My love... или 1 письмо все изменило

      В светлой кухне, которая так и успокаивала своей домашней, уютной атмосферой, сидел на вид спокойный омега, хотя это не так. Внутри него все бушует, он не знает что делать. То ли оттолкнуть, но нельзя, альфа спас твою задницу от приключений. То ли открыться и высказать все, что ты думаешь на самом деле.       Русоволосый лишь тяжело вздохнул и поднес к розоватым губам чашку, в которой находился ароматный чай с легкими нотками бергамота. В такие моменты и особенно вечером, помогало разобраться в себе, ну или хотя б расставить все на свои места. Но тело до сих пор чувствует то, что произошло совершенно недавно…

***       В то время, когда Чонгук прижимал к себе хрупкое тело, стараясь успокоить или хотя б унять дрожь, Тэхен то и делал, что вдыхал любимый запах и благодарил младшего, вытерая слезы об его же футболку. Альфа понимал, что старший перенервничал и ничего не говорил, разрешая разбавить давящую тишину всхлипами. Его верхняя часть одежды уже успела намокнуть, а нос так и уткнулся в светло-русые пряди, которые так и отдавали вишней с подавленным запахом клубничного шампуня. Прикрыв глаза, Чон даже не заметил как быстро пролетело время и Тэ уже успокоился, и просто спокойно дышал. Дыхание стало ровным, дрожи почти нету, а руки уже расслабились и спокойно лежали на плечах темноволосого. Гук уже подумал, что старший уснул, но, немного отстранившись, встретился с заплаканным лицом и яркими карими глазами. Губы были немного приоткрыты, а глаза прикрывала челка, но тут выражение лица изменилось и выражало только боль. В нос ударил яркий запах вишни и Чон дал себе по лбу, но только мысленно, потому что как это мог забыть про течку?       Быстро взяв омегу на руки, ничего не сказав, он понес того в ванную и старался не обращать внимания, как Тэхен водит носом по шее и иногда невесомо дотрагивался губами до ключиц. Ооо Чонгук бы все отдал, чтоб сейчас просто заклеить рот Кима, чтоб он не шептал такое томное «Гукки…»       В то время перед глазами самого Тэхена была пелена, которая так и затуманивала разум. Все проносилось легкими картинками, которые так и не оставались в разуме старшего. Но все прояснилось, когда они появились в ванной и послышался шум воды.        — Сейчас ты примешь ванную, — Чонгук говорил тихо и стараясь не вдыхать такой желанный аромат, от которого внизу так и ноет, — А потом выпьешь блокаторы.       Тэхен смотрел на него и хотел уже спросить такой волнительный вопрос, но Чон понял сам и быстренько добавил        — Нет, я тебя самого не оставлю. Мало ли еще какая-то хвоя к тебе притронется… А еще смой его запах, он раздражает, — проговорил младший и скривил лицо, на что Ким лишь удивленно посмотрел на него. Что бы Чон Чонгук обратил на кого-то внимание и говорил, что его раздражает запах на еле-известной ему омеге? Остановите планету! Можно сойти?       Но одновременно от этих слов так стало тепло в душе и сердечко забилось, отбивая новый ритм. Улыбка так и лезла на лицо и все-таки Тэхен позволил себе эту слабину и, наблюдая за серьезным лицом младшего, нежно улыбнулся, запоминая каждую секунду, проведенную рядом.       Когда ванная была уже наполнена теплой водой, от которой легонько шел пар, альфа осмотрел все вокруг. Чон заметил несколько вещей парня и конечно махровый халат белоснежного цвета. Даже просто смотря на ткань из которого он был сделан, то чувствовалась вся мягкость и нежность материала. Пробежав еще раз глазами, то Гук не обнаружил аптечки и кинув вопросительный взгляд на русоволосого, то тот сразу понял о чем должна пойти речь.        — Аптечка… Она на кухне в верхнем ящике, Гукки, — аккуратные брови сошлись на переносице, а веки с пышными ресницами прикрыли глаза. Чон лишь еще раз посмотрел на потолок и спросил за что ему такое наказание, ведь сейчас омега повторяет свои движения носом по шее младшего. Опустив на стул старшего, Гук присел напротив и взяв красивые руки в свои, проговорил.        — Сейчас, ты посидишь немного, а я принесу в это время аптечку и потом подожду тебя на кухне, хорошо? — Чонгук сам не ожидал от себя такой заботы, но смотреть как старший кривится от боли, а в глазах так и играли лишь инстинкты, он не мог. Даже сам альфа постепенно чувствовал как цепи разрываются, постепенно давая слабину и в скором времени ограда, которая держит желание его сущности, может просто разломаться, а потом они оба будут жалеть. Это он уж точно знает.       Тэхен лишь немного похлопал своими глазками и, когда полностью осмыслил слова Чона, кивнул и старался сам тоже не утонуть во всем этом и хотя б как-то контролировать ситуацию, хотя понимал, что ответственность сейчас лежит на младшем и он с легкостью ее принимает.       Легонько улыбнувшись краешком губ, Гук вышел из ванной и начал дышать через рот. Так хотя б не сильно влияет аромат. Поспешив на кухню, младший начал сразу искать эту чертову коробку и наконец-то находит ее спустя полминуты. Взяв аптечку, он по дороге нашел заветные таблетки и, зайдя в ванную, оставил ее на тумбочке. Закрыв за собой дверь, Чон разрешил себе выйти на улицу и освежиться хотя б каким-то морозным воздухом.       В это же время, Тэхен уже нежился в водичке и получал расслабление. Прикрыв глаза, тот выдохнул через рот и понял одну вещь. Если все-таки Чон Чонгук был скотиной, то он бы давным давно уже б нагнул старшего на той самой кровати, где его почти уже изнасиловали. Но это мысли сразу перекрыли те моменты, когда младший прижимал к себе омегу и прошептал такое важное для Тэ слово — «Успел», а потом как кривился при запахе хвои, который сейчас конечно же Ким смывает с себя, то на лице появилась улыбка до ушей. Но старший все равно не понимает такого поведения альфы… Или все-таки Ким Тэхен тугодум… Ну или он просто чего-то не видит… ***        — Все хорошо? — из раздумий вырвал голос младшего, который зашел на кухню, проверить как же поживает Ви. Старший повернулся на зов, но потом все-таки отвел взгляд и закусил губу, что не осталось незамеченным. Ким нервничал и это даже было заметно, как он сжал любимую чашку, на которой была нарисована смешная мордочка незамысловатого персонажа. Тэ было стыдно за свое поведение, потому что течка не сделала так, чтоб он какую-то часть забыл. Облизнув суховатые губы, омега выдохнул и неуверенно кивнул.       Сейчас напряжение было намного сильнее, чем раньше, потому что опять появилась давящая тишина. Вроде бы запах стих и теперь не такой резкий, но обоих тянуло друг к другу. Чон уже знал почему именно так, но вот Ким… У него сейчас столько много каши, что он даже не задумывался об этом.        — Кстати, а что этот парень забыл у тебя? — все-таки решил разбавить тишину младший и понять… Какого хрена в доме омеги находился альфа? Прошу подметить — ТЕЧНОЙ омеги. Это до жути злило, но Чон не показывал этого, хотя уже в темных глазах так и виднелись огоньки злости и раздражения. Ведь… Нефиг быть рядом с Его омегой. Да, наш малыш Чон Чонгукки жуткий собственник, но он старается не показывать эту сторону… Ну или хотя б немного давать ей свободу.       Тэхен не ожидал такого вопроса в свой адрес из-за чего даже сначала растерялся то открывая, то закрывая свой рот. Но потом собравшись со своими мыслями, тот выдохнул и облокотился об спинку стула, отведя взгляд.        — Это сын друзей родителей, так что они решили, что пока их не будет дома, то тот присмотрит за мной. — тихо говорил Ким и посредине своей речи прочистил горло, чтоб было немного получше слышно Гуку. Переведя свой взгляд на младшего, старший даже не пытался смотреть тому в глаза, потому что чувствовал их на себе уж до жути хорошо. Лучше смотреть на плечи, ключицы, шею, волосы, но не на глаза. — Так вот…        — Почему именно он? Было б намного лучше если бы был с тобой омега. — перебил Кима Чон и сложил руки на груди. Голос начал отдавать некие холодные нотки, которые так и разрешали покрываться утиной кожей все тело Тэтэ. Нервно сглотнув, старший понял к чему Гук клонит и хотел уже возмутиться, как тот продолжил, — Тем более они знали, что у тебя скоро возможно начнется течка. Чем думали твои родные, оставляя тебя с альфой? — вот уже Чон повысил нотки своего голоса и Тэ не смог сдержать своего возмущения. Теперь и омега начинал злиться        — Во-первых ты не смеешь осуждать моих родителей. Во-вторых они не могут оставить меня одного и в-третьих… Чего это тебя так заботит? — все-таки не сдержался старший и задал этот вопрос тихим голосом, надеясь что тот не услышит, но не всегда идет все по плану.  — Да потому что мне не все равно. Никто не имеет права прикасаться к Моей омеге, — Чон специально выделил последние слова, стараясь хоть как-то подтолкнуть старшего к тому, что они вать машу истинные. Но не тут то было. Тэ у нас не такой уж и умный, хотя в институте хорошо соображает, но сейчас в нем кто-то включил режим «Твоя Моя не понимать».       «Что он сказал? В смысле «Моей омеге»?» — это все что проскочило в тот момент в светлой головке Тэхена и он уставился с непонимающим взглядом на Чонгука. У младшего никакой мускул даже не дернулся, а взгляд остался таким же серьезным и решительным. Что вообще сейчас происходит в голове у младшего? Хотя нет… Что вообще сейчас происходит в этом чертовом доме?       Теперь взгляд русоволосого бегал по всей кухне, стараясь собрать уж до жути, как он считает, сложный пазл, который никак не хотел собираться. С каких это пор Чон Чонгук поставил права на Ким Тэхена? Что бедный омега не смог уследить своими шоколадными глазками? Какая пелена успела затуманить его разум и не заметить, когда альфа подошел к тому за спину и положив руки на хрупкие плечи прошептал:        — Никому не дам прикоснуться… Ты только мой, Вишенка...