Часть 26
17 мая 2018 г., 22:24
По коридору слышались быстрые шаги, скорее всего их обладатель бежал. Не смотря по сторонам, парень направлялся в определенную сторону, понимая, что он должен быть именно там. В кобуре лежит его пистолет, но брюнет в любую секунду готов его достать и продырявить головы тем тварям, которые находятся в этом здании. Но почему-то парень останавливается, а глаза, в которых читалось беспокойство, смешанное с решительностью, присоеденилось волнение и зрачки расширились.
«Чонгук…» — пронеслось в голове у альфы, от чего тот лишь смог приоткрыть рот и сказать еле-слышно из-за криков людей и звука сирены «нет». Он начал судорожно повторять это слово, потому что сейчас он почувствовал как его позвал Тэхен. Его Тэхен. Его маленький лучик света в этом темном мире. Его чудо, которое хочется оберегать и никому не отдавать, даже родителям.
«Прости» внутри что-то оборвалось, дышать становилось с каждой секундой сложнее, а конечности начинали становится свинцовыми. Такое чувство, что сделали что-то такое, от чего всп может кардинально поменяться… догадка сразу приходит в голову и она не только распаляет желание поскорее найти Кима, но и набить довольную рожу Ендже. Даже сейчас перед глазами стоит этот напыщенный альфа и улыбается самой гадкой ухмылкой, и проговаривает: «Ну что, защитил своего малыша?» От этого становится только тошнее на душе.
Нос начинает немного зудеть, когда он улавливает хвойные нотки, смешанные с вишневыми. В голове засели самые ужасные мысли, заставляя разочарование разливаться по телу. Но Чонгук знал, Тэ не мог. Этот лучик света так бы просто не сдался. Хоть и кажется, что такие люди не умеют кусаться, но Ким не такой. Все нежные существа, которые кажутся безобидными, прячут свой яд, свои клыки и оборону за белыми крыльями доброй души. Но это не мешает Гуку сейчас идти с подавляющей аурой
Каждый шаг отдавался с новой силой. Если бы у парня были сверхсилы, то будьте уверены, на полу уже б появились маленькие ямки. Но тут он срывается на бег, улавливая вишневые нотки, но смешанные… Внутренний альфа начинает звереть, а на лбу выступают прожилки. Зрачок в глазах сужается, а сама радужка стала черной, как самая темная ночь, у которой небо было затянуто грозовыми тучами. Кое-где проскакивала линия света — молния — ярость.
Не проходит и десятков минут, как Чонгук забегает в одну из комнат и встречает широкую спину, светлые волосы и ощутимую невидящую ухмылку на лице.
— Ого, я думал что не придешь — Ендже хотел продолжить, поворачиваясь, но он сразу встретился с кулаком человека, который только что зашел. Но он заметил чертей в глазах, которые пляшут в греческом огне, который ничем не потушить.
— Где Тэхен? — прошипел сквозь зубы Гук, сжимая руки в кулаках так, что ниточки вен начали еще сильнее выделяться. Челка упала на глаза, но была сдута сильным выдохом. Послышался легкий смех, который начал распалять еще сильнее, но потом он стал похожим на истерический, из-за чего Чон немного растрерялся. Даже нет, его накрыло непонимание.
— А ты знал, что ты ему не нужен? — на повышенном тоне проговорил блондин и повернулся к младшему, показывая свои 32 зуба. Такая яркая улыбка постепенно делает напор воды больше, которой наполняется стакан терпения и ярости. Сначала все шло лишь маленькими капельками, а сейчас появилась струя, которая наполняет чашу быстрее чем нужно было. Конечно Чон уже мог сорваться, но терпел. Хотя, сейчас немного сдал позиции мигом подходя к старшему, поднимая руку и сжимая горло напротив.
— А теперь слушай сюда, мразь. — Чон припечатал старшего к стене и приблизился так, что между носами оставалось до жути мало расстояния. — Я тебе спрашиваю: где Тэхен? И какого хера от тебя пахнет им?! — прорычал младший на что опять увидел гадкую ухмылку на лице старшего. Голубые глаза стали более яркого голубоватого цвета от чего Гук ударил головой его об стену, продолжая удерживать за шею. — Отвечай!
— Ты бы слышал как он стонал… — прохрипел блондин, а на плечи Чонгука упал шок, от чего тот немного расслабил хватку. Он точно все правильно услышал? Стойте, ведь можно стонать от боли, а еще можно… Чон не хотел в это верить. Он не хотел верить что эти грязные руки дотрагивались до нежной медовой кожи, касался своими грубыми губами вишневые… заставлял срываться стонам с глотки омеги и просить большее.
Чонгук не верил.
— Что? — в голове брюнета было много мыслей, но хватило силы проговорить только этот вопрос, от чего гадкая улыбка хвойного альфы еще больше растянулась — Хах! Он даже не вспомнил о тебе тогда, когда я его насаживал на свой член! Ни одного словечка и ты еще считаешь что он еще помнит о тебе? Ты б слышал как Тэхен-и просил, умолял… — Ендже прикрыл глаза и опрокинул голову, довольно мыча. В это же время Чонгук все больше терялся. Он душой знал, что Тэ так просто бы не сдался… Он бы не лег под альфу, который чуть его не изнасиловал, а потом бы и не просил большее. Но это чувство было чем-то закрыто, оно было под решеткой, которая не давала уверенности появиться. — Какой же ты неженка. — выплюнул Ендже и занес кулак в солнечное сплетение, не давая Чонгуку выйти из своего маленького транса. Воздух сразу выбился из легкий и младший не смог сообразить еще раз, как почувствовал который удар в живот. Чон помнил как тренировался буквально две недели и на отлично все помнил. Все захваты, перехваты, но сейчас он ничего не может сделать. Гадкое чувство разочарования в своей паре появилось и постепенно начало подталкивать к краю обрыва, который вел к пучине тьмы. А это тьма притупляла ощущения и перекрывала возможность рассуждать. Никто не знал что там находится, но кто попадал — не возвращался. На белом кафеле уже появилась кровь, но она была не блондина, а младшего. Решив добить его, Ендже ударил ногой по лицу, от чего Чон свалился на пол. Ноги перестали держать. На языке раздражающий солоноватый с примесью метала вкус. Теперь еще и нос саднит. Приподнявшись на локте, Чонгук решил сфокусировать взгляд, но все плыло. «Черт!» Зажмурив глаза, Гук сосредоточился на звуки и услышал как сняли пистолет с предохранителя — Сначала убью тебя, а потом и твою шавку. — монотонно проговорил Ендже, как послышалось открытие двери и знакомый голос: «Нет!» Сердце издало тяжелый удар, а в голове сразу возникли воспоминания на счет этого тембра «Чонгук… Прости» Младший уже висел на конце обрыва, еле держась об край, а гадкое чувство насмехалось над ним. Но небо показало свои оттенки и появилась уверенность. Своим светом она прогнала разочарование в своей паре, в его Тэхене и помогла Чону подняться и пойти туда, куда нужно, не падая в объятья темных, скользких темных рук. — Тэхен?.. — шепотом проговорил младший, и приоткрыл один глаз. Сейчас он заметил как пепельноволосый вцепился в крепкую руку, которая держала пистолет. В родных карамельных глазах не было слез, был испуг и уверенность того, что он делает все правильно. Взгляд изучающих темных глаз спустился пониже и заметил легкий ссадины на щеках, а потом и багряные пятна на шее, которые уходили под ткань каких-то тряпок. Тэхен сопротивлялся, он не давался… Но то, что эта хвоя подняла руку на чонгуково счастье, распаляло огонь с новой силой. Ярость начала возобновляться, но послышался еле слышимый вскрик и потом грохот — Тэхен упал. Пепельноволосый больно ударился об край какой-то коробки и тихо прошипел. Тело до сих пор ныло после того, что произошло между ним и Ендже недавно. Но чувство того, что должно было произойти заставило Тэ встать, накинуть свои тряпки на себя и пойти туда, куда зовет сердце. Но когда он увидел как старший альфа направляет на Чона дуло пистолета, то перестал соображать и сразу кинулся на помощь. Хотя и не прошло нескольких минут, как его отталкивают и, поскользнувшись на полу из-за слабости, ноги перестали держать и тело пробило новой порцией боли. Тихо шикнув, Тэ присел и, подняв голову, заметил как Ендже двигается на него, постепенно направляя дуло пистолета ему в голову. — Нужно было раньше тебя прикончить — прошипел старший, а Ким не дернулся. Страх куда-то пропал, а вместо него появилась легкость. Тяжелые веки прикрыли карамельные омуты и Тэ легко выдохнул. Он выделил для Чона время, чтоб тот пришел в себя и ушел. Ким больше не боится смерти, потому что он уверен, что Гуку больше не нужен. Таким не нужен. Открыв глаза, Тэ посмотрел в ледяные глаза и про себя усмехнулся. Он не боится умирать так. Лучше сдохнуть смотря страху в глаза, показывая что не страшно. Показывая, что уже нечего ломать. Тэхен слышит выстрел, но не чувствует боли. В него не попали, хотя указательный палец старшего находился уже на курке и готов был нажать в любую секунду. Но вместо этого сейчас на кофте альфы показывалось красное пятно. Глаза расширились, а рот приоткрылся. Тело начало оседать на пол, но вскоре упало с глухим звуком. Пепельноволосый до сих пор смотрит несколько секунд на тело, которое с каждым моментом отдает свое тепло окружающему миру. Для омеги показалось что время остановилось, но когда он перевел взгляд то даже перестал дышать. Смотреть в родные антрацитовые глаза намного страшнее, чем в стеклянные мертвые. Тэхен был готов сейчас слушать гадкие слова в свой адрес, слышать какой он продажный и из-за этого не выдержав напора опустил голову, прикрывая свои глаза, чтоб не расплакаться прямо здесь. Чонгук не любит оправданий, Тэ в этом уверен. Но одновременно он не ожидал, что через несколько секунд он почувствует крепкие сильные руки на своей талии и тыканье носа в обсыпаную засосами шею. Хоть вишню и перебивает хвоя, но она чувствуется. Хоть хвоя и перебивает кофе, но Тэхен готов вдыхать даже такой запах, думая что это последние в его жизни моменты, когда он чувствует этот аромат, к которому так и тянет. — Тэхен… — тихо проговорил Чонгук, легонько целуя в шею, и Тэ застыл. Поцелуй хоть и был легким, но совсем отличался от тех, которые старший чувствовал на себе. Потом Гук начал покрывать ими щеки, скулы, глаза, нос, лоб и посмотрел в глаза своей пары. Сейчас он смотрит в шоколадные глаза с легкой прожилкой корицы. Видит эти пепельные волосы и легко может до них дотронуться, почувствовать их мягкость и легкий запах шампуня. Чонгук может с легкостью дотронуться до этих щек и почувстыовать вкус пышноватых губ. Теперь он спокоен, в душе больше нет гадкого червяка, который будет назойлево шептать: "Ты опоздал." В молочно шоколадных омутах снова начали собираться слезы и одна скатилась по щеке. Но не успела она исчезнуть, как ее убрал большим пальцем Гук. Прикосновение было нежное, оно вмещало в себе любовь и Тэ, не сдержавшись, тихо завыл. В груди сердце колотится, отдаваясь болью по всему телу. Дышать стало тяжело, а голова опустилась как и веки. — Тише, малыш… я рядом, я здесь. — Чонгук прижал к себе хрупкое тело, которое начало пробивать крупная дрожь. — Чонгук… Чонгу-у-ук. — провыл старший и громко всхлипнул утыкаясь в плечо младшего. Сейчас можно выплакаться, что он сейчас и делает. На спине чувствуется широкая теплая ладонь, а объятья кажутся маленькой крепостью, которая скрывает старшего от бед. — Хспади, как же я рад, что ты цел… — еле слышно проговорил Чон, надеясь что Ким его не услышит, и поцеловал старшего в макушку. Но пепельноволосый услышал и еще сильнее прижался к альфе, чувствуя защиту, которой так не хватало. На душе постепенно становилось спокойнее и теперь горячие слезы не опаляют щеки, а дыхание стало равномерным. Чонгук как и Техен прикрыл глаза и они оба сидели на полу, удостоверяясь, что это им не снится и ничего не исчезнет. Тэ легко потерся головой об шею младшего, ластясь, понимая что от него Чон не откажется. Понимая, что тот будет с ним в любой момент и не уйдет в самый разгар чего-то страшного. — Тэ… — позвал омегу Чонгук, открывая глаза, немного отстраняясь. — М? — Тэхен сделал тоже самое, смотря своими заплаканными глазами на младшего. Легкая улыбка тронула губы Чона и тот проговорил. — Поехали домой. — если бы Тэ мог, он бы сейчас еще раз заплакал. Чонгук зовет его домой. Не в тот дом, где живет Ким с родители, а в свой, где они будут рядом.Они вернуться в свой дом. Вдвоем.
