Маньяк в погонах

***

      Он развернул машину поперек дороги, преградив девушке путь к остановке. "Вот ты и попалась, птичка", - усмехнулся парень. Вышел, улыбаясь, с охапкой алых роз в руках, которую театрально преподнес Сазоновой, встав перед ней на колено. - Красивый букет для прекраснейшей из девушек! - воскликнул мужчина.       Ольга покраснела, судорожно оглядываясь по сторонам, много ли свидетелей этой сцены было, но не заметив зевак, успокоилась немного. - Спасибо, не стоило, - смущаясь сказала она. - Давай пообедаем где-нибудь, - предложил молодой человек, подхватывая Сазонову под руку и ведя к машине. - Прости, Влад, бессонная ночь не располагает к общению. Я жутко устала, поеду домой, - мягко пытаясь освободить руку, произнесла в ответ. - Может тогда в другой раз? - спросил с надеждой Еремин. - Не думаю, что это хорошая идея, - сказала девушка, с сожалением качая головой, - прости...       Ольга не хотела давать лишних надежд парню. Да, он очень хороший, добрый, милый, но... Она чувствовала, что не ее это. Представив на минутку себя рядом с Владиславом, Сазонова испытала лишь горечь и отвращение. Совсем к другому человеку лежала ее душа, хотя Оля и понимала умом, что связываться с ним смертельно опасно. Возникла мысль показаться психиатру. Только человек не в своем уме будет мечтать оказаться в объятиях маньяка-убийцы.       Зациклясь на своих внутренних переживаниях, девушка не заметила, как зло блеснули решимостью глаза Влада после ее последних слов. Но больше ничем он не выдал своего состояния, продолжая добродушно улыбаться: - Понял, не дурак, - сказал Еремин, - давай тогда хоть подкину до дома, - открыл дверцу машины перед Ольгой.       Сазонова с сомнением поглядела на Владислава, не желая проводить время в его обществе. Но отказать в такой малости было уже стыдно, и она сдалась. "До дома ведь всего четыре остановки, потерплю как-нибудь", - подумала она, усаживаясь на переднее сидение.       Гранин прекрасно рассмотрел, к кому в машину, улыбаясь, села Ольга. Совсем другого человека он ожидал увидеть. Сжав руль до побелевших костяшек пальцев, мужчина подумал: "Это еще ничего не значит. У них же с Владом вроде как отношения...", - однако все равно поехал вслед за отъезжающим Кроуном. Когда вместо того, чтобы поехать в сторону дома девушки, машина свернула на Качугский тракт, оставляя город позади, Алексей напрягся. Однако, чуть позже он вспомнил, что в тридцати минутах от города, в поселке Хомутово, живет престарелая мать Еремина, и мужчина решил, что Владислав хочет познакомить с ней Олю. С одной стороны, стоило выдохнуть, ведь это говорило о серьезных намерениях по отношению к девушке. Однако, расслабиться не получалось. Гранин, осознавая, что это должно быть просто ревность, продолжал накручивать себя всю дорогу, размышляя так: "А вдруг все не так как кажется? Да, я знаю Влада сто лет, всегда считал его своим другом... Но, что если за добродушной внешностью скрывается преступник? Хотелось бы верить в то, что я зря наговариваю... Как только я увижу, что она, сияя от счастья, заходит в дом его матери, тут же развернусь и уеду!"       Но на подъезде к поселку Алексею вдруг стало стыдно за свои мысли в адрес друга. "Нет, не мог он убивать девушек!", - со скрипом шин затормозил молодой человек и, резко развернувшись, поехал в обратную сторону.

***

      Подъехав к покосившимся воротам, серебристая машина остановилась. Еремин вышел, хлопнув дверцей, отомкнул ключом калитку и зашел во двор. Спустя пару минут створки распахнулись, освобождая проезд для Кроуна. Заезжая во двор, мужчина предвкушающе улыбался. "Ты сама сделала свой выбор, птичка! Пусть ты не будешь со мной, но и ему не достанешься", - зло подумал он. Влад на руках занес в дом бесчувственную Ольгу, все еще находящуюся под действием хлороформа, и, раздев ее до нижнего белья, положил на скрипучую панцирную кровать, привязав к железным спинкам руки и ноги.       Проснулась девушка довольно быстро, резко распахнув глаза. В этот момент Владислав с любовью перебирал скальпели различных размеров, решая, какой из них выбрать. - Что все это значит? - спросила Сазонова, дернувшись.       Она уже поняла, какую оплошность допустила, посчитав благонадежным маньяка-убийцу, но было слишком поздно. Оле оставалось лишь тянуть время и надеяться на чудо. - Проснулась, птичка моя? - добродушно улыбнулся брюнет, от чего мурашки пробежали по спине.       Сазонова тут же вспомнила подвал-пыточную и слепую девушку, охрипшим голосом твердившую: "он мент! Он мне ксиву показал!" Когда пострадавшую укладывали на носилки, Ольга ринулась к ней, взяв за руку: - Скажите, как он выглядел, что запомнили? - взволнованно спросила она. - Красивый гад... Темные волосы, жуткий безэмоциональный взгляд. Я никогда не смогу забыть это его обращение ко мне: "Птичка моя", - прохрипела жертва маньяка, закашлявшись.       Эта сцена промелькнула за доли секунд в мыслях Сазоновой. Теперь женщина поняла, что имела ввиду та девушка. Еремин не был похож на себя. Его лихорадочно сияющие глаза пугали отсутствием осмысленности в них, а спокойный голос внушал ужас. - Я очищал город от всяких тварей, что шляются по ночам вместо того, чтоб спать. Но меня не оценили, - покачал головой мужчина. - Моя подруга была порядочной девушкой! Она просто поздно возвращалась со смены в больнице, - попыталась достучаться до парня Оля, - да и про остальных своих жертв ты ничего не знаешь! - Замолчи, - резко закричал Еремин, - это ты не знаешь, каково это - пятилетнему ребенку, проснувшись среди ночи, дрожать от страха, не ведая, где шляется твоя мать. Никому не понять, что чувствует малыш, когда проревев до утра, дождавшись наконец любимую мамочку, та избивает его до полусмерти, называя слабаком и трусом!       Владислав прохаживался по комнате из угла в угол, изливая душу: - Я возненавидел всех баб из-за этой дряни! Не мог смотреть ни на кого. Всю жизнь она мне испортила! Мы часто ссорились. А однажды, приехав в отчий дом поздно ночью, я ее снова не застаю, как и много лет назад! Седина уже на висках, а все туда же! Шалава! - зло прищурился мужчина. Девушка слушала, не перебивая. - Я дождался ее, - спокойно продолжил Влад, - она пришла утром, и мы снова поссорились. В порыве злости я схватил нож и прирезал потаскуху.       На лице маньяка появилось мечтательное выражение лица: - Тогда я впервые в жизни почувствовал удовлетворение, - промолвил с придыханием, - подумать только, мать корчилась от боли, а я возбудился от этого! Парень помолчал немного, затем подошел и сел на кровать: - С тех пор прошло уже полгода, но я помню свой первый раз будто он был вчера, - доверительно произнес. Ольга поморщилась, этот больной на всю голову урод вымотал ее своим рассказом, однако тот, не замечая реакции пленницы, продолжил: - Я не сразу осознал, что женщины меня перестали возбуждать. А когда понял, решил повторить тот эксперимент. И мне понравилось! - радостно воскликнул он. - Так продолжалось, пока не пришла моя Оленька, - улыбнулся грустно, - Я сразу понял, что мне нужна только одна девушка. Хотел быть с тобой, любить, но ты не поняла своего счастья, - вздохнул тяжко, - и выбрала этого хлыща Гранина, - сквозь зубы процедил Влад.       Приняв удивление в глазах Сазоновой за страх, попытался успокоить девушку: - Не бойся, я не стану мучить долго. Просто оставлю на память сувенирчики, ведь мою коллекцию с твоей подачи изъяли, - с грустью произнес он.       Раздалась мелодия звонка, установленного на телефоне Ольги. Парень взглянул на экран, чтобы убедиться, что звонит Гранин: - В пятый раз звонит. Переживает, видимо, - усмехнулся парень, - хм... Небось и запеленговать успел... Еще чего доброго примчится не вовремя...       Маньяк задумался на мгновение, принимая решение: - Ответь. Только без глупостей, - предупредил Еремин, поднося телефон к уху девушки и нажимая кнопку принятия вызова, - ни слова о том где и с кем находишься! - уточнил шепотом. - Алло, - произнесла тихо. - Алло, Ольга, Вы почему трубку не брали? С Вами все в порядке? - взволнованно закидал вопросами Алексей. - Да, я в порядке, спала просто, - произнесла чуть громче дрожащим голосом, - ночка выдалась тяжелая, товарищ капитан, простите. - За что ты просишь прощения, тебе не за что извиняться, Оль, - немного успокоился Гранин. - Нет, есть за что, - возразила девушка, - я ведь не поверила тогда, что Ваш план сработает на сто процентов, простите, товарищ капитан. Прощайте, - заливаясь беззвучными слезами произнесла она, надеясь, что Алексей правильно истолкует ее подсказку. Большего Сазонова, под бдительным оком маньяка, сказать не могла. - Хм, - усмехнулся Еремин, - думаешь самая умная, да? - я предвидел, что ты ляпнешь что-то подобное. Можно сказать, надеялся на такой вариант. Когда он доберется, то в живых тебя уже точно не застанет. А версия для коллег будет такая: я выследил, как капитан Гранин, похитив тебя, приехал сюда и убил его, защищаясь. К сожалению, тебя, птичка моя, спасти не успел, - печально опустил голову маньяк.       Олю затрясло от осознания: так и будет! Этот монстр не отступится от задуманного, а она еще и помогла ему заманить Алексея в ловушку. Хотелось бы верить, что хотя бы он останется жив, заставив понести наказание настоящего преступника. И тут Сазонова вспомнила, что у них есть еще один козырь, ведь Еремин не знает, что его последняя жертва осталась в живых. По последним данным операция прошла успешно, и состояние пострадавшей стабильное. От облегчения, что виновный будет наказан в любом случае, Оля рассмеялась, расслабившись. Заметив как напрягся маньяк, Сазонова еще больше развеселилась, произнеся то, чего говорить не следовало: - Ничего у тебя не выйдет, Еремин! Тебя опознает слепая девушка! Она выжила, - улыбаясь наблюдала за выражением лица мужчины: сначала удивленным, затем опасающимся, после чего вновь безмятежным. - Спасибо за предупреждение, учту, - произнес он, - при первой возможности навещу больную.       Только сейчас Ольга сообразила, что натворила. Теперь Влад проберется в палату и доведет начатое до конца. Не будет свидетеля - не будет наказания. Лишь связанные руки помешали Сазоновой начать рвать на себе волосы. Ругая себя последними словами, ей оставалось лишь лить слезы и молиться Всевышнему.       С какой-то отрешенностью девушка наблюдала за приближающимся маньяком. Сил не было даже испугаться скальпеля, зажатого в его руке. Описать то, что происходило далее Ольга не смогла бы и под пытками...