Дотронуться до сердца

Месяц спустя За достаточно быстрое время я смогла найти общий язык с Романом Андреевич, в то же время все дальше и дальше отдаляясь от родных. Близился конец октября, и первая четверть уже была на самом исходе. Каждый день я слышала от мамы: «Александра, с такими оценками тебя не возьмут ни в один приличный университет!». С учётом того, что у меня была только одна спорная между четверкой и пятеркой по химии, всем было на это наплевать. На улице уже холодало, так что в школу я приходила все раньше и раньше. До резкой смены температур я могла прогуливаться вдоль парка по дороге в школу, где меня высаживал мой водитель. Перед началом каждого первого урока я заходила к своему классному руководителю, и мы устраивали мини-чаепитие. Можно было даже ничего не говорить, в сердце у меня все равно теплело. Роман Андреевич отдал мне свою кружку, и я с удовольствием пила кофе из неё. Сегодня никаких изменений не предполагалось, так что я, как обычно, заскочила в кабинет нашего класса. Сегодня, да в прочем как всегда, учитель был одет с иголочки, но лицо его выражало смешанные эмоции. — Роман Андреевич, мне потом заглянуть? — поинтересовалась я у него, наблюдая его не очень хорошее состояние. — Заходи, Мартышка, заходи, — тяжело вздохнул классный руководитель, зачесав рукой свою челку назад. Я присела за первую парту среднего ряда, напротив которой находился его рабочий стол. Роман Андреевич посмотрел на меня, а потом сразу же отвернулся. В принципе, наши утренние посиделки и не предполагали как таковых разговоров по душам, потому что для обоих это казалось довольно странным. Правда, в этот раз я захотела нарушить данное правило. — У Вас что-то стряслось? Учитель обратил на меня своё внимание и криво усмехнулся, явно давая понять, что это не моего ума дела. Ладно, мы люди не гордые, поэтому я поднялась с места и подошла к его рабочему месту ближе. — Роман Андреевич, Мартышкам свойственно совать свой нос в чужие дела... — тихо начала я этот предполагающийся диалог, — я думаю, Вы можете поделиться со мной. Вы же меня знаете. — Мартынова, не люблю, когда лезут в душу. Если мне будет нужно, я приду и поплачусь своей ученице в жилетку. Хорошо? А он был злым, аж глаза краснели от нервов. Не нужно испытывать судьбу. Я взяла свою сумку и направилась на урок, услышав зазвеневший первый звонок.

***

Настроение у Романа Андреевича нисколечко не изменилось. Можно даже сказать, что его состояние оставляло желать лучшего. Его взгляд, в котором всегда читалось веселье, на этот раз был пустым. Он смотрел сквозь нас, учеников, что-то обдумывая в своей голове. Пару раз допустив ошибку в вычислениях, учитель сдался и сел за стол, решив продиктовать нам примеры для проверочной работы. Мне было абсолютно не свойственно какое-то сочувствие, потому что с самого детства я находилась в обществе, которому что-то сродни жалости, было чуждо. Но мое сердце тревожно постукивало, и я, хмуря брови, постоянно косилась на Романа Андреевича, нервно кусая кончик ручки, размышляя о том, что же могло произойти. Прозвенел звонок. Мои одноклассники начали сдавать тетради, а я изображала из себя тугодума, чтобы, наконец-то, остаться с нашим классном руководителем наедине. Подняв взгляд и убедившись, что кабинет пуст, я подошла к столу учителя, положила свою тетрадь в общую стопку и начала стоять у него над душой. — Мартышка, иди домой! — фыркнул молодой человек, повернувшись ко мне лицом на своём кресле-вертушке. — А я хочу сегодня позаниматься! — высказалась я, храня уверенность в своих действиях. Он оглядел меня с ног до головы своим усталым взглядом, махнул рукой и поднялся с кресла. — Поехали! — произнёс учитель и начал собирать свой ранец, в то время как я не понимала, что происходит. Я начала покусывать свою нижнюю губу от мелкого стресса и теребить своей рукой юбку. Роман Андреевич снова посмотрел на меня и усмехнулся. Ух ты! Мы сдвинулись с мертвой точки. — Я не хочу здесь оставаться. Сегодня дополнительные у меня дома, напиши родителям. Я пожала плечами и пошла в раздевалку одеваться. Может быть, у себя он мне расколется.

***

Когда мы зашли в квартиру Романа Андреевича, её обстановка тут же меня смутила. На полу были разбросаны какие-то бумаги, на кухонном столе лежали осколки стекла, несколько банок из-под пива стояли около мусорки. Все ещё хуже, чем я могла предположить. — Эгхм… Мартышка, прости за это. Совершенно забыл про беспорядок, — пробормотал хозяин жилища, виновато глядя на меня. Я ещё раз посмотрела на этот ужас, потом на учителя. И так продолжалось примерно минуту, пока в моей голове не зародилась прекрасная идея. — Сегодня позаниматься математикой не выйдет. Будем убирать Вашу квартиру. Не знала я, что Вы такой свин. Как будто я была здесь постоянной гостьей, я быстро нашла в этом доме швабру, ведро, совок и мусорные пакеты. Вручив пакеты Роману Андреевичу, я принялась за уборку. — Мартынова, сегодня ты убралась лучше, — улыбнулся мне учитель, когда я закончила всю тяжелую работу. Я присела на диванчик, стоявший на кухне, и облокотилась на стенку. Голова болела от усталости, ноги налились свинцом, а глаза начали закрываться. Я пыталась бороться с желанием заснуть прямо на кухне своего классного руководителя, но мои силы были тщетны. Я заснула, подперев щеку своей рукой.

***

Очнувшись, я почувствовала под собой не твёрдый диван, а мягкий матрас. Я приподнялась на кровати и протерла заспанные глаза. Обратив внимание на окно, я поняла, что уже начинало темнеть. Я одернула школьную одежду и вышла из спальной комнаты хозяина квартиры. Мне было приятно от того, что Роман Андреевич позаботился обо мне и позволил поспать в его собственной кровати. Молодой человек находился на кухне, мешая ложкой чашку с ароматным кофе и напевая себе что-то под нос, и я явно расслышала строчки из старой песни Feeling Good. Даже не задумавшись, я улыбнулась, запечатлев в своей памяти эту милую сцену. Роман Андреевич, видимо, услышал мое дыхание и повернул своё лицо в мою сторону. — Выспалась, Мартышка? — весело хмыкнул учитель, опустошив свою кружку. — Спасибо, — просто ответила я и заправила прядь непослушных волос за ухо. Он вышел из-за стола, посмотрел в окно и заметил, что уже было довольно поздновато. — Так-с! Отвезу-ка я тебя домой, — промычал мой классный руководитель и вышел из кухни, а я-за ним. — А у Вас есть машина? — удивилась я, ведь уже знала о его поездках до школы и обратно домой. — Ага. Стоит в гараже, но я ей пользуюсь редко, — коротко ответил брюнет и надел на себя пальто. — Мартышка, ты идёшь? Его громкий голос раздался возле меня и я, очухавшись, тоже принялась собираться. Кажется, родители меня за поздний приезд не похвалят.

***

Роман Андреевич, видимо, понял мое состояние, и пошёл домой вместе со мной, сказав мне, выходя из машины: «Не боись, скажу, что засиделись!». Я открыла своими ключами входную дверь, и мы зашли внутрь. — Александра! Крик матери разнесся по своему дому, и даже мой учитель нахмурил брови от слишком высокого тона женщины. Моя мама вышла в коридор уже в боевом настроении, но тут же переменилась в эмоциях, заметив на пороге нашей квартиры молодого человека с ранцем в руках. Её лицо озарилось яркой кокетливой улыбкой. — Как я понимаю, Вы учитель математики нашей Сашеньки, Роман Андреевич. Как она меня назвала? «Сашенька»? Мое лицо аж скривилось. — Марина Витальевна, приятно с Вами познакомиться. — Саша, что же ты держишь гостя за порогом? И прошу Вас, называйте меня Мариной, — защебетала женщина, вытесняя меня из коридора, заполняя собой все пространство. Могу сказать, что мама, приближаясь к своим сорока годам, выглядела довольно молодо. Конечно, она пользовалась услугами косметологов, но эта женщина не была искусственной куклой, а наоборот выглядела истинной утончённой аристократкой. И её складной фигуре завидовала даже я, которая не отличалась особой стройностью и заметными изгибами тела, и пышными формами. — Извините, Марина В… Марина, но мне уже нужно идти. Не ругайте, пожалуйста, Сашу. Это я её задержал. До свидания! Приятно было познакомиться с Вами, — пробормотал учитель и ушел. Женщина недовольно фыркнула и обернулась ко мне: «Девчонка!».