На глубине моря

Аомине посмотрел в окно внедорожника. За стеклом мелькали деревья то ли леса, то ли джунглей. — Я очень рад, что в-ваш дедушка согласился на лечение, — проговорил парнишка, сидящий за рулем. — С каждым разом он выглядел всё хуже и хуже. Но он по-настоящему предан своей работе. — Работе охранника? Бред. Из него вышел бы отличный моряк, а он в охранники, — проворчал синеволосый. Хотя, кто бы говорил. — Насколько я знаю, ваш дедушка не хотел тут работать, но потом, видимо, так привык, что никто не мог вытащить его отсюда, — паренек замолчал, но после продолжил. — У вас будет немного обязанностей. Проверять, нет ли браконьеров, также вам нужно следить за морем. И… — И? — И… Ну… Вертолет перевезет вас на другой берег, где вам придется быть несколько месяцев. — Что?! На кой черт?! — возмутился парень, подпрыгнув на месте, когда машину тряхнуло из-за какой-то выбоины на дороге. Он тихо рыкнул и потёр ушибленную голову, вновь стараясь принять удобное положение. — Там тоже могут быть браконьеры. Ваш дедушка на это легче согласился. Ему лишь бы в хижине не сидеть, — пробормотал парень, как-то сжимаясь за рулем. — Урок выживания. Тоже мне! — продолжал бубнить Аомине, потирая небольшую шишку на затылке. — Это не урок, а серьезное выживание. Да и это не только из-за браконьерства, — на полном серьезе произнес парень. — А из-за чего? — В-вы слышали о легенде? — Ты о легенде, где мать свою дочь утопила? Слышал. Дед о ней не замолкая говорил. — Но ведь это история происхождения русалов и русалок! — воскликнул тот. — И? — Как это и?! — первый был возмущен таким неуважением к истории столь, по его мнению, таинственных существ, что не особо интересовало второго. Аомине закатил глаза и отвернулся. Слушать эту историю в сотый, а то и в тысячный раз, жутко не хотелось. Его дед и так все мозги с этим ему вынес. И чего все развели из этого такую шумиху? Лет так 20-25 назад люди обнаружили на одном из побережьев раненого человека. Конечно, многие сразу бросились на помощь, после чего обнаружили, что это был вовсе не человек, а русал. Газеты, журналы, новости взорвались, оповещая об этой находке. Русал оказался образованным, и с ним легко смогли поговорить психологи, ученые и правительство. После этого случая прошел год, и на берег того же побережья приплыли несколько существ того же вида, призывая правителей. Те отозвались быстро. Русалы просили покоя, и после чего был заключён договор: люди не смеют вторгаться в жизнь морских жителей, убивать их и исследовать их культуру без разрешения. С тех пор многие все удивляются. А многие решили сделать на этом нажив. Люди вылавливают русалок и отправляют в аквариумы, на исследования. *** Парень вышел из машины, поднял руки вверх и похрустел позвонками. Все же поездки на далекие расстояния не для него. Аомине взял свою сумку и заглянул в старый домик. Внутри он был довольно уютным и чем-то напоминал небольшой музей. Парень бросил свой багаж на старый, потрескавшийся кожаный диван и, решив немного прогуляться, вышел наружу. Он сразу же пошел в сторону моря. Почему-то внутри его тянуло именно туда. Это, наверное, впервые, когда его потянуло к воде. Дайки хоть и моряк, но воду не любит. На пристани был его дед. — Старик! — синеволосый позвал старшего. — Тебя там машина ждет. Его дедушка вздрогнул и торопливо повернулся, но, увидев внука, улыбнулся и поднялся, оставляя на пристани бумажный пакет. Старик подошел к нему и похлопал по плечу, а после пошел к машине. Аомине направился всед за ним, но на минуту он повернулся к воде и заметил, что пакет пропал, а на воде были большие круги. «Может, рыба большая? Большая…» — недовольно цыкнув своим же мыслям, парень потряс головой и пошел к тому парнишке и дедушке. — Рад видеть тебя, Дайки, — улыбнулся старик. — Тебе уже рассказали о твоих обязанностях? — Ага. Не верится, что ты здесь протух свои лет 30. — Я с тобой не согласен. — Аомине-сан, нам пора, — напомнил парнишка. — Да-да, Сакурай, я помню. Дайки, будь аккуратен и защити его, — Дедушка сел в машину. — А! Простите, не представился! Я Сакурай Рё, — быстро произнёс парень и сел в машину. — Стопэ! Дедушка, кого защитить? — крикнул парень уезжающей машине. Аомине фыркнул и пошел в дом, с удовольствием падая на стоящий в комнате диван. Он был тут, когда был ребенком. Те каникулы были веселыми. Он и его братья и сестры приехали к дедушке, который работает очень далеко. Его дом находится в лесу около Мертвого моря. Многие моряки считают его проклятым. Об этом море ходит одна легенда. Раньше около этого моря была деревня. Люди не подходили к воде, они знали, что на его глубине обитает чудовище. Но однажды одна девочка подошла к воде. Чудовище выплыло на поверхность, начиная скалить жадную уродливую пасть. Малышка напугалась и, споткнувшись, упала на землю. Чудовище вышло на берег и стало подходить к ней. Девочка вздрогнула и с испугу протянула ему сорванный цветок. Чудовище приняло столь прекрасный подарок и не убило девочку. Все в деревне стали считать ребенка проклятым и обходили ее дом стороной. Для матери девочки, которая зависела от мнения окружающих — это было ужасно. По ночам мать не могла спать, она смотрела на кровать дочери. Но, осознавая свои намерения, она засыпала. — Ты в опасности, твоя мать убьет тебя, — повторяло чудовище. — Моя мама ничего не сделает, — отвечала девочка с улыбкой. Но одной ночью мать все же задушила свою дочь и выбросила ее тело в это море, громко крича: «Забирай, тупая тварь! Ты ведь хотел ее убить!» — И громко расхохоталась. На утро жители деревни нашли на берегу тело матери без головы. Около нее в воде была девочка. Это была ее дочь, но малышка уже была не человеком, она стала маленькой потрясающей русалкой. Девочка с безразличием посмотрела на жителей. Ни один не прибежал на ее крики о помощи. Ни один не помог ей! Пока жители смотрели на нее, из воды выскочило чудовище и убило всю деревню. Но с ним осталась его русалка. С тех пор это озеро обходят стороной, считая, что там, на глубине, все еще живет то чудовище. Но теперь там должен работать один человек, дабы следить за озером, чтобы чудовище не выплыло и не убило всех. Это было условием населения. *** Аомине, спрятав голову под подушку, недовольно промычал, но это не помешало мерзкому писку и неприятному шипению доноситься до его ушей. Обречённо простонав, парень всё же протянул руку к небольшому столику возле дивана и взял рацию. — Да? — хрипло промямлил парень, отрывая лицо от подушки. — Аомине-кун, доброе утро, — ответил Сакурай, — у вас сегодня проверка территории. — Я помню, — недовольно выдохнув, процедил Дайки, закатывая глаза от такой опеки со стороны этого паренька. Он что, в мамочки ему заделался? — Также вам сегодня нужно на лодке выплыть на озеро. — Зачем? — на этих словах Аомине заметно напрягся и тут же стал серьёзным — тема воды для него всегда была неприятна. Ну не любит он её. — Нужно проверить количество рыб. — Я в воду не полезу, — тут же решительно отрезал он, давая понять, что никаких других вариантов просто и быть не может. — Нет, я и не прошу. Это нужно сделать с помощью одного прибора. А результат выслать нам. И ещё... — Что? — парень сел на диване и посмотрел в окно, где уже светало. — Ваш дедушка передал письмо. Мы сможем передать его через 3 месяца. Он не говорил о его важности, но я могу его привезти. — Нет, не нужно. — Хорошо, тогда до связи. — До связи. *** Аомине перекусил и, взяв ружье, вышел из хижины. Он обошёл лачугу, желая проверить её состояние. Оно, конечно, желало оставлять лучшего: гнилые доски так и норовили треснуть, а кое-где они просто начали крошиться, со временем разрушаясь от солнечного света и влаги. Найдя немного новых материалов, парень стал чинить дом. Такими уж большими навыками в строительстве он не обладал, но подремонтировать что-то мог. Через час Аомине закончил свою работу и пошел проверять территорию на наличие браконьеров. Только зайдя в лес, парень увидел старые зарубки на деревьях. Видимо, их оставляли другие охранники. Аомине решил, что выйдет из леса с помощью этих примечательных меток, а своих ставить не будет, чтобы не запутаться. Он пошел по узкой тропе вглубь леса. Тишина, цараящая вокруг, немного напрягала парня, который недавно приехал из города. Тропинка становилась все уже, и на ней с каждым шагом попадалось больше сучков и травы. Пройдя несколько метров по извилистой дорожке, парень заметил что-то крупное за кустом и настороженно остановился. Он медленно подошёл ближе, неосознанно снимая ружьё с плеча, и раздвинул шелестящие ветви свободной рукой. Там, на земле, оказалась растерзанная туша оленя, а вокруг неё повсюду виднелись лужи тёмной бордовой крови. Особь была молодой, на ней виднелось много царапин и глубоких укусов, разодранная плоть висела клочьями и открывала вид на не совсем приятный «глубокий внутрненний мир». Голова была запрокинута назад и как-то неестественно вывернута, а в мёртвых, стеклянных глазах застыл животный страх. Наверное, к счастью, Аомине не обнаружил на туше пулевых ранений, а значит, оленя убил какой-нибудь хищник: голодный койот, рысь или стая волков. Это ведь закон жизни. Сильные убивают слабых, чтобы выжить, а слабым остаётся только в страхе прятаться или убегать. Дайки еще довольно долго обходил всю территорию, чтобы удостовериться, что больше нигде нет никаких сюрпризов в виде мёртвых животных или, не дай Бог, людей, а после, так никого и не обнаружив, он стал возвращаться к хижине. По рации с ним снова связался Сакурай. Как только Аомине вышел из леса, он помедлил, и всё-таки решил направиться к причалу, где в последний раз сидел его дедушка. На берегу, недалеко от воды, лежала лодка, накрытая старым сухим полотном. Скинув плотную ткань, парень фыркнул, когда в воздух взвились клочки пыли и мелких водорослей, и потащил своё единственное средство передвижения к воде. Он вошел в озеро по колено и стал вести лодку за собой до того момента, пока она не перестала задевать дно. Дайки взобрался на причал и, крепко держась за вервеку, потянул свой импровизированный корабль за собой. Дойдя до конца, он привязал её за имеющийся выступ. Вернувшись к хижине, Аомине взял прибор. — Сакурай. — Да, Аомине-кун? Вы уже готовы? — Да. Я уже взял ваш эхолак. — Эхолот. — Так чего с ним делать? — Вам нужно отплыть от причала на восемь метров и включить его. — Ок. До связи. Аомине повесил рацию на ремень, который нашел рядом с досками. Этот ремень та еще находка. На нем было много держателей: для ножа, для чего-нибудь мелкого, для пистолета, для пуль, для топора, для рации. Прихватив с собой прибор, парень пошел на пристань. Небо затянулось серыми тучами, ветер стал усиливаться. Прежде чем прыгнуть в лодку, Аомине осмотрел тёмную, неспокойную воду. Волны, которые утром были совсем незначительными, стали расти. Наверняка скоро будет шторм, но он может длиться до двух дней, а времени ждать нет. Аомине не хотел делать это потом. Ему легче было сделать это сейчас. Аомине сглотнул и прыгнул в лодку. Та стала качаться. Дайки взял весла и стал грести. Причал все отдалялся и отдалялся. Легкий страх, неприятно скребущий изнутри, стал возрастать. Парень стал грести в сторону двух гор, находившихся напротив друг друга. По легенде, этими могучими великанами и были то чудовище и девочка. Одна гора была высокой, на ней виднелось много острых выступов, которые тянули свои каменные вершины к небу. Вторая гора была ниже, но и на ней было множество разных неровнойстей и опасных спусков. Когда парень прикинул, что нужные восемь метров остались позади, он взял рацию. — Сакурай, прием. — Вы... уже отплыли? — связь стала хуже. Предложения обрывались, и были слышны помехи. — Да. Что мне делать? — Вам... включить эхолот... И переслать... Ш-ш-ш... данные... Аомине встал и достал небольшой прибор, чем-то напоминающий то устройство, с помощью которого кассиры снимали деньги с карточек. Парень нажал на кнопку включения и прибор включился, пикнув при этом. На радость Дайки, настраивать его не пришлось, прибор сам стал обследовать дно. — Аомине-кун... ветер поднимается. Вам стоит верну... Ш-ш-ш... на берег. — Я почти закончил, — пробормотал парень, даже не нажав на кнопку на рации. Лодку стало сильней трясти. Аомине уже едва мог устоять на ногах, но он успел передать данные. Он хотел было сесть в лодку и сообщить Сакураю о выполненной работе, как лодку настолько тряхнуло, что парень упал в воду. Он стал махать руками в надежде, что всплывет, но что-то с силой тянуло его на дно. Чем глубже он опускался, тем темнее становилось вокруг.

Нет. Нет! Опять эта тьма!

У синеволосого стал кончаться воздух, и он потерял сознание, видя над собой дно лодки...