Вирус

      С наступлением темноты четверка вышла на серую бетонную дорогу. Шли они медленно, не включая фонариков, осматриваясь по сторонам, ведь им предстояло пройти через крупный сбор бандитов. Если заметят, то девушек отдадут на растерзание местному пахану, а парней, не раздумывая казнят, поставив на колени. — Держитесь подальше от горящих костров, там собираются целые толпы, — кинул Дзот, оглядываясь на девушек. В самом конце шел Копец, закинув винтовку за спину, наблюдая за ближайшим окружением группы.       Пройдя ещё с десяток метров, они свернули в заросли кустов и вышли на большую бугристую поляну, чтобы пересечь мост по верху. Четверка решила не идти толпой, а сначала узнать, как дела у бандитов. На разведку вызвался Копец. Он уверенно прошагал до кустов и скрылся за множеством веток, оставив друга наедине с девушками в ночной тиши. — Кать, мне нужно тебе кое-что сказать, — прошептала Ольга подруге. Она оттянула её подальше от проводника, чтобы тот не услышал, но находился в поле их зрения. — Что случилось? — возмутилась Катерина, одергивая руку. — Это касается Дзота. — А вот отсюда поподробнее, — кивнула брюнетка. — Он, как я ему рассказала, что Копец с тобой в домике сидит, как-то подозрительно резко передумал ночевать на базе и быстрым шагом ломанулся к вам. Мне… кажется, что он… неровно к тебе дышит, — грустно закончила Оля, потупив глаза полные слез, готовых вот-вот сорваться с черных ресничек. — Тебе не кажется, что сейчас, мягко говоря, не время это обсуждать?! Я здесь, чтобы найти отца, а не любовь свою несчастную, — буркнула Катя и, сложа руки на груди, вернулась к проводнику.       Блондинка ещё пару минут постояла в оцепенении, но опомнившись, протёрла влажные глаза тыльной стороной ладони. То, как отреагировала ее подруга сильно насторожило девчушку. Да, она была влюблена в случайно встретившегося человека. Если бы Ольга отказалась идти в Зону, то и не познакомилась бы с Дзотом, просто не знала бы о его существовании. Эффект бабочки, ничего не скажешь. Блондинка быстро обернулась, скрывая под каменным выражением лица состояние, уже подходящее к нервному срыву. — Так, народ, новости такие, — Копец обвёл всех взглядом, вернувшись, — пять пьяных бандитов сидят возле костра, а патрулируют всего двое, с разных сторон моста. Можно попробовать оглушить одного, но есть возможность пройти незамеченными. — Тогда придется постараться не поднимать шума, — заключил Дзот. Все двинулись вслед за ним. — Блонди и особь женского пола, просьба не матюгаться во всю глотку, пока проходим базу, — усмехнулся стажёр, игнорируя проклинающий взгляд Катерины.

***

      Пробравшись, наконец, мимо толпы пьяных бандюков, четвёрка выбежала на обочину дороги. Копец был ранен в бедро, и его пришлось тащить Дзоту. Девушки неслись вперёд, не разбирая дороги, ориентируясь лишь на писк детектора аномалий и подсказки проводника.       Переход на Свалку теперь держали Вольные сталкеры и, учитывая ранение одного из ребят, группе нужно было отсидеться на их блокпосту, хотя бы пока стажеру не станет лучше.       Одиночки, завидев своих, тут же подлетели, принимая раненного бедолагу на свои плечи.       В обязанности Вольных, отвечающих теперь за Дорогу на Свалку, входило не допустить уголовникам, живущим на Кордоне, присоединиться к базе Неизвестного.       Абсолютно ничего не успело измениться в этом месте, где они когда-то повстречали Виталика: та же брошенная фура, тот же шлагбаум, оборонительные мешки и маленький деревянный домик, где горел костер. — Что произошло? — ошарашенно спросил один из бродяг, удивленный столь неожиданным появлением. — Просто кто-то героем захотел побыть, — Дзот посмотрел недовольным взглядом на своего друга, которого заводили в дом на осмотр медика. — А с бабьем что делать? — крикнул второй, оценивающе глядя на Катерину. Девушка, в свою очередь, отзеркалила взгляд незнакомца, но сделала его более насмешливым, будто говоря: «Ловить с тебя нечего». — Мы хотим есть и спать, — подала робкий голосок Ольга. — Хорошо, я покажу, где матрасы и принесу еды, — кивнул проводник.

***

      Ночь начала сдавать позиции, и лёгкими штрихами небо Зоны Отчуждения начало окрашиваться в свой обычный серый цвет. Оно, полностью затянутое хмурыми облаками, изредка пропускало сквозь себя яркое утреннее солнце. Дзот так и не смог уснуть, он вышел на улицу и сел, облокотившись на высокий белый забор, спрятавшись от лишних глаз. Парень вытянул ноги и посмотрел на время: «05:53».       Стоило сталкеру прикрыть глаза, как к нему, прихрамывая, подошел Копец и устроился рядом, хмурясь от боли в свежей ране. — Что с тобой происходит? Всегда был молчаливым и спокойным, а сейчас тебя будто снорк укусил: язвишь и кричишь на Катерину, — участливо спросил Дзот. Стажёр закатил глаза от двусмысленных наблюдений, но если действительно задуматься — зачем? Какого снорка он пристал к девушке? — Она мне с первого взгляда не понравилась. Унижает людей как хочет. Должен же кто-то ставить ее на место. Слушай, не выдумывай там себе ничего. Я вовсе её не… — Я люблю её. Она мне нравится. Прошу не занимать свободного места. Моего места, — Дзот повернулся в сторону стажера. Теперь они сидели, глядя друг на друга, глаза в глаза, словно два воина, не поделивших что-то очень важное для каждого из них.       Внезапно Копец как-то подозрительно резко развеселился, расслабился, на губах появилась насмешливая улыбка. — Дружище, просто… давай не будем ссориться из-за девушки, хорошо? Мы уже давно знакомы и какой-то бабе я не позволю развалить нашу компанию, — кивнул он, смотря куда-то вдаль на утреннее небо. — Как знаешь, но я свое сказал, — строго кинул Дзот, поднимаясь с места, — почему ты бежал из Зоны? И зачем вернулся? — Ну знаешь, вирус здесь и все дела. Не очень хочется заразиться и медленно гнить, все ещё стоя на ногах. А вернулся я, чтобы… — парень задумался, смотря в одну точку. — Можешь не говорить, сам все понял, — подмигнул проводник и направился в домик будить спящих девушек. Он знал, что другу сложно смириться с тем, что внутри него живёт мутант - Контроллер, всегда готовый убивать. Зона зовёт его. Зовёт свое порождение.

***

      На Свалке пахло гнилой плотью. Все дело в том, что долговцы, где-то ближе к окраинам этой территории, устраивали жестокие расправы над вирусованными сталкерами: в хорошо защищённых костюмах, они периодически ловили инфецированных. Вели их подальше от сталкерских троп, под предлогом, что «найдена вакцина», а затем расстреливали либо сжигали. Порой они ножом отрезали небольшие кусочки от ещё живого тела, - это уже на усмотрение командира. Бойцы не хоронили вирусованных, они считали их мутантами. Никто особо и не протестовал, ведь «Долг» стал злопамятен: не пропустишь идущий по своим делам квад, наткнутся позже квадовцы на тебя, истекающего кровью, и мимо пройдут, даже аптечки не бросят. Все потому, что один из полковников предал клан, передавая информацию о слабых местах «Свободе». Из-за этого группировка потеряла множество своих бойцов. Позже предатель перешёл на Военные склады, и теперь «Долг» даже отомстить полковнику не может, ведь шаткое перемирие нарушать нельзя.       Прерывисто потрескивал счетчик Гейгера, вороны сильно раскричались — это не к добру. Группа сталкеров, идущая по дороге, резко схватилась за винтовки, услышав как кто-то матерится. Судя по всему — это были бандиты. — Я проверю, стойте здесь, — сказал Дзот. — Нет! Мы все пойдем! — Катерина резко оттолкнула проводника и пошагала вперёд, неумело держа в руках СВУ.       «Хватит с нас этих уголовников! Щас я им сама устрою!», — мысленно взбесилась брюнетка. Но от открывшейся картины она шокированно остановилась с открытым ртом: несколько бандитов, держали сталкера на прицеле, грозясь расстрелять. Девушку тут же дернули назад, пряча за мужскую спину. — Дзот, это же Даган! — прошипел Копец, перезаряжая оружие.