Creek in love

Если приподнять волосы Твика за ушком, то можно обнаружить темно-русые корни, которые совсем не видят солнца и практически не выгорают. Первый раз, когда Крейг заметил эту особенность, то даже подумал, что Твик красит волосы, как девчонка. Твик тогда почти обиделся на него, поэтому пришлось поверить, что это не так. Или сделать вид, что поверил. Теперь, когда они будут жить вместе, Крейг сможет проверить наверняка. Твик спал, свернувшись на крошечном диване, который пережил столько ночных визитов Крейга, что он даже предлагал забрать его с собой. Полночи Твик собирал свои вещи в коробки, а потом все утро они их перетаскивали в машину, и Твик немного устал. Голова его покоилась на коленках Крейга, и Крейг старался его не разбудить, хотя без дела сидеть Такер не любил. Стоит ему подумать о том, что теперь они будут жить вместе, внутренности скручивались в узлы. Это было невероятно, и Крейг до сих пор не мог поверить, что все происходит с ним на самом деле. В пределах досягаемости был стол, а на нем — сваленная куча блокнотов, тетрадок. Наугад Крейг выхватил потрёпанный синий блокнот, чтобы чем-то занять руки, пока Твик отдыхает. Блокнот был в твёрдой обложке, синий с мелкими ромашками. Не так давно он и понятия не имел о существовании Твика, а потом все так завертелось: вот у него первое свидание с Рэд, а буквально на следующий день появляется гигантское граффити на всю школьную стену, Рэд его бросает, и ему приходится изображать притворные отношения с парнем, с которым не обменялся и парой слов. Он, правда, верил, что это должно убедить всех, что он не гей? Иногда Крейгу казалось, что подсознательно ему просто хотелось всего этого. Фальшивые поцелуи становились все более настоящими и волнующими, а потом Крейг вдруг понял, что просто не сможет больше без Твика. Просто не видит будущего без присутствия в нем нервного, психованного парня с золотистыми, вечно растрёпанными волосами и глазами цвета свежего салатного листа. Крейг не сомневался, что не обнаружит ничего интересного в блокноте, скорее всего, это ежедневник со списками покупок или фильмов, которые он посмотрел. Твик обожал списки. Только вот списков в блокноте не было. …чувствую себя идиотом. Наверное, не стоило надеяться, что он придёт. Но даже если бы он пришёл, можно подумать, я смог бы хоть что-то ему сказать. Никогда не мог, а теперь вдруг раскатал губу. Придурок… Твик заворочался во сне и невнятно промурлыкал его имя. Крейга снова скрутила судорога. Твик постоянно делал что-то абсолютно невинное, что срывало у Крейга крышу и вызывало маленькую аритмию. Как можно быть настолько совершенным и будто бы даже не догадываться об этом, Крейг не понимал. Как не понимал и того, как Твик сначала согласился встречаться, а теперь и жить вместе. О себе Крейг был не слишком высокого мнения. Он продолжил читать уже на другой странице. … Я не знаю… Я ничего уже не знаю. Иногда мне кажется, что он на меня смотрит, правда, потом оказывается, что у меня кусок моркови на лице. Сегодня мы почти столкнулись в раздевалке. Но естественно он не заметил меня. Вот и славно. Мне и так нормально. Все хорошо, у меня все нормально. Крейг растерянно смотрел на измалёванный лист: ручкой Твик так яростно перечёркивал целые строчки, что страница порвалась по центру. Он никогда не рассказывал, что был в кого-то влюблён в школе. Тем более, в парня. А судя по тому, что весь блокнот был посвящён одному человеку, для Твика это было серьёзно. … В общем-то, я решил. Мне пофиг. Пора завязывать с этим. Мы читали Грэма Грина весь прошлый месяц, так вот этот парень явно дал понять, что иногда лучше найти силы забить и оставить в прошлом заведомо проигрышное дело. А может быть, это я просто так понял. Не могу перестать все связывать с ним. В любом случае, я смогу. Я уже почти. Я знаю, что справлюсь. Крейг смутно припоминал, как они проходили Грэма Грина, но единственное, что он вспомнил про него: его упоминала Дрю Бэрримор в «Донни Дарко». Кажется, это было в девятом классе? Значит, Твик был в кого-то влюблён в девятом? Он знал, что Твик ни с кем не встречался до него, и почему-то думал, что Твик не был влюблён. Новость о том, что Твик все-таки был, ощутимо резануло что-то внутри, собственническое чувство снова раскинуло свои лапы. …Я опять задержался на полчаса, чтобы поймать его в коридоре, как на прошлой неделе, но сегодня с ним был Джимми, пытался шутить или типа того. Даже заикающийся Джимми смотрится лучше, чем я, когда пытаюсь позвать его за свой стол пообедать. Как я жалок. Крейг быстро захлопнул блокнот и отложил его обратно на стол. Это ведь личный дневник, Твик не разрешал ему читать его. Не особенно вдумываясь, он стал размышлять, кто это мог быть. Явно кто-то из школы. Память подбрасывала все больше воспоминаний, как неохотно Твик согласился изображать пару, как он вырывал свою руку из руки Крейга, стоило им оказаться наедине. Крейгу казалось, что это совершенно нормальная реакция для парня-натурала. Но ведь, получается, Твик к тому моменту не был натуралом. Твик просто любил кого-то другого. Кого-то из школы. Крейг быстро распахнул блокнот и продолжил читать, не давая себе возможности передумать. … Послать ему валентинку было глупой затеей. Он все равно ничего не понял. Да и кто бы понял? Он получил ещё несколько валентинок, думаю, моя затерялась среди них. Я тоже получил валентинку от кого-то, она была не подписана, но очень красивая. Я точно знаю, что она не от него, а значит, она мне не нужна. Мне никто не нужен, кроме… — Что ты делаешь? — вопрос, заставивший Крейга едва не отбросить в сторону блокнот. Его поймали за руку, отрицать что-то не было смысла. Твик смотрел на него со спокойным выражением недоумения на лице. Он медленно принял вертикальное положение, оставив свободными колени Крейга, на которые тот и положил блокнот. — Читаю, — озвучил очевидную мысль Крейг и пожал плечами. — Я не разрешал, — коротко отозвался Твик, приподнимая одну бровь. — Я не думал, что там что-то, чего мне не следует знать. — О личном пространстве слышал? — непринуждённо поинтересовался Твик. В голосе, тем не менее, не было раздражения, простое любопытство. — Мы съезжаемся, о каком личном пространстве ты говоришь? — Понятно, — кивнул Твик. — Окей. Занимательное чтение? — Твик, — сдался Крейг, потирая переносицу, — послушай, да, я виноват. Я не должен был. — Хорошо, — взгляд Твика смягчился. — Я так понимаю, что твоего дневника я не дождусь. — Я никогда дневников не вёл. Но ты всегда можешь спросить меня обо всем, о чем захочешь. О школе там, или о делах вне школы… Я всё расскажу. — Не думаю, что я хочу знать, — улыбнулся Твик с загадочной и немного грустной улыбкой. — Давно пора было их выбросить, я все никак не мог собраться. — Почему ты никогда не говорил, что был в кого-то влюблён в школе? — Такер, ты… Придурок, — слегка усталым голосом вздохнул Твик, поднимаясь с дивана, и направился прочь, на ходу потягиваясь. — Нужно не забыть перетащить ящик с гиацинтом. Поможешь? — Твик, а кто это был? — настойчиво спросил Такер, сжимая блокнот в руках. — О ком ты писал? Это ведь кто-то из школы? — Крейг, отвали, — отмахнулся Твик, но Крейг подскочил и поймал его за руку. — Ну, пожалуйста! Твик глубоко вздохнул и бросил на него снисходительный взгляд. До последнего колеблясь в своём решении, он аккуратно вытащил из рук Крейга блокнот и быстрым движением открыл на странице, ближе к концу. Сам он с самым непринуждённым видом направился на лестницу, вытаскивать остаток вещей. К страничке был приклеен билет, который Твик использовал, как закладку. С волнением Крейг прочитал название фильма, и он смутно припомнил, что тоже когда-то ходил на него. … Я ничего специально не вычислял, просто так вышло. Я просто пришёл в кино, чтобы посмотреть долбанный фильм, а там сидел он. С Рэд. Кажется, они встречаются. Я опоздал. Теперь я точно знаю, что он больше не будет один. Если вселенная таким образом хотела показать, что пора перестать надеяться, то у неё получилось. Я больше ни на что не надеюсь. Кажется, она, правда, ему нравится. Кажется, я могу его понять. Это конец. Я больше не могу. Ничего не могу. Крейг ошарашенно скользил глазами по строчкам снова и снова, а затем захлопнул блокнот и прижал его к груди. Тотчас он снова открыл его и прочитал последнюю запись заново, теперь уже подушечками пальцев скользя по вдавленным строчкам. Твик написал это за день или два до того, как появилось то граффити, и им пришлось изображать отношения. Твик тогда ещё даже не подозревал, что однажды летним субботнем днём они вместе будут собирать его вещи, чтобы перевезти в их общих дом. Крейг с нежностью погладил блокнот и бережно положил на край стола, откуда он его взял. — Гиацинт! — громко и ворчливо прокричал Твик уже с улицы. — Такер, я тебя убью, если ты забудешь его! — Уже несу! — прокричал в ответ Крейг и счастливо рассмеялся, хватая и пряча блокнот во внутренний карман куртки.