Паук. Безумный Крупье

Но нельзя было уходить, не попрощавшись. Нет, это не какое-нибудь детское безрассудство, скорее уж очередной выверт сознания, порождённый моей персональной реальностью. Я просто на ментальном уровне не мог уйти, не отомстив этой полоумной твари в обличие красивой девушки. Убивать её, конечно же, никто не собирается — если иконка девушки погаснет, наш побег могут обнаружить. Точнее, даже не так, нас, скорее всего, обнаружат. А этого мне точно не нужно, как-нибудь в другой раз поквитаюсь с этой дрянью. Однако и простить этой сучке потерю моего жизненно важного органа, без которого навыки стрельбы падали на значительный процент, я просто не мог. А ту боль, через которую мне пришлось пройти… Да даже не физическую, а психологическую! Подумать только, остаться в этом мире без единственного шанса на спасение — глаза являются моим главным орудием, без которого не то, что застрелить какого-нибудь ублюдка не получиться, так ещё и обнаружить залетную тварь, на вроде мимика, не выйдет. Нет, чисто теоретически, шансы на существование у меня бы остались. Да даже на жизнь! Эспер может прожить без зрения, с учётом того, если у этого самого Эспера все впорядке с головой, однако у меня с этим как-раз проблемы. Около трети запаса ресурсов уходит на то, чтобы не пуститься во все тяжкие, как в той треклятой лаборатории. Вот только это ещё не всё. Мне на своей шкуре удалось понять, что уставший Эспер — мертвый Эспер. Именно моя усталость жрала прорву ресурсов, дабы поддерживать разум в относительной чистоте, именно поэтому тогда, в торговом центре, мне не удалось услышать подкрадывающуюся опасность. Банально «сил» не оставалось, так как они уходили на поддержку здравого рассудка и нивелирования влияния наркотиков. Но это мы отвлеклись. Психованая подписала себе смертный приговор в том момент, когда набралась смелости лишить меня зрения. Это не ЧСВ, а констатация факта. Так же, как убийца должен быть готов отправиться на тот свет, так и насильница должна быть готова к экзекуции. Иначе никак. Это моя суть. — Ято, будь добр, постой на стрёме, — вытаскиваю два метательных ножа из кармашка разгрузки, которая, к сожалению, все ещё находилась на одной злобной твари, и передаю их своему временному напарнику. Тот лишь кивнув, замер у закрытой на ключ двери. Конечно было опасно оставлять позади этого парня… Особенно, учитывая, что сейчас я покажу ему свою не лучшую сторону, однако это было не совсем так. Он видел мой чёрный ник и, чтобы ему не говорили, должен понимать, насколько мои руки окрашены кровью. Ято ожидает от меня чего-то подобного. Готов поклясться, парень будет готов принять то, что я сейчас сниму штаны и стану несчадно трахать одну полоумную тварюку. Хотя… На это у нас нет времени. Сев напротив девушки, я ухмыльнулся в своей неповторимой манере — по словам Асуны, эта улыбка больше всего походила на огроменную выгребную яму — повертев в руках тот самый складной ножик. Эмми всё поняла без слов. В её глазах, где до этого была лишь звериная уверенность, вкупе с яростью, зародился чёрный океан страха. О, это просто непередаваемые ощущения, когда тот, кого ты всем сердцем ненавидишь, смотрит на тебя так! Я буквально ощущал её чувства, эту бурю эмоций. Она была словно материальной, словно её можно было потрогать рукой. Ей можно было насладиться, как дорогим вином, захлебываться этим пьянящим чувством превосходства… Да так и садистом стать не долго! Приподняв голову заплаканной девушки, чьи красные от слез глаза некогда надменно и воинственно смотрели на меня, я улыбнулся ещё шире. — Никогда не знаешь, как чертовка Судьба повернётся к тебе сегодня, не правда ли? — тихим вкрадчивым голосом спрашиваю у своей жертвы, кажется, впавшей в истерику. К счастью рот был закрыт кляпом, а её надрывный бубнежь… Даже если за дверью охрана, ставлю тысячу кредитов, что они считают это за мои мольбы о пощаде. Скажу больше, за стеной вообще никого нет — услышал как ребята ушли, когда я связал пленницу. Не хотят, видимо, слышать, что их дражайшая союзница делает с бедными заключёнными. Просчет-с. Острый кончик ножа неаккуратно вошёл в плоть, от чего из бледной щеки потекла струйка крови. — Знаешь, а я ведь могу тебя сейчас выдрать, как шлюху! — холодно смотрю в глаза Эмми, — или препарировать. Да много чего могу, хе-хе. Но, знаешь, мне не хочется прикасаться к плоти той, что познала эту древнейшую профессию. Брезгую. Посылаю ещё кроху ресурсов на то, чтобы остановить от чего-то проснувшееся безумие. Может во мне проснулись садисткие черты? — Но, знаешь, мне хочется, чтобы в следующий раз, когда ты, сука, решишь поиздеваться над кем-то, — начинаю двигать лезвие вверх, образуя тоненькую, но от этого не менее кровоточащую полоску, — ты вспомнила моё лицо. Дергаю руку. — М-м-м, — пытаясь дотянуться связанными руками до своего лица, кричит девушка. На месте левого глаза — я человек добрый, не стал лишать основного — виднеется страшное зрелище. От половины щеки до самого лба, шла глубокая ужасающая на первый взгляд рана. Некогда милое личико кричащей в агонии девушки, было забрызгано кровью, а общая бледность могла поразить кого угодно. Сам глаз же, похоже, сейчас стремительно вытекал из орбиты, если вообще, ещё не вытек. Я не садист, не подумайте, но она это заслужила в полной мере. Можно сказать, это была лечебная процедура! Зато в следующий раз, эта сука дважды подумает, прежде чем решиться на экзекуцию живого существа. — Ты закончил? — спокойно спросил Ято. — Да, можно идти, — не прощаясь с осевшей на пол Эмми, киваю.

***

Ято

Наблюдать за тем, что с Эмми делал этот «проклятый», было очень неприятно. Скажу больше, все инстинкты выли, что передо мной сейчас твориться преступление, причём откровенно мерзкое. Мало того, что девушку лишили глаза, так ещё и моральных травм после такого… Да их будет дохуя! Однако я не пошевелил и пальцем. Сейчас мне был необходим этот парень. Без него шансы на высвобождение становились совсем уж грустными. Да и к тому же… Волчок, как мне представился новый знакомый, имел полное право поступить так. Как оказалось, его лишили половины зрения, причём сделала это именно та девушка. И, возможно, это могло оказаться ложью… Только вот мне «посчастливилось» испытать на себе злобу этой бездушной твари, по имени Эмми. Эта сука… Целый день, ухмыляясь, как матёрый вивисектор, избивала меня до полусмерти, не желая слушать то, что я, вообщем-то, никакой не насильник, как она думала. А когда сил терпеть уже не было, из моих уст выскользнул один, вроде и не такой обидный, но всё-таки нелестный комментарий. Я назвал эту сумасшедшую шлюхой. Тогда-то её глаза и заблестели яростным блеском. До того раза она не опускалась ниже, чем простое избиение. Но услышав в свой адрес ЭТО, девушка словно с катушек сорвалась, она достала тот самый нож, которым минуту назад, ПК лишил её одного глаза. А дальше… Дальше начался ад. Эмми стала вырезать на моей руке то самое слово, которое услышала в свой адрес. А затем, когда моё сознание стало покидать бренное тело, ушла, вновь вернувшись через пару часов, чтобы продолжить издеваться надо мной. Нервно хмыкаю. Зато теперь, могу с гордостью заявить, что мне БЕСПЛАТНО изрезали всю руку одним и тем же словом. «Шлюха».

***

За дверью действительно никого не оказалось, вызвав на лице очередную ироничную усмешку. Ято тихой тенью шёл рядом. Его мастерство в скрытности просто поражало — даже моё восприятие игнорировалось. Я просто не мог услышать, как крадётся мой приятель, лишь шестое чувство, которое, похоже, так же зависело от восприятие, говорило мне, что рядом находится опасный хищник. Вот теперь можно сказать с уверенностью, что Ято действительно являлся профессиональным игроком. Осмотревшись, не замечаю никого из игроков. Находились мы в чем-то, отдаленно напоминающим катакомбы: длинные ржавые трубы, идущие вдоль стен, затхлый и мокрый воздух, да еле работающие лампы, не отдавшие богу душу лишь по той причине, что Город, от чего-то, не торопиться её забирать. Вообщем, как раз то, что нужно для побега. Разум, к счастью, в отличие от своего хозяина, записывал все происходящие по пути к заточению, поэтому, точный путь из этой клоаки был мне известен. Всего-то и нужно выбраться на улицу, после чего, под покровом ночи, да по закоулкам, свалить из этого импровизированного лагеря. Только вот один неверный шаг, и нам пиздец. — Ято, — выглядывая из-за стены, где находился единственный путь наверх, смотрю на небольшой столик, за которым сидят два игрока, — есть идеи как их обойти. Мой приятель пристроился рядом. Чтобы так же видеть происходящее, он присел, внимательно следя глазами за помехой. — В клане я как-раз возглавлял отряд диверсантов, — тихо начал он, — поэтому тут работа по моему профилю. Однако коридор слишком длинный, да и мертвых зон нет. Этот, — кивок на сидящего игрока, — смотрит в нашу сторону. К счастью, нас не видно благодаря темноте. Только вот дальше со светом все впорядке, что усложняет мне работу. — Могу попробовать убрать их с помощью ножей, однако велик шанс провала. Был бы глушитель, все было бы просто, а так… Тоже думал об этом, да и вариант с ножами лежит на поверхности. Единственное, я его не рассматривал, постольку поскольку не владею столь хорошим навыком. — Есть одна идея, — тихо говорю спрятавшемуся напарнику, — уверен, ты видел ту мою способность. Он кивнул. Ещё бы он её не видел, но вопросов, что ещё больше поднимает парня в моих глазах, задавать не стал. — Сейчас я поменяюсь местами с ближнем ко мне, а ты его по-тихому вырубаешь. Второй на мне. Вопросы? Вопросов не последовало. Расстояние между мной и ребятами, что, похоже, резались в карты, конечно достаточное, однако мне хватит сил. Откуда знаю? Просто чувствую* Вдох. Выдох. Главное не отправить своего противника на тот свет, иначе нас могут спалить, все по тем же иконкам в группе. — Отсчитываю время. После третьего касания начинаем. Кладу руку на плечо напарника. Второй раз. Третий. *Обмен* Молодой игрок даже не успевает удивиться, как получает рукояткой пистолета, прямо по башке. К сожалению, в школе для спец подразделений я не учился, поэтому вырубать противника не умею. Надеюсь, игрок не окочурился, а просто ушёл в мир грёз. Быстро шманаю тело действительно отключавшегося паренька. Ничего интересного, тем более класть бластер мне некуда. А сзади, словно призрак, уже стоит Ято, пополнивший коллекцию метательных ножей на три штуки. — У нас минут десять, — замечает парень, держа в руках лимонку. — Знаю. А На кой она тебе? — закончив с мародеркой, соскальзываю к ближайшей тени, где уже находился мой союзник. — Оставлю растяжку, — многозначительно ухмыляется парень, быстро смастерив елезаметную ловушку. Она располагалась на ступеньках лестницы, ведущей наверх. По мастерству могу сравнить, разве что, с Арго, что обнадёживало. Тот, кто обнаружит лежащие в отключке тела, скорее всего, наткнётся на растяжку, взрыв которой посеет в лагере неразбериху. Это нам только на руку. Минуя «подарок» Ято, аккуратно поднимаюсь наверх. К счастью, лестница не скрипела, поскольку была сделана не из дерева. Так, медленно шагая по ступенькам, я внимательно прислушивался к посторонним шорохам, подняв восприятие до максимума. Зрение, конечно, изрядно просело, однако со слухом все было более чем хорошо. То ли удача наконец мне улыбнулась, то ли ещё что, однако, когда мы с напарником выбрались из подвального помещения, а после ещё и на улицу, нам не попался ни один игрок. Нет, были конечно «дозорные», однако, судя по всему, «тюрьма» не входила в их обязанности. Впрочем, такую халатность понять можно. Какой шанс, что у заключённого есть какая-либо способность, на вроде той же магии? И это в постапокалиптическом мире. Те же игроки, которых мы вырубили, сидели там как раз на тот случай, однако, похоже, их лидер не учёл некоторых факторов, вроде «невидимости», «телепортации» и прочего дерьма, которое может помочь сбежать, причём без лишних проблем. Я поёжился. Ночь уже давно вступила в свои права, а бледный огрызок Луны, словно нависший над всем миром, тихо посмеивался над ничтожными двуногими, медленно, но от этого не менее эффективно, выкашивающими свою собственную расу. Мертвый город не располагал душевной добротой к людям, от чего на его ночных улицах пробирало до костей, особенно, если на тебе не было ничего, кроме тоненькой футболки, такого же несогревающего плаща, да военных штанов, испещрённых дырками разных мастей. Но, как бы холодно ни было в это время суток, оно скрывало наше присутствие — днём нас бы точно заметили, поскольку, когда на небе царит солнце, та большая часть лагеря, что отправилась в царство Морфея, бодрствует. К счастью, благодаря бледному свету от фонарей да отблескам костров, что находились ближе к центру этой клоаки, в лагере было не так темно — иначе пришлось бы искать какой-нибудь ПНВ в количестве двух штук. Но и отдельные участки, покрытые мрачными тенями, так же имели место быть, повышая таким образом шанс на удачный побег. Мы с Ято скользнули в близ лежащую подворотню. На той стороне, на крыше низенького домика, не имевшего более одного этажа, скучающей статуей застыл какой-то игрок, ленивым взглядом осматривая округу. Кроме него, сверху не было никого, по крайней мере, на первый взгляд. — Вырубишь этого так же, — готовясь к очередной порции головной боли — после последующего применения способности она лишь усиливалась — киваю на дозорного. Пройти этого игрока было слишком рискованно, так как с его позиции хорошо просматривалась местность, которую нам и было необходимо пересечь, дабы свалить отсюда куда подальше. Даю сигнал своему напарнику, после чего использую способность. Как только сознание фокусируется — в первые пол секунды после «Свапа» ощущение, словно мозг решил побывать в мясорубке — ухожу в близ лежащую тень, попутно осматривая округу. Никого. Из носа пошла струйка крови, заставив меня поморщиться. Ресурсы мозга медленно, но неуклонно уходят в никуда: кроме основной способности, усиленное восприятие довольно прожорливо избавлялось от них. Но, ничего, на часов шесть хватит. Аккуратно спрыгиваю с крыши и, поманив напарника рукой, продолжаю свой путь отсюда. Осталось всего-ничего, благо импровизированная тюрьма находилась почти на краю лагеря. Последним же препятствием нам послужили два игрока, устроившиеся на крышах трехэтажных зданий. Ещё раз ощущать, как твой мозг разбирается на атомы, не очень-то хотелось, благо этого и не нужно. Мы с напарником можем пройти по слепой зоне, коей являлись два-три метра от самих дозорных точек. Риск минимальный. Миновав последнюю двойку дозорных, мы с Ято наконец выбрались из столь неприветливого лагеря, держа свой путь к одной непримечательный машине, где, по словам одного мертвого ублюдка, должен находиться схрон оружия. Меня, на самом деле, сильно напрягало присутствие этого парня с кошачьими глазами, однако, даже если я попытаюсь его убить, в нашем ночном поединке, с большей вероятностью, одержит верх именно он. Мало того, что мой слух не может засечь поступь этого парня, так ещё и, судя по всему, он хорошо владеет метательными ножами. С упавшим зрением… Не уверен, что смогу его застрелить, а вот схлопотать нож куда-нибудь в область шеи, скорее всего, смогу. Тем более он мог убить меня уже много раз, даже за пределом лагеря. А поскольку я ещё жив… У меня появился рискованный, но очень выгодный план: взять Ято в группу. Он адекватный, по крайней мере, на мой скромный взгляд. Кроме того его навыки впечатляют. Если я когда-нибудь отправлюсь на тот свет, а с моей удачей это вполне вероятно, Ято сможет позаботиться о группе. А это самое главное. Ржавая крышка багажника с протяжным скрипом отошла в сторону, явив мне парочку бластеров, несколько огнестрельных пистолетов, кучу расходников, на вроде гранат и патрон, и один старенький карабин, носивший гордое наименование «М-16». С М-16 мне приходилось стрелять. Ещё когда ставил на свою ныне утерянную МП5 аддоны, хотел прикупить себе что-нибудь более убойное, а «американская старушка», благодаря цене, как-раз подходила. Однако она меня сильно разочаровала… Не прям дерьмо, конечно, но лучше не рисковать своей жизнью с этим карабином, целее останешься, ага. Однако эта М-ка выглядела чуть иначе. Скорее всего более современная, ибо по словам того же оружейника, та, с которой мне имелось удовольствие стрелять, являлась прототипным образцом, в котором ещё не успели «пофиксить» большинство недостатков. Достаю карабин и, проверив полный магазин, остаюсь удовлетворён. — Ято, — заряжая магазины патронами, смотрю в сторону лагеря, — можешь брать, что тебе нужно. А дальше смотри сам: хочешь — уходи, хочешь — иди со мной. Парень, который и без меня начал подбирать себе оружие, ближе склоняясь к ножам, тихо, в своей манере, хохотнул. — Я конечно уже «окрашен», однако ПК становиться желанием не горю. Я просто пожал плечами. — Тебя никто и не просит. В нашей группе вообще нет красных, за небольшим исключением. Живем, как все: качаемся, едим, спим, срём. Всё как у людей! — И как же тогда, позволь узнать, такой белый и пушистый ты стал «проклятым»? — иронии и сарказма голосе Ято, было столько, что хватило бы на треть какой-нибудь фразочки Арго. Но только лишь на треть, да. Тем временем мы уже успели неплохо экипироваться. Две удобные разгрузки, найденные в том же кузове ржавой колымаги, были нашпигованы полными магазинами с калибром 5.56 внутри. Ято же, видимо от большой любви к холодному, был украшен всеразличными метательными ножами, как новогодняя ёлка. Да и пару пистолетов прихватил. Если этот парень стреляет с них, как тот же Аки, остаётся только надеяться на то, что он присоединится к нам. — Как я тебе уже говорил, — я продолжал агитировать парня в нашу скромную «секту», — в этом мире не без уродов. Если же они переходят нам дорогу, приходится их устранять. Мне, вообщем-то, похуй, сколько таких придётся отправить на тот свет, главное, чтобы моя группа осталась целой и невредимой. — Справедливо! — хохотнул Ято, закончив с экипировкой. В этот момент глубокую тишину ночного города разорвал глухой взрыв, похоже что, осколочной гранаты. — Похоже, оставаться здесь опасно, — оставив М-16 висеть на ремне, закрываю багажник, — В общем, ты меня понял. Что бы ты ни выбрал, желаю удачи! Я пошел. Я посеменил в сторону нашей лежки, готовый в любой момент получить пулю в спину. Был бы Ято слабее, уже бы давно отправил того на тот свет, а так, нет у меня возможности справиться с ним. Шанс на его честность куда больше, нежели на мою победу, так что приходиться рисковать. В очередной раз. Но, к счастью, выстрела не последовало. — С тебя услуга, — хмыкнул бежавший слева от меня парень, решивший, похоже, принять моё предложение.

***

Арго

Гнетущая тишина сильно давила. Рико, следившая за нашим сном половину ночи, улеглась спать, попутно разбудив меня. Время неизбежно уходило, а один идиот, любящий искать неприятности на свою задницу, так и не появился. Я устало вздохнула, отхлебнув из грубой железной чашки небольшой глоток горячего кофе. Найти хороший бодрящий напиток в этом мире было не то, чтобы не просто, но и не легко. Однако, местные умельцы, НПС, как-то научились выращивать этот божественный продукт, только вот, боюсь, не всем захочется знать, каким образом создают эти кофейные зёрна. Кто знает, может это кладка какого-нибудь опасного монстра? Или же чьи-то фекалии… Хотя, какая разница, как делают кофе в этом мире? Главное, что он все такой же вкусный. В последнее время мои действия вышли за грань логики, от слова совсем. Вместо того, чтобы уйти из этого проклятого города, я решила остаться здесь и дождаться своего вечно проблемного напарника. Юки ещё вчера, благодаря местной медицине, встала на ноги. Спинни был жив, на что указывал статус в списке друзей. Из группы он, по какой-то причине, вышел часов пять назад. Однако он точно не стал бы нас просто бросать, после всего случившегося. По крайней мере, верить в это я не хочу и не могу. Это нечто вроде шестого чувства — я просто чувствую, что парень вернётся. Да и к тому же, если думать логически, смысла этого делать — предавать — просто нет. Мало того, что он ушёл на легке, так ещё в одиночку ему будет куда сложнее, чем с группой. «Когда это ты стала думать прежде всего чувствами, а потом разумом?», — в голове всплыл образ отца. Его вечно ехидная улыбка, перекочевавшая на моё лицо, сейчас беззлобно скалилась. От воспоминаний меня отвлёк звук коммуникатора. — Ты не ставила новых ловушек? — с той стороны раздался усталый, но такой знакомый голос. — Нет, — Я позволила себе чуть улыбнуться. — Тогда принимай гостей! — коммуникатор затих. Кажется, мне опять пришлось волноваться из-за этого идиота… Когда будем в городе, нас ждёт очередной разговор за чашечкой чая. Или же кофе? Не важно.