Бельгийские вафли

Тишина. Нельзя было услышать ни малейшего звука, разве что пение синиц, наполняющее человеческую душу радостью, и лёгкий шелест листьев под гул ветерка. До восхода солнца оставалось совсем немного времени. Странник, случайно оказавшийся в этом месте, сразу бы подумал, что в городке под названием "Аркадия Бэй" нет ни единой живой души, до того было тихо и спокойно. Он был достаточно миниатюрным и большую часть его занимали холмистые равнины густые леса. Городишко приходился по вкусу рыбакам, так как располагался на побережье, да и путешественникам, которым необходимо был восстановить силы. Закусочная "Два Кита", которая уже долгие годы кормит голодных клиентов, славилась отменной едой и отлично передавала атмосферу Тихоокеанского Побережья. Копы и дальнобойщки уж точно не поскупятся лишний раз тут пообедать. Статус этого удивительного заведения повышает и расположившиеся рядом заправка, вместе с большой парковкой. С любой точки города в глаза бросался маяк, стоявший на холме у самого моря. Аркадия (в греческой латинской мифологии) - утопия, полная цветов, фруктов и лесов. Поэтому здесь так много животных и, к счастью, мало охотников. Но главная достопримечательность города, из-за которой многие начинающие фотографы приезжают сюда для обучения, - это Академия Блэквелл. На протяжении ста лет она является академическим оазисом искусства и науки (по крайней мере, так гласит их статус). Солнце поднималось всё выше над линией горизонта. Всё живое медленно приходило в пробуждение. Студенты Блэквелла были в их числе. *Громкий звон будильника* - Черт. - рука проснувшейся студентки потянулась к будильнику. Она что-то пробурчала в подушку, а за тем перевернулась на спину. На лице проглядывались веснушки, а глаза переливались на солнце голубой акварелью. Встав, с огромным нежеланием, о чем свидетельствовали недовольные стоны, девушка подошла к зеркалу и увидела там неожиданный "сюрприз", который привёл её в ужас: - Вот дерьмо! - прямо на лбу блестела и переливалась надпись - "Лохушка". - Последний день учебы на этой неделе и даже он умудрился начаться ужасно! - Осознав всю задницу ситуации, раздумья одолели её: - Так Макс, спокойно. Необходимо как можно скорее отмыть эту бредятину. Нужно всего лишь выйти из комнаты, пройти по коридору, заполненному людьми, зайти в душевую, в которой наверняка находиться ещё больше людей, и отмыть грёбанный лоб! - А вдруг кто-нибудь заметит надпись? - пронеслось в голове у бедной девушки. Не хотелось светить лбом на весь кампус, поэтому она живо принялась искать что-нибудь, чем можно было оттереть ненавистную надпись и в голову пришло только полотенце. Это утро заставило Макс возненавидеть свой лоб. Перерыв половину вещей, ей всё же удалось его найти. Как ни странно, девушка разобрала все, после переезда в общежитие, за исключением полотенца, поэтому на его поиски пришлось потратить немало времени. Но в попытках оттереть надоевшую надпись, написанную по-видимому маркером, ничего не вышло. Макс рискнула предположить, что виной тому сухость полотенца. - Отличное утро! - бубнила она себе под нос. - Макс! Соберись и дойди уже до блядской душевой! - дав себе пинок, студентка схватила полотенце и аккуратно открыла дверь, в надежде, что за ней никого не будет. Она даже успела почувствовать себя шпионкой, как в каком-нибудь крутом фильме. К счастью, людей оказалось очень мало. Наверное, со скоростью света, Макс помчалась в левую сторону. В душевой вообще оказалось пусто, только виднелся пар из нескольких кабинок. К несчастью, когда она начала мылить злосчастный лоб, то дверь распахнулась и вошли три фигуры, которые, заметив нашу отчаянную героиню, принялись усердно заливаться. Макс почти сразу же осознала, что именно они являются источником её проблемы. - Оо Колфилд! Отмываешь своё призвание? - хохотала одна из их тройки, которая по-видимому считала себя выше по-статусу. - Отвали, Чейз - раздражительно промямлила Колфилд. - Ладно, девочки, пошлите, а то она нас заразит ещё! - Троица громко рассмеялась. Напоследок их "глава" обозвала Макс ещё раз пять, но та не обращала внимания. К сожалению, не удалось смыть надпись до конца. С комом, медленно нарастающим в горле, студентка помчалась обратно в свою комнату. Она рьяно принялась одеваться и чуть было не свалилась, когда попыталась напялить любимые джинсы. До начала урока искусства фотографии оставалась примерно пара минут. - Только бы не опоздать! - прокручивалось раз за разом в голове. Макс практически никогда не опаздывала. В школе она училась прилежно и всегда посещала занятия в нужное время. До звонка осталась одна минута. - Черт! - раздался жалобный крик. Действительно, не самое приятное событие, с которого следовало бы начинать день. Наконец собравшись, Макс, словно гепард , помчалась на урок. Время истекло. Выйдя из общежития, послышался громкий звонок. - Только не это! - выругалась девушка и прибавила шагу. В конце концов ей удалось добраться до пункта назначения, но дверь была уже закрыта. Это было первое её опоздание с начала учебы. Никто не любит опаздывать: ты заходишь в класс, тем самым обращая на себя внимание всех твоих одноклассников. Не самая приятная ситуация. Так как другого выхода не было, Макс решила что чем раньше она зайдет, тем меньше проблем ей сулит и незамедлительно приступила к действиям. Постучав в дверь кабинета, студентка слегка приоткрыла её. Лекция профессора Уоллиса уже началась. Она действовала с максимальной аккуратностью. Зайдя в класс, сразу встала около двери, ожидая реакцию учителя. Как и следовало ожидать, все студенты, сидящие в классе, окинули её взглядом. Среди них были и взгляды той зловещей тройки. Они переглянулись между собой, а затем радостно улыбнулись, будто бы добились поставленной цели. Колфилд даже не посмотрела на них. Шире всего улыбалась Виктория Чейз. Она буквально сверлила взглядом Макс, но та и не посмотрела в их сторону. Заметив опоздавшего студента, профессор медленно проговорил: - Колфилд? Почему опаздываем? - Извините, проспала... - соврала девушка, промолчав про надпись. - Что ж. Конечно, молодец, что созналась, но старайся ложиться пораньше. Все мы люди и с каждым может случится подобное. К сожалению, ты пропустила некоторые детали, которые изучишь уже самостоятельно. - Хорошо, мистер Уоллис - Садись. Надеюсь ты будешь относится к учёбе с большей ответственностью. Девушка прошла к своей парте. Сразу же послышались ожидаемые смешки от Чейз, которая никак не могла уняться. Но Макс было по барабану, они и так измотали ей нервы с утра. Сев на стул, она сразу же открыла дневник и выпустила все мысли, стараясь успокоиться. Урок шёл достаточно увлекательно: Макс постоянно прислушивалась к словам профессора, а это означало лишь то, что новая тема была действительно интересной. Помимо темы, она успела подумать о миллионе других вещей. После звонка, студенты сразу же начали собирать вещи и Макс не была исключением. Кладя пенал в сумку, она думала про себя: - Мистер Уоллис опять задал кучу домашки... - Самые разнообразные мысли часто посещали её. Закончив, девушка полезла в в любимую сумку, покрытую нашивками и значками. Она также вмещала в себя всё необходимое. Достав наушники, Макс, наконец, направилась к выходу из Академии. Жизнь бурлила. Людей, на счастье Макс, было немного: Одни, облокотившись к стене, что-то тыкали в телефоне, другие - общались между собой, а третьи - просто куда-то шли. Макс была третьим типом. Здесь, в академии, она чувствовала себя не своей тарелке, так как друзей у неё ещё не было. Ужасно было учиться там, где у тебя никого не было. Но девушка лелеяла любимое дело, ей хотелось совершенствоваться в этом направлении и отсутствие друзей не особо расстраивало. Вспомнив про закусочную "Два Кита", Макс хотелось съездить туда и повидать Джойс и Хлою. Ей было одновременно радостно от этой мысли и стыдно. Стыд возникал под давлением прошлого, ведь она так и не связалась со своей подругой Хлоей и уехала в самый ужасный для момент - когда у неё умер отец. Макс было страшно, очень страшно. Когда она почти доехала до закусочной, волнение поглотолило её огромной волной. - Как же я посмотрю в глаза Джойс и Хлое? - раздавался вопрос в сознании девушки. Но она всё-же пересилила свою трусость и вошла в заведение. Шквал эмоций и воспоминаний сразу поглотил любительницу фотографий. Закусочная была безумно уютная и чувствовалась атмосфера спокойствия и уединения. Заходя сюда, не хотелось уходить. Макс будто вернулась в детство. Она почувствовала себя маленьким ребёнком, который только начинал познавать окружающий мир. Эти чувства нельзя передать словами. Коктейль из глубочайшей ностальгии и вдохновения, с нотками страха перед прошлым, которые растворялись и не чувствовались на вкус. Это были те эмоции, которые заставляют человека расцветать изнутри. Эмоции, которые испытала Колфилд, когда вошла в закусочную, затмили всю боязнь и негатив. На стенах заведения весели разные фотографии, стояли статуэтки, напрямую связанные с рыболовным делом и другие интересные штуковины. Помимо этих чувств, Макс удалось уловить вкуснейший запах сдешней стряпни. Хоть они и не отличались особой оригинальностью, но приготовлены были очень вкусно и по-домашнему. Девушка заметила, что внутри ничего не изменилось, разве что, повесили новые фотографии и добавили парочку деревянных фигурок. Нужно было проверить, какие изменения добрались до меню. Макс выбрала тот столик, где в детстве, её и Хлою угощала Джойс, что бы окончательно утонуть в океане прошлого. - Ностальгия в 3ёх измерениях. - проносилось в мыслях у Макс. Наконец, сев за стол, девушка начала изучать меню. Оно, как ни странно, тоже не потерпело сильных изменений. Пристально осматриваясь по сторонам, Макс попыталась поймать взглядом фигуру Джойс, но никак не могла её найти. Но внезапно к ней подошла незнакомая женщина и спросила, чем Макс желает пообедать. Любопытсво и интерес переполняли Макс в тот момент сильнее, чем чувство голода. - Здравствуйте, а Джойс Прайс тут ещё работает? - спросила девушка. - Конечно, но сегодня не её смена. Ей что-нибудь передать? - Женщина вела себя дружелюбно. - Нет, спасибо. А когда её смена? - Макс пошла до до конца, да бы разузнать про Джойс. - В понедельник. - Хорошо, большое спасибо. - улыбнулась девушка - Она твоя родственница? - Вопросительно поинтересовалась официантка. - Нет, но она мне как вторая мать. - Ответила Макс, мысленно удивившись подобному вопросу. - Теперь понятно. Джойс о тебе много хорошего рассказывала и, думаю, она очень хотела бы увидеть тебя. - Я обязательно приду в понедельник. - Дела делами, а обед по расписанию. Что будешь кушать? - Макс удивила искренняя любезность оффициантки. - Да, бельгийские вафли и кофе. - ответила девушка. В детстве она очень любила, когда Джойс готовила их на завтрак. Лишь только солнце начинало подниматься, как они с Хлоей бежали по лестнице, снося всё вокруг, на запах аппетитных вафлей, политые тонкой струйкой шоколадного соуса. - Хорошо, подожди чуть-чуть. - И оффициантка отправилась в сторону кухни. Со стороны кухни слышны были самые разные звуки: грохот тарелок, разговоры поворов и шкворчание сковород. Макс всегда была задумчивой и рассудительной девушкой. В очередной раз погрузившись в океан собственных мыслей, её внезапно пришлось вернуться в реальный мир. Причиной тому была шумная компания, которая прогремела дверьми закусочной. Колфилд не любила шумные компании и большие скопления людей. Душа её требовала покоя и уединения. Осмотрев компанию, которая по-видимому и не старалась вести себя тише, Макc, в которой проснулся детектив, провела анализ: Всего в компании находилось 4 человека, но если бы её глаза были закрыты, то по шуму показалось бы, что были все 10. Сначала девушке показалось будто бы вся компания состоит из парней, но нет.Она заметила одну девушку среди них. Колфилд видела некоторых парней в академии и знала как их зовут. Это скейтеры: постоянно бродят со своими досками и расшибают коленки в кровь. Не самый приятный побочный эффект. Но девушку Макс видела первый раз. Сфокусировавшись на неизвестной фигуре, Макс сразу бросались в глаза синие волосы. Она выделялась среди остальных посетителей и Колфилд попыталась получше разглядеть таинственную фигуру, но попытки были тщетны, так как она сидела спиной. Наконец, официантка, без особой спешки, принесла долгожданный обед. - Спасибо. - Пожалуйста. Заглядывай ещё. - Женщина одарила Колфилд искренней улыбкой и ушла на кухню. Макс почувствовала запах тех самых бельгийских вафлей, которому она уделила отдельный уголок в своей душе. Они были свежие и вкусно пахнули, заставляя всякого зеваку пускать слюни от одного только вида этого шедевра. Очередная ностальгическая волна нахлынула на Макс, окончательно погрузив её в недры ностальгии. Она, забыв даже про шум и окружающий мир, всё глубже и глубже погружалась в детство и закрыла глаза. В душе девушки загорелся давно потухший огонёк, который, казалось, никогда уже не зажгется. Всю эту идилию нарушило резкое напряжение и дискомфорт, охвативший её тело. В нос ударила примесь из алкоголя и сигарет. Вдруг она почувствовала, что лица её коснулись чьи-то руки, холодные, как первый снег, руки. В этот момент тишина, в которой Макс пребывала раньше, перерасла в удар грома. Раскаты увеличивались с каждой секундой. Она ощутила прикосновение к своим губам чужими, но мягкими, словно зефир. Время, казалось, замедлилось в несколько раз. Шок, нахлынувший словно ураган, перебил все приятные чувства и заставили Макс открыть глаза. Перед ней сидела та самая девушка, которую она пыталась разглядеть за несколько минут до этого. За несколько секунд лицо синеволосой растянулось в улыбке и она засмеялась, смотря в сторону скейтеров, а затем резко встала и, развернувшись, вернулась к шумному столику. Оттуда послышались хлопки и удивление всех присутствующих. Макс была настолько шокирована , что ничего не успела сказать и, судорожно кладя 5 долларов на стол, быстрым шагом покинула закусочную. При выходе вся компания скейтеры смотрели на неё, будто-бы пытаясь разглядеть. -- Компания встретила синеволосую бурными аплодисментами. - Ну ты даёшь, Прайс! Ты всё-же умеешь спорить. Сказать по правде, не думал, что у тебя получится. - То то же, а теперь, гони мою десятку, Джастин! Надо купить ещё пива! - воскликнула победительница спора. -- Колфилд быстрым шагом приближалась к остановке. Ужасное чувство непонятности и стыда поглощало её всё больше и больше. В горле нарастал ком и всё что ей сейчас хотелось - это закрыться в комнате, упасть на кровать и реветь что есть сил. Она почувствовала себя униженной, грязной, использованной и жалела, что не ударила по лицу ту идиотку, а просто окаменела. Макс села на остановке и, стиснув зубы, закрыла лицо руками. Мысли заставляли слёзы течь ещё сильнее. Виски пульсировали, а в голове то и дело раздавалось: - Сука, ненавижу!