Creek in love

Когда вокруг белых кроссовок Твика стала расходиться мыльная пена, Токен уже понял, что выходные будут необычные. — Посмотрите! — радостно взвизгнул Картман, тоже замечая белые следы и тыча пальцем в сторону Твика. — Этот психованный натирает кроссы зубной пастой! Как девчонка! — Я хотя бы не заставляю свою маму этим заниматься, — мрачно огрызнулся Твик, стаскивая кроссовки и виновато оглядываясь на Токена, отставил их на коврик возле двери. Токен мысленно вздохнул. Должно быть, по пути в дом тот наступил в лужу, отчего и пошла вся эта пена. — Не заставляешь, — разумно согласился Картман, — ведь твоя мамаша всё время полирует мои кроссовки. Ха! Два-ноль, псих! Твик не нашёл, что ответить, поэтому просто скривился и промолчал, оглядывая прихожую с видом пытливого туриста. — Дай уже пройти, жиртрест, — прогудел Крейг, проходя в дом и оттесняя Картмана в сторону. К шестнадцати годам он уже успел всех их перерасти и возвышался над Картманом на целую голову, да и в плечах не отставал. На своём пути Такер задел рукой торшер, и тот угрожающе зазвенел, но не упал. К сожалению, — понимал Токен, — это ненадолго. Компания из восьми выпускников способна была разгромить чей-нибудь дом. Компания, где был Картман и Крейг Такер, была способна не оставить от дома камня на камне. Единственной проблемой было то, что в данный момент этим домом был загородный дом Токена. — Располагайтесь, чуваки, — немного сконфуженно пробубнил Токен, пытаясь разобраться со щитком электричества. — Три спальни наверху, две внизу. Одна из нижних — моя. — Всего пять? — сбрасывая куртку, переспросил Кенни. — Нас же восемь. — Ещё есть диван в гостиной. — Чур мой, — моментально откликнулся Кенни, проходя в гостиную и падая на кожаный диван морской звездой. В ответ на непонимающий взгляд он добавил: — Сортир не далеко, телек, жратва, можно курить… — Здесь нельзя курить! — перебил Токен, нахмурившись. — Понял — принял, — подмигнул ему Кенни и лукаво улыбнулся, всем своим видом показывая, что курить он будет. — Так, то есть… — медленно совершал подсчёт в уме Картман, — Две спальни, три спальни и диван… Это шесть. Одна из комнат — твоя. Но… Мысль поразила всех с одинаковой быстротой, и Токен не смог сдержать улыбку, когда уже почти взрослые, солидные парни, расталкивая друг друга локтями и повизгивая, ринулись по лестнице наверх и, кажется, даже что-то по пути разбили. Клайд неожиданно оказался умнее всех и занял единственную пустую комнату на первом этаже. Когда Токен уже выгружал в холодильник продукты и выпивку, с громкими ругательствами к нему буквально скатился раскрасневшийся Картман. — Это заговор! Соревнование не было честным! Я же самый неспортивный из всех этих! Мне нужна моя комната, Токен, скажи им всем! Где мне спать? Почему ты не подумал об этом? Токен беспомощно развёл руками. — Подселись к кому-нибудь. — Это не второй этаж, это Содом и Гоморра! У тебя в доме пидорский бордель, Токен, вот так! Я с этими не буду спать! — Клайд — не пидор, — меланхолично заметил Токен, пытаясь утрамбовать пиво покомпактнее. Почему-то помогать ему никто не спешил. — Но он жирный! Два жирных человека на одной кровати? Ну, уж нет! — Тогда Стэн, — подсказал Токен без особой заинтересованности. — У них с жидом аншлюс! — взвесив все за и против, Картман, заметно более спокойный, заявил: — Я решил, что буду спать с тобой. Если ты не найдёшь мне свободную комнату. — Чего?.. Так, мне всё равно, где ты будешь спать, но точно не со мной! — Токен хлопнул дверью холодильника и встал. — Это уж слишком, Картман! — Тогда придумай что-нибудь! — приказал Картман категорично. — Твик или Крейг… — Я не буду спать с пидором, — перебил его Картман с оскорблённым видом. Токен вздохнул. Бесполезно ему было объяснять, что Твик и Крейг — не геи, не вместе и никогда вместе не были. В гениальнейшую аферу века Картман не хотел верить, может быть, потому что это придумал не он. На самом деле, Твик и Крейг терпеть друг друга не могли, а могли только часами ныть, как устали терпеть рядом с собой «неуклюжее недоразумение» и «тупого качка» соответственно. Однако, притворившись один раз парой, они получили столько преимуществ, что отказаться было уже невозможно: прогулы школы, хреновые оценки, драки, курение и алкоголь — им прощали всё. Даже дополнительно приплачивали к карманным. За всё это они всего лишь иногда держались за руки, которые потом демонстративно вытирались о джинсы, раз в месяц постили вымученную совместную фотку или брали билеты на последний ряд в кино. — Ладно, — сдался Токен, когда Картман вцепился ему в рукав. — Я поговорю с ними!

****

Вопрос с комнатой для Картмана не решился и к вечеру. Твик, как заведённый повторял, «нет-нет-нет», Крейг просто нахмурился и показал Картману фак. Эти двое категорически не хотели ночевать вместе. Картман уже давно сладко посапывал в комнате Токена, Клайд тоже испарился из гостиной, должно быть, опасаясь, что его комнату принудительно аннексируют. И вот уже слегка протрезвевший Токен рассеянно размышлял, что же он сделал не так, что вынужден будет в своём доме делить кровать с Эриком Картманом. — Вопрос номер… — Кенни прищурился, чтобы рассмотреть число, — шестьдесят. На какое дерево, животное и цветок похож ваш партнёр. — Пропускаем, — вяло отозвался Стэн, который периодически выплывал из алкогольного забытья, а затем проваливался вновь. — Ни у кого тут нет партнеров. Я бы мог сказать пару ласковых про эту суку Венсдей, но… Он плавно затих, будто звук на магнитоле скрутили до минимума. Они с Кенни лежали на диване вальтом, и, казалось, что Стэну сегодня и не понадобиться своя комната. — Такер и Твик же встречаются, — хохотнул Кенни, отхлебнув из горла бутылки. Часть карточек настолки из его руки посыпалась на пол, но на такие мелочи они уже давно перестали обращать внимание. — Да не вместе они, — поправил Токен мрачно. Мысль о том, что Картман уже возможно облевал его сторону кровати, не давала наслаждаться моментом. — Крейг Такер похож на дуб, жирафа и подорожник, — выпалил первое, что пришло на ум, Твик и, качнувшись на нетвёрдых ногах, встал, показал зачем-то язык Такеру и явно гордый собой сообщил: — Я пошёл отлить! Обогнув кресло Крейга, Твик пошёл в сторону выхода, едва не свалившись по пути. Кенни расхохотался, а Токен вдруг заметил, что Крейг тоже против воли улыбается. Улыбка на лице у Такера появлялась так редко, что Токен решил, что тот действительно сильно пьян. И он незамедлительно подтвердил эту догадку. — А Твик… Твик похож на иву. — На иву? — почему-то снова рассмеялся Кенни, хлопнув несколько раз себя по лбу. Твик, не успев дойти до коридора, застыл в дверях с насмешливой ухмылкой, чтобы послушать, что про него скажет Крейг. На него никто не обратил внимания, он был виден только Токену, который сидел совсем близко к камину. — У нас в Джорджии была ива у дома, — неожиданно пустился в объяснения Крейг. — Такая высокая, с длинными листьями. Я часто забирался на неё и… — На Твика ты тоже хотел бы забраться? — задохнулся от своей шутки Кенни, и Токен закусил губу, чтобы не рассмеяться тоже. Гейские шутки иногда бывают хороши, особенно если они про натуралов. Но Крейг, никак не отреагировав, продолжал: — А однажды было сыро, нога соскользнула и я упал. Сломал руку в двух местах, расшиб коленку. Мама отвезла меня в больницу, а потом я целый месяц смотрел мультики дома, в школу больше не ходил. И потом мы переехали сюда. — Очень связная история, — вздохнул Токен, скептически откидываясь на спинку кресла. Ничего нового: Крейг пьян и несёт бред. — Когда я думаю о доме, — мягко отозвался Крейг с видом, будто говорит совершенно очевидные вещи, — я вспоминаю ту иву. Вот поэтому-то. — Твик — ива, потому что… Так ты вспоминаешь о доме или о Твике? — уже без особого интереса спросил Кенни. Крейг неопределённо пожал плечами и снова рассеянно улыбнулся. Внутри у Токена засвербило, но он не понимал, что было не так, пока он не бросил взгляд туда, где стоял Твик. На лице у того отражался полный спектр эмоций: замешательство, удивление, растерянность и… радость? Они встретились с ним глазами и Твик вместо того, чтобы заржать, покрутить у виска или скорчить уморительную рожу, умоляюще поднёс указательный палец к губам. — Короче, с деревом какая-то фигня полная, — нахмурился Кенни тем временем, решительно ничего не понимая. — Давай, что по животному. — Олень…ёнок, — выдавил неуверенно Крейг и сам нахмурился, не понимая, почему сделал такой выбор. — Почему? — въедливо допытывался Кенни. — Такой же дикий? Глупый? С тонкими ногами? — Нет! — выпалил Крейг почти возмущённо. — Нет, не поэтому! — А почему тогда? — Я… Я не знаю, — он прикрыл глаза и вымученно вздохнул. — Я, правда, не знаю… Может, из-за глаз? — Твик косит, да? — сразу понял Кенни и захихикал. Сил хохотать в полную громкость у него тоже уже не было. — Иди нахрен, — насупился Крейг, швыряя в Кенни первой подвернувшейся под руку вещью — пультом от телевизора. Отскочив от спинки дивана, тот отпружинил в сторону стеклянного стола (обеспечивая сердцу Токена очередной за сегодня микроинфаркт), но не долетел и с жалобным предсмертным треском закатился в угол. — Тогда почему? — даже перестал хихикать Кенни. — Что у него не так с глазами? — Они… — Крейг снова зажмурился и мечтательно улыбнулся. — Как у Бэмби. Ты смотрел Бэмби? — У Бэмби карие глаза, — влез зачем-то Токен, пытаясь спасти положение, убрать всю романтическую неясность, которую сейчас слышит Твик. Он ведь может подумать, что Крейг… Господи, конечно, нет! Крейг не влюблён в Твика, он пьян и просто несёт ахинею. — У Твика глаза зелёные… — Считаешь, я не знаю, какие глаза у Твика? — фыркнул Крейг, на секунду становясь прежним. — Только вот… В темноте радужки почти не видно, и они кажутся темными. А ещё они очень… красивые. Токен мгновенно посмотрел на Твика, но тот больше не смотрел ни на кого, кроме Крейга. Что отражалось на его лице, Токен уже не мог понять, только вот ужасом или отвращением это не было. Он выглядел скорее зачарованным, но Токен не был уверен. И, пожалуй, не хотел выяснять: он мгновенно почувствовал себя лишним. — Такер, — лениво потянул Кенни, зевая, — на сегодня ты потерян для социума, я вообще не понимаю, что ты несёшь. Глаза, олени… Даже не хочу знать, какой Твик цветок. — Одуванчик, — тем не менее, ответил Крейг, — потому что… — Зна-ать не хо-очу! — отрезал Кенни и откинулся на подушку, пнув ненароком сопящего Стэна. — Валите уже все, я должен хоть немного поспать сегодня! То был тот редкий случай, когда Кенни говорил дельные вещи, и Токен откликнулся на его призыв со всей готовностью. Он с трудом поднялся с места — тепло камина и алкоголь разморили его — и помог подняться с места Крейгу. Твика в коридоре уже не было, Крейг так и не узнал, что тот его слышал. Момент откровенности прошёл, он замкнулся, и весь подъём по лестнице, который Токен помог ему преодолеть, молчал. С тяжёлым сердцем Токен спускался к себе в комнату, а причины переживать у него были. Мысль о том, что два его друга начнут встречаться по-настоящему, не была неправильной, но приносила с собой много беспокойства. А если и не начнут вовсе? Токен замер, не дойдя две ступеньки до конца лестницы. Его сердце жалобно сжалось: Крейг впервые говорил о ком-то с такой теплотой и искренностью, но сколько можно держать чувства под контролем? А Твик? Он был так удивлён, когда стоял в коридоре и подслушивал, он был растерян! Когда Токен уже собрался подняться назад к Крейгу и попробовать обсудить всё произошедшее, из темноты на него вылетел Твик, крайне взъерошенный и непривычно решительный. Как ни в чём не бывало, он обогнул Токена и почти взлетел вверх по лестнице, обернувшись только в конце, чтобы сообщить, тщетно пытаясь не улыбаться так уж широко: — Можешь занять мою комнату, кстати!

****

Проснулся Токен поздно: к тому моменту, когда он спустился, Твик и Стэн уже разожгли мангал и резали овощи, Клайд и Кенни разбирали бардак, который устроили вчера. Картман вполне ожидаемо никому не помогал, а возлежал на садовой качеле, подмостив под голову ворох подушек, вынесенных из дома. Крейг в сторону Твика не смотрел, и Токен даже подумал, что всё ему приснилось, пока внимательный взгляд Кенни не зацепился за интересную деталь. — Такер, это что — засос? — хохотнул он, цепляясь и оттягивая на себя его толстовку, которую Крейг, явно краснея, тщетно пытался поправить. — А вчера его не было, — подозрительно встрял Картман, даже забыв о своей мигрени, которой прикрывался, чтобы не заниматься делом. — Много ты помнишь о вчера, — фыркнул Крейг, не слишком хорошо скрывая смущение и бросив на Твика короткий беглый взгляд. Тот никак не отреагировал, но улыбка, мелькнувшая на его губах, сказала Токену о многом. — Так, ну, а откуда засос? — Картман, — протянул Твик с насмешливой улыбкой, даже не повернув в его сторону головы, — ну, сложи два и два. Эрик посмотрел на Крейга, затем перевёл подозрительный взгляд на Твика: на лице отражался тяжёлый мыслительный процесс. Токен тоже замер в ожидании вердикта. В конце концов, Картман встряхнул головой и, раздражённо фыркнув, откинулся обратно на подушки со словами: — Ну и храните свои секретики дальше!