительки ее платья. Ее кожа была горячая, нежная словно шелк. Руки дальше преместились к талии, слегка сжав ее, от чего она легонько вскрикнула. Этот вскрик остановил меня в нескольких миллиметрах от ее шеи. ‘Мне остановиться?’ – шумно выдохнул я, прося внутри чтобы она сказала нет. Она ничего не сказала, только дернула меня на себя и мои губы коснулись ее шеи. Казалось что все плавится под моими губами, горячо… она зарывалась руками в мои волосы, прижимала сильнее. Ее запах щекотал нос, возбуждал меня, я чувствовал как брюки становяться тесными, нельзя спешить… нельзя… Я провел языком дорожку от ее шее к груди и прикусил ее кожу, отчего она вздрогнула и прикрыла глаза, с губ сорвался полустон. Голова начинала кружиться от желания обладать ею. Подхватив ее на руки, я кинул ее на большую кровать и навис над ней. Она провела рукой по моей щеке и прошептала: ‘Я люблю тебя, сделай меня своей, прощу… я хочу тебя…’ Это стало последней каплей, она тут со мной, отдается мне и толь ко мне… она станет моей во всех смыслах… Я дернул ее платье вниз, оборвав брительки. Она дернула полы моей рубашки и по кровати и полу рассыпались пуговицы. Скинув эту ненужную вещь, я прильнул к ее обнаженной груди. О Мерлин… она прекрасна… Сжимая правую грудь, я поцелуями, укусами и зализываниями покрывал ее шею и спускался вниз, захватывая губами ее торчащий сосок. Втягивая его, я ласкал его языком, посасывал. Керри выгибалась подо мной и стонала, прикрывая глаза. Ее щеки покрывались румянцем, руки блуждали по моей спине, слегка царапая ее, за что я сжимал ее яростнее и слегка покусывал сосок. Лаская грудь поочередно губами и языком, я одной рукой опирался рядом с ней на кровать, а другая поглаживала ее плоский живот, слегка спускаясь к ее женственности, я не торопил ее, я хотел доставить ей удовольствие, я хотел любить ее долго и много… Коснувшись ладонью сквозь полностью мокрые трусики, я отодвинул ткань и погладил клитор. Она распахнула глаза и не сдержала возгласа. Я дразнил ее там, касался, гладил и смотрел как она кусает свои губы, извивается и постанывает. Моя рука спускается ниже, касается входа, она вздрагивает и пытается отодвинуться, я удерживаю ее за бедро, слегка сжимая его и поглаживая. Ее слегка потряхивает, дыхание учащенное, глаза затуманенные… тело покрыто засосами и следами моих зубов. Я приподнялся к ее губам и поцеловал: ‘Боишься?’ Она слегка кивнула, отворачиваясь. Я повернул ее обратно и опять поцеловал: ‘Не бойся, я буду нежен, я рад, что я у тебя первый, моя маленькая’ Я нежно поцеловал и стал поцелуями спускаться вниз. Пощекотав пупок, я спускался еще ниже. Керри сжала ноги и попыталась закрыться. Я только улыбнулся и, глядя ей в глаза, стал поглаживать ее по ногам, бедрам и талии, успокаивая: ‘Милая моя… сладкая… я люблю тебя… я не причиню тебе вреда… никогда… я буду с тобой… моя малышка… если ты не хочешь,я могу еще подождать… я готов ждать сколько угодно, Принцесса… маленькая моя…’ Керри схватила меня за руки и потянула их к своему лону, она краснела и отворачивала взгляд… рукой я касался ее клитора, сжимал его, поглаживал… она еще больше краснела и распалялась, она раскрылась для меня, сжав покрывало на кровати и кусала губы. Я наклонился к ее женсвенности и лизнул языком. Ее вкус был божественнен. Она вздрогнула и выгнулась, ее ноги опять стали закрываться, но я не позволил слегка придержав их. Керри взглянула на меня, я посмотрел ей в глаза и опять лизнул ее. Девушка задрожала и громко втянула в себя воздух. Я продолжил ласкать ее языком. Я просто упивался ее вкусом и ароматом. Пальцем я кружил вокруг ее входа, боясь проникать, она двинула бедрами и громко простонала, это опять сорвало мне крышу, я, лаская ее, стянул с себя брюки с боксерами и пережал член у основания. Он сочился предсеменем. Я провел несколько раз по своему члену и влажными пальцами коснулся ее лона, сначала проник один палец, она была узкая и совсем еще девочка… для меня… моя девочка… невинна… для меня… Керри слегка завозилась, но не стала препятствовать, к одному пальцу добавился еще один, я растягивал ее, старался смягчить ту боль, которую причиню. Я чувствовал как подрагивают стенки ее влагалища… она была готова ко мне… Прошептал заклинание бесплодия. Я опять пережал свой член у основания и стал потихоньку входить в нее. На ее лице отражался легкий дискомфорт, но она сама стала двигаться ко мне на встречу, мне пришлось придержать ее… Наткнувшись на преграду, я заглянул в ее глаза, в них читались страсть, нежность, любовь и… страх… я почти прижался к ее губам и прошептал: ‘Потерпи моя сладкая, все пройдет’ Я резко вошел. Она выгнулась, взепившись мне в плечи, вскрикнула и из закрытых глаз выпало несколько слезинок. Я не двигался, давая ей время привыкнуть. Керри рвано дышала, глаза не открыла, но двинула бедрами. Я осторожно стал двигаться, постепенно ее стоны, сбитое дыхание, крики и вхлипы заставили меня наростить темп, я вбивался в нее как безумный, девушка подставляла под мои ласки свое тело. Я поднимал ее за талию, прижимался к ее груди и ласкал ее как изнывающий от жары путник. Я не мог насладиться своей сладкой Гликерией. Я любил ее и не мог отдать никому… уже никому… Я почувствовал как она обхватила меня ногами и прижалась ко мне, я чувствовал ее оргазм, который накрыл ее с головой и заставил кричать мое имя. С остервинением вколачиваясь в ее разгоряченное и разморенное оргазмом тело, я кочил через минуту после нее, сжав ее бедра до синяков. С моих губ сорвалось ее имя, оно просто таяло на языке. Обессиленный от этого, я рухнул рядом с ней, прижал за талию и уткнулся в ее влажные волосы. ‘Ты моя, только моя, я люблю тебя Гликерия,’ – сказала я, зарываясь в ее волосы. Она повернулась ко мне и улыбнулась: ‘Я тоже люблю тебя, мой Дракон’ Она поцеловала меня и, уткнувшись мне в грудь, задремала. Я смотрел на нее и понимал, что она мое сокровище и я его не отдам… даже своему Хозяину… Конец POV Драко Малфой POV Гликерия ЛевЕнти Не смотря на лучи солнца, проникающие сквозь плохо задернутые шторы в комнату, я не хотела просыпаться. Все что происходило в этой комнате казалось сном… замечательным сном… Я сладко потянулась и дотронулась до другой половины кровати. Драко там не было. Я открыла глаза. В комнате его не было, как и вообще в номере. На подушке лежала красная роза и записка: ‘Сладкая моя, не хотел будить, ты словно ангел. Прости, но мне нужно уйти к матери. Люблю тебя, малышка’ Я вдохнула аромат этого чудесного цветка и откинулась на кровать, обнимая подушку Драко и вдыхая его запах. Внизу живота стало щекотно, словно сотни бабаочек вспорхнули и коснулись своими крыльями. В комнату постучали. Я накинула халат и открыла дверь. На пороге стояла Идофея в сопровождении Дона. Вид у них был не важный. Я впустила их и попыталась прикрыть свою искусанную шею. Ида села на кровать, а Посейдон направился к бару. Достав бутылку виски и три стакана, он налил каждый до половины. Свой он опрокинул сразу же, наши поставил перед нами. ‘Что случилось?’ – спросила я. Ида опрокинула также свой стакан и пережала переносицу: ‘Атэ… он… его сильно ранило, но Пифия… они приходили за ней… это были они…’ Мне не нужно было понимать что случилось. Пожиратели, они убили ее. Я обхватила свои колени и давилась слезами… опять из-за меня… это моя вина… Ида что-то шептала успокаивающее, а Дон пытался влить в меня успокоительное. Наконец, я смогла взять себя в руки. Взяв одежду, которую мне принесла Ида, я скрылась в ванной. На меня было страшно смотреть, лицо и глаза опухшее, кожа в синяках. Заглянув в аптечку, я вылила заживляющие настойки в ванную и, добавив немного воды, залезла в нее. По телу прошла волна облегчения, синяки и засосы стали рассасываться, самочувствие улучшаться. Через час я вышла из ванны одетая в к выходу за покупками для школы. Сопровождать меня будет Идофея, а Посейдон отправился обратно домой следить за состоянием Атэ. Мы вышли из гостиницы и поймали машину, которая высадила нас около ‘‘Дырявого котла’’ Стараясь не привлекать внимание, мы пошли в стене и, постучав палочкой, зашли в открывшийся проход. На меня сразу налетел Алан, крепко обнимая. Я обнимала в ответ. Рядом с ним были Гарри и Гермиона. Я рада была их видеть. В нескольких метрах от нас стали появляться Уизли. Молли обнимала всех. Рон пожал руку моему брату, при этом они сверли ли друг дружку взглядом. Стало интересно. Джинни обняла меня и, немного смущаясь, посмотрела на Гарри. Я слегка подтолкнула ее к нему. Мы всей гурьбой отправились за покупками. Меня расспрашивали о моем здоровье и состоянии и я порадовалась, что убрала все последствия бурной ночи с Драко. Первая остановка была банк. Пока Молли и Ида разбирались с деньгами, ребята окружили меня и засыпали вопросами, одним из которых были результаты С.О.В. Я их не получила, так как меня не могли найти. Алан получил все Превосходно, а Гермиона получила 10 Превосходно и одну Выше ожидаемого. У Гарри была не плохая картина почти все на Выше ожидаемого, одна Превосходно и одна Удовлетворительно. Только по прорицанию и Истории Слабо и Отвратительно. Я была рада за них, хотелось бы и мне узнать свои результаты. На мое плечо спикировала сова и протянула лапку. К ней было привязано письмо, которое заставило всех замолчать. ‘Это же твой С.О.В. – сказала Герми, - открывай’ Я отвязала послание и сломала сургучную печать. «СТАНДАРТЫ ОБУЧЕНИЯ ВОЛШЕБСТВУ. РЕЗУЛЬТАТЫ ЭКЗАМЕНОВ» Проходные баллы: Превосходно (П) Выше ожидаемого (В) Удовлетворительно (У) Непроходные баллы: Слабо (С) Отвратительно (О) Тролль (Т) ГЛИКЕРИЯ ЛЕВЕНТИ ПОЛУЧИЛА СЛЕДУЮЩИЕ ОЦЕНКИ Трансфигурация П Заклинания П Зельеварение П Астрономия П Защита от Темных Искусств П Травология П Уход за магическими существами П История Магии В Нумерология П Древние руны П Я закончила рассматривать результаты. Брат выхватил у меня пергамент и быстро пробежал глазами. ‘Да не верю, - сказал он, поднимая глаза на меня, - ты сдала Историю хуже меня? Да не поверю’ Я слегка скривилась, а Гермиона толкнула его локтем: ‘Ал, ты чего?’ ‘Ну не могла она так сдать,’ – продолжал Алан. ‘Ну сдала и сдала, что в этом такого? – ответила я, - тем более с таким преподавателем удивительно сдать выше ожидаемого. Так что вы хотели мне еще сказать?’ ‘У меня брат решил жениться и угадай на ком?’ – сказал Рон, немного кривясь. Я приподняла одну бровь и с недоумением на него посмотрела. ‘На твоей подруге Флер Делакур,’ – немного скривясь, ответила Джинни. ‘Так, что вы имеете против моей подруги?’ – спросила я, слегка прищуриваясь. ‘Керри, она по сравнению с тобой более…’ – начала Гермиона, но я прервала ее: ‘Я поняла, первый раз я тоже так про нее подумала, но столкнувшись с одной не очень хорошей вещью, она показала свое истинное лицо, лицо человека, готового помочь, человека, который не бросит, верного и любящего. Она прячет себя по маской и откроется только тогда, когда это будет нужно или когда посчитает это нужным, но я могу с чистой совестью заявить, что она любит вашего брата, Рон, Джинни, и сделает ради него все. Можете оставаться при своем мнении, но моего вам не изменить. И Рон, твой брат не околдован ею, это любовь, самая настоящая любовь’ В этот момент я обратила внимание, что ребята смотрят за мою спину. Я обернулась и попала в объятия Билла и Флер. ‘Спасибо, дорогая, спасибо,’ – обнимала меня Флер. Билл ничего не говорил, только улыбался. К нам вернулись Молли и Ида, я видела как миссис Уизли посматривала на Флер, с неким желанием видеть ее рядом со своим сыном. Я поняла откуда это пошло, нужно было поговрить, хотя наверное может Ида уже пыталась говорить на эту тему, нужно у нее спросить. Оставив влюбленную парочку в банке, мы пошли закупаться для учебы. Я не видела своего возлюбленного, может быть он уже все купил или еще не появлялся. Конечный пункт был магазин братьев «Всевозможные волшебные вредилки». Около их магазина ажиотаж. Внутри шум, гам, светомузыка, что-то гремит, пищит, взрывается и среди этого гамма за кассой стоит Меропа. Увидев ее, Молли сразу бросилась к ней. ‘Милая моя, зачем ты здесь? Тут такой шум, тебе нужно отдыхать, - взволнованно говорила Молли, обнимая невестку, - дорогая, а где Джордж? Почему он не рядом?’ Меропа присела на стульчик, передав обязанности другой девушке и ответила: ‘Мелина с Фредом на плановом обследовании, Джордж на складе, сейчас подойдет. Мама, не переживайте, с малышкой все хорошо, пинается еще как. Ребята, я вас всех очень рада видеть’ Она шмыгнула носом и смахнула несколько слезинок, Молли улыбнулась: ‘Внучка? У меня будет внучка’ Она обнимала ее, они вместе вытирали друг другу слезы, Джинни с Гермионой старались скрыть слезы. Ида улыбалась, а глаза светились счастьем и белой завистью. К нам вышел Джордж и почти сразу получил нагоняй от матери за оставление супруги без присмотра. Выслушав мать, Джо снисходительно улыбнулся и, приобняв жену и положив руку на округлившийся животик, поцеловал в висок. Парни слегка засмущались и растворились в толпе магазина. Молли вспомнила что-то и умчалась, наказав никуда не уходить из магазина. Ида общалась с Меропой, Джордж занимался клиентами, вскоре в магазине появились Мелина и Фред. Она с внушительным животом перекатывалась как колобок, Фред поддерживал ее и не выпускал из своих рук. Мелина рада была увидеть меня и Идофею, тут же влилась в разговор. Им троем было о чем поговорить, я же попыталась улизнуть. Мне это удалось, если бы я нос к носу не столкнулась с Драко Малфоем и его мамой. ‘Наследник Малфой, Леди Малфой,’ – произнесла я и слегка поклонилась. У Малфоев быль небольшой ступор, но первая очнулась Нарцисса: ‘Леди ЛевЕнти, что вы делаете здесь без сопровождения?’ ‘Наследница ЛевЕнти, приятный сюрприз,’ – сказал он, поклонился и поцеловал мою руку. Я слегка покраснела от его прикосновения, эти губы целовали меня, ласкали… ох… Из мыслей меня вырвал возглас Поттера и брата: ‘Керри, что ты… Малфой…’ Я прикусила губу и с легким страхом взглянула на Малфоев. Драко и Нарцисса снова надели маски надменных аристократов. Из магазина также вышли Рон с Гермионой. Драко сморщил свой нос и сказал: ‘Мама, не удивляйся этому аромату, здесь стоит грязнокровка’ Парни не задумываясь выхватили палочки и наставили на парня. ‘Алан, Гарри, Рон, уймитесь, он же провоцирует, ребята пожалуйста,’ – находясь лицом к ним, просила я. ‘Послушайте, Керри, они не стоят этого,’ – говорила Гермиона. А Драко продолжал: ‘Как будто вы осмелитесь на это…’ ‘Драко,’ – гневный оклик матери заставил его замолчать, я закусила губу, чтобы сдержать слезы. Мне было больно от того, что не могу заступиться за него, сказать что-то против друзей и брата… Нарцисса все это словно прочитала в моих глазах и вмешалась: ‘Уберите это немедленно! Если вы еще раз будете угрожать моему сыну, вы горько пожалеете об этом’ ‘Да?! – с сарказмом сказал Гарри, у меня руки прямо и чесались двинуть ему, - И что вы сделаете? Скажите вашим дружкам фас?’ ‘Гарри, прекрати, пожалуйста,’ – еще раз повторила я, умоляюще смотрела на Леди Малфой. ‘Пойдем Драко, мы и так потратили время на тех, кто считает, что Дамблдор все время будет защищать их или в том случае его,’ – сказала Нарцисса и повернулась что бы уйти, как Гарри крикнул ей в след: ‘Пользуетесь случаем, пока его нет. Может тогда и с муже раньше встретитесь, в Азкабане и сынка своего прихватите’. Это я стерпеть не смогла и, развернувшись к Поттеру, прорычала: ‘Замолчи, замолчи… мне надоели все ваши препирательства, до жути надоели… вы хоть когда-нибудь сможите заткнуться и проигнорировать слова друг друга? Просто спокойно разойтись и оставить препирательства, если вы так нуждаетесь в них до Хогвартса, там хотя бы будет возможность спрятаться от вас и не слышать как вы поливаете друг друга грязью… ЗАДРАЛО ЭТО ВСЕ!!!!!’ Я убежала, вытирая набежавшие слезы. Слыша оклики, но не останавливалась, я хотела побыть одна, подумать… Забежав в какую-то странную лавчонку, я смогла, наконец, отдышаться. ‘Дитя, что случилось? У тебя такой вид, словно тебе причинили боль те, кто дорог тебе,’ – прошелестел голос рядом со мной. Я подняла голову и увидела невзрачную старушку, одетую с какое-то старомодное платье. Ее глаза были разного цвета, один черный как смоль, а другой белый словно бельмо. На вид ей было около ста с чем-то лет. Она дала мне платок и я вытерла слезы. ‘Пойдем, расскажешь мне, я умею слушать и хранить тайны,’ – сказала она и напрвилась к прилавку. Я шла на шаг позади. Старушка махнула палочкой и из подсобки выплыл поднос, на котором сам по себе заваривался чай и наливался в красивые чашечки из фарфора. Взяв в руки чашку, я вдохнула аромат. Примесей никаких не было, но пить я пока не спешила. А старушка громко отхлебнула из своей чашки и тяжело вздохнула. Я молчала, не зная могу ли я довериться ей. ‘Гликерия, можешь не бояться, расскажи и будет легче,’ – сказала старушка. Я чуть не выронила чашку: ‘Откуда вы меня знаете и кто вы вообще?’ ‘Тише, не пугайся, я знаю тебя, я все знаю, милая, мое имя Айса, я мойра’ – сказала она. Чашка все таки разбилась. ‘Мойра? Серьезно, что вы тут делаете?’ – спросила я, с помощью РЕПАРО собирая чашку. ‘Да, дитя, я пришла сюда помочь тебе,’ – сказала Айса. И меня прорвало. Я кричала о том, что никто мне не поможет, что нет выхода, что я уже все решила, что у меня есть план. ‘Он обратиться против тебя, ты станешь той, кого боишься… Ты уничтожишь всех и вся…’ – сказала мойра. Я рыдала у нее на груди, она гладила меня своей сморщенной рукой и что-то приговаривала. ‘Гликерия, выход есть, но выберешь ли ты его вот в чем вопрос,’ – сказала она, подходя к полкам своего магазинчика и водя по корешкам крючковатым пальцем. Наконец, она нашла и вытащила небольшую, очень потрепанную и пыльную книжицу. ‘Тут есть ответ на твой вопрос, который тебя мучает, но только решишься ли ты,’ – сказала старушка, протягивая мне книгу. Я коснулась ее и замелькали картинки… ужас… боль… страх…отчаянье… и во главе всего я и Волан-де-Морт… ‘Нет, нет… я не позволю…’ – отчаянно прошептала я, сжимая книгу. Айса уже подталкивала меня к двери и перед тем как закрыть ее, она сказала: ‘Прочитай ее, там есть то, что нужно’. Дверь хлопнула и я вздрогнула и заморгала. На улице стало темнее, я, прижав к себе книгу, побежала к магазину. Молли отчитывала ребят за нахождение в Лютном переулке. Ее взгляд переместился на запыхающуюся меня: ‘Керри, а ты где была?’ ‘Я… эм… вот за книгой ходила… для общего развития… встретила своего бывшего наставника, заболталась с ним и…. вот… Извините, такого больше не повторится’ ‘Ну что ты золотце, на тебя никто не сердится, просто тебя Идофея искала, ее в школу вызвали, так что мы забираем тебя с братом к нам, места всем хватит,’ – улыбаясь, сказала женщина. Я тоже улыбнулась, старалась не смотреть на Ала, который прожигал меня взглядом, также как и Гарри. Гермиона рассматривала мою книгу. К нам подошел мистер Уизли и мы отправились в Нору. Там мне показали комнату Перси, а Ала поселили вместе с Гарри. Решительно отказавшись от ужина, я умчалась наверх, прихватив с собой книгу, и тщательно спрятала ее от ребят, наложив кучу охранных заклинаний. Открывать мне ее не хотелось, мне было страшно от слов мойры. Меня тянуло ее посмотреть, но я почувствовала как нагрелся мой браслет, который я связала с книгой, которую мне прислал в том году Драко. Я порылась в свое сумке и, найдя ее, открыла. В ней была надпись: ‘Прости меня за сегодня, я не должен был, но…’ Я обмакнула перо в чернильницу, написала ответ: ‘Ты не должен был так поступать, я не хочу выбирать между вами’ Через минуту появился ответ: ‘Так ты уже выбрала меня или задумываешься над его кандидатурой?!’ ‘Эй, ты о чем вообще? – написала я, - я не хочу выбирать между тобой и друзьями, мне никто другой не нужен, я тебя люблю или ночь для тебя просто развлечение?’ Я захлопнула книгу и сняла браслет. Он стал нагреваться, ответ был, но я не хотела его читать, словно боялась узнать, что это просто секс… но для меня это было не просто секс… я отдала ему себя… полностью и безвозвратно… Конец POV Гликерия ЛевЕнти