Вирус

      Катерина стояла перед темным и смотрела ему прямо в глаза своим бесстрашным взглядом. Будто ей безразлично, что с ней сделают. С ходу было непонятно, притворяется девушка или серьезно не боится. Позади маячил Гордый, посматривая на всех с какой-то странной грустью в глазах и глупой улыбкой. Казалось, что крыша парня съехала. Главный, ухмыляясь, подошёл ближе и наклонился к Кате. — Интересно, сила передалась по наследству? Ну, это мы узнаем чуть позже. Лучше расскажи про парня, что залез на нашу базу. Я в курсе, что ты с ним знакома, — угрожающе сказал он. Катерина лишь отвела взгляд от его изуродованного лица и промолчала. Ей не хотелось сдавать человека, который неоднократно вытаскивал ее из лап смерти. Это было бы… неправильно? Конечно, брюнетка в своих мыслях назвала его врагом. Но было в парне что-то, что зацепило ее, заставило поменять отношение к нему. Жаль только, случилось это так поздно. Иногда, находясь на грани между жизнью и смертью, люди осознают самое важное… Интересно, а сам Копец считает ее врагом или сироткой, с которой приходится нянчиться? — Хорошо, сделаем по другому, — в этот момент главный молниеносно оказался за спиной девушки, сжал ее руки сзади и приставил к виску пистолет. При этом он смотрел куда-то в сторону опрокинутой бетонной плиты забора, — пускай он сам расскажет.       Темный надавил сильнее на голову, отчего Катя зажмурилась, но не закричала. Дикую боль становилось терпеть все сложнее. Она отдавала во второй висок, а вся голова предательски ныла от недавнего избиения. Руки держали крепко, не вывернуться. Девушка не понимала, что происходит: почему её забрали, и о какой силе шла речь. Всё, что ей оставалось — смириться с неминуемой гибелью, так и не выполнив то, зачем пришла в Зону.       Копец не долго наблюдал за происходящим, здравый смысл не позволил. Как только мужик схватился за пистолет, в голове у парня раздалась четкая команда: прикончить «уродов» к чертям. Резко вскинув винтовку, несмотря на протесты Стока, он попал четко по цели. Кровь брызнула Катерине в лицо. Она ощутила металлический привкус крови на губах. Только девушка почувствовала свободу, сразу рванула в сторону, не оглядываясь. «Темные», как по команде, направили автоматы на бегущую. Гордый, пользуясь моментом, потихоньку, шаг за шагом добрался до угла здания и, не мешкая, сиганул в противоположную от творящегося хаоса сторону.       Стажёр сорвался с места, чтобы перехватить Катю, но и сам оказался на линии огня. Копец был готов прикрыть ее своим телом, лишь бы с девушкой все было в порядке. Парень схватил Катерину за руку и дёрнул в укрытие: за машину, стоящую в метре от них. Но толпа «уродов» отчего-то резко передумала стрелять. Они побросали оружие, схватились за головы, будто хотели выгнать незваного гостя из своих мыслей. Некоторые из них упали на колени, вжавшись лбом в землю, и неистово кричали. Они на собственном опыте узнали: какого это, когда мозги буквально сгорают изнутри.       Поодаль, в проеме, сосредоточившись стоял Сток. Глаза его яростно пылали, все внутри горело, но внешне мужчина был абсолютно спокоен, безразличен ко всему. Казалось, что это обычное дело для него: просто взять и убить всех своим врожденным… проклятьем, даром?       «Темные» были страшны в своей нечеловеческой силе, мощи, хитрости, но сравниться с ними или даже превзойти их мог старейший, развалившийся когда-то клан «Яростных». Никто ещё не выживал после ментального удара такой силы.       Пока «уроды» валялись на земле и бились в предсмертных судорогах, Копец бесцеремонно схватил девушку за руку и волоком потащил подальше от Станции переработки отходов. Сток, закончив расправу, пошагал следом, чуть медленнее них, отчаянно скрывая дикую усталость, наступающую сразу после эдаких убийств. Рвач учил парня держаться до последнего, даже если ноги подкашиваются, а сердце бешено колотится. И этот урок Кровосток усвоил на всю жизнь.

***

Станция переработки отходов. Спустя час.       Несколько групп в черных комбинезонах столпились над трупами своих соклановцев. В тусклом лунном свете поблескивали нашивки «Темных». Некоторые из них громко матерились, узнав в погибшем своего знакомого, а некоторые спокойно разглядывали кровь на земле. Все сошлись в желании отомстить, чего бы это не стоило. Жестоко и очень мучительно, чтобы виновный хорошо прочувствовал свою ошибку.       Группы отчаянно ломали головы: кто мог убить их соклановцев, ведь не было ни порезов, ни следов расстрела. Только трупы сталкеров, раскиданные по всему периметру в лучших традициях расправ гнусного клана «Темных». Кто-то твердил, что это мутанты, а кто-то, что это «Яростные».       Вдруг, в центр, прихрамывая, вышел сталкер. В глазах явно стоял страх, но тело упорно шагало к главнокомандующему. Стало ясно: парень решил умереть, но только отдав предварительно кому-то должок. Он помнил, что этот клан не оставляет свидетелей. — Стоять! Кто такой? — крикнул один из бойцов, направив на него оружие. — Меня зовут Гордый, и я знаю кого вы ищете. Они захватили с собой КПК мужика из вашей группировки.

***

      Уже светало. На небе постепенно рассеивались тучи, давая показаться солнцу, а луна, не торопясь, отступала. Вороны громко каркали, пролетая над сталкерами. Эти черные стервятники в последнее время совсем обнаглели: громко кричат, не давая спать, или садятся прямо к костру с сидящими рядом сталкерами, залезают в приставленный к заборчику рюкзак и уносят с собой последний кусок батона. На кого только вирус не подействовал? Вороны — и те изменились.       На опушке, среди кустов, потрескивал костер, грея озябшие руки девушки. Напротив нее сидел Сток, глядя на Катю взглядом, полным доброй грусти и тоски. Копец несколько раз недовольно зыркнул на бывшего командира, задавая себе вопрос: «Что это с ним?», но так и не смог найти ответа. — Зачем ты пришла в Зону? — спустя долгих десяти минут спросил кэп. — За отцом, — неожиданно спокойно проговорила девушка. Было странно не услышать от неё лишних вопросов и упрёков, ведь Катерина прекрасно видела, что на нее пристально и странно смотрят. При всем своем сильном и пакостном характере девушка абсолютно не пыталась как-то задеть незнакомого ей человека. Она ясно осознавала: ему можно доверять. Но почему? — Как ты собралась его искать? — Сток продолжал пытать вопросами. Копец не понимал — к чему это всё. Он просто слушал внимательно, пытаясь больше узнать о ее цели, покручивая в руке чужой КПК. — Я… Как вы там выражаетесь? На Большой земле… нашла знакомого моего отца, разузнала как можно больше: группировка, кличка, кем служит. — И? Как его звали? — ничуть не заботясь о состоянии девушки, спросил Сток, добиваясь какой-то своей поставленной цели. — Не хочу… продолжать этот разговор. Отстань, пожалуйста, — взмолилась Катя, опустив голову. Ей было трудно говорить, к горлу подступил ком. Она медленно встала со своего места:  — Я отойду, хорошо? Я не далеко.       Мужчины переглянулись. Катерина ушагала слишком быстро, снова приняв свой обычный образ пофигистки. Правда, единственное, что выбивалось из образа — это слезы, катящиеся по ее щекам. Кажется, кто-то пошел следом, но девушке было плевать. Ей хотелось уйти из этого жестокого места под названием Зона Отчуждения. Нашла бы любые деньги, не важно каким образом, лишь бы уйти отсюда. И отец уже не нужен. Здесь, в Зоне, он просто может застрелить, зарезать или ещё что похуже, не желая даже разговаривать с какой-то незнакомкой, а не то, что отдавать наличные.       Катя поняла почему говорят, что девушкам не место в ЧЗО. Они просто не выдерживают такой моральной перегрузки. Ведь каждый день смотреть на смерть людей… Будь это внутренний взрыв мозга или кровавое месиво, ошметки внутренних органов и оторванных частей тела — это зрелище не для слабонервных. Даже мужчины иногда не выдерживают. Возможно и существует такой вид женщин, но Катя явно к таковому не относилась. — Катюш… — тихо позвал ее Копец. Брюнетка, не зная дороги, забрела в лесок, красивый на первый взгляд, но совершенно небезопасный. — Что тебе надо? — осипшим голосом спросила она, стоя спиной к парню. Она изо всех сил пыталась унять слезы и успокоиться, что давалось с большим трудом. — Ты ушла слишком далеко. Повсюду полно аномалий, мутантов, враждебных личностей. Понимаешь, что они могут с тобой сделать? — начал причитать стажёр, чуть ли ни на пальцах пересчитывая. — С этим согласна, но… я о другом. Что тебе нужно… от меня? — Я хочу поговорить, — коротко ответил парень. Он подошел к девушке, поворачивая ее к себе лицом, — и хватит ныть, ей богу! Хочу напомнить, что я твой враг, а ты слабость передо мной показываешь.       Катерина невольно вздрогнула, когда Копец вытер слезы с ее щеки и приобнял за плечи, видимо, на случай побега, а может обычный дружеский жест. «Почему?!» — один вопрос метался в голове. Парень не был ей симпатичен, просто у него были красивые глаза… Карего цвета, в которых запросто можно утонуть. А так, обычный парень, каких очень много по всей планете. И ведь девушка уже несколько самых долгих в ее жизни минут смотрит в его омуты, молча. Кажется, даже забыв как говорить. Катерину уже мелко трясло, но взгляд было не вырвать из плена. Даже отойти сложно — придерживают. — О чем… Поговорить? — заикаясь спросила она. Попыталась убрать его руки, но тот вцепился мертвой хваткой и не отпускает. — Можешь рассказать о своем отце? Как звали, например, — Копец усадил Катю на поваленное дерево и сел рядом. А та, смотрела в пол, как провинившийся ребенок перед строгим родителем. — У меня… есть фотография. Имя называть не хочу. Марк сказал у него было… много врагов, — запинаясь сказала девушка и протянула ему фотографию. Но тут парень округлил глаза, резко вскочил с дерева, влепив фото в грудь Кате. Брюнетка сразу поняла: он что-то знает. Неожиданная проницательность. — Кто такой Марк потом расскажешь. Я знаю, где сейчас твой отец, только без соплей, ладно? — прошептал стажёр, схватил девушку за руку и волоком потащил за собой.

***

      Перед ними, на пригорке, стоял одинокий деревянный крест, аккуратно сколоченный из старых досок. Посередине было вырезано острым ножом одно единственное имя: Рвач…