«Этот парень слишком светлый, чтобы сгнить в этой тьме»

— Думаю, мы начнём отсюда, — говорит девочка и в следующее мгновение Ньют видит самого себя со стороны. Блондин из воспоминания кое-как отлепляет худющее тело от кровати и неприятно жмётся от холода, стараясь сильнее закопаться в старый свитер. Медленно перебирая ногами, он направляется в душ, потом на кухню, отрывает страничку календаря. «13 марта» - гласит напечатанный текст и Ньют вздрагивает, когда воспоминания волной накатывают на него. — Томми, — вдруг выдыхает он и в эту же секунду по квартирке разносится трель дверного звонка. Из-за неожиданности, Ньют из воспоминания, просыпает кофе по всей столешнице и тяжело вздохнув, не спеша направляется открывать. — С днем рождения! — разноситься громкий крик до боли знакомого голоса, но Ньют не смеет даже выйти в прихожую вслед за самим собой. — Я подогнал тортик и подарок, — продолжает пришедший. — Не стоило, Томми, — тихо бормочет голос Ньюта, но друг пропускает это мимо ушей и летя вперёд хозяина квартиры оказывается на кухне. Дыхание Ньюта, который наблюдает за всем этим со стороны, сбивается к чёрту, а сердце начинает бешено стучать. Этот Томас, совершенно не похож на Томаса-врача. Его волосы торчат во все стороны, на лице недельная щетина, да и вообще, он выглядит, как студент, а не врач. — Ты знаешь, что сейчас будет? — спрашивает Тереза, почувствовав, как парня начало потряхивать. — Я поцелую его, но он уйдёт… — Тихо бормочет Ньют и видит, как всё воспоминание остановилось за секунду до той зловещей ошибки. — Как ты умер, Ньют? — в лоб говорит девочка, а Исаак замирает… — Я… я не… не помню, — испуганно бормочет он, но в голове пустота. — Я был в больнице? — Нет, Ньют, — вздыхает брюнетка. — Я же говорила уже, что ты не был в больнице. То, что ты воспринимаешь как воспоминания о больнице… на самом деле, является предсмертным видением, но ты был там так долго, что начал забывать, что было в реальности. — Что же тогда случилось? — заглядывая в глаза девчушки, интересуется блондин и вдруг, вместо кухни Ньют видит себя, стоящего на крыше какой-то многоэтажки и нерешительно подходящего к краю. В голове целый шквал мыслей, но одна единственная затмевает их все… лицо Томми, его Томми, который смог простить тот поцелуй на кухне, который был рядом, когда обижали, который спасал от срывов, который напоминал, что надо есть… но, увы, в голове засела картина с тем, как осуждающе смотрит на него друг… в его глазах, чуть ли не презрение. А из-за чего? Ну, кто мог подумать, что когда-то «лучший друг» Ньюта, будет знаком с Томом… кто мог подумать, что он сможет повесить лапшу на уши о том, что блондин был крайне дорогой шлюшкой в своём колледже. Кто мог подумать, что жизнь отберёт у него последнюю надежду. Неожиданно, тишину разрывает звонок телефона… на экране высвечивается фотография, а на дисплее ярко горит: «Томми». Кажется, он всё-таки прочитал последнее сообщение Ньюта. — Ньют, не смей! — первое, что говорит друг, когда блондин всё-таки поднимает трубку. — Я уже подъезжаю, подожди меня! — буквально умоляет друг, но Ньют понимает, что это конец… тот самый конец. Конец, как в книге без хэппи энда, когда ты вроде закончил читать, но слёзы всё ещё текут по-твоему лицу. Как конец грустного фильма, когда все выходят из зала, а ты сидишь и не понимаешь, как жить после этого. Тот самый конец, который так интересовал Ньюта. Только вот… почему-то сейчас, стоя на краю крыши он всё ещё ощущает, что это тот самый, пресловутый, конец, а не выход, как говорили друзья в тех глупых шоу. И ведь только сейчас, стоя возле того самого конца, Исаак впервые задумывается, а может всё-таки правы эксперты… вдруг, физическая боль, всё же куда хуже моральной. Жаль, что этого уже не узнать. — Прости, Томми, — выдох, шаг, темнота.

***

— Теперь ты всё вспомнил? — спрашивает Тереза, глядя в заплаканное лицо парня. — Я могу попросить кое о чём, прежде, чем умру? — спрашивает Ньют, смотря куда-то сквозь неё. В это же мгновение крыша растворяется, и вместо неё, Ньют видит Томаса, который сидит на коленях перед свежей могилой, а по его лицу текут слёзы. — Он же простит? — Конечно простит, Ньютти. Он простит и продолжит жить, но каждую субботу он будет приезжать сюда и класть одну белую розу для парня, который был невинен, но сломлен, — грустно выдыхает девочка, выпуская ладонь Ньюта из своей. — Тебе пора, — после небольшой паузы, шепчет Тереза и кивком указывает куда-то в сторону. — Прощай, Ньют, — тихо выдыхает брюнет, поднимаясь с колен и смахивая со щёк слёзы. — Прощай, Томми, — отзывается блондин, после чего вкладывает свою ладонь в руку младшей сестры и уходит.

***

— Томас, как мы назовём мальчика? — интересуется Бренда, глядя на мужа, который берёт белую розу, что одиноко стояла в вазе. Мужчина даже не успевает ответить, как их десятилетняя дочь – Тереза – запрыгивает на диван возле матери и крепко обняв её, говорит: — Ньют! — по спине Томаса пробегается холодок, а колени подкашиваются. — Да, а почему? — смаргивая слёзы, бормочет Бренда. — Мне приснился красивый мальчик с белыми крыльями, он сказал, что его зовут Ньют, — пожав плечами просто говорит девочка, а Томас судорожно выдыхает и медленно садится на стул. Всё-таки Бренда была права, когда говорила, что Ньют всегда будет рядом со своим Томми.

Конец