Дотронуться до сердца

Мой будильник прозвенел слишком громко для моего мягкого восприятия реальности, и я, немного злясь, хлопнула по нему со всей силой, тут же пожалев об этом. Пальцы от неожиданного столкновения с металлом онемели, и мне пришлось разминать их около минуты. Я услышала стук в дверь в мою комнату, за которым последовал крик матери: «Александра, ты сейчас проспишь завтрак! И почему твоя дверь заперта? Завтра же этот замок снимут!». А зачем нам, обыкновенным людям, это типичное: «Доброе утро!». Я поднялась с постели, отметив, что моя шея хрустела от поворотов головы, и ноги побаливали. Все-таки сон на жёстком диване Романа Андреевича отразился на моем организме. Я отперла дверь в свою комнату и принялась собираться в школу. Но мое личное пространство было нарушено, хотя ничего удивительного в этом я уже не видела. — Надень! Сегодня после школы мы идём на званый ужин. И поживее! Почему тебя обязаны ждать? Зашедшая в мою комнату женщина тут же испарилась, как будто её здесь и не было, оставив за собой шлейф цветочных духов и находившееся в моих руках чёрное платье из сатина.

***

Уже по обычаю я зашла в пустой кабинет своего классного руководителя, бросив свою сумку на первую парту и идя за чашкой утреннего бодрящего кофе. Романа Андреевича в помещении не наблюдалось. Разбросанные бумаги, классный журнал, и его ранец свидетельствовали о том, что мужчина был здесь. Я, отличаясь особой наглостью, заняла кресло учителя, закинув ногу на ногу. Прикрыла глаза и решила насладиться ароматом своего любимого напитка. Спустя несколько секунд я услышала шорохи позади себя и, обернувшись, столкнулась взглядом с «хозяином» кабинета. — Доброе утро, Роман Андреевич! — Привет, Мартышка! — ответил бодро мне мужчина, опустив свой взгляд на мои неприкрытые коленки, — Кхм, может, ты освободишь мое место? Чертово платье! — Прошу меня простить! — я вскочила с насиженного места как ошпаренная и прошла к занятой мной парте. Я чувствовала его взгляд, но решила не заострять на этом внимания. А ещё в голове промелькнула мысль выбросить это платье.

***

— Какая у вас чудесная дочь! Умница, красавица. Вечером, стоя рядом с родителями, я натянуто улыбалась вовсю и слушала «искренние» комплименты в свой адрес, кивая в нужный момент, как меня учила Изольда. Я отвлеклась от очередной светской львицы, которую мои родственники пригласили на данный приём, и осматривала арендованное на вечер спонсорами фирмы отца помещение. Оно было довольно уютным и светлым с огромной террасой с видом на Москву-реку и ночные огни столицы. Я наблюдала, как колышутся деревья, как облака плывут в неизвестность и меняющиеся краски на закате солнца. Посредине банкетного зала располагался шикарный стол с разными блюдами: от оливье до приготовленных омаров. Но все остальное уже не радовало мой глаз, так как повсюду были люди из высшего общества: надменные и циничные, от которых меня всегда воротило. — Почему ты стоишь тут одна? — услышав незнакомый мужской баритон, я обернулась к говорившему. — Простите, Вы кто? Мое лицо выражало недоумение, а мои глаза точно стали по пять рублей, отчего даже мой собеседник прыснул. Причём незнакомец поразил меня своей приятной наружностью: растрёпанные волосы, чёрные, как смоль, глубокие светло-голубые глаза, греческий профиль и не особо пухлые бледные губы. — Ах! Как же! Забыл представиться. К Вашим услугам Ник Анисимов. По лицу молодого человека прошла ослепляющая меня улыбка, на что мне не составило труда ответить дружелюбием, что было редкостью. — Александра Мартынова, — произнесла я и услужливо сделала реверанс. — А теперь отложим все формальности и ещё раз вернёмся в самое начало: почему Александра совсем одна? Я немного замешкалась, пытаясь дать ответ на этот вопрос. В физическом плане я находилась здесь не одна. Вокруг меня были толпы людей, мои родственники, близкие и дальние, а теперь и новый знакомый. Но с точки зрения мысли, я давно уже была одиночкой. — Я не одна, — усмехнувшись, ответила я, подняв вверх бокал с белым вином. Ник выгнул правую бровь на мое заявление, но промолчал. А спустя секунду он уже ретировался в неизвестном направлении, отчего на душе стало ещё грустнее. Двери в банкетный зал резко распахнулись, и вошёл тот, кого я не ожидала увидеть в данный момент совершенно ни при каких обстоятельствах. Роман Андреевич протискивался сквозь толпу людей, вежливо с ними здороваясь. Мужчина был одет в классический костюм чёрного цвета, который полностью облегал его фигуру. Он двигался четко и быстро, направляясь в мою сторону, отчего мои щёки резко окрасились в пурпурный цвет. — Добрый вечер, Мартышка! — открыто улыбнулся мой учитель, аккуратно поцеловав тыльную сторону ладони, в конце немного нежно подув на неё. — А что Вы здесь забыли? Мужчина тут же усмехнулся, хотя что-то ответить, но тут же заиграла медленная музыка. — Могу ли я пригласить Вас на танец? — спросил Назаров, а я кивнула, не подумав. — Кстати, прекрасно выглядишь, ещё в классе хотел сказать. После оброненного им комплимента он взял одну мою ладонь в свою, а другую положил себе на плечо. Его же рука расположилась на моей талии, и почему-то именно то место сильно жгло, а я становилась все красней и красней. Мы начали медленно двигаться по определенной траектории, стараясь никого не сбить, так как танцы определенно не были фишкой Романа Андреевича. Я все время смотрела в пол, но чувствовала его взгляд на себе, от чего ощущения становились слишком острыми. Правда, это продолжалось недолго. Спустя полторы минуты меня выпустили из мужских объятий, и я выдохнула с облегчением. Я хотела остыть после нахлынувших на меня эмоций, но подле меня тут же оказалась моя мать, что меня ничуть не радовало. — Добро пожаловать, Роман Андреевич! Спасибо, что пришли. Я посмотрела на женщину, которая меня родила, и чуть ли не рассмеялась. Замужняя женщина пытается заигрывать с моим школьным учителем, хотя у неё есть все шансы. Она сегодня выглядела ещё краше, чем обычно: аккуратные локоны и нежный макияж; черное латексное платье, которое открывало все её формы с непонятной дорогой накидкой сверху; бежевые лодочки-лабутены на низком каблуке; и ожерелье из настоящего золота, усыпанное бриллиантами, по заказу окрашенными в чёрный цвет, завершали её вечерний образ. — Благодарю Вас за приглашение, Марина Вит… Марина, — произнёс мужчина, так же поцеловав тыльную сторону ладони моей матери. Ох! Как же мне было его жаль. — Прошу прощения, Роман, но мне нужно переговорить с Сашенькой. Вы можете пока тут поразвлечься, — натянуто улыбнувшись, сказала женщина и взяла меня под локоть, впиваясь ногтями. Мама быстро потащила меня сквозь банкетный зал, полный людьми, и завела на террасу, громко захлопывая двери. Её взгляд был свирепым, а лицо багровело все больше и больше с каждой секундой. — Что на тебя нашло, Александра? Как ты смеешь? Где твои манеры? Воспитание? Что о нас подумают люди? Я вслушивалась в каждую её фразу и не могла понять, как все произнесённое ею касается меня. — Я понимаю, Анисимовы. У них хороший прибыльный бизнес, а сынок-то, вообще, молодец. Но при всех пылать перед мужчиной, который старше тебя на десять лет? Ты обезумела? — женщина сжимала свои руки в кулаки, нервно оттягивая платье вниз. — Мам, тебе показалось. Такого не было, правда, клянусь! — прошептала я со слезами на глазах. — Такого не было и не будет никогда! Если я узнаю хоть о чем-то с его стороны либо же с твоей, он направится прямиком на зону, а ты…! Мама пыталась успокоиться и медленно выдыхала воздух. — Такого больше не повторится. Просто я сильно перенервничала. А Ник — очень хороший парень, мы разговорились. — Превосходно! У нас завтра с ними ужин. Ты должна будешь блистать и очаровать этого пацаненка. Мои требования ясны? Я стояла как вкопанная, но ответила тихое: «да», чтобы не выслушивать ещё одну гневную тираду. — И ты больше не занимаешься дополнительными с Романом Андреевичем. Мы с папой уже нашли тебе хорошего учителя. Ей семьдесят пять лет, надеюсь, такие тебя не интересуют. Женщина победно улыбнулась и покинула террасу, как всегда оставив последнее слово за собой, а я осталась стоять на том же месте прибитая к земле.