Горький кофе, сигаретный дым и его глаза.

      Как только Гарри покинул соседний дом, он обернулся еще раз. То, что раньше внушало страх или непонимание, стало более уютным. Поттер даже подумал, что стиль для здания выбран довольно… колоритный? Ведь изнутри жилище не выглядело зловещими, скорее наоборот, несмотря на то, что темных тонов там было предостаточно, было довольно светло.       На улице стали сгущаться сумерки, но в доме Поттеров свет так и не загорался. Глава семьи насторожился и ускорил шаг. Он подлетел к двери, распахнул ее рывком. Помещение встретило парня зловещим молчанием, окутывая его холодной темнотой. Мысли с каждой минутой все больше роились в голове, а картина происходящего в воображении становилась все ужаснее и ужаснее. Он услышал странные шорохи и поспешил включить свет. Внезапно, перед его взором предстала одна из форм писем-кричалок, однако голос принадлежал Джинни и она не повышала его. «Дорогой Гарри, я прекрасно знаю о твоей подружке. Мой… — голос девушки вздрогнул, но набравшись сил она продолжила, — знакомый… сказал, что видел вас вместе. Я больше не желаю тебя знать! Удачи тебе и ей в дальнейшей жизни!»       Письмо рассыпалось на множество обрывков бумаги, а Гарри находился в неприкрытом шоке от всего этого. Подружка? У него? Кто этот знакомый, который видел их вместе? И что ему теперь делать?       Добравшись до спальни парень первым делом залез в шкаф. Вещей не было, кроме, разумеется, его собственных. — Это ошибка! Этого не может быть! — бормотал Поттер себе под нос, разыскивая перо с бумагой, чтобы написать ответ.       В жуткой спешке на пергаменте появились несколько предложений: «Дорогая Джинни, я понятия не имею, с чего твой знакомый это взял. Это какая-то ошибка. Тебе нужно вернуться, чтобы мы могли все обсудить. Я жду ответа!»       Листок быстро отправился в конверт и был передан сове (хотя после смерти Букли Гарри не хотел заводить сову, но она сейчас была важнее, чем крестражи Сами-Знаете-Кому) и та, стоило ей только приблизится к окну, мгновенно удалилась в сторону центра Лондона. Гарри знал, где искать супругу и искренне надеялся, что не ошибся.       День выдался слишком насыщенный, поэтому решение брюнета пойти пораньше спать было логичным и правильным. Мысли о том, что произошло, никак не хотели его покидать. «Может кто-то хотел нас разлучить?» — мысль была настолько сумасшедшей, что Гарри даже усмехнулся ей. Ну что за бред! Кому они вообще сдались с Джинни?       Но сколько бы насущных вопросов не возникало в голове, царство Морфея не любит ждать и Гарри провалился в беспокойный сон. А тем временем за окном величественно загорались звезды, творя собой не писанной красоты узоры.

***

      Пробуждение было на редкость тяжёлым, глаза словно проклятые не хотели открываться и парню пришлось приложить немало усилий, чтобы вновь взглянуть на этот мир. Настроение было на нуле, дел запланировано не было, поэтому, належавшись в кровати, Поттер размялся и поплелся на кухню.       Его с самого вечера одолевало желание рассказать кому-то о том, что произошло. О том, что он не виноват. Но друзей рядом не было, а психика была более-менее нерасшатанной, чтобы говорить с неодушевленных и предметами.       Подойдя к окну на кухне, ему открылся вид на часть сада и соседний забор. «Как там сказал Малфой? «Ты можешь зайти, если захочешь?»       Парень колебался. Нет, тогда все было чудесно и Драко вел себя без лишней злобы, но… Что-то в бывшем Слизеринце оставалось немного неуютным, и Гарри все никак не мог понять что это. Перекусив яблоком и накинув темную футболку, подстать домашним шортам, брюнет вышел из дома, заранее предвещая все тот же подозрительный взгляд серых глаз.

***

      Когда первые солнечные лучи стали заглядывать в окна, Драко не спал. Да и когда он последний раз спал? Пару дней назад? И то под зельем без снов.       Утро уже заранее не было удачным. Мир вокруг снова стал серым и словно неживым. И дело было не в самом Драко. Сегодня был день рождения Нарциссы.       Блондин спустился на первый этаж в гостиную, где стояли семейные колдоснимки.       Величественная женщина, смотревшая оттуда, улыбнулась уголком губ и снова стала позировать. Эти действия повторялись вновь и вновь, принося юноше боль. Через минуту, он взял портрет в руки и скатился по стене вниз, на холодный от сквозняка пол.       Срываясь с молитвы на крик, блондин сильнее сжал в немых объятиях портрет, соленые слезы капали на пергамент, кое-где оставляя разводы. «Этого не может быть! НЕТ!»       Смириться с тем, что твоих близких больше нет — оказалось самой страшной болью. Казалось, что мать сейчас войдёт, удивится, присядет рядом и успокоит. На какое-то мгновение Драко даже почувствовал тепло на своих плечах, однако оно быстро рассеялось, принося с собой холод. Убийственный холод. И горькую правду, которую он так и не смог принять тогда, в день их смерти.       Он остался один. И это конец. Вся его жизнь — то же самое, что плыть по реке, зная что тебя ждёт водопад. И Драко знал, что сейчас он в шаге от пропасти… бездны. Она с радостью примет его в своих смертельных объятиях, дожидаясь его столько лет. Ни кого-то другого, а именно его. Он не был героем, он мог только завидовать, лгать, причинять боль. И он боялся такой смерти, зная что заслужил ее. «Трус. Самый настоящий трус!»       Сил идти куда-либо не было. Не было сил жить, не то, чтобы куда-то идти.       В дверь послышался звонок, оповещая о появлении нежданного гостя. В голове сразу замелькали мысли о том, что неплохо было бы приодеться или… А не все равно? Кто бы там ни был, это же не сам Бог, чтобы Драко хотел предстать перед ним в лучшем виде. Потрёпанная футболка, заплаканные глаза и мешки под глазами. Красивее и представить сложно.       Парень поплелся открывать, даже не зная, кого ожидает увидеть. Когда луч солнечного света ударил ему в лицо, он поморщился. — Драко?! Что-то случилось?! Я не вовремя?       Ну конечно же. Поттер. Будто бы он был нужен кому-то ещё. Объяснять что-либо не хотелось откровенно, поэтому он просто пропустил гостя внутрь. Гарри был чуток к этому, не стал давить, что очень порадовало. Они молча сели за стол. Но… — Может расскажешь? Тебе легче будет, правда.       И тут произошло непредвиденное. Нервы сдали напрочь и из серых глаз потекли слезы, по телу блондина расходились сильные всхлипы, его трясло. — С-сегодня… д-день рождения м-моей матери… — он всхлипнул с новой силой, — И… я так виноват! Так виноват! Я… Я ужасный сын! Я подвёл ее и… и отца…       Гарри слабо улыбнулся. — Не говори глупости. Ты сделал все, чтобы защитить их. Я знаю это. И они это знали. Твоя мать… — Поттеру и самому было сложно подбирать слова, — Она спасла меня… Тогда, в лесу, перед финальной битвой. Если бы не она, Волдеморт бы праздновал победу.       Драко поднял на него мокрые глаза, не веря в это. — Знаешь… когда… я увидел твое тело… на руках у Хагрида… я… внутри меня все разбилось, я…       Не особо понимая, что делает, Гарри сел рядом, обнимая Драко за плечи, прижимая к себе и успокаивая. Тот не был против, поэтому положил голову куда-то на грудь героя. Гарри удивлен, насколько блондин хрупок. Разве парни могут быть такими? Изящными, женственными… — С-спасибо… Просто спасибо… Меня, кстати, ещё никто не обнимал, — улыбнулся тот и его улыбка постепенно перерастала в смех.       Такого Драко ещё не видел никто. Такого… Живого. Именно сейчас он перестал быть похож на привычного себя, высокомерного и заносчивого. «Так вот, каким он был всегда. И этот смех…» — Ладно тебе, — улыбнулся Гарри, — Ну и беспорядок у тебя, конечно. Что насчёт уборки?       Парень подумал, что это поможет немного развеяться и угадал. — Ого. Тебе так скучно, что ты аж у меня решил убираться? А что Джинни скажет?       Брюнет на миг замялся, но потом, вскочив, гордо произнес: — Пусть говорит что хочет! Я теперь свободный парень. Где у тебя швабра? — Ты что с женой разошелся?! Да ты с ума сошел! Ещё и лыбится стоит! И Гарри понял, что и вправду чувствует себя невероятно легко. Впервые, за множество лет, а может даже и за всю жизнь. Он свободен! — Она сама ушла. Так где у тебя швабра? — Ну ты даёшь… — пробубнил блондин, скрываясь в кладовке, — Держи!       Швабра резким движением руки полетела к Поттеру, который поймал ее на лету, попутно доставая из кармана какую-то странную магловскую штуковину. Драко вопросительно на нее взглянул. — Это плеер, — пояснил брюнет, включая музыку, — Так веселее будет.       Драко по-малфоевски закатил глаза, но улыбнулся и пошел наливать воду в большое ведро.

***

      Когда наступил вечер, можно было смело сказать, что дом сиял. Полки протёрты, пол вымыт, вещи на своих местах. Уставшие, но веселые, они одновременно плюхнулись на диван. — Этот дом ещё никогда не был таким чистым! — хмыкнул Драко, вытирая пот со лба. — Уборка иногда полезна. Но сколько времени отнимает, ужас! Мне пора, наверное… — Нет! — Драко чуть смутился, но продолжил, — В смысле… Может останешься? Ну… У меня есть диван и… Дома тебе все равно будет скучно, и мне одному тоже. — Я согласен, — отозвался, задумавшись на пару секунд, брюнет, — только ужин готовишь ты. — Я? Готовить? Нет, Поттер, ты совсем с ума сошел!       Гарри поморщился. — Не называй меня по фамилии.       Малфой окинул его непонимающим взглядом. — Ладно, как скажешь… Гарри, — имя Поттера из чужих уст звучало так непривычно и даже… чарующе? — Но готовить я не буду. — А если я помогу?       Драко смутился и проигнорировал вопрос. — Что хоть готовить хочешь? Из еды у меня только кофе и… и кофе. — А если я в магазин сгоняю? — усмехнулся Гарри — Вперёд, — под стать ему усмехнулся Драко.       Темная фигура скрылась в дверном проёме, а блондин откинул голову назад, все ещё лёжа на диване. «И как так получилось? Поттер мой враг, а тут… Мне с ним весело. Он был рядом, когда мне было плохо, он помог мне. Это так… странно.»

***

— А теперь ещё раз. Блины? — Тебе понравится, — пожал плечами брюнет, приступая к тесту. — И что делать мне? — сказать, что на кухне Малфой чувствовал себя неуютно — ничего не сказать. Готовить он никогда не умел, поэтому часто пил зелья, утоляющие голод. Поттер его в могилу загонит, в этом юноша уверен. — Тебе надо мешать муку и сахар. С этим-то ты справишься? — Получше тебя, умника.       Это было невероятно странно. Несмотря на то, что только была короткая перепалка, в этом не было и следа былой злобы. Это было даже по-дружески.       Наконец тесто было замешано и ожидало своей очереди, чтобы оказаться в сковородке на плите. Гарри любезно предоставил право на первый блин Драко. И он получился комом, чего, в принципе, и следовало ожидать. Но дальше стало лучше, хоть и не на много. — Ты можешь его как следует поддеть? — Не шипи на меня. — А ты хоть немного старайся, если хочешь есть. Я вот хочу. — Ага, я вижу, — поддетый не по-мужски тонкой рукой с черной лопаткой блин, совершив в воздухе сальто, упал обратно на сковородку, — Видел?! Все я могу! — Не считая того, что первые штуки три были все черные, — чуть поддел его Гарри, стоя сзади и улыбаясь. — Это стиль готовки. — Доведение еды до состояния активированного угля? — Именно. — Один остался. Дожарь его и приходи. Я пока на стол накрою, — улыбнулся Поттер, ставя тарелку с блинчиками на стол. — Ага, — пропыхтел в ответ, корпея над последним блином, который, в скором времени, тоже плюхнулся на тарелку к остальным.       Удивительно, но в верхнем шкафчике на кухне нашлась целая банка клубничного варенья. Удивительным было то, что она осталась жива, ибо, как выяснилось позже, Драко оказался ужасным сладкоежкой: половина банки ушла на него одного, что Гарри воспринял с улыбкой. — Ты точно останешься на ночь? В смысле, я ведь не держу тебя… — быстро-быстро затараторил блондин, смущённо отводя взгляд в сторону. — Я останусь, если ты хочешь, — проговорил брюнет. Драко долго молчал, потом повернулся к собеседнику и долго его рассматривал. — Спасибо, — только и смог выдавить парень. Гарри улыбнулся.