Останься со мной...

       Каждый день проходил как и многие другие. Медленно или незаметно. День сменял ночь. Солнце светило над Йокогамой, когда Дазай пришел в агентство. При входе его встретил Куникида. — Ты где пропадал, упырь?! —крикнул на него светловолосый — Тебя неделю не было в агентстве!        На эти слова Дазай ответил со спокойной улыбкой: — Куникида, не кипятись ты так. Ты же знаешь, я как всегда пытался совершить суицид. — Сделав глубокий вздох он продолжил. — Я еще же не нашел прекрасную даму.        После этих слов Куникида понял что все хуже чем он думал. Ненасытному суициднику было мало или же скучно без «спутницы по смерти». Дазай более ленивым шагом пошел к своему рабочему столу.        «Мда… Запустил я работу немного. Или же много. А-а… Ладно! Поработаю два дня без сна, два дня в агентстве. — Подумал суицидник, разбирая бумаги на столе. — Интересно… Почему? Почему Чуя так со мной поступила? Зачем она это сделала?» С этими мыслями настроение упало до такого уровня, как Куникида серьезней серьезного делает документы. Занимаясь работой, суицидник отвлекается от мысли о Чуе. ***        Когда-то давно ещё на весеннем фестивале случайно встретились. Это был прекрасный день и он больше никогда не забудется. — Ну и куда вы двое меня ведете? — С небольшой грустью в голосе сказал Дазай — У меня еще много работы. — Ой да хватит тебе, Дазай! Две недели не выходишь из кабинета. А там так ду-у-ушно… Бр… — С недовольством сказал Рампо. — Рампо прав. Дазай, тебе действительно надо развеяться. — С улыбкой поддержал Ацуши. — Тем более сегодня весенний фестиваль! Надо веселиться!        Похоже суициднику не очень нравилась эта идея. Но ничего не сделаешь, они были правы, он слишком долго сидел в своем кабинете с бумагами в обнимку. Придя на место, Дазая как будто подменили! Видя всю красоту и столько игр, что все мысли о бумагах улетучились. Словно их и не было. Но это счастье было недолгим. Но сейчас не об этом.

***

       В тот же момент, где-то на другом конце пыльной Иокогамы, в тёмном офисе недалеко от порта, в просторном кабинете, за рабочим столом сидела молодая девушка. Рыжие, слегка волнистые пряди волос спадали на удивительно холодные, голубые глаза. Тонкие руки, затянутые в чёрные перчатки, без интереса перебирали бумажки, лежащие на столе. Скучающий взгляд был направлен в панорамное окно, за которым была видна набережная и море. Такое же синее и глубокое, как её глаза.       В тяжёлую, металлическую дверь тихо и робко постучали. — Войдите, — равнодушно бросила рыжеволосая девушка, понимая, что если это Босс, то она вряд ли останется в живых. — Привет, Чуя! — в комнату, уверенным шагом зашла девушка, лет шестнадцати на вид. Прямые чёрные волосы были собраны в высокий хвост. Половину лица скрывала больничная маска. Довольно мрачная, черная одежда и серые, бесстрастные глаза давали понять, что перед вами одна из лучших агентов Портовой Мафии, — Опять возишься с этой макулатурой? — Ага… — устало выдохнула девушка, отрывая взгляд от окна и удивлением переводя его на вошедшую. — Гин, тебе чего? Чуя, проработав в этой организации более 8 лет, прекрасно понимала, что если к вам обращаются со словами: «Привет Чуя!», а не «Чуя, тебя ждёт Босс», «Накахара, сдай отчёт», «Сходи на зачистку, будь добра " или же «Один из наших в плену, можешь помочь?», то творится что-то воистину страшное. — Да так, просто поинтересоваться… — уклончиво ответила Гин, смотря в сторону. Чуе такой ответ очень не понравился. Чтобы кто-то интересовался тем, чем ты занимаешься в офисе? Тем более, одна из самых холоднокровных и без эмоциональных работников? Да скорей Солнце начнёт крутиться вокруг Земли. — Выкладывай, давай, что там у тебя! — недовольно буркнула девушка испепеляюще глядя прямо на замявшуюся Гин. — Все живы, я надеюсь?! — Да, разумеется, просто… — Тут, на помощь несчастной Акутагаве, в комнату влетела ещё одна девушка. Её светлые волосы были собраны в небрежный пучок, только чёлка и пара непослушных прядей спадали на глаза. Обычно, безупречно сидящий классический костюм, сейчас был помят. На скуле была размазана кровь, а несколько пуговиц на рубашке были расстёгнуты. Блондинка, по имени Хигучи, неистово ругаясь вбежала в помещение, затормозив только около стола Чуи. В руках девушка держала огромную кипу бумаг и пистолет. — Я так, блин, больше не могу! — Взвыла Хигучи, вместо приветствия, пытаясь привести в норму сбившееся дыхание. — И тебе привет, Хигучи, — равнодушно кивнула Гин. — О, Гин! — выдохнула девушка, видимо не заметившая присутствия своей подруги. — Ты можешь успокоить своего братца? — Что опять? — недовольно нахмурилась младшая Акутагава. — Снова! — С безграничной тоской в голосе протянула пришедшая, ненавистно кидая бумаги себе под ноги, и сама следом падая на пушистый ковёр. — Что случилось? — Встряла в разговор, молчавшая до этого момента Чуя, напряженно вглядываясь в лицо блондинки. Ей этот цирк начал надоедать, и она изо всех сил старалась понять, что задумали эти идиотки. — Да так, ерунда… — Краснея, ответила Хигучи. Она не любила говорить о своём учителе. И стараясь перевести тему, выпалила. — Я хочу отдохнуть! — Вот же подонок, — тихо зашипела Гин, думая о своём. Она давно знала своего брата, также как и знала его крайне трудный характер, а ещё она не первый день знала Хигучи, и была уверенна, что эта милейшая девушка, просто молча терпит все замашки Рюноске. А ещё любит его. Врезать бы этому придурку, а не любить! — Я с ним поговорю. — Отдохнуть? — тем временем, Чуя, уже привыкшая к страданиям своей подруги, удивленно вскинула брови. Отдохнуть? Накахара не любила и не умела этого делать. А зачем? Пожалуй, лучший отдых для рыжеволосой- задания и зачистки, где можно безукоризненно убить пару-тройку человек. А идти в кафе или парк? Смысл? — Тебя же не отпустят, да и зачем? — Ха, уже отпустили, — горько усмехнулась сидящая на полу — Сказали: «Вали на все четыре стороны, и чтоб глаза мои тебя не видели!» — Лицемер… — снова зашипела Гин. — Вот я и собираюсь пойти на все четыре стороны, — как ни в чем не бывало, продолжала тараторить девушка — А точнее, на фестиваль в парке развлечений. Сегодня вечером. И вы пойдёте со мной. Это не обсуждается! — Но Хигучи, у меня много работы и Мори меня точно не отпустит, — тихо начала Чуя. Так вот оно что. Отдохнуть значит. Её подруги, а в большинстве именно Хигучи, часто пытались вытащить отчаянно сопротивляющуюся Чую куда-нибудь погулять. Милая Ичиё никак не хотела понимать, что Чуя не любит ни общество, ни праздники, ни что-то подобное, и считала, что Накахаре просто нужно «развеяться». — Да и, ты же знаешь, я это не люблю. — Любишь, любишь! Я хочу напиться! И ты пойдёшь со мной. А с Боссом я договорюсь. — радостно улыбаясь, перебила Хигучи. — Но Ичи-иё, — попыталась возразить девушка, медленно осознающая весь ужас своего положения. — Ничего не Ичиё, и Гин тоже пойдёт. — Подмигнула повеселевшая Хигучи, — Так ведь, Гин? — Я, что? Нет! Хигучи, нет! — Гин, витавшая в своих мыслях о том, как прикончить брата, встрепенулась и принялась отказываться. — У меня задание! Я не могу. Да и мозги кое-кому промыть надо. — Оставь его, Гин. — грустно улыбнулась девушка, всё ещё сидящая на полу, — Пойдём лучше с нами, будет весело! — Э, ну… — Стоп, стоп, стоп! С нами?! Хигучи, что это значит?! — Накахара не на шутку разозлилась. Ей всё стало ясно. Это очередная попытка вытащить её на свет Божий. — Я, блин, не давала согласие! И не дам! Иди одна, а лучше, иди на фиг! И ты с ней за компанию, Акутагава! — Ну-у, Чу-у-уечка! Ну пожалуйста! — Плаксиво протянула Хигучи, — Мне одной будет очень-очень скучно. — Она права, — тихо сказала Гин, — И Акутагава пойдёт с нами. Этот ублюдок заслужил. — Что-о-о?! Но семпай… Он занят!.. И вообще… Я хотела посидеть в компании девушек…а не… Ги-и-и-ин! Прошу тебя…- завыла Хигучи, понимая, что ей только что испортили отдых. — Ничего, ничего- недобро улыбаясь проговорила Гин, и тихонечко ретировалась. — Я пойду к нему. — Акутагава, мать твою, Гин! Не смей! Слышишь?! НЕ СМЕЙ!!! — кричала ей вслед Ичиё, до срыва голоса. Но всё без толку. Тяжело вздохнув, она обратила свой взгляд на тихо смеющуюся Накахару. — Чуя, ну ты слышала?        Но Чуя уже смеялась вовсю. Если в этом участвует Акутагава, то она просто обязана это видеть. — Ладно, я пойду.        Через минут 10 в комнату быстрым резким шагом влетел парень в черном плаще. Металлического цвета глаза горели от гнева, а кулаки были сжаты настолько, что побелели костяшки, на и без того белой коже. — Акутагава-семпай! — всхлипнула Хигучи роняя из рук только что собранные бумаги. — Ну и кто это придумал? — холодно поинтересовался парень, проигнорировав возглас подчинённой и переводя взгляд с Хигучи на Чую и обратно. — Я. А что? — дерзко поинтересовалась рыжеволосая, понимая, что если Ичиё признается в том, что этот «отдых» замутила она, то Рюноске, как минимум её просто задушит. — Рю, расслабься. Неужели не хочется прогуляться? — Не хочется! Вот ни хера не хочется! Ты, стерва, отвлекла меня от работы, — Начал было возмущаться Акутагава, но заметив на себе победоносный взгляд сестры, вошедшей в кабинет, сразу притих, — Чёрт, и ты туда же, мелкая тварь! — Ну так что, мы идём? — тихо поинтересовалась осмелевшая Ичиё. — Идём, — ответила за всех Чуя, тихо смеясь и смотря на злившегося парня.