Гагат

Обеденный жар идёт на убыль, солнце начинает садиться. Гарри поднимается с лужайки перед домом и мрачно качается с ноги на ногу, сунув руки в карманы потрёпанных джинсов. Идёт уже третья неделя пребывания у Дурслей — и никаких новостей! Ни-че-го. Гермиона и Рон отделываются письмами, содержание которых можно было бы передать словами: «Мы ничего не скажем нового, но происходит кое-что… О чём, опять же, не скажем, скоро встретимся». Когда произойдёт это «скоро»? Обиду Гарри усугубляет и то, что друзья, кажется, проводят время вместе, в то время как он должен сидеть под клумбами и слушать маггловские новости, надеясь, что услышит то, что намекнёт ему на происходящие в магическом мире события. Сириус же только и пишет про осторожность, но такие подбадривающие письма всё равно остаются более приятными, чем полные намёков послания друзей. Гарри задумчиво смотрит на простенькие наручные часы. Сейчас около пяти вечера, и он решает прогуляться. Это куда лучше, чем если бы Поттер валялся на кровати в комнате и таращился в потолок. Он старается выбрать другой путь, чем тот, по которому любила проходить компания Дадли. Не то чтобы он боялся — не после кладбища, — но Гарри старается не находить себе неприятностей. «Думаю, если продолжится в этом же духе, я сам начну искать встречи с Дадлиной бандой, чтобы спустить пар», — невесело думает подросток. Гарри стоило бы помнить, что сегодня Дадли «пил чай» у Малкольма, который жил в переулке Роз. Он растерянно останавливается, когда слышит грубые голоса Дадли и Пирса. Гарри осторожно выглядывает из-за угла и видит массивную фигуру кузена с дружками, которые стоят напротив высокого парня. Судя по всему, они нашли себе очередную жертву, хотя было непохоже, что парень выглядит напуганным. Гарри с интересом прислушивается. — … знать, где можно и где нельзя ходить, — грозно продолжает Дадли. — Мы отпустим тебя, если ты встанешь на колени и попросишь прощения. Гарри фыркает, поражаясь больному воображению Дадли. Парень глядит на двоюродного брата Гарри как на умалишенного. — На колени? — уточняет он мягким голосом. —  Ты нормальный вообще? Не думал как-нибудь посетить психолога? Дадли начинает краснеть и сжимать кулаки. Сам того не зная, этот парень наступает на больную мозоль всех Дурслей, и Гарри с обеспокоенностью думает, что теперь банда накостыляет парню как следует. Он всматривается в его лицо, и внезапно понимает, что подросток чем-то похож на Седрика — не так, как родственники, а, скорее, в структуре лица и фигуре. Прежде чем успевает подумать, Гарри выходит вперёд. «Я идиот с манией спасения», — подумал Гарри с обречённым весельем. Он знает, что Дадли его боится, но как далеко распространяется этот страх… — Эй, Дидди, — издевательски окликает Поттер кузена. Он знает, насколько тот ненавидит свои домашние прозвища и стыдится их. — Иди отсюда, пока цел, — цедит Пирс, видя, что Дадли застывает в нерешительности. — Мы займемся тобой позже, вставай в очередь. — Что, вы уже наиздевались над десятилетками? Решили перейти на птицу покрупнее? — продолжает Гарри. — Знаешь, Дадличек, я как раз шел домой сказать дяде Вернону, чтобы он позвонил миссис Малкольм. Думаю, пора узнать нашей семье о твоих настоящих прогулках? — Ты не посмеешь! — в ярости Дадли даже делает несколько угрожающих шагов в его сторону. — Тебе всё равно не поверят. — Правда? — задумчиво спрашивает Гарри. — Ну, я ведь всегда могу сказать, будто услышал чей-то разговор. Представь, как отреагирует тётушка, если я скажу, что кто-то называет тебя малолетним преступником и видел гуляющим в плохой компании? О, она точно начнёт звонить на твои «чаепития». Дадли громко сопит, и Гарри знает, что кузен тоже понимает: это вполне может сработать. Тетя Петунья настолько же ненавидит слухи о своей семье, как любит сама сплетничать. — Да ладно, Большой Дэ, оставим их, — наконец осторожно предлагает Гордон. Всё же угроза нависает над всей компанией. — Пусть голубки помилуются, ещё заразимся от них. Банда тут же жизнерадостно ржёт, и Дадли, довольный тем, что появился достойный повод отступить, поддакивает: — А я ведь всегда подозревал тебя в этом, Поттер. Кто бы мог подумать, что ты ещё и в этом «ненормальный». Гарри смотрит им в спину с удивлением. Его как только не называли, но «голубым», пожалуй, впервые. Хотя они вполне могут сделать такой вывод, учитывая, что Гарри никогда раньше не вмешивался в их разборки. Он качает головой, выбрасывая оскорбление из головы. — Хэй, ты как? — осторожно спрашивает Гарри у незнакомца. Тот всё еще молчит, рассматривая его с непроницаемым выражением лица. — Я вполне мог справиться один, — наконец молвит он холодно. — Я занимаюсь боевыми искусствами с детства. — Оу, — бормочет в смущении Поттер. — Тебе стоит знать, что Дадли, самый крупный из них, чемпион Англии по боксу. Я просто решил, что тебе не помешает помощь. — Ты ошибался. Научись не лезть в чужие дела, — говорит он всё тем же холодным тоном, надевая капюшон толстовки. Быстрым шагом парень огибает Гарри и скрывается. Поттер пинает камушек. Новое знакомство заставляет его вспомнить слизеринцев. Вот уж от кого нельзя было ждать благодарностей. А ещё парень оказывается вовсе не похож на Диггори. «В одном он прав: не стоило лезть в чужие разборки. Только обострил отношения с Дадли». Когда он возвращается домой, дядя Вернон встречает его с очень недовольным видом; его усы воинственно топорщатся. — Где ты шляешься, мальчишка? Я ведь уже говорил не приходить позже Дадли? — Извините, дядя Вернон, — бормочет Гарри. Хотя его очень тянет огрызнуться, он решает, что на сегодня количество глупостей выполнил. — Чтобы в последний раз, — ворчливо говорит Дурсль. В его голосе слышится удовлетворенность. Гарри с внезапной ясностью осознаёт, что нашел ту манеру общения, которая могла сблизить или хотя бы уравновесить отношения с Дурслями, и старается не ухмыльнуться. «Мне всё равно нечем заняться. Вот будет умора, если тётя Петунья проводит меня на платформу тридцать первого». Впрочем, он не задумывается об этом надолго. Дурсли портили жизнь своему племяннику с явным удовольствием, а он не настолько всепрощающ.

***

— Видишь, Гарри, как хрупка человеческая жизнь? — мягко спрашивает Волдеморт, ласкающим движением поглаживая волшебную палочку. Она направлена на распятое тело, привязанное к стене. Гарри зажмуривается из-за всех сил, но даже так видит искривлённое в муке лицо матери. — Только не Гарри! — внезапно шепчет она и превращается в Седрика. Седрик смотрит на него с укором. — А ведь это ты виноват в моей смерти. Ты и только ты, — обвиняет он. По его щекам текут слёзы. — Как ты мог смотреть в лицо моим родителям?

***

Гарри задушено всхлипывает и дёргается. Он понимает, что находится в собственной комнате, и с силой трёт ладонями лицо. Послышался громкий звон, и он поспешил выключить будильник. В окно уже стучалась сова, и Гарри впустил птицу. Расплатившись за газету, Поттер просмотрел заголовки и с силой отбросил её, откидываясь на кровать. Ну, конечно же, опять ничего. Какое-то время он лежит полностью опустошенный, потом решает пойти позавтракать. Гарри осторожно спускается на кухню и делает себе несколько бутербродов. Задумавшись на мгновение, решает взять и воду. Гарри решает устроить себе небольшой пикник, чувствуя, что свежий воздух будет для него не лишним. Спустя двадцать минут он уже на месте — скрытая полянка в парке выглядит неплохо. Гарри расстилает толстый плед, который соорудил из нескольких старых мантий, на земле, завтракает и вытаскивает из рюкзака незаконченные эссе. Время проходит незаметно. Он успевает закончить два эссе, после чего перекусывает и дремлет. Просыспается от того, что стало невыносимо жарко. Солнце, кажется, решает побить все свои рекорды, и жжёт с ужасающей силой. Гарри собирает пожитки и неспешно направляется домой. Волшебник чувствует, что выспался, но на душе скребут кошки. Когда он подходит к дому, обнаруживает, что в соседний пустующий кто-то вселился. Хотя, это могло произойти довольно давно, ведь он в последнее время был рассеян. — Мелкий паршивец! — вдруг слышит он голос тети Петуньи. Она поджидает на пороге, и весь её вид не предвещает ничего хорошего. — Будь добр предупреждать нас, перед тем как исчезнешь! До ужина приведи в порядок цветы — это будет тебе хорошим уроком. Гарри с немым ужасом глядит на бедные растения. Нехватка воды им явно не пошла на пользу, и он сомневается, что смог бы привести их в порядок и за неделю. Поттер уже мрачно прикидывает порядок работ, когда видит, что тетя смотрит ему за спину. — Доброго дня, миссис Дурсль, — слышит он приятный голос с вежливыми, даже немного чопорными, интонациями. — Кажется, в этом небольшом недоразумении виноват я… Гарри оборачивается и с изумлением видит вчерашнего незнакомца. В этот раз он не выглядит таким недоброжелательным. — Я попросил вашего племянника показать мне этот замечательный город — всё же я новенький здесь, — он кивает на соседний дом, — и мы не уследили за временем. Мне жаль, что заставил кого-то волноваться. Тетя Петунья вдруг перестала напряженно сжимать губы, и её лицо стало довольно спокойным. Каким-то непонятным образом этот парень нашел нужные слова. — Надеюсь, в следующий раз вы будете более благоразумными, — говорит она. — Возможно, я буду немного бестактна, но я не видела, как ваша семья въезжала в дом… Гарри мысленно закатывает глаза, после чего вздыхает с облегчением. Тётя Петунья перешла к своему любимому хобби — вызнаванию сплетен, — можно было расслабиться. Про Поттера она забыла. — Мы приехали поздно ночью — разница в часовых поясах. Кроме того, я живу со своей двоюродной сестрой, так что вещей у нас немного. Прежде чем тётя Петунья успела разразиться новым градом вопросов, новый сосед быстро говорит: — Я обещал, что позову своего гида на ужин — Вы ведь не против? — Ну конечно нет, но я предупреждаю: манеры у этого мальчишки заставляют желать лучшего, — злорадно говорит тётя. — Пошли, положи вещи. Стоило Гарри выйти из своей комнаты, как тётя Петунья вручает ему в руки пирог и нервно произносит: — Не опозорься в гостях, веди себя прилично, и когда вернёшься, расскажи мне, о чём вы говорили… Гарри сдерживает смешок. Кажется, миссис Дурсль решила использовать его в качестве шпиона, и видно, что просьба не доставляет ей особого удовольствия. Блондин — а новый знакомый оказывается именно блондином с волосами до плеч — молча принимает пирог, когда Гарри возвращается, и они шагают в напряженной тишине. — Знаешь, тебе не стоило откровенничать с моей тётей. Готов поспорить, уже завтра все твои слова станут достоянием общественности, — наконец говорит Гарри. Блондин резко разворачивается; они как раз дошли до его дома и остановились. — Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что говорю, — резко говорит он. — Думаю, теперь мы квиты. Гарри растерянно кивает. Он редко встречал настолько недружелюбного человека; подобную неприязнь с первого взгляда выказывал только Снейп. Что ж, если общество Гарри ему настолько неприятно, то он не будет навязываться. Да и нет у него настроения для налаживания контакта. Но все слова застревают у него в горле, когда Гарри случайно бросает взгляд на правую руку собеседника. Чёткие очертания кобуры для чёртовой палочки! Поттер отскакивает от блондина, вынимая собственную палочку. — Тебя послали за мной? — глухо спрашивает Гарри. Он чувствует досаду, что так отреагировал — ему стоило не подавать вида и действовать осторожно. Блондин хмурится и медленно приподнимает руки, шипя сквозь зубы: — Спрячь палочку, придурок! Как думаешь, если бы я хотел напасть, стали бы мы останавливаться здесь? Гарри неохотно опускает палочку. Неприязнь парня слишком очевидна. Уж если бы его дом вычислили, Волдеморт послал бы кого-то более компетентного. От этих мыслей в голове неприятно ноет. — Прости, — он слегка морщится. — Почему ты так испугался? Волшебники настолько редки в этих краях? — с некоторым интересом спрашивает блондин. Гарри пожимает плечами. Объясняться не хочется. Хочется просто вернуться в свою комнату и потаращиться в потолок. Серая потрескавшаяся поверхность очень точно отражает его состояние. — Прости ещё раз. Я Гарри. — Ты очень оригинально знакомишься. Я Мэтт, — блондин отрешенно смотрит на него. — Увидимся. Кивнув, Поттер быстрым шагом удаляется. Уже у себя в комнате, отделавшись от тёти Петуньи, Гарри долго думает, писать ли Дамблдору о новом соседе? Внезапно он вспоминает, по чьей указке друзья не отправляют ему нормальные письма, а отделываются парой-тройкой общих фраз, и встаёт из-за стола. Дамблдор решил игнорировать и держать в неведении? Теперь настала очередь Гарри.