Хогвартс и хулиганка

Мисс Ох, ничего себе! А эта магия, оказывается, страшная штука, когда её применяют против тебя самого. Ужасно чувствовать себя абсолютно беспомощной. О боже! Она летит! Джейн завизжала бы от ужаса, но, к счастью, на язык привычно просились куда более подобающие грозе городских мальчишек выражения. Что?! Еще и голос пропал? И к стулу словно жвачкой прилепили? Врешь, не возьмешь! Вроде что-то начало получаться, еще поднажать… Еще чуть-чуть… Джейн отчаянно вырывалась и выражала мнение по поводу происходящего такими красочными эпитетами, что родственнички, услышь такое из ее уст, как пить дать обеспечили бы ей неделю на хлебе и воде. Зато не в подземельях! Осталось последнее усилие… Сейчас она освободится и — к чертям сдержанность и жалость — вцепится этому мелкому уроду в уши! Но получилось только хуже. Так унизительно… Еще и требование это — кивнуть головой, когда успокоится. «Какой тут может быть адекват, грёбаные ублюдки? Вас бы так приклеить». Джейн вскоре почувствовала, что начинает выдыхаться: неведомый клей держал намертво. «Сдаться на милость этому садисту с палочкой? Кивнуть? Ни за что!». Но предательские слёзы сами собой навернулись на глаза. «О боги, какой позор — рыдать от беспомощности. Ужас. И все равно не буду кивать, не буду и всё!». Мистер Для кого-то милое, а как по мне, так чрезмерно агрессивное дитя безмолвно рыдало, а я, придержав носок, удалял очищающим заклинанием излишки бальзама с кожи на ноге и разглядывал пленницу ее собственной глупости. Мда… За десять лет работы в должности преподавателя, а потом еще и декана каких только обормотов я не повидал. Но Поттер — это что-то уж совсем безбашенное. Было у меня объяснение такому странному поведению. И мне оно сильно не нравилось. Если проанализировать весь день-дурдом сегодняшний, то в моем поведении я не находил ничего, что могло вызвать у девчонки такое острое неприятие моей неоднозначной персоны. И что это я такого сделал этой рыжей бестии, что она так взбесилась? Непонятно. Хотя, если подумать… Я сложил руки на груди, уставился на зарёванную мордаху и принялся обдумывать ситуацию. По всем раскладкам выходило, что кто-то (кто, кроме тетушки-то?) уже просветил мелкую дрянь о моих взаимоотношениях с ее родителями. Особенно с папашей. Но… Кто бы еще рассказал Петунье о моих терках с мародерами, кроме Лили? А вот в это я не верил. Лили не могла. Не могла и все. Что бы там между нами не произошло, я не верил в то, что моя любимая девушка могла сплетничать обо мне с сестрой. Тем более, что, насколько я знал, у Лили и Петуньи никогда не было теплых отношений. Тогда кто рассказал Поттер обо мне? Дамблдор? Мог. Вполне. Ему выгодно настроить девчонку против меня. И тем самым вынудить меня пойти на жесткие меры, которые заставят Поттер еще сильнее возненавидеть своего мучителя. На моем фоне директор будет великолепно смотреться в роли добренького дедушки. Уже смотрится. А что, если ты слишком себя накручиваешь, Северус? Что, если все гораздо проще, и Поттер ведет себя так, как привыкла, без всякой подоплеки? А чего ты еще мог ожидать от дочери забияки и хулигана Джеймса Поттера? Ты ведь сам честно предупредил Дамблдора, что тебе будет трудно удержаться от того, чтобы не придушить маленькую дрянь. Вот, уже начал с приклеивания. Классный метод, господин педагог! Но зато не придушил. Пока нет. Впрочем, можно попытаться хотя бы немного прояснить ситуацию прямо сейчас. Я призвал из шкафа омут памяти, произнес заклинание и поместил в чашу воспоминания о вместивших в себя многое часах моего пока еще недолгого знакомства с девчонкой. Потом я вывесил перед глазами Поттер большой магический экран, на котором проступила проекция изображений из омута памяти, усилил четкость и подчистил звук. Получилось не хуже, чем в магловском кинотеатре. Интересное кино. Или не очень. Но, в любом случае, оно поможет мне разобраться в том, что происходит. Но сначала нужно попытаться привести Поттер в чувство. Я призвал из кладовой фиал и стакан. Наполнил с помощью агуаменти стакан водой, накапал туда зелье из фиала и демонстративно отпил треть, затем взял палочку и направил её на ощетинившуюся копьями слипшихся от слез ресниц девчонку. Через пару мгновений заклинание освободило правую руку, и к ней медленно поплыл стакан. — Мисс Поттер, пожалуйста, выпейте. Я добавил в воду несколько капель успокоительного зелья. Оно поможет и вам, и мне успокоиться и более трезво взглянуть на происходящее. Зелье подействует через пару минут, и я освобожу вас. Девчонка оттолкнула стакан так, что я еле успел подхватить его заклинанием и поставить на стол. А Поттер тем временем изобразила пальцами весьма нечестивую фигуру и принялась дергать правой рукой левую, пытаясь отодрать ее от колена. Ах, вы так, мисс? Слезы слезами, но смирения и готовности к диалогу я не заметил. А потому пожал плечами и вновь приклеил руку девицы ладонью к ее колену. — Мисс Поттер, перед нами все мои воспоминания о дне сегодняшнем. Все до единого моменты, когда я имел возможность с вами общаться, — я указал на экран. — Я хочу просмотреть их с вами и получить ответ на вопрос: чем я вам так не угодил, что вы готовы чуть ли не убить меня или моего помощника? Нам с вами предстоит сосуществовать, мисс, и нужно как-то научиться находить общий язык. Давайте сделаем хотя бы попытку разобраться, что происходит. Итак, вот я вижу ваше стремительное появление. На экране возникло изображение несущейся со всех ног и ныряющей в пруд Поттер.