Горький кофе, сигаретный дым и его глаза.

Пять лет назад закончилась величайшая битва между тьмой и светом. Герой-мальчишка и его друзья уже закончили Хогвартс и разбрелись по миру. Гермиона и Рон поселились в центре магического Лондона, а Гарри и Джинни, в отличие от них, предпочли городской суете более уютный уголок. Небольшой коттеджный поселок на краю Британской столицы показался возлюбленным раем на земле, домохозяйка Джинни и маленький сынок Альбус были в безопасности. Хотя, после кончины Того-Кого-Нельзя-Называть, весь магический мир стал относительно безопасным. Но, пожалуй, что и вправду не внушало доверия, так это соседская постройка. Металлический заострённый забор, от которого уж точно не веяло дружелюбием, сам дом выполненный в устрашающем стиле. «Неужели находятся люди, которых привлекают подобные жилища?», — в который раз задумывался Гарри, проходя мимо и окидывая взглядом неприветливое сооружение. В тусклом освещении фонарей дом и впрямь выглядел довольно зловеще, но размышлять об этом не было особого желания, ибо отцу семейства Поттеров открыла дверь любящая супруга, пропуская внутрь. — Как дела, милый? Снова захотел прогуляться? — осведомилась миссис Поттер, легко целуя любимого в щеку. — Странно. — проигнорировал Гарри ее вопрос, — Ты хоть раз видела наших соседей? Даже представить не могу, что кому-то может быть уютно в этом… доме. — Нет, — покачала головой девушка, — Не видела. Садись ужинать. Переодевшись в домашнюю одежду, Гарри сел за стол, где его уже ожидал ужин и «Ежедневный Пророк». Ковыряясь в тарелке, брюнет бегал глазами по строчкам, от фотографии к фотографии. Внезапно тот замер, читая очередной заголовок. «Люциус и Нарцисса Малфой были приговорены к поцелую дементора за примыкание к статусу Пожирателей смерти. Также, суд посчитал Драко Люциуса Малфоя невиновным, так как к Пожирателям смерти его заставили присоединиться родители. Дальнейшая судьба неизвестна.» — гласила статья. «Так им и надо! Предатели.» — злорадно подумал Поттер.  — Джинни! — быстро окликнул парень рыжую девушку, — Прочти. Перепуганная Джинни подскочила к нему, бегая глазами по строкам. Наконец, дочитав до конца, она передала газету супругу.  — Бедный Драко! Он, конечно, та ещё заноза в заднице, но никому не пожелаешь такой участи для родных. — всплеснула руками миссис Поттер. — А как по мне, то весьма справедливо. Ты не забыла, что он едва не убил Дамблдора? Предал всех нас, открыв Беллатрисе и остальным Пожирателям проход внутрь школы? Джинни недовольно фыркнула, что говорило о том, что она останется при своем мнении. Гарри быстро доел, вспомнив о том, что прогулку с собакой ещё никто не отменял. Накинув на плечи куртку и взяв пса с собой, он вышел на улицу, где крайне четко витал запах табачного дыма. Запах доносился с заднего двора, куда тот и направился. Сквозь железные прутья забора виднелась небольшая беседка, чей пол из керамической плитки был весь захламлен бычками, один из которых, догорал, оповещая о недавнем визите хозяина дома. «"Понарожают идиотов, а я мучайся.» — Поттер фыркнул, желая сказать незнакомцу о том, что запах дыма доходит и до них, но вот только какой-либо жизни и след простыл. Пёс жалобно заскулил, сильнее потягивая за поводок, заставляя недовольного хозяина воспользоваться заклинанием очищения воздуха.

***

Этим утром волшебник четко для себя решил, что намерен поймать то существо, дыма от которого больше, чем от маггловского завода. Да и живой интерес к тому, кто может проживать в столь «диких» условиях, постепенно рос с самого их прибытия в Ландридж. Когда же Гарри вышел из дома в сторону работы, то вновь почувствовал отвратительный запах, но уже около забора, что ясно дало понять: нарушитель его спокойствия специально выводит того из себя. «Чувствую, что чью-то жопу я сейчас точно надеру!» — заметил про себя Поттер, чуть ли не подлетая к забору. — Какого хера ты тут куришь? — выпалил тот, пытаясь разглядеть чеканутого хозяина соседнего дома.  — А кто мне запретит, ты, Поттер? — съязвил до боли знакомый голос. Как только Гарри понял, кому он принадлежит, впал в ступор. — М-малфой? Не хило тебя жизнь потрепала. — усмехнулся тот, глядя как блондин выкуривает, наверное, четвертую сигарету, так как внизу было порядка трёх окурков. — Взаимно. — Драко приблизился к забору, выдыхая в лицо Гарри дым.  — Зачем так делать? — прохрипел Поттер, откашливаясь. Ответа на свой вопрос он, конечно же, не получил. Серые глаза без особого интереса его разглядывали, осматривая то одежду, то не сильно изменившееся со времён школы лицо. Насмотревшись вдоволь, Малфой насмешливо фыркнул: — Такой же как был. Урод уродом. Гарри тоже успел его рассмотреть. Огонек в некогда живых глазах потух, мешки под ними было хорошо видно, даже при тусклом освещении. Фигура волшебника напоминала ходячий скелет, обтянутый светлой кожей, на которой остались немногочисленные шрамы, напоминающие о битве, из-за которой он потерял близких ему людей. А ещё от него был сильнейший запах кофе, подтверждая теорию о том, что спал бывший Слизеринец очень давно. «И куда делся тот маменькин сыночек, который каждый волос прилизывал?» — брюнет усмехнулся, хотя смешного не было ничего. Драко перестал быть Драко. Если раньше, единственный человек, который его любил был он сам, то теперь блондин лишился даже этого. Не мудрено, что теперь Малфой вынужден жить в гордом одиночестве: знатное большинство магов, знакомых с Малфоями, лично хотели бы сжечь всю их семью на костре. — Вали, Поттер. Я твой еблец видеть не намерен. — Больно мне надо видеть твой, — прошипел волшебник в ответ, но блондин быстро развернулся на пятках, удаляясь в сторону дома и оставляя Поттера наедине с собствеными мыслями.