Тайна Падшего

— Мам, я хотел бы привести сегодня к себе одного друга… — начал было Николас, но женщина, чей возраст невозможно узнать по одному внешнему виду, резко развернулась лицом к сыну и перебила его на полуслове: — Да хоть шлюху, ты знаешь, что мне плевать, кого ты водишь. Главное, чтоб это не обошлось нам слишком дорого, — ее холодный голос заставил парня вздрогнуть. Было обидно слышать такие слова от собственной матери. Но ему не привыкать. Женщину звали Виктория. Высокая, стройная и гордая — несколько слов, которыми можно ее описать. Одетая в длинное темно-вишневое платье в пол, с разрезом на бедре. Ей можно было дать лет 25-30 максимум. Длинные каштановые волосы были собраны в высокую прическу, а глаза были подведены черной линией. Высокие скулы, красная радужка глаз. Николас внешним видом пошел в свою мать. Сам он не был рад этому, но разве он выбирает, как выглядеть? — Отлично, — процедил Ник сквозь зубы и вышел из кабинета матери, громко хлопнув дверью. Как его достало такое обращение к нему. Издевательство, а не жизнь. Никакой нормальной семьи. Просто какой-то кошмар, оживший ужастик. Почему к нему так относятся? Что он сделал? Возможно, покажется, что это странные вопросы. Или что это просто переходный возраст. Но это не так. Ведь это они заставляют его их ненавидеть. Своим поведением, своими действиями, своим отношением к нему. Как их можно вообще любить? Тем более, они и сами прекрасно знают ответ на их вопрос. Точно, как же он мог забыть — он же нежить. Ему не даны человеческие чувства. Раньше он не мог сдерживать своих эмоций. Ему больно было от одной только мысли, что он не нужен собственным родителям. У мальчика не было детства. Ему чужда любовь. Он не может любить. Не потому, что не хочет, а потому, что не может. Опять все решили за него. Сейчас же он научился контролировать себя, закрывать на замок ярость и ненависть. Это дается с большим трудом, но ведь дается. Посадить под замок эти несколько чувств было не самой лучшей идеей. Без них он становился, словно… кукла? Да, наверное. — Господин, прибыл Арданиэль Вильконский. Сказал, что он к вам, — замогильным голосом оповестил тощий дворецкий, чуть приоткрыв дверь комнаты Ника. Парень приподнялся на локтях и повернул голову в сторону мужчины, продолжая лежать на кровати. — Да, пусть зайдет. Спасибо, Роберт. Дворецкий склонил голову в знак почтения и скрылся в дверном проеме. Николас упал на кровать, буравя взглядом потолок. Его комната всегда была его убежищем. Исполнена в темных тонах, с черным интерьером мебели. Темно-синие занавески, закрывающие окна и не позволяющие свету проходить в комнату. Ему нравилось здесь все, ведь это он обустраивал здесь все на свой лад. Единственная светлая вещь, которая находилась в комнате- это гигантская белоснежная люстра. Но в то же время она считалась ненужной вещью, потому что вампирам свет без надобности. Ник и так все видит. Более того, он больше любил темноту. Она наводила какую-то эйфорию, спокойствие и умиротворение. Раздался стук в дверь, а потом в комнату вошел Арданиель. Ник резко сел и чуть улыбнулся, приветствуя, возможно, будущего друга. Хотя, кого он обманывает. — Обалдеть, — выдохнул блондин, рассмотрев комнату, — теперь я точно буду называть тебя вампиром. — Хорошо, эльфик, — ехидно хмыкнул Ник в ответ и встал, чтобы потом сесть на стул. Он развернул его спинкой вперед, уселся и положил локти на этот, вдруг ставший таким интересным, предмет мебели. — Итак. С чего начнем? Я надеюсь, клятва на крови не обязывает рассказывать о себе все, — еще раз хмыкнув, поинтересовался брюнет и тряхнул длинной челкой. Он все знал о ритуалах о крови, но нужно играть дурочка. Строить из себя глупого мальчишку, который не знает ничего о сверхъестественном мире. — Нет, — рассмеялся Ар, — если бы так и было, то я бы не рискнул принести такую клятву незнакомому человеку. Ох, это ты правильно подумал. — Согласен, — Николас проследил за тем, как Арданиель садится на его кровать, продолжая бегать глазами по стенам и потолку. — Я думаю, что стоит начать искать информацию, как можно скорее, — неожиданно сказал блондин, в упор посмотрев на собеседника. — А вот в этом, я с тобой не согласен, — нахмурив брови, ответил Ник. Строить идиота, конечно, весело, но и умные мысли тоже стоит говорить. Тем более, он действительно не согласен с этой мыслью. — Почему? — искренне удивился тот, — Чем раньше начнем, тем раньше закончим. Тем более, нас здесь еще плохо знают, так что, если нас и заметят в ненужное время, то не смогут сказать наших имен. Хм-м-м, неплохо, но нет. Придумай еще что-нибудь, умник. — Это да, но сам подумай: много ли в этой школе зеленоглазых блондинов с длинными волосами или брюнетов с красными глазами? — привел веский аргумент брюнет. Ха, съешь! (Прим. автора — что-то я разошлась немного: D). Ар задумался, при этом сделав смешное лицо и посмотрев в окно. Точнее, в то место где оно должно быть по предположениям. Ведь занавески были большими и закрывали большую (ударение на «о») часть стены. — Тем более, будет намного проще действовать, если мы привыкнем к школе. Будем знать, где что находится, какими путями лучше пройти, в случае чего… — решил добить его Николас. — Стой, я тебя понял, — тихо проговорил Ар, принимая поражение, — Хорошо. Ты прав. Нам действительно стоит немного подождать прежде чем что-либо предпринимать. — Рад, что ты согласен со мной, — расплылся в улыбке Ник. Еще бы ему быть несогласным. Откажись он от аргументов Ника — подставил бы сам себя, показав, что умом особым он не отличается. Несколько минут оба сидели в тишине, раздумывая о том небольшом разговоре, что прошел между ними только что. Оба считали, что торопиться не стоит. Им еще многое предстоит узнать. И если действовать, то очень незаметно и лучше будет просто найти информацию. В Интернете. Может, есть несколько полезных книг в библиотеке. Но лезть на рожон пока не стоит никому. Трезвые мысли, однако. — Так что там с клятвой? — наконец нарушил тишину Ник. Ар перевел задумчивый взгляд на парня и тихо хмыкнул. — Объясню по ходу дела. Надеюсь, родители не убьют меня, — Арданиель прикрыл глаза, будто бы представляя, как именно родители будут его убивать. А потом скривился, подтверждая мысли Николаса. — Это долго? — спросил Ник, чуть приподняв голову. И «Оскар за лучшую актерскую игру, мимику и ложь» получает Николас! — Нет. От силы пол часа. Считая вместе со всеми действиями, — охотно пояснил Ар, вставая с кровати и доставая из внутреннего кармана куртки небольшой кинжал. — Ритуальный? — удивился брюнет, встав и забрав у парня холодное оружие, — Уважаю. Ар, ты растешь в моих глазах. Не думал он, что у такого, как этот блондин, найдутся настолько опасные вещи. Что ж, уважение он заработал — это точно. Арданиель хмыкнул, забирая себе кинжал обратно, и посмотрел на Ника. — Есть чаша? — поинтересовался он, не очень-то надеясь на положительный ответ. — Ритуальная? — со смешком спросил Николас. — Да хоть какая. — Есть. Я же подготовился, — и парень вынул из-под кровати округлую старую чашу, — Нашел на чердаке, — объяснил он Арданиелю на его удивленный взгляд. Нет, ну самом-то деле у него по всей комнате такие. На всякий случай, как говорится. — Что ж, начнем? — спустя несколько минут спросил Ар, усаживаясь на пол. Никаких свечей, ничего лишнего. Уединенное место, темная атмосфера. То что надо для кровавого ритуала. — Пока мы не начали, — тихо сказал Ник и посмотрел на собеседника, — мне интересно: а чего ты так нормально относишься ко всему этому? К школе с номером 666, к кабинетам 13. Ко мне. Интерес реально был. Хотелось узнать, зачем этому блондинчику все эти тайны. — Я думаю, что со временем мы расскажем друг другу обо всем, — вздохнул блондин, — сейчас же я не могу тебе довериться. Хитро, Ар, хитро. Надо запомнить. — - Несмотря на то, что мы проводим ритуал на крови в моем доме? — со скепсисом усмехнулся Николас. — Да, — вполне серьезно согласился Арданиель. Даже так? — А зачем тебе ритуал в общем? — снова спросил Ник, прервав Ара, когда тот хотел порезать ладонь. — - Чтобы быть уверенным в том, что в случае чего, ты не расскажешь о нашем тайном деле, связанным со школой, никому, — спокойно проговорил парень. Весело. — Интересно получается, — растягивая слова, ухмыльнулся Ник и провел рукой по волосам, — Зачем тогда вообще все это устраиваешь? — Хочу знать, что происходит внутри этой школы. Не волнуйся, Николас, когда-нибудь я смогу тебе рассказать все, о чем ты захочешь узнать. Но не сейчас. Давай уже начнем, — с долей раздражения Арданиель наконец провел острием серебряного кинжала по ладони. Ярко-красная жидкость закапала в чашу, а блондин сжал пальцы в кулак, чтобы не пустить слишком много крови. Ник часто задышал, но потом понял, что это его не спасет и просто впился ногтями в руки, пытаясь не поддаваться. Не сейчас, Ник, нельзя. Кстати, у него отлично получается изображать равнодушие к происходящему. — Твоя очередь, — прошептал Ар и протянул кинжал Нику. Тот упорно старался не смотреть на кровь «эльфика». Все же порезав руку, он проследил за тем, как черная кровь стекала в чашу вслед за алой, Арданиеля. Обе жидкости влились друг в друга, образуя странное месиво, а парни едва заметно пожали друг другу руки, что бы кровь на ладонях смешалась. — Почему ты ничего не произнес? — спросил Ник. — Я проговорил заклинание в уме. Это на тот счет, если бы нас подслушивали. А так, никто не узнает какой именно ритуал мы провели. Точнее, какой из многочисленных, — ответил Ар, — Выпей половину, — спокойно сказал он, протягивая другу чашу. — Ч-что? — ошалел Николас. Такого поворота событий он не ожидал. Вот, черт. Раз начал показывать удивление, придется продолжать. — Выпей, говорю. Половину. Потом я, — устало повторил парень. — Че за хрень? — взбесился тот, мигом вскакивая на ноги. Молодец, Ник, так держать. — Давай, — раздраженным тоном скомандовал Арданиель и тоже встал с пола, — Так надо, Ник. Не отнекивайся. — Нет, Ар, ты не понял… — уже растерянно пролепетал Ник и слишком быстро шарахнулся в сторону, — мне нельзя. Оу, не переигрывай. — Почему это? — удивленно выгнул бровь блондин. Ник выскочил из тени так же быстро, как и заскочил в нее. Ничего не ответив на вопрос блондина, он сглотнул. — Ладно, дай сюда, — Нику не очень хотелось отвечать на вопрос Арданиеля, поэтому он предпочел все же выпить половину жидкости, находящейся в чаше. С опаской глянув туда, он еще раз сглотнул. Чего он медлит? Не в первый раз же. Хотя, считая то, что на данный момент он играет на публику — ему это позволительно. Точнее, даже необходимо. Внутренне опасаясь того, что выдаст себя, а внешне же выражая лишь отвращение, Николас поднес емкость к губам и начал жадно глотать ее содержимое.