Вирус

      Здание КБО «Юбилейный» заняли бойцы Бродяги. Сам бывший монолитовец вызвал полевого медика для искалеченной девушки, вышедшей из лаборатории вместе с двумя мужчинами.       Копец сидел на старой, почти развалившейся скамейке и наблюдал, как сталкеры в серых костюмах вытаскивают из КБО бездыханные тела, похожие на тряпичных кукол, покорно следовавших за своим кукловодом.       Парень настолько задумался, что не заметил, как к нему подошёл человек без знаков отличия и остановился рядом. — Меня зовут Саид. Со мной горстка людей, они согласились пойти на всё, ради лекарства от вируса. Наверняка ты знаешь или слышал про Марка. Так вот, большинство — его люди, — произнес мужчина, заведя руки за спину, — и да, мне очень жаль твоего друга и командира.       Стажёр сразу вспомнил и сообщение Саида на КПК, и погибших друзей. Сверху давило чувство вины за их смерть, ведь когда Дзоту нужна была помощь, он бежал за любимой, не обращая внимания на всё остальное. А бывший командир? Стоило только искать быстрее. — Если бы я поторопился, то успел бы вколоть Стоку вакцину, — Копец опустил голову. Его одолевали разнообразные чувства. Вроде бы и лекарство достал, рискуя своей жизнью, но стоило ли это жизни друзей? Теперь он настоящий герой среди сталкеров, но силы закончились, и хотелось уйти вслед за погибшими. — Парень, затея разгрома моей группы провалилась даже не начавшись, а ты все равно сумел достать вакцину, — Саид чуть заметно улыбнулся и одобрительно кивнул, — кстати, забыл предупредить… У меня серьёзные проблемы с «Наемниками», и мне придется уходить отсюда. Я пойду через Затон и…  — А покороче можно? — Копец бросил на мужчину раздраженный взгляд. — В общем, я знаю, что на «Скадовске» сидела твоя девочка. Не спрашивай откуда. В общем, на сухогруз напали вирусованные. Позаражали почти всех, а некоторых даже застрелили. И теперь туда прутся долговцы, чтобы устроить всем больным «лечение». — Ты чё раньше-то молчал?! — вскочил парень, — когда идёшь? — Сейчас, — коротко ответил Саид. — Твою мать… Ладно, только Дагану скажу.

***

      Сидя на холодном полу и прижавшись головой к стене, Даган продумывал дальнейшие действия. Взгляд был устремлён в темный от грязной паутины потолок.       В кармане валялась вакцина, и парень не знал, кому её отдать. Снова ему хотелось оставить эту небольшую войну с «Долгом» и продолжать жить нормально, но кто знает, как долговцы поступят с лекарством? Возможно станут шантажировать «Свободу». Даже сильнейший клан Зоны не без греха. — Даган, — сверху раздался голос, и пришлось нехотя открыть глаза. Бывший квадовец выглядел измотанно, но при этом сохранял ледяное спокойствие. Сейчас перед ним, словно в лице бывшего стажера, стоял Сток. — Чего? — спросил черноволосый, не вставая с пола. — На «Скадовск» напали. Мне нужно уходить. Пожалуйста, отдай вакцину нужным людям, — проговорил Копец, поправляя СВД.       Даган поднялся с пола и посмотрел в глаза парню. В них засела тяжёлая грусть, и он всеми силами пытался ее скрыть. — Иди, дружище. Надеюсь, до встречи, — попрощался черноволосый, по-дружески хлопнув его по плечу. — До встречи, друг, — сказал в ответ Копец.

***

— Как вы нас нашли? — спросил Даган.        Четверо продвигалась по пустым улицам Припяти, не наблюдая поблизости мутантов, что было им на руку. — Это был запланированный рейд на «Темных». Вас мы увидели совершенно случайно. К счастью, я сумел разглядеть «Вольных сталкеров» среди темных костюмов «уродов», — сказал Бродяга, смотря вдаль. — Ну вот и пришли. Всё, дальше сам, — радостно проговорил монолитовец по кличке Фома. Его, мягко говоря, «напрягало» провожать незнакомого человека по абсолютной глуши Припяти. Одно хорошо — старший, Бродяга, пошёл с ними.       Попрощавшись, Даган без лишних проблем дошёл до здания прачечной вместе с Олей.        Девушка была измотана и физически, и морально. Всю дорогу она молчала и пустыми глазами пялилась в землю.       Сталкеров в помещении было совсем мало. Оставив Ольгу на первом этаже, парень побрел по пыльной лестнице.       Наверху крутились новоприбывшие военные. В Зоне снова что-то постепенно наростало. Под гадкие шутки вояк в свою сторону Даган пробился в кабинет, где находилось временное начальство вновь прибывших. — Ну здравствуй, что-то хотел? — потянулся Дегтярев, сидя за деревянным столом. Узнав в сталкере парня, с которым он выбирался с базы «Наемников», майор протянул руку. — Мне нужна помощь, — сказал черноволосый, ответив на приветствие. — Что нужно? — Отдайте это нужным людям, — Даган положил перед майором вакцину. После чего, не говоря ни слова, просто ушёл в неизвестном направлении, оставив в недоумении Дектярева.       Светловолосая девушка пропала из прачечной. Говорят, она побежала следом за парнем. Он долго уговаривал её остаться с военными и улететь на первом вертолете, но в итоге никто из них в лагерь сталкеров не вернулся.

***

      Из темноты раздался хриплый голос. Копец попытался разглядеть источник звука, но ничего так и не вышло. Слишком темно. — Сынок, ты девочку мою береги. Я не смог, а ты постарайся.       Этот голос парень сразу узнал. На лице отразилась лёгкая тоска. Пришлось подавить в себе желание отыскать в этом неизвестном помещении старого товарища. — Обещаю, Рвач, я не дам ее в обиду.       Что-то громко хлопнуло совсем рядом. Понадобилось немного времени, чтобы понять, что это всего лишь сон. — Эй, ты уснул что-ли? — парня толкнули в плечо, — Ты хотел забрать из изолятора девчонку. Дали добро, так что вали, пока мы добрые, — в глазах здоровенного долговца читалось желание отвесить пинка для ускорения, но, на свое счастье, он этого не сделал.       Большая железная гермодверь тяжело открылась, открывая проход сталкеру. Копец с хмурым видом прошел мимо старого бойца в красно-черном комбинезоне, не обращая внимания на его предупреждения о вирусованных.       Вход в камеру не охранялся, что было странно, ведь внутри много зараженных людей. Парень спокойно спустился по ступенькам и, увидев за железными прутьями ту, за кем пришел, остановился, вглядываясь в ее уставшее, но в то же время такое прекрасное лицо.       Катерина пораженно округлила глаза, не веря в происходящее. Прозрачная слеза прокатилась по щеке и разбилась где-то внизу.       Она не верила. Не верила, что он вернётся. До последнего момента думала, что он погибнет. Но нет, вот он, в нескольких шагах от неё, всё никак не решится подойти ближе. — Катя, — сказал парень наконец, прерывая долгое молчание, — тебя заразили.       Копец достал из кармана откуда-то взявшийся ключ и открыл изолятор. Девушка медленно, с опаской вышла ему навстречу. — Тебя заразили, а я плевать хотел! — парень рванул ее за руку и крепко прижал к себе. — Зачем? — прошептала Катя, — ты ведь теперь тоже болен… — Да плевать мне на вирус! Плевать на всё! Я с тобой быть хочу. Чтобы до последнего, чтобы навсегда…

***

 — Говорили мы тебе: не водись ты с этой Катькой! Мало того, что она тебя в Чернобыль повела, так еще и не досмотрела!       В который раз мать промывала мозг. Ольга молча выслушивала, ведь если скажешь хоть слово, то сразу станешь врагом номер один. А она в этом случае мать могла и квартиру забрать, на которую родители с большими усилиями накопили денег, чтобы дочь не осталась на улице. Внутри все кипело и кричало о несправедливости сказанного. Но Оля терпела. — А твой парень тоже хорош! Бросил беременную девушку. Это же его ребенок! Как так можно?       Когда-то Оля нарочно не рассказала, что отец ее ребенка погиб в Зоне Отчуждения. Мама начала бы читать нотации о том, что в Чернобыле сплошные сбежавшие зеки, и Дзот стал бы таким же. И плевать, что мать не знала его историю и самого парня ни разу не видела, для нее это не имеет значения. — Почему ты не сделала аборт? Мы же и деньги тебе совали: на, доча, держи. Но нет, тебе нужно было испортить себе жизнь этим ребенком. Вот и мучайся теперь! Заслужила!       Это стало последней каплей. Пусть это была мама, но кто давал ей право просто взять и убить собственного внука? — Ты совсем ничего не знаешь. Мам, уходи, уходи пожалуйста! — Выставляешь меня? Хорошо. Я уйду. Только больше не жди от меня помощи!       С этими словами она схватила сумку со столика в прихожей и вылетела за дверь, чуть не сбив парня, собиравшегося позвонить в звонок. Бросив на него высокомерный взгляд, она быстро зашагала на выход. — Привет, — тихо поздоровался парень.       Узнав в нем давнего знакомого, у Ольги защемило в груди. Она была рада видеть Дагана, но воспоминания, которые девушка с большим трудом пыталась похоронить среди насущных бытовых проблем, снова пронеслись, словно выстрел в голову, убивающий на повал. — Как ты нашел меня? — улыбнулась Оля, приглашая знакомого в квартиру. — Не суть, как я нашел тебя. Главное, что вообще нашел. Досадно, мне за все произошедшее. А я проведать тебя пришел. Знаю, что спустя больше полугода — слишком поздно, — сказал Даган, остановившись в небольшой прихожей.       Оля предложила ему пойти в зал, пока она заварит свежий чай. Парень растерянно согласился и направился в просторную комнату.       Зайдя, Даган бросил взгляд на деревянный столик, на котором лежал черный, с виду недорогой планшет. В своей обычной немного наглой манере, он быстро разгадал графический ключ по отпечатку на экране.       Парень был удивлен увиденным: в разделе «Новости» красовались статьи о Чернобыле. Когда Олю выводили из Зоны, она кричала, что забудет это место, как страшный сон.       В огромном НИИ ЧАЗ уже несколько месяцев проходят жёсткие проверки. До сих пор не найдено улик причастности НИИ к распространению чудовищного вируса в Зоне Отчуждения, но власти обещают найти и разобраться с виновными.       Первая попавшаяся статья не сильно удивила парня, ведь «Сталкерская сеть» полна таких новостей. Копец когда-то успел слить эту информацию, но мало кто ему поверил.       Когда информация о происходящем в Чернобыльской Зоне каким-то образом попала в руки журналистам, ни для кого уже не было секретом то, что за стеной Периметра кипит бурная деятельность сталкеров.       Учёные, пребывавшие в Чернобыльской Зоне, смогли произвести дубликаты вакцины от злосчастного вируса, который чудом не просочился за стены периметра ЧЗО. Подлинную колбу лекарства передал в руки ученым так называемый «сталкер» А.А.Дегтярёв.       Даган хмуро дочитал. В Зоне он никак не стал известен, когда вместе с товарищами добыл вакцину. Не то, чтобы он стремился к славе, да и деньги его уже не так сильно волнуют, просто досадно, что Дегтярев — местный герой, принял все на себя, за что его и стали уважать еще больше. Лишь «Долг» снял обвинения и на том спасибо.        Услышав приближение девушки, Даган аккуратно положил планшет на прикроватную тумбу и уселся на мягкий диван. — Все готово, — сказала она, поставив на столик две кружки. — Какой месяц? — спросил парень, осмелившись. — Восьмой, — ответила она, опустив погрустневшие глаза в пол. — Оль, этот ребенок его, верно? — Да… давай не будем об этом, ладно? Давай так: что случилось с Виталиком? — Да хрен его знает. Оповещение о смерти не приходило, но и ничего о нем так и не слышно, — проговорил Даган, косясь на живот девушки.       Он не мог поверить, что такая хрупкая девчушка самовольно согласилась растить ребенка одна. А то, что она одна, без мужика, парень знал точно: она безумно любила Дзота — это было видно с самого начала и до сих пор. — Господи, я совсем забыла! Как там Катя? Что с ней? Где она? — Оля вдруг словно ожила и напряглась в ожидании ответа. Судьба подруги ее волновала не меньше своей собственной. — Честно, все, что я знаю — это то, что они вместе с Андрюхой из Зоны ушли. А где они сейчас и что с ними — я не знаю.       Вдруг раздался звонок в дверь, заставивший вздрогнуть девушку. Она глянула на Дагана и нехотя пошла смотреть, кого это там принесло. Кружку с чаем она унесла с собой даже не заметив.       Парень хотел остаться в зале, но любопытство дало о себе знать. Он пошел следом за Олей и остановился в дверном проеме, разделявшем зал и прихожую.       Девушка одной рукой открыла дверь, и в тот же миг кружка полетела вниз, разбиваясь на мелкие осколки под ногами. Не было слез, не было ничего, лишь обжигающий огонь внутри. Хотелось ударить за все страдания, что он ей причинил за то долгое время неведения. Хотелось обнять и больше не отпускать никогда… Глядя в его черные, словно тьма глаза, она, будто остолбенела, заново вспоминая все, что с ними произошло. — Здравствуй, Оль. Я вернулся…