Уравнение выбора

— Эрен, тебя начальство вызывает. Эрен поднял голову и посмотрел на секретаршу. Очки съехали с её носа, и она стала похожей на строгую учительницу младших классов. В кабинете ждал... живой сюрприз. Ривай сидел на диване, закинув ногу на ногу и общался с начальницей, попутно листая документы. На Эрена он демонстративно не обратил внимание, хотя и явно знал, кто вошёл. Начальница дала распоряжение проводить гостя до кафе, показать, где уборная, а затем вернуть обратно. Ничего сложного, Эрен не раз такое делал, вот только ни разу гостем не оказывался Ривай Аккерман. — Хорошо, — Эрен кивнул, повернулся к Риваю и натянул на лицо дежурную улыбку приветливого работника, — следуйте за мной, пожалуйста. Даже фамилию Эрен не мог произнести вслух — сердце болезненно отзывалось на каждый звук погребённого в недрах памяти имени. Ривай поднялся, поблагодарил начальницу и последовал за Эреном. — Куда вас сперва проводить? — В уборную. Они обменивались короткими фразами, и Эрена это вполне устраивало. Никакого желания не было общаться на старые темы и бередить раны, которые только-только начали заживать. В кафе Ривай заказал еду на двоих и предложил Эрену пообедать с ним, и так, что тот понял — отвертеться ему не позволят. — Я не голоден, — предупредил он на всякий случай. — Мне всё равно, — ответил Ривай и взял поднос, — ты мой навигатор, так что сиди рядом. Почти как собачка, только команды «к ноге» не хватало. Ривай поставил перед ним тарелку с супом и велел есть. Эрен честно пытался, но под внимательным взглядом, провожающим каждое его движение, получалось плохо. Кусок в горло не лез. Создавалось ощущение, что над ним издеваются или за что-то мстят. — Ты плохо ешь. — Я же говорил, что не голоден. — Эрен отодвинул ополовиненную тарелку супа, доел оставшийся кусок хлеба и сложил руки в замок на коленях. Он не мог поднять взгляд на Ривая и молился, чтобы пытка окончилась как можно скорее. Запертые на замок чувства и воспоминания рвались на свободу. Эрен думал, что давно обуздал их, но он ошибался. — Спасибо за подарок, — неожиданно сказал Ривай. Он отодвинул пустые тарелки в сторону и попробовал чай. — Ну и гадость. Эрен едва заметно улыбнулся. В их кафе чай был ещё отвратительнее, чем кофе. Хотя казалось бы — уж чай-то испортить никак нельзя, особенно пакетированный, а поди ж ты. Маленькая месть, от которой внезапно на душе стало лучше. — Шарф можно было не возвращать. — Он не принадлежит мне, — ровно сказал Эрен. Руки задрожали, и пришлось сильнее сжать ладони. — Это был подарок. — Подарки не дарят тем, кого ненавидят. — Я тебя не ненавижу. — Вы были другого мнения, когда мы встречались до конференции. — Я тогда не помнил... не знал всего. Эрен поднял глаза и встретился взглядом с Риваем. — Я вам и так сказал больше, чем следовало. Вы мне отказали. Я принял ваш отказ. — И сбежал! — Я не сбегал, — пальцы впились в кожу, и пришлось руки зажать между бедрами. — Что угодно, но только не это. — И как же ты себя оправдал? Эрен почувствовал, как внутри поднялась волна недовольства и раздражения. Губы задрожали. Получается, он виноват в том, что признался и постарался не попадаться на глаза? — Я себя не оправдывал, — чётко сказал Эрен, но голос едва слышно дрожал, — я не сдерживал вашу свободу. — Ты за меня не боролся. — Потому что уважаю ваш выбор! Не вы ли меня учили, что не нужно сожалеть о сделанном? — Эрен резко поднялся, хлопнув ладонями по столу. Кругом все замерли, обращая на них внимание. — Так ты знал, — прошептал удивлённо Ривай. Глубоко вздохнув и стараясь успокоиться, Эрен тихо произнес: — Извините, мне надо вас покинуть. Я попрошу найти мне более достойную замену. Он пулей вылетел в коридор и побежал в курилку. Эрен ненавидел запах сигарет, но там разрешалось открывать окна. Он был в лёгкой одежде, на улице лютовал мороз, но ему было необходимо хоть что-то отрезвляющее. ═══○◊○══○◊○═══ Эрен так и не смог вернуться в офис. Он дождался окончания рабочего дня, проскользнул под самое закрытие, собрал свои вещи и так же тихо сбежал через чёрный ход, которым пользовались уборщицы. Он не понимал, зачем играет в шпионские игры. И пока его сознание металось, пытаясь решить все вопросы, сердце лихорадочно билось от счастья. — Райнер, — Эрен позвонил ему, когда устал бродить по парку и замёрз, — забери меня, пожалуйста. — Что-то случилось? — мгновенно понял он. — Он здесь, — коротко ответил Эрен, хотя не собирался этого делать. Долго ждать не пришлось — через семь минут машина остановилась у ворот парка, Эрен сел на переднее сиденье, потянулся к Райнеру и крепко его обнял. Ему было нужно почувствовать реальность, которая всё больше ускользала и путалась с прошлым. — Ты ведь ничего плохого не сделаешь? — спросил Эрен. — Ему? — Мне. — Ни за что. Эрен поцеловал его, стирая горечь мыслей и надежд о Ривае. — Давай до дома доедем, ладно? Нехотя Эрен оторвался от него и кивнул. Прогнать навязчивые мысли, что он изменял Риваю, было сложно. Хотя Райнер — его парень, но Эрену казалось, что он предаёт Ривая и их уютный домик, который они вместе обустроили у леса, подальше от стены Марии и людей. Всё для того, чтобы об Эрене забыли и не травили как последнего оставшегося титана. ═══○◊○══○◊○═══ — Нам надо поговорить, Эрен. — Мы уже всё выяснили. Это была уже пятая попытка поговорить за день и семнадцатая за всё время. Эрен избегал Ривая, но тот всегда находил его, где бы он ни прятался. Словно Риваю в голову установили навигатор с конечной точкой назначения «Эрен». Или ребята сдавали. Хотя вряд ли, Ривай если и мог очаровать, то только кого-нибудь, помешанного на суровости. — Эрен. Он вздрогнул от собственного имени, сказанного впервые тем тоном, каким Капитан звал его пить чай или ложиться спать, прежде чем сказать «спокойной ночи». Очень подло манипулировать с помощью своего голоса и интонаций. — Эрен, прошу, давай поговорим. На плечо легла ладонь и сжала его, развернула. Ривай освободил плечо и пробежался пальцами невесомо по шее, обрисовал контур лица, потрогал волосы, но на большее не посягнул. — Как мне всё исправить? Эрен покачал головой и посмотрел на окно напротив. Смотреть на Ривая было невыносимо, особенно когда он так близко и его дыхание касается кожи, а по спине от каждого касания бегут мурашки. Его всё ещё вело от этих прикосновений. — Извините, но поздно что-либо менять. У нас ничего не получится. — Я хочу попробовать. Руки бессильно сжались в кулаки. — Это уже невозможно. Слишком поздно. — Всё из-за Райнера? Эрен посмотрел на Ривая. Он их видел? Знает о том, что они встречаются? — Ты забыл, что он сделал? Он тебе руки резал, прикидывался твоим другом. Из-за него стена Мария пала. — Это было несколько веков назад, Ривай. Всё изменилось, и мы изменились. Эрен об этом думал. И взвешивал любые варианты, прежде чем согласиться на предложение Райнера. Он здраво рассудил, что даже если Райнер помнит свою прошлую жизнь — а он ни разу не сделал ни единого намёка, что это так, — он не хочет, чтобы она влияла на их нынешние отношения. Поэтому Эрен согласился. И не жалел. Наверное. — Я не хочу меняться. Я слишком поздно вспомнил то, что поклялся никогда не забывать. Эрен так хотел ответно погладить Ривая — он очень сильно походил на того человека, которого Эрен любил, но так и не признался в своих чувствах. А этот Ривай отказался от них, поселив в его душе сомнения. — Это не ваша вина, — Эрен не закончил движение ладони, замершей перед лицом Ривая, и теперь не знал, куда ее деть. Ривай легко решил проблему — перехватил ладонь своей и сжал. — Ты мог намекнуть. — Вы бы мне не поверили, — Эрен просчитывал и этот вариант, но отмёл его как самый сумасшедший из всех. — К тому же, вы всё равно ничего не вспомнили. — Ты уже это делал, — не спрашивал, а утвердительно сказал Ривай. Он выпустил Эрена и тяжело вздохнул. Так вздыхал Капитан, когда уставал корпеть над документами. Эрен помнил, как ещё до победы однажды проскользнул в его комнату без предупредительного стука — Ривай спал на документах, и Эрен укрыл его пиджаком. После приходил к нему среди ночи уже с пледом и уговаривал ложиться спать хоть ненадолго; после долгих споров и отнекиваний Ривай сдавался — Эрен радовался его уступкам и каждое воспоминание нанизывал на общую нитку. Теперь это всё выходило боком. — Возможно, — не стал спорить Эрен. — Память или нет вами движет, но вы забыли кое-что. Сейчас другое время, и мы не можем... — Должны! — оборвал Ривай. Он обнял Эрена, уткнулся лбом в плечо и глухо спросил: — Ты меня так и не простил, да? — Я же говорил, что был готов к вашему отказу. — Я не об этом, — Ривай покачал головой, и его короткие волосы защекотали шею. Он отстранился, посмотрел на Эрена и вдруг поцеловал. Не ожидавший подлянки Эрен не знал, что делать. Первой мыслью было... да не было вообще никаких мыслей. Ничего. Пустота. Когда Ривай оторвался от его губ, он выглядел очень расстроенным. — Прости. Я правда сожалею, что сделал это, но не мог поступить иначе, хоть и очень хотел. Нехорошее предчувствие заскреблось между лопаток. — Что вы сделали? — прошептал Эрен, холодея. — Эрен, твоя смерть в прошлом на моей совести, — Ривай хотел ещё что-то добавить, но телефонный звонок прервал его. Да и в коридор вышли две женщины, разговаривая о покупке цветов к празднику.