Голос не всегда нужен

Шизука вновь проснулась, и потянулась, словно кошка, сгоняя все что осталось после сна из головы. Не открывая глаз, она услышала тихое кошачье «Мяу!». Резко открыв глаза, она увидела, что находится в совершенно незнакомом ей месте. Оглянувшись, девушка была просто потрясена красотой этого места. Это был большой красивый сад, «сердцем» которого было фортепиано, на коим не так давно спала композитор. Здесь росло много цветов, и столько же летало бабочек, с ярким голубым окрасом больших крыльев. Из деревьев тут росла только одна, большая сакура. Её лепестки были нежного розового цвета. Сказать честно — это самое красивое, что было здесь. Хоть и была ночь, вокруг было светло. Здесь все цвело и пахло, казалось, что это какой-то королевский сад.

«Всё же это сон... »

Глаза Шизуки сияли от радости, вся эта красота вдохновляла на создание невиданных шедевров. Бабочки летали по всему саду, и возле неё. Некоторые даже садились на волосы или руки — и улетали. Не все, некоторые все же оставались, и щекотали нос и щёки девушки своими яркими крылышками. Очередное «мяу», а после что-то мягкое коснулось ноги девушки. Посмотрев на маленькое создание, с окрасом ночи, около своей ноги, голубоглазая лишь улыбнулась.

«Тот самый котик... По-моему, я его где-то уже встречала раньше... Нанами-сан говорила, что его зовут Куппуру... Такое милое имя... Вообще, он очень необычный... Особенно его глаза... »

Осторожно, будто боясь навредить, Шизука погладила кота. Он, конечно, был не против, лишь загадочно сверкнул своими яркими зелёными глазами, и улыбнулся. Как-то по особенному... Прыгнув сначала на коленки сидящей девушке, а потом и на фортепиано, Куппуру прошёлся лапками по некоторым из них, создавая нежную, но совсем короткую мелодию длиной в несколько нот. Шизука не совсем обратила внимание на это, ибо была зачарованная происходящим...

«Хотелось бы, чтобы этот сон не заканчивался никогда... Жаль только что здесь нету Нацуки... Думаю, тогда уже прекраснее некуда... »

***

На утро Шизука отчётливо помнила каждый, даже малейший, фрагмент сна, но пока не хотела рассказывать о нём никому. Втайне она надеялась, что ей приснится подобное ещё раз.

«Надеюсь, Нанами-сан придёт сегодня... Интересно, как там Нацуки-сан? Так хочется его увидеть... »

Щёки приобрели лёгкий красный цвет, а в животе запорхали бабочки. Девушка улыбнулась, и пока витала в своих мыслях, и сама не заметила, как в палату зашла медсестра. —Мисс Шизука, время процедур.

***

Тем временем в академии Саотоме Ринго-сенсей был в кабинете у директора. До окончания учебного года оставалось не много, но и не мало. Поэтому, готовится надо было уже сейчас. —Но что тогда с ней делать? Вы ведь знаете, что Шизука не может говорить, зачем тогда поручать ещё и ей такое задание? Синомия ведь её напарник, можно же поменять как-то? Ринго был в недоумении, и даже немного в злости. Он учил девушку не так уж и много, но этого было достаточно. Достаточно для того, чтобы читать свою ученицу, как открытую книжку. Цукимия знал, что Шизука, хоть и нежна, как цветок, умеет добиться желанного, если, конечно, сама захочет. Он неоднократно видел её прекрасные песни — привычка такая у неё, оставлять свои вещи где попало. Но он никак не понимал, зачем Саотоме так поступает. Но директор, загадочно сверкнув глазами, и таинственно улыбнувшись, ответил: —Надо. Не так просто, как вам известно, её положили в больницу. Уверен, Миура знает, что делает. Если делают все — тогда все. Мисс Нанами поможет ей, а её напарник проинформирует о будущем экзамене...

***

После всех процедур и принятия нужных лекарств, девушка снова вернулась в палату, где её уже ждали. Ведь уже время посещений. —Шизу-чан! Я так волновался за тебя! Весь взволнованный Синомия поднялся с кресла, стоявшего около кровати, и крепко, обнял свою подругу, будто она сейчас исчезнет. Будто она — драгоценнейшее сокровище в его жизни. Хотя, так оно и было...