Вирус

      «Я буду работать один. Не стану втягивать в это остальных», — пронеслось в голове у парня. Сомнения, конечно, одолевали, но всё же он решился на этот рисковый шаг. Идти на «Наемников», да ещё и в одиночку может только полнейший придурок, кем себя и ощущал сейчас Копец. Об этом говорили не очень-то устойчивые нервы. В последнее время сталкер бесился из-за всякой мелочи. Казалось, его и банка тушёнки может вывести из себя. Но, совершенно не похожий на себя, изменившийся до неузнаваемости, будто проклятый унаследованной силой «Яростных», молодой человек осознавал также, что в экстренных случаях по-другому нельзя.       О том, что он куда-то собрался, стажёр решил не рассказывать товарищам даже весточкой на КПК. Мало ли, найдут, пойдут с ним, не спрашивая разрешения, да свинца нахватаются, тоже не спрашивая разрешения. Пусть лучше думают, что Копец находится где-то поблизости.       Парень давно заметил одну особенность: стоит ему послать своих друзей на три буквы, так сразу происходит какое-нибудь откровенное дерьмо. Вот так и сейчас, получите-распишитесь, как говорится. Неприятности не заставили себя долго ждать, будто стажёр обязан сразу расплатиться за каждый свой косяк.       Услышав что-то, Копец резко остановился и, обернувшись в полоборота, прислушался к звукам. Совсем рядом он различил до боли знакомый хрип, одновременно с этим заметив круги от шагов невидимых ног Кровососа, что расходились по грязной воде. Мутант, поняв, что рассекречен, сбросил маскировку, замахнувшись огромным ковшом. Парень только и успел, что отскочить в сторону. Мгновенно вынув пистолет из кобуры, он выпустил несколько патронов в сторону мутанта, не целясь. Сделано это было скорее, чтобы дезориентировать. Тварь довольно быстро бежала за ним, качаясь из стороны в сторону массивным телом, разбрызгивая по пути свою кровь. Копец хотел было выбраться на сухой участок, но Кровосос резво метнулся к нему и сбил с ног. СВД улетела на островок. Казалось, руку протяни и достанешь, ан нет. Двухметровая тварь не дала бы этого сделать.       У стажёра сработал инстинкт: вместо того, чтобы бездумно упасть лицом в грязь, он приземлился на предплечья, и тут же вскочил. Выхватил из ножен боевые ножи: один с гравировкой, другой, блеснувший в свете уходящего солнца — стеклянный, доставшийся ему некогда от покойного сталкера-шамана Клыка.       Кровосос притаился, слившись с окружающей средой, но хрипение, будто у больного, выдавало его с потрохами. Выбрав момент, мутант рванул к сталкеру, на ходу теряя концентрацию, что раскрыло его маскировку. Щупальца уже тянулись испить кровушки из теплого тельца, лапы-ковши болтались, живя своей жизнью, а глаза яростно блестели, устрашая свою жертву. Копец встал в боевую стойку, готовясь отразить любой удар, и ударить в ответ. Он ничуть не сомневался в своих силах, и знал, если что — успеет схватить винтовку.       Громкий выстрел из дробовика, совсем рядом, заставил вздрогнуть и начать оглядываться. Мутант упал ничком, утопая мордой и щупальцами в грязи. Подняв взгляд, сталкер увидел знакомого человека. Держа в руках оружие, Сток внимательно осматривал бывшего подчинённого. Копец, все так же стоя в боевой позиции, нахмурил брови. Почему друг был здесь — он не понимал. Это было странно, ведь кэп командовал группой Блэка на Затоне. У него просто не могло остаться времени бродить, где душе захочется. — Меня сюда Дик припёр, — угадал Сток мысли стажера. — И тебе не хворать, — Копец спрятал ножи, подхватил винтовку, подошёл, и подал руку, в знак приветствия. Командир внимательно оглядел парня и, чуть нахмурившись, пристально посмотрел в его глаза. От этого взгляда сталкеру стало не по себе. Поежившись, стажёр медленно опустил руку, услышав: — Мне, конечно, не принципиально. Если ты не боишься заразиться вирусом, то… — Сток протянул свою руку. Услышав это, Копец был поражен. Он грустно посмотрел на кэпа. Кто посмел? Как? Когда?       «Может, он пошутил?», — в надежде подумал сталкер, вспоминая, что у командира с юмором всегда было не очень. — Я не шучу, боец, — улыбнулся Сток. Только эта улыбка вышла скорее горькой, печальной, чем веселой, — может объяснишь, какого черта здесь делает пёс? — Я его отпустил. Шеф, мне нужно… — Идти? За своей девочкой, так? — сказал кэп. Стажёр встрепенулся от такой проницательности. Поднял ошалелые глаза и исподлобья зыркнул на бывшего командира. Откуда он мог это знать? Здесь что-то не так. Совсем не так. — Да… Да, за ней, — коротко ответил Копец. Он замялся, раздумывая, что делать дальше: позвать с собой на свой страх и риск заразиться или просто уйти? — Идём, коли не боишься, — усмехнулся Сток, позвав жестом за собой и псевдособаку. Дик, тут же поднялся, выпрямился и гордой походкой зашагал следом за ним. В последнее время хозяином был Даган, но приручил пса именно кэп. В голове у собаки это отложилось. И теперь, по каким-то своим причинам, нагло забыв про нынешнего, пес вернулся к прежнему хозяину, за которого он был жизнь отдать готов. Такова собачья верность. Она есть. Даже если это мутировавшая собака Чернобыля.

***

      На Зону Отчуждения опускались сумерки. Непроглядная тьма пресекалась кристальным светом фонариков. Сквозь тучи просвечивали голубым блеском звёзды. Лай собак то и дело заглушал шорох листьев, гонимых ветром по земле, словно по льду. — Станцию переработки отходов мы с группой лично зачистили от наемников несколько дней назад. Уверен, что это «синие»? — негромко сказал Сток, нарушая неустойчивую тишину. — Не важно. Кате нужна помощь, будь там тупые новички или хоть сами Легенды Зоны, — хмуро пробасил Копец. Дик, бегущий рядом, гавкнул в ответ парню. Наверное это было одобрение, но кто знает собачий язык?       У кэпа зашипела рация. Сначала слов было почти не разобрать. Но вдруг отчётливо послышался голос какого-то парня. Совсем молодой голос, ещё даже не сломавшийся до взрослого баритона. — Командир, на нас напали! Это «Темные»! Повторяю: на нас напали «Темные»! — Понял, сейчас буду. Держать позиции до последнего! За старшего Серый, — скомандовал Сток и рванул к подчинённым, — Копец, мне будет нужна твоя помощь! — Можно было и не говорить, — сказал стажёр и побежал следом.       На Станции стояла полнейшая тишина. Словно и не было боя, будто бойцы группы сдались, не предпринимая ничего. По бокам зданий горели фонари. Внезапно донесся чей-то громкий голос и прозвучал звук выстрела.       Парни осторожно обошли кирпичные сооружения, не вступая в бой. Нужно было разведать обстановку. Остановились возле пробитого бетонного забора, под трубой.       Это был большой сбор людей и полумутантов. Все участники группы стояли на коленях перед «Темными», а те потешались и сыпали шутками. Рядом, в луже собственной крови лежало бездыханное тело Серого. Один из уродов, видимо главный, указывал на покойника, размахивая дорогим пистолетом: — Ну, кто-нибудь ещё хочет вякнуть?! Этот человек назвал нас лживыми тварями… Что ж, возможно. Помнится, я обещал дать вакцину каждому, кто сдастся сам. Вы не сдались, что заслуживает уважения. Выдвигаю новые условия: ваш нынешний командир сбежал, сейчас у вас новый. Говорят, что он из клана «Яростных». Скажите нам где он, и каждый из вас останется жить. — Мы не согласны, — уверенным голосом крикнул совсем молодой паренёк. Его рыжая челка спадала на глаза, скрывая засевший в них страх. Вся группа напряглась в ожидании расстрела, но один из них вдруг выкрикнул, что кэп придет сюда, так как ему подали сигнал тревоги. — Ага, вот значит как. Отлично, будем ждать. — Теперь отпустите? — с надеждой в голосе спросил рыжий. — А, конечно-конечно. Расстрелять, — рявкнул главный, и уроды схватились за автоматы.       Копец быстрым движением перезарядил СВД и начал прицеливаться, но Сток опустил ствол его винтовки. — Не надо, — шепнул он. Ледяным, спокойным взглядом кэп смотрел на то, как убивают его бойцов. На лице не читалось ни жалости, ни сострадания. Казалось, для него это чужие люди, которые, как могли стремились если не защитить, то не хотя бы не распространить лишнюю информацию о нём.       Когда всё закончилось, трупы выбросили в болото, некоторых бросили в аномалии, а часть просто приложили к забору, размазав рядом кровь. Так «Темные» устрашали сталкеров. На территории Станции они поставили свой отличительный знак: феникс, с расправленными крыльями, смотрящий вправо. Что означало полное владение над территорией. — Приведите сюда девчонку! — крикнул главный.       Катерину вывели из маленького домика больше похожего на увеличенную коробку. Она не кричала, но вяло пыталась вырваться из хватки здоровенного бугая, держащего её за предплечье. Лицо было в синяках, по губе медленно спускалась алая капля, волосы растрепаны, будто девушку катали по полу. Позади, так же в сопровождении, шагал Гордый. Его лицо было разбито, а ноги отказывались слушаться хозяина. Каждый шаг давался с большим трудом, он запинался о каждое препятствие, за что получал щедрый подзатыльник от сопровождающего.

***

      Виталик заставил Дзота заплатить за комнату в баре и подождать до утра: вдруг Копец вернётся. Даган ушел на базу «Долга», ему срочно нужно было поговорить с их лидером по поводу какого-то задания. Длинноволосый же просто ушел, не объясняя причины. На соседней койке лежала Ольга, притворяясь, что спит.       Дзот обдумывал слова товарища: «она того не стоит» и «не трогай чужое». Перед уходом Виталик все же объяснил: — Тебе нужна спокойная, милая и главное уравновешенная девушка, типа Ольги. Такая как Катя скорее подойдёт… Не знаю… Дагану возможно…       Интересно, с каких пор он стал спецом в отношениях? Конечно, об этом придурковатом парне мало, что известно… Ведь, даже прикидываясь дурачком, он на заданиях всегда показывал себя только с лучшей стороны. Может Виталик и прав…       Спокойная и милая девушка сейчас была так близко. Лежала на соседней кровати, мирно посапывая. Почему парень не замечал ее раньше? Катерина затмила Олю своим ярким поведением. Осознав правоту блондина, Дзот сейчас был готов на многое, чтобы понравится девушке, соседствующей с ним. Возможно, даже сделал бы для нее все, что она бы ни попросила. — Оль, — позвал он девушку. Блондинка лежала к нему спиной, поэтому он не заметил выпученные от неожиданности и испуга глаза. — Ч-что? — дрогнувшим голосом спросила она. Парень сел к ней на кровать, отчего Ольга вжалась в дальний угол, так и не повернувшись, — если ты про оставшуюся долю, то все деньги у Кати. — При чем здесь деньги? — с досадой произнес Дзот и, потянув девушку за руку, заставил ее сесть лицом к нему, — почему ты так боишься меня? — Боюсь? Я вовсе не… — парень притянул Ольгу ближе к себе. Ее руки оказались у него на груди. Девушка со страхом смотрела в его темные глаза и видела в них четкие намерения.       Парень, медленно склонившись, коснулся ее щеки, затем — уголка губ, потом нежно поцеловал. Без развратности, без жадности, с предупредительной деликатностью. Девушка неуверенно ответила на поцелуй, расслабившись, но Дзот вдруг отстранился. Он осторожно уложил ее на кровать, нависая сверху. — Не надо, — прошептала Оля, вяло отталкивая его ладонями. — Ты мне нравишься, — сказал парень, убирая нелепую преграду в виде одеяла, — Не бойся, — и снова поцеловал, но уже более требовательно…