Чонгук, кто же ты для меня?

***

      Календарь показывает тринадцатое октября. Стрелки часов не спеша переваливают за полночь. Лечащий врач молодого папочки Юнги, с редким именем Руни, идёт по тёмному узкому коридору, размышляя, на первый взгляд, об очень важных вещах. Он вспоминает любовное признание Дживона и надеется на благоприятный исход их совместного замысла. Мужчине хочется верить в лучшее, но всё рушится, как карточный домик, ведь внутренние чувства его младшего брата не пытаются сдержать обиду на мелких засранцев Мин, Чон и Ким, а всё из-за того, что несколько месяцев назад, когда проходил весеннюю практику в школе, он получил отказ.       По школьным правилам практикантам строго запрещено влюбляться в подростков, но Дживона это вовсе не остановило. Он хотел заполучить Юнги любой ценой, поэтому готов на всё, лишь этот скромный мальчишка оказался у него в постели. Даже, если придётся задействовать грязные приёмы, будет всё равно, ведь сейчас нужно отомстить за обиду и присвоить себе принадлежащее.       Руни продолжает нервно шагать по коридору больницы, а его сердечный ритм, с каждым шагом, ускоряется. Именно сегодня ему нужно выполнить просьбу брата. Мужчина не хотел поступать именно так с Юнги и его любовниками, но родственник настоял на своём: ночью, в пятницу тринадцатого, устроить секретное похищение младенца, который всем своим видом будет напоминать любимого человека.       Внутреннее сомнения доктора, сжигали его изнутри, не позволяя принять правильное решение, поэтому он старался переключиться на что-то другое. Но, вопреки дискомфорту, мужчина в белом халате, всё же достаёт из кармана телефон и набирает номер брата, который, возможно, уже на полпути к больнице.       Дойдя до нужной двери, Руни заходит в свой освещённый кабинет, громко хлопает дверью и внимательно осматривается по сторонам. Никого не заметив поблизости и не услышав ответа в средстве связи, убирает прибор от лица. Смотрит на ручные часы и тихо шепчет «начали». Затем нажимает на бесперебойнике специальную кнопку, что позволяет запустить компьютер. Звук щелчка и гудение дисковода, разрушает тишину, но это не так важно, ведь именно из-за этих мелочей Дживон, возможно, будет счастлив.       Мужчина присаживается за рабочий стол, откладывает телефон в сторону и открывает электронный журнал, в котором хранится список всех пациентов роддома №1. Пролистав до буквы «м», доктор находит имя «Мин Юнги» и вбивает под ним нужную информацию.       На экране появляется надпись: «Мин Югём — сын Мин Юнги и Ким Намджуна — умер спустя два дня после рождения. Его биологические родители к этому, к счастью, не причетны. Но это не означает, что они полностью не виновны в гибели малыша. Констатация смерти погибшего — угарный газ, который чудным образом распространился по всей палате и практически не задел лёгкие взрослых людей. Они находились дальше от источника, поэтому их удалось спасти. В скором будет проведена специальная экспертиза, которая точно поможет узнать из-за чего наш мир потерял такого замечательного младенца…».       Слова, которые появились перед глазами, звучат очень странно, но доктору нравится. Руни улыбается во все тридцать два зуба, а затем истерически начинает смеяться. Нервы всё же расшатались окончательно. Он теперь точно злится на Дживона, который намертво влюбился в напыщенного мальчишку. А сам же Юнги вечно думал только о своей семье и любимых, вовсе никого не замечая вокруг, что раздражает и выводит из себя младшего брата Руни.

***

      Прошло два с половиной часа. Похищение младенца прошло успешно. Его отвезли в отделение малюток, а молодому папочке с любовниками назначили процедуры, которые помогут очистить дыхательные пути. На улице до сих пор правит ночная владычица, она ещё не уступила место утренней заре. Доктор Руни прогуливается по парку, неподалеку от больницы. Он не знал как теперь смотреть в глаза Юнги, поэтому заранее попросил коллегу подменить его на ночном дежурстве. Тот согласился и заступил на пост. — И что мне теперь делать? Уволиться что ли? — прошептал сам себе мужчина и поднял глаза к небу. — Интересно, а там меня накажут? Или же простят? Это же не мой грех, а брата. Вот пусть он и разбирается. Хотя, если так подумать, то он сейчас может быть со своим новым папенькой, которые ради своего малыша готов на всё. Значит отмазать от любого дерьма тоже сможет, — тяжело выдохнул и сел в беседке, на скамейку.       Мужчина снова вошёл в свои мысли, не замечая собственно монолога. В размышлениях, он запрокинул голову назад, скрестил руки на груди и облизал пересохшие губы. Нагло усмехнулся, ощущая своё превосходство. Ему в голову пришла одна гениальная идея. Не долго думая, он решил её осуществлять.

***

      Прошло ещё немного времени. Руни быстрым шагом вошёл в кабинет главного врача, который недавно вернулся на работу. Сел напротив него и вопросительно изогнул бровь. Лечащий врач Юнги не знал с чего начать разговор, поэтому надеялся, что вышестоящий по рангу человек сам поймёт о чём будет речь. Но тот упрямо молчал, перебирая документы и терпеливо ожидая начало диалога.       Так они просидели минуты две. Никто не мог разрушить повисшее молчание. Но Руни всё же не выдержал первым. Он глубоко вздохнул и задал вопрос, который очень сильно беспокоил его: — Мой брат ведь ещё не приехал? — вопросительно изогнул бровь и сжал в напряжении кулаки. — Нет, не приехал, — главврач недовольно фыркнул. — Ты же знаешь, что он вечно опаздывает, так почему задаёшь такие идиотские вопросы? Совсем головой тронулся? — выдохнул через нос и поднял глаза от бумаг. — Со мной всё в порядке. Я просто кое-что придумал, — Руни довольно усмехнулся и поспешно из кармана достал приличную сумму денег. Он кинул конверт на стол и довольно цокнул языком. — Ну что вы согласны мне помочь? — Смотря как именно мне тебе помогать? — главный врач с прищуром посмотрел на брата Дживона. — Хочу, чтобы вы мне отдали Югёма, а брату — подсунули левого малыша, который никак не связан с Юнги и его хахалями. — Чего? Ты совсем с ума сошёл? Ты с братом прожил очень много времени, а до сих пор не знаешь какой он, когда пытается показаться крутым. — Да знаю я, — возмутился Руни, хрипло выдыхая. — Просто хочу удостовериться, что с ребёнком всё будет хорошо. Я же как никак его принимал. — Да, ты действительно сумасшедший! Зачем тебе нужен этот спиногрыз? Он же все нервы тебе съест, — главный врач взял конверт с деньгами, встал с места и подошёл к окну. Он посмотрел на предложенную сумму, довольно усмехнулся и перевёл взгляд на аллею, понимая, что сейчас их действия напоминают преступление. — Хорошо. Я согласен, только помню если что-то пойдёт не так, то вся ответственность ляжет на твои плечи. Ты решил обхитрить брата, даже не поставив меня в известность. — Ладно, только вы тоже молчите и выполняйте свою работу, как мы договаривались, ведь в этом сценарии вы играете очень важную роль. Не забывайте об этом.       Руни встал из-за стола, подошёл к главному врачу, похлопал его по плечу и с широкой улыбкой собрался выходить из кабинета. Но вышестоящий по званию, схватил его за локоть и посмотрел внимательно в глаза. — Да, я понял. Только теперь выслушай мои условия. Ты сейчас же мне расскажешь, что собираешься делать с Югёмом, — сжимая сильнее пальцы, выдавил сквозь зубы. — А это не ваше дело. Вы получили деньги, а всё остальное вас не касается, — заявил Руни и дёрнул руку на себя. У него не получилось освободиться от стальной хватки, поэтому он рыкнул и тихо ответил на поставленный вопрос. — Да чёрт с вами. Я просто хочу два месяца самостоятельно воспитывать сына Юнги, а потом подкинуть его Чонгуку. Пусть он помучается и постарается вспомнить свои издевательства надо мной, когда мы в детские годы играли в войнушки. — Да ты злопамятный, — отпуская руку Руни, засмеялся главный врач. — Конечно. Детские обиды ведь не забываются. — Но помни, гаденыш, Югём — это не игрушка. Ему нужно будет твоё внимание и забота.       Руни кивнул. Он как никто другой прекрасно это понимал, ведь в детстве ему этого не хватало. Родители вечно думали о будущем Дживона, забывая о старшем сыне. Они не позволяли мальчишке нормально открыться и побыть полноценным членом семьи. — Хорошо. Я постараюсь быть лучшем родителем на свете, — улыбнулся Руни и тихо добавил. — Только Югёма больше нет. Отныне малыша зовут Пак Чимин. Его родители Чон Чонгук и какой-то неизвестный омега, который не пожелал самостоятельно воспитывать сына, подкинув его молодому отцу под дверь.       От услышанного, главный врач взялся за голову. Он нырнул пальцами в свои черные волосы, прикрыл серые глаза и сиплым баритоном прошептал «пиздец». Ему сложно поверить в то, что Руни действительно продумал каждую мелочь своего плана, ведь раньше этот человек действовал спонтанно и не обдуманно. Но сейчас видно, что он вырос и, кажется, поступает по совести, ведь как не крути малыш будет расти вблизи с биологическими родителями.

***

      Прошло ровно два месяца. Яркое утреннее солнце светит в открытое окно. Облака периодически закрывали его, но это не мешало зимнему асфальту немного прогреться. Стрелки часов перевалили за полдень, а значит заядлым соням пора просыпаться. Только Чонгук крепко спал в своей кровати. Он снова провёл ночь с совершенно незнакомым омегой, который чудным образом пробрался в постель. Он немного похож на шлюху, но Чона это мало волновало. Парень даже не задумывался о том, что мог подхватить какую-то болезнь. Ему плевать, ведь попросту хотелось отдохнуть от надоедливой учебы, криков братьев и слёз Юнги, который до сих пор яро вспоминал своего первенца.       Омега впадал в истерику и громко плакал, не подпуская к себе посторонних детей. Он пытался отыскать родного, но ничего из этого не получилось, а надежда на благоприятный исход заканчивалась провалом. Было сложно пережить такой период в собственной жизни, но альфы потихоньку пытались подбодрить. У них даже появился некий успех. Юнги более менее нормально собирается закончить школу и подать документы в университет, на специальность «учитель младших классов». Это пошло ему на пользу, ведь теперь учёба у него стояла на первом месте.       По комнате раздался телефонный звонок. Чонгук вяло приоткрыл от сна ресницы. Осмотрелся вокруг и недостаточно прищурился. Резкий запах алкоголя попал в нос, от чего парень чуть ли не блеванул в постель. Он вовремя закрыл нос и рот ладонью, от чего рвотный позыв спустился вниз по горлу и всё же остался в организме. Отдышавшись, парень перевернулся на бок, достал, на рядом стоящей тумбочке, телефон и не смотря кто там, принял вызов. — Алло, я слушаю, — хрипло проболтал, еле шевеля пересохшим языком и губами. — Это беспокоит компания ООО. Вам сегодня придёт посылка. Пожалуйста, получите её и подпишитесь там, где скажет курьер. Если нужно, он вам поможет, ведь я понимаю, что сегодня ночь у вас была чересчур жаркой, — голос прозвучал как автоответчик, а затем послышались гудки. Чонгук даже не понял, что произошло, но в голове снова раздался какой-то звон. Он опустил глаза, увидел оповещение о входящем смс. Открыл его и бегло просмотрел. Там было написано: «спасибо за потрясающую ночь. Я никогда тебя не забуду. Ты в постели бомба! Если захочешь продолжение, звони по этому номеру. Буду ждать с нетерпением, мой тигр! Люблю! Целую! В жопу посылаю! Прости, что ушёл без предупреждения, мне нужно было срочно уехать по делам! Надеюсь, я вымолил у тебя прощения! А если нет, то…». Внизу под текстом была сексуальная фотография обнаженного омеги, который крепко обнимал Чонгука за талию и утыкался носом в шею, не позволяя нормально рассмотреть очертания лица. — Ох, тело у него действительно потрясающее, — заметил Чонгук, откидывая в сторону телефон. Он даже не удосужился его заблокировать. Затем мужчина просто встал и пошёл в сторону ванной. На полпути замер на месте, ведь услышал дверной звонок. Натянул первое попавшиеся вещи и пошёл открывать входную дверь.       На пороге стояла небольшая синяя коляска. В ней лежал где-то двухмесячный малыш, который громко плакал. Чонгук снова поморщился от головной боли, сделал несколько шагов вперёд и растерянно осмотрелся вокруг. Никого не заметив, посмотрел содержимое коляски, увидел записку, раскрыл её и принялся читать. С каждым предложением глаза становились всё больше и больше, а сердце забилось чаще. Он ясно понимал, что это чадо ему досталось от какого-то омеги, здесь даже документы имеются. Но откуда они взялись? Как установили отцовство? Чонгук ведь не давал согласия? Столько много вопросов и ни одного ответа. Но самое главное, альфа всегда мечтал быть отцом, но не думал, что после утраты Югёма, это будет настолько невыносимо больно и приятно одновременно. Теперь придётся воспитывать и называть Пак Чимин – своим сыном, ведь в детдом этого малыша точно не сдадут...

The end Fleshback