До боли прекрасна

—А давай пойдём и разукрасим лицо Люськи? — спросил я Хэппи, недалеко стоящего от меня. —Ага! Я даже уже заготовил фломастеры! — воскликнул синий кот с большими для него белоснежными крыльями.       Мы тихонько подошли к двери в комнату златовласки и, приоткрыв её, прокрались в спальню. Аккуратно ходя на цыпочках по и так скрипящему деревянному полу, я оказался возле девушки, мирно посапывающей на уютной и мягкой кроватке. Она спала, на удивление, голой, а не в своей любимой розовой пижаме. Я наклонился к ней и взглянул на милое, фарфоровое личико. Вдруг, я что-то почувствовал…что-то тёплое и такое приятное в сердце… Но не придал этому значение и сказал, широко улыбнувшись: —Хах! Спит без задних ног, какая удача! —Ты думаешь, она не проснётся? — насторожился мой напарник и посмотрел на меня. —Ещё чего? Вот сначала нарисую ей усы, затем брови бровястые, а потом ещё и волосы из носа! — я зловеще посмеялся.       Однако, я смутился, почти коснувшись кончиком фломастера до её блистающей при свете луны кожи. По непонятной мне причине, я повернул свою голову в противоположную сторону от кареглазой и увидел нечто, шокирующее меня. Я привстал с колен, подошёл поближе, попутно позвав Хэппи, и пригляделся: это были разные заметки по поводу наших бывших согильдийцев, где их видели в последний раз, что они сейчас делают. —Она искала всех нас… — только и смог выговорить я грустным голосом. —Ага… Она, наверное, скучала по нам… А мы с ней даже нормально не попрощались перед годом разлуки…       И точно. Этот год дался Люське явно не легко… Не могу поверить, что она всё это время была одна, мы бросили её… Люси… Моя дорогая Люси… Я не хотел так с тобой поступать… Я так скучал по тебе… Я хотел сказать, насколько тебя сильно люблю… Да, люблю…       Я вновь повернулся, только уже в сторону моей возлюбленной. Она, как всегда, была красива. Только она у меня была в голове, даже Хэппи отошёл на второй план. Но он меня и вернул в реальность. —Эй, Нацу, с тобой всё нормально? —А?! Да, да… всё в порядке… —Ты выглядишь очень поникшим… это из-за Люси? —Да нет же! Если я сказал, что всё хорошо — значит всё хорошо, ясно?! — чуть не перешёл я на крик, совсем забыв, что в комнате находится спящий человек. —Прости… Оставь меня одного пока… —Хорошо. Если что, зови. — произнёс любитель рыбки и улетел в гостиную.        После его ухода я подошёл к кровати, на которой лежала блондинка, и сел на краешек. Мне так не хотелось её будить, но я понимал, что больше не могу скрыть своих чувств, что я не дотерплю до завтра. И всё же решился на это. —Люсь…проснись, пожалуйста…всего на секундочку… —М?.. Ну можно ещё пару минуточек? Я, конечно, осознаю, что сегодня опоздаю на работу, но так хочется поспать, — протяжно зевнув, пробормотала она. —Люся, ты никуда не опоздаешь, сейчас ночь! — я сильно потряс девушку за плечо.       Она проснулась. —Нацу?.. Зачем ты меня разбудил? Тем более в такое время?! Я же… —Люси! — я перебил её.       Кареглазая удивлённо посмотрела на меня. —Прости! Я…не хотел…это…в общем, я не хотел тебя будить, но просто не мог сидеть и ждать, когда ты проснёшься…просто не мог! —Нацу?.. Тебе не плохо? Я могу чем-то помочь или… —Да всё нормально! — рявкнул я. —… —Да что со мной не так?! Даже не могу сказать спокойно об этом! Это так больно… —Расскажи мне, я слушаю. —Тебе легко говорить… —Почему? —Потому что ты…скорее всего, не думаешь так же, как и я. —Ты не делай поспешных выводов, может твоё «скорее всего» окажется далеко неправдой. —Ты хочешь это услышать? —Да. —Тогда… Люси…я давно хотел тебе сказать, что я…я…       Чёрт! У меня будто комок в горле застрял! Неужели, это так трудно — признаваться кому-то, открывать свои чувства?! —Что? —Я…я… — снова и снова повторял я. —Что? — тот же вопрос от неё. —Я люблю тебя, Люси! И всегда любил! Первая встреча, принятие тебя в Фейри Тейл, наши с тобой задания, остров Галуна, Фантом Лорд, Райская Башня, Орасион Сейс, Эдолас, остров Тенрю, Великие Магические Игры, Тартарос и год моих странствий с Хэппиком. Всё это время я любил тебя! И люблю, и буду любить!.. А ты…любишь меня?       Выражение лица той, которой я только что рассказал про свои чувства, не поддавалось описанию: большие округлённые глазки цвета молочного шоколада, приоткрытый миниатюрный ротик, щёчки, покрытые густым румянцем — всё это давало понять, что она была потрясена моими словами. —Лю…       Я даже её имени не успел проговорить, как на мне с громким шлепком остался красный отпечаток маленькой ладони. —Дурак! — единственное, что она ответила мне перед тем, как убежать из комнаты, громко хлопнув дверью.       Я был в ступоре. Вот каково, когда тебя отвергают? В груди такая жгучая и сильная боль, хочется взрывать и взрываться одновременно, мир будто потерял свои пёстрые краски. Как я теперь посмотрю ей в глаза? Как я теперь буду находиться рядом с ней?       Нет! Нельзя так отчаиваться! Может она меня не поняла, а я мог и сам ей что-то не так сказать, ведь мои мысли были быстрее моих слов? А если она всё же любит меня? Мне нужно к ней.       Я встал и понёсся в сторону, куда ушла златовласка. Не застав её в гостиной, я решил помчаться в сторону ванной. На удивление, она не была закрыта, хоть там горел яркий свет, явно который зажёг кто-то из обывателей этой квартиры. Я зашёл и увидел Люсю…увидел Люсю, сидевшую на коленках и плачущую горькими слезами. —Нацу…прости…       От её фразы я насторожился, но всё же подошёл к ней и сел рядом. На блондинке красовался халатик ванильного оттенка. —За что? —Да за всё. И за то, что произошло сейчас…тоже прости…мне так стыдно…       Моя дорогая Люся ещё больше расплакалась, и мне стало очень жалко свою принцессу. Я приобнял её рукой и, чуть наклонив голову, спрятался на плечике любимой, укрывшись своими вишнёвыми локонами. —Люси, я тебя очень люблю…не нужно извиняться, ты не виновата в этом. —Нет! Нацу, я…       Она замялась. —Я…я…тоже…люблю…тебя…       Это такое прекрасное чувство. Мне стало слишком легко. Я резко повернулся в сторону той, кто ответила мне взаимностью, посмотрел на неё своими радостными глазами и невольно улыбнулся. —Люси… Люси! Почему же ты раньше не сказала это! — воскликнул я и крепко стиснул в объятьях Люську. —А-а-а, Нацу! Это… —Ой, прости! — я резко убрал руки и уже хотел отойти от неё, но она меня остановила. —Нет…можешь дальше обнимать…       Не размышляя, я вновь прижал её к себе и стал перебирать мягкие и шелковистые волосы. Тут я понял, что в ванной стало слишком жарко, а дышать стало намного тяжелее. Я чуть оттолкнул Хартфилию от себя и посмотрел. Я заметил, что она смотрит на меня затуманенным взором, будто её очи покрыты некой плёнкой, на фоне её белоснежного личика выделялись губки, уже налитые более красноватым цветом. В комнате стало ещё жарче. Наверно, так же, как и в момент моего заявления на ВМИ. Мы стали приближаться друг другу до того, пока не остался минимальный промежуток между нами. И тут…наши губы соприкоснулись. Это мгновение я запомнил на всю свою жизнь. Эту мягкость, эту нежность, эту теплоту и чувственность. Детский и невинный поцелуйчик стал перерастать в более страстный и пылающий. Я коснулся одной рукой щеки блондинки, а другой придерживал за талию. Она двумя руками обвила мою шею и ещё глубже завлекла в поцелуй. Через некоторое время, когда в наших лёгких стало невыносимо мало воздуха, мы отстранились друг от друга. Отдышавшись, мы встретились взглядами. Её глаза смотрели в мои, и мои глаза смотрели в её. Я встал на ноги и подал руку своей даме, которую она приняла, и мы решили вместе пойти на балкон.       Как раз небо было безоблачным и очень завораживающим. Сверкающие звёзды и огромная луна освещали улицы столицы, чернота небес переливалась оттенками голубого, синего и розового. Мы долго поглядывали на это зрелище молча, но первой нарушила тишину моя девушка. —И что теперь? — задала вопрос она. —В каком смысле? —Ну, мы же теперь вместе, ведь так? —Конечно, вместе, Люсь! —На самом деле, Нацу…я давно ещё испытывала к тебе чувства, далеко отличающиеся от чувств дружбы…просто я никак не могла тебе об этом сказать… —Вот как… Но я всё же рад, что мы признались друг другу. —Я тоже. … —Нацу… —М? —А можно я ещё раз произнесу это? —Что именно? —Можно-можно? —Ладно… —Я тебя люблю!       Я широко улыбнулся и обнял милую. —И я тебя люблю, Люси.       Мы долго смотрели на звёзды и после ушли спать. А потом мы старались как можно больше дней проводить вместе. У меня было много случаев в жизни, которые я запоминал очень хорошо, но эта ночь…останется в моей памяти и в сердце навсегда.

Ведь она была так до боли прекрасна.