Самый преданный фанат

Сложнее всего объяснить ситуацию оказывается Минсоку. Тот очень быстро вытягивает последние новости и не перестаёт доставать вопросами, зачем Бэкхён продолжал целоваться, если ничего такого не чувствует. Бэкхён и сам не знает, зачем, просто было приятно. И это же не хватания за коленку, за поцелуи на кухне не стыдно. Честно говоря, Бэкхён бы хотел повторить хватания в приватной обстановке, просто чтобы ощущения сравнить. Может, на кухне оно переживается как-то совсем по-другому. Зато Минсок сияет подозрительным счастьем. — Это с чего вдруг такая радость? — интересуется Бэкхён. — Вы перевели отношения в горизонтальную плоскость? — Вообще в вертикальную. А потом… — Минсок задумывается. — Нет, в горизонтальную ещё не перевели. И я лишил его оральной девственности, представляешь? — Ора… Фу! — Бэкхён зачем-то представляет в позах и лицах и морщится. — Зачем мне об этом знать-то, заче-е-ем! — Я хвастаюсь! — заявляет Минсок. — Лухань сказал, что ему ещё никто настолько не нравился, чтобы решиться взя… — Хватит, — Бэкхён выставляет перед собой руку. — Не хочу слышать никаких подробностей, я потом не засну. — Он такой нежный, — Минсок мечтательно улыбается. — Милый, неловкий, смущался так, когда начал. — Ни слова больше! Вот просто ни одного! — Ну и ладно, — Минсок делает вид, что обижен. — Ты просто завидуешь моему счастью. — А ты что, признался? — Минсок недовольно сопит. — Вот как признаешься, я сразу начну. — Значит, к Кёнсу ты ходил, чтобы мне не завидовать? И что, готов пересмотреть ваши отношения? — Это был один жалкий поцелуй! — И ты о нём, несомненно, жалеешь. — Вовсе нет. То есть… — Не продолжай, — Минсок кивает. — Я понял. — Это не то, что ты думаешь! — шипит Бэкхён, но уже поздно. Ему самому бы неплохо понять, зачем он с Кёнсу целовался. Встречи с Минсоком никогда не добавляют в его жизнь ясности. А с Кёнсу — равновесия. Они опять сидят в одной комнатушке. У Кёнсу интервью, у Бэкхёна эфир на радио, менеджер сбежал утрясать график, Бэкхён сидит на диванчике, зажав руки между колен, и трясется в ожидании неизбежного. Кёнсу кружит у диванчика как акула, почуявшая жертву. — Давно не виделись, — Кёнсу садится рядом. Бэкхён сдвигается к самому подлокотнику. — Отдыхаешь? — Как получается, — Бэкхён трёт вспотевшие ладони о штаны. Кёнсу кладёт руку на спинку дивана, наклоняется и втягивает воздух у его шеи, а потом целует и, Бэкхён готов поклясться, прихватывает кожу зубами. Бэкхёна как будто током пробивает. — Какого черта ты делаешь?! — Соблазняю тебя, — Кёнсу целует его за ухом. — Подари мне одну ночь — и я докажу, что лучше у тебя никого не было. У Бэкхёна голова кружится от такой наглости. Он опирается ладонью о чужое бедро и чувствует, что Кёнсу тоже потряхивает. — А я лишу тебя оральной девственности? Кёнсу на миг замирает. Бэкхён сам не понимает, как это вылетело. — А тебе хочется? — Кёнсу прикусывает его ухо. У Бэкхёна мурашки бегут, и они не от ужаса. — Я-я… Ох черт, Кёнсу! — Тебе понравится. От незапланированного секса Бэкхёна спасает менеджер, постучавший в дверь. Бэкхён благополучно высиживает свой эфир на радио, получает несколько каверзных вопросов о карьере, несколько — о личной жизни, отшучивается, отвечает на пару обязательных вопросов о Кёнсу, читает сообщения в перерыве и привычно прикладывает руку ко лбу. Половина — признания в любви, вторая половина — об их отношениях с Кёнсу, и весьма небольшая часть про творческие планы и только что вышедший альбом. Картина обычная и весьма надоевшая: Кёнсу исправно кормит их шипперов, Бэкхён так же исправно отнекивается, все в восторге, продажи билетов растут. Интересно, растут ли у Кёнсу продажи. Бэкхён решает в качестве эксперимента тоже подкинуть что-нибудь шипперам. Кёнсу, оказывается, всё ещё здесь, и Кёнсу снимают для его же фансайтов. К слову, Бэкхён понятия не имел, что у того есть фансайт, да ещё не один. Он знал только об общих. — Привет-привет! — Бэкхён прорывается сквозь стайку онемевших девиц. — Снимаете моего персонального сталкера? Кёнсу цепенеет на своём табурете. Менеджер делает больше глаза и беззвучно вопит «Что ты делаешь, Бён Бэкхён?!», девицы быстро отмирают и вскидывают камеры, Бэкхён кладёт руку Кёнсу на плечо и ослепительно улыбается. — Что ты делаешь? — спрашивает Кёнсу, не разжимая зубов. — Доверься мне, я профессионал, — Бэкхён тянется и выдыхает в самое ухо. Затворы щёлкают, не переставая, Бэкхён щекочет мочку языком и слегка сжимает зубами. По телу Кёнсу пробегает дрожь. — Я не каменный. — Кёнсу скользит ладонью под его свитер. Горячей твёрдой ладонью, так приятно, что Бэкхён тихонько стонет и прикрывает глаза. — Ты меня много лет лапал, я что, не могу тем же ответить? — Я тебя не возбуждаю. — Может, пора это исправить? Кёнсу резко втягивает воздух. Бэкхён выпрямляется, отступает на шаг, рука Кёнсу выскальзывает из-под его свитера, Бэкхён перехватывает и сжимает пальцы, перед тем, как отпустить. Завтра нужно будет проверить шипперский контент. Кёнсу провожает его взглядом. — Заглянешь вечером? От восторженных писков можно оглохнуть. Бэкхёну если и стыдно, то только чуть-чуть.