Часть 7
10 марта 2018 г., 19:44
За окном, на удивление посреди зимы идет дождь, который портит запланированные дела большинства людей. Для некоторых кристаллические капли напоминают о чём-то грустном, а для других о чём-то радостном. Вот и сейчас русоволосый омега сидит на белоснежном подоконнике окна в своей комнате, прижав к себе колени. Красивые руки, которые обволакивала теплая, велюровая, темно-красная ткань кофты, держали тоненькую книжку. Под самой кофтой была простенькая черная футболка, которая была довольно-таки свободной, из-за того, что она была на несколько размеров больше, чем положено. На ногах были облегающие светло-серые штаны, а сами ступни, грели теплые тапочки-собачки. Если не смотреть на обувь, то можно было сделать легкий вывод, что перед ним находится серьезный, взрослый омега, который задумался о смысле жизни. Но нет, Тэхен задумался о поведении Чонгука, которое проявлялось всю эту неделю, пока старший болел.
Шоколадный омут глаз направил свой взор на темно-серое небо, в некоторых местах которое было светлым. И именно из этого громоздкого, нагнетающего неба, падали кристаллически чистые слезы — капли дождя. Тротуары были украшены разными яркими цветами, которые заменяли каждый друг друга. Это были обычные зонтики, а на дорогах был некий блеск, он исходил от фар машин.
Младший альфа навещал старшего, пока тот болел, а когда уже был в шаге от здоровья, то просто убеждался, что всё хорошо. Моменты, когда Чон приходил к нему, вспоминались легкой, но такой теплой улыбкой на лице Тэ. Гук каждый раз заставлял омегу есть горькие, противные таблетки, которые якобы должны были помочь. И каждый раз после них старший смешно кривил лицо. В такие моменты, Чон чувствовал себя мамочкой, а Тэхена считал за маленького вредного ребенка, которого нужно успокаивать, когда тот сьел каку.
А когда у старшего поднималась температура, младший сразу бежал искать жаропонижающее и на всякий случай целовал того в лобик, ну чтоб проверить поднималась ли температура или нет. Когда мягкие губы альфы дотрагивались до гладкой кожи на лбу, то тот сразу хотел лыбится как дурачок, а внизу живота начинало легонько тянуть. Чон уходил за стаканом воды, а когда приходил, снова силой запихивал таблетку в рот старшего и, закутывая получше в одеяло, говорил, что Тэ лучше всего сейчас поспать. Доверившись альфе, Ким прикрыл свои глазки пышными ресницами и мгновенно проваливался в мир Морфея. Выходя из комнаты, Чонгук тихонько прикрывал дверь и с легкой улыбкой шел на кухню, делая себе крепкий кофе.
Младший за несколько дней уже выучил что и где находится в доме омеги и сам чувствовал себя как свой. На удивление, Чон пока что не видел родителей Тэ, хотя старший рассказывал про них, потому что он уходил, оставляя записку на тумбочке возле кровати омеги.
Но сегодня младший не придет… Сегодня выходной из-за чего старший тяжело вздыхает и чувствует, как ему становится грустно на душе… Тоскливо… Сейчас омега хотел присесть в гостиной на светлом диване и поговорить с Гуком о всякой чепухе, за чашечкой чая. Это разряжало обстановку и прогоняло скукоту на дальний план.
Не только омега привязался к младшему, но и сам альфа к старшему. Квадратная улыбка, взлохмаченные волосы, детское поведение, забавная одежда, которая ещё больше показывает, что в душе хен так и остался ребенком… Это всё стало таким родным, незаменимым и просто эти вещи легонько дополнили мир альфы. Чон не понимал, почему он так нежно улыбался, видя как омега рассказывал про лунных кроликов, махая руками в разные стороны, и продолжал утверждать, что они существуют! Возможно это все из-за высокой температуры он напридумывал себе… Но это не точно. Но альфе это нравилось и младший не хотел, чтобы такие моменты заканчивались.
А Тэ наоборот, Чон Чонгук иногда раздражал, но и в то же время ему до жути нравилась эта забота. Он даже иногда специально капризничал, чтоб тот закатывал свои темные глаза, в которых можно было утонуть, и делал всё, чтобы старший выполнял то или иное. Но больше всего Тэхена раздражало, что Чон иногда называл его «Ви» или «Вишенка», но одновременно это говорилось с легкой ноткой бесспокойства, нежности и заботы. И Тэ прощал младшему такую маленькую оплошность.
За окном до сих пор шел дождь, но уже не такой сильный, теперь лишь легонько моросило. В комнату попал некий лучик света, из-за того что светлая дверь открылась, впуская не только легкий запах готовки, но и владельца родного запаха. Русоволосый дернулся и обернулся, скидывая с лица нежную улыбку, услышав голос папы.
— Тэтэ, — начал тот и младший омега быстренько спустился с подоконника, ложа книгу на него же. А если бы не слез, то получил бы некий уговор от родителей, ведь можно было заболеть~. Но старший Ким пришел совсем по другому поводу, — Милый, нам с отцом нужно уехать на некоторое время из города.
— А на сколько? — подал голос Тэхен, в котором слышались легкие нотки хрипоты — последствия простуды. Омегу не интересовало куда они едут? зачем они едут? Главное насколько…
— Мы ещё сами не знаем… Это может длиться как неделю, так и месяц, а то и больше, — сейчас в комнату зашел отец, который нежно дотронулся до плеча своего мужа и, что-то прошептав ему на ухо, старший омега быстренько побежал прочь из комнаты.
— Значит, я буду один? — голос невольно дрогнул. Тэ знал, что если он будет один дома, то тот может сгореть после 2 часов, как родители уедут из дома.
— Нет, — голос старшего Кима был глубокий, с легкой ноткой строгости, — У нас есть друг, у которого есть сын… и именно этот сынишка будет с тобой все время, пока мы не вернемся обратно. Но есть одно «но», — Тэ впервые видел, как отец, уверенный в себе альфа, немного замялся.
— Какое «но»? — сейчас вопросительно смотрит на отца, потому что совсем не понимает, что происходит.
— Тот, кто будет с тобой… альфа, — проговорил старший и поднял беспокойные взгляд изумрудных глаз на сына. — Как я помню, то течка у тебя должна начался примерно меньше, чем через неделю, — даже в голосе альфы слышались нотки волнения.
— Да… — тихо проговорил русоволосый и отвел свой взгляд в сторону. Он совсем забыл об этой фигне под названием — Течка. Немного закусив свою нижнюю губу, Тэ положил руку на затылок и поднял взгляд, — А почему Чимин не может?
— Пак Чимин? Рыжеволосая омега? — на эти вопросы, отец получил два утвердительных кивка, — Я ему звонил, но он лишь сказал, что у него проблемы в семье, так что никак не… — отец не успел договорить, как в комнате появилась светло-русая макушка и папа проговорил, смотря на альфу.
— Не беспокойся ты, — взгляд карих глаз перешел на сына, — Если что подавители и обезболивающее в аптечке, а…
— А аптечка на кухне, — перебил Тэ своего папу, на что тот лишь фыркнул и, раздраденно зыркнув на своего мужа, прям говоря «Это в тебя сын пошел! », на что старший Ким лишь тихонько посмеялся, а Тэхен умилялся этой картине.
— Ну раз ты все знаешь, то прошу всех пройти за стол. С минуты на минуту должен прийти молодой альфа, — как только старший омега это сказал, в доме раздались несколько звуков звонка, — А вот и он! — проговорил папа с улыбкой и мигом пошел к двери. Выходя из комнаты, Тэ поправил свою кофту и пошел на кухню, пока старший омега встречает гостя. Пройдя на кухню, Ким и отец присели за стол, но тут дыхание омеги сбилось.
Как только открылась входная дверь, в нос ударил знакомый, терпкий запах, который успел выветриться из головы Тэхена. Легонько повернув голову, его взгляд шоколадных омутов, встретился со взглядом холодного льда. Стало такое чувство, что все вокруг парней остановилось.
Тэ не мог двигаться, в голове так и повторялось «Нет, нет, нет…» и еще дополнял это все запах хвои.
«Почему именно он?» — пронеслось в голове у младшей омеги и тот проклинал весь мир, видя довольную ухмылку альфы.
На самом то деле, Тэтэ начало трясти, но прикрыв глаза и выдохнув, он выпрямился и немного задрал нос, показывая всё его безразличие. Никто не смел отводить взгляд, а лишь наглейшая ухмылка Ендже дала обоим знак… Знак, начала игры…
