Paris

Знаете, я часто задумываюсь над вопросом: какую роль Эшли сыграл в моей жизни? Чем он был? Большой любовью? Полным безумием? Трагедией? Стимулом? Или же он соединил в себе все эти порою противоречивые понятия? Мне трудно найти ответ, но одно я могу сказать точно – Эшли не был пустым местом, мимолетным увлечением или ничего не значащим персонажем. Он оставил после себя большой след, и, как ни странно, я ни о чем не жалею. Все сложилось так, как должно было сложиться. Я довольна собственной жизнью и тем, что я собой представляю, но иногда, когда становится нестерпимо больно или сложно, я вспоминаю о том, как все это начиналось… Мы лежали под одним одеялом – горячие, взмокшие, усталые, но такие счастливые! Мое лицо отражалось в его зрачках, я чувствовала прикосновение его пальцев, целовала его влажные губы и растворялась в этом ощущении крайней близости. За окном уже давно главенствовали ночь и тьма. Звезды любопытно заглядывали в окна, ветер путался в ветках, завывая, словно раненый волк. С утра на моей радиостанции передавали сообщение о штормовом предупреждении, и, кажется, эти прогнозы сбылись. Океан, скорей всего, сходил с ума, задыхаясь от собственного безумия. Обычно я не задерживалась у Эшли допоздна, особенно в такую грозную погоду, но у всего бывают исключения. Так уж сложилось, что в тот вечер мы вместе сходили на одно сомнительное мероприятие, хотя и пробыли там всего пару часов. Мы были слишком молоды и импульсивны, чтобы тратить драгоценное время на подобные сборища. Сказать честно, я даже не знаю, как описать то место, где мне пришлось побывать и как назвать людей, среди которых все это происходило. Эшли пару раз таскал меня на такие мероприятия – выводил в свет, а если правильней сказать, демонстрировал, как домашнего питомца на какой-нибудь дурацкой выставке. Понятия не имею, почему для него было важно, чтобы меня оценили люди, которых даже его друзьями назвать сложно, но Эш испытывал безумную потребность в признании, и мне пришлось с этим смириться. Причем я не только смирилась, а даже втянулась в эту игру. Она начала казаться мне забавной. Я вытаскивала из закромов самые дорогие наряды, делала вечерний макияж, маникюр, необычную прическу, так что Эшли не ударил в грязь лицом, сделав меня своей постоянной спутницей. Да и у меня поводы восторгаться им, чем я и занималась в тот вечер. Глядя в его красивое, умиротворенное лицо, я завороженно любовалась, мечтая растянуть это мгновение на несколько часов, но время было неумолимо, и, в последний раз ласково, почти невесомо поцеловав его в губы, я отстранилась от Эшли, нехотя прошептав: - Знаешь, так не хочется уходить… - А ты не уходи, - так же тихо промолвил он, нежно проведя рукою по моим волосам. - Не могу, мама будет волноваться, - ответила я, улыбнувшись одними краешками губ. - Давай я позвоню твоей маме, - не унимался парень, - Скажу, что ты переночуешь у меня, а утром сам отвезу тебя домой. Думаю, твоя мама не будет возражать. - Эш, а тебе не кажется, что ты начинаешь наглеть? Ты нравишься моей маме, но не стоит злоупотреблять чужим доверием, а то ты рискуешь быстро его потерять. В ответ Эшли грустно улыбнулся и пододвинулся поближе, заключив меня в свои теплые объятия. С ним было так хорошо и спокойно, что на несколько минут я просто забыла обо всем, глубоко вдыхая его запах и слушая, как под кожей билось его сердце. Казалось, что я тону в этих чувствах, погружаясь в них, как в море, но это не могло длиться вечно, и, нарушая тонкую, почти осязаемую тишину, Эшли едва слышно прошептал: - Ты прям как Золушка, которой нельзя гулять дольше полуночи. Ты моя маленькая принцесса… - Да нифига я не маленькая! Это ты слишком старый! – возмутилась я и попыталась локтем упереться в грудь парня, чтобы вырваться из его объятий, но он держал меня слишком крепко, а еще так заразительно смеялся, что мне просто надоело изображать из себя обиженную и оскорбленную. - Эшли, отпусти, - ласково попросила я, погладив его по плечу, - Мне правда пора домой. - Я знаю, но не хочу с тобой расставаться, - ответил парень грустно глядя мне в глаза. - Это только до утра. - Ну, как посмотреть. Просто понимаешь, я во вторник уеду из города… - Как? Куда? Надолго?– испугалась я и засыпала Эшли кучей вопросов. - Где-то на неделю, может, чуть дольше. Хочу навестить родных, - немного загрустил парень, перебирая пальцами пряди моих волос. - Понятно, - ответила я, смиренно опустив взгляд. Теперь мы проводили вместе столько времени, что я уже представить не могла, как это - прожить без него целую неделю. Даже несколько дней без его присутствия казались мне чем-то болезненным, но скорая разлука была ожидаемой. Я выбрала себе слишком непостоянного во всех смыслах этого слова парня, и нам все равно пришлось бы проверить свои чувства расстоянием. - А может, ты поедешь вместе со мной? Познакомишься с моей семьей, увидишь место, где я вырос… – внезапно предложил Эшли, но по интонациям в его голосе было понятно, что он заранее готовился к этому разговору. - Это, конечно, заманчиво, но лучше не стоит. Еще слишком рано для знакомства с родителями, - ответила я, ненадолго задумавшись. Кому-то мой ответ может показаться слишком странным, идущим вразрез с моими чувствами, но сами подумайте, кто я, а кто Эшли. Все считают, что молодые, хорошенькие девушки ищут известных и состоятельных мужчин, чтобы не работать и жить хорошо, а еще привлечь к себе внимание. Это предположение слишком часто оказывается верным, и страшно представить, что думали обо мне родные моего парня, поэтому я не хотела торопить события. Мои отношения с Эшли еще не прошли всех проверок на прочность, и я хотела подождать, пока они окрепнут. Тогда все должны были понять, что меня интересует именно сам Эш, а не то, что идет с ним в довесок. - Я познакомился с твоими родителями почти сразу, - прервал мои мысли Пёрди, видимо не собираясь отступать. - Это было запоминающиеся знакомство, но мои родители с придурью, а твои бабушка с дедушкой вряд ли переживут нечто подобное, - сказала я, и легкий румянец украсил мое лицо. - Такого им точно не надо, - согласился Эшли и, выждав паузу, спросил, - Тебе кажется, что они не так тебя поймут, что будут плохо о тебе думать? Стояло ему только сказать эти слова, и я поняла – он знает меня лучше, чем я могла себе это представить. Он сумел понять, что я чувствовала, по блеску в глазах, по дрожащему голосу, по легкой тени раздумий, пробежавшей на моем лице. Он просто понимал меня, а это удивительно редкое качество. Не зная, что теперь ответить, я кивнула головой и уткнулась лицом в его широкую грудь, сгорая от стыда и чувствуя некоторый укор с его стороны. Как ни странно, но Эшли не стал меня судить, не стал называть меня «маленькой» или «глупенькой», как обычно любил это делать. Он молча погладил меня по голове и закрыл эту тему, дав мне еще немного времени, чтобы подготовиться и привыкнуть. Выбравшись из его объятий, я кротко улыбнулась и, собрав с пола свою одежду, принялась одеваться, изредка поглядывая на парня. Он внимательно наблюдал за мной, но, судя по несколько отстраненному взгляду, в его голове шел какой-то сложный мыслительный процесс. Наверное, он хотел что-то со мной обсудить, но никак не решался задать главный вопрос, и, наконец, взвесив все «за» и «против», все-таки сказал: - Нам нужно поговорить о том, что будет дальше… - А что будет дальше? – насторожилась я, - Ты хочешь что-то поменять? - Нет, - ответил Эшли и, загадочно улыбнувшись, произнес не менее таинственную фразу, - Я хочу продолжить начатое. - Что ты имеешь в виду? - Мой отпуск скоро закончится. Мы собираемся в новый гастрольный тур по восточному побережью, а еще Канаду немного зацепим… - Вот не сидится вам на жопе ровно! Только что приехали, а уже куда-то собираются! У вас ведь даже новой программы нет, с чем вы будете выступать?! - негодовала я. - Со старой, только теперь вместе с «Motionless In White», - ответил Эшли, ослепительно улыбнувшись, он ведь прекрасно знал, как мне нравилась эта группа, - Они, кстати, сами предложили устроить совместный тур. Еще не все даты решены и афиши пока не готовы, но мы уже железобетонно едем. На днях об этом будет официально объявлено. - Круто! – воскликнула я, по-настоящему радуясь за своего возлюбленного, но, немного поумерив восторг, я искренне призналась, - Только опять придется тебя отпускать… - А это не обязательно, мы хотим взять тебя с собой, - сказал Эшли, и эта новость настолько меня огорошила, что я решила присесть. Поняв, что я сейчас не в силах взять себя в руки, Пёрди немного помялся, а потом решил объясниться: - Ты снова будешь нашим ассистентом. Искать и обучать нового человека сейчас просто нет времени, да и мы к тебе привязались, особенно я. А что? Прокатишься по Америке, познакомишься с новыми людьми, пообщаешься со старыми друзьями, будешь каждый вечер засыпать рядом со мной… - И вы опять будете ежедневно выносить мне мозг! – ответила я, немного придя в себя. - Ну, куда без этого, - признался Эшли, расплывшись в доброй улыбке, - Так что, ты согласна? Если честно, я была так окрылена этой новостью, что собиралась, не раздумывая, ответить «да», но, вовремя вспомнив о своих обязательствах, отрицательно покачала головой. - Эшли, я не могу. Мне через полторы недели нужно выходить на работу. Начинается новый сезон, и я не думаю, что Гаринг вновь пойдет мне навстречу… - Кинь ему на стол заявление об уходе и иди к нам на постоянную основу, - невозмутимо предложил парень. - Эшли, вещание вот-вот начнется. Ты хотя бы понимаешь, что это значит? Сейчас меня некем будет заменить! Я звезд с неба не хватаю, но у меня есть своя довольно популярная и интересная радиопередача, которую я люблю, в которую я вложила душу. Я не могу это бросить, не могу променять это на какой-то сомнительный и непостоянный заработок… - Я предлагаю променять твою передачу на меня, - сказал Эшли, и я не до конца понимала, говорит он это всерьез или просто шутит. - Ты не понимаешь, - попыталась объясниться я, - Это сейчас мы вместе, а через месяц или два ты меня бросишь, и что тогда? Я останусь у разбитого корыта без работы и без тебя. - Ты думаешь, что я тебя брошу? - Я не знаю, что будет завтра, и не исключаю этой возможности… - Зато, оставшись на своей старой работе, ты будешь каждый вечер пятницы проводить в замкнутом пространстве со своим бывшим парнем, - не унимался Эшли. - В этом замкнутом пространстве вместе с нами будет Ник, - ответила я, робко улыбнувшись, - И мы проводим так не только вечер пятницы. Мы вместе готовим свою передачу, подбираем сюжеты для утренней программы, иногда выступаем дежурными DJ-ми. - От этого известия мне капец как полегчало! – воскликнул Эшли, всплеснув руками. - Твоя ревность – это так мило, - сказала я, пытаясь немного сменить тон нашей беседы, - Конечно, за исключением тех случаев, когда ты ревновал меня к Бирсаку. Вот это было смешно и оскорбительно. - На моем месте ты бы тоже ревновала… - К Энди или Леону? - К Леону, конечно! Я, значит, уеду, а вы там будете… один бог знает, что вы там будете делать! – негодовал парень, просто белея от злости. - Ты уедешь и будешь полуголым наперевес с гитарой бегать перед толпой малолеток, готовых ради тебя на все. Мне это не нравится, но я почему-то не устраиваю истерик. - Потому что это совершенно разные вещи! – рявкнул Эшли, и я невольно испугалась. Его бархатный голос, обычно переполненный нежностью, лаской и сексуальностью, звучал неузнаваемо грубо и резко. Это была неожиданная перемена, но, взяв себя в руки, я уверенно заявила: - Нет, это одно и то же, просто тебе нравится думать, что это разные вещи, просто я тебе доверяю, а ты мне нет. Сложив руки на груди, я отвернулась от парня и попыталась изобразить обиду. Эшли не распознал моей уловки и, сильно смутившись, прошептал нечто неразборчивое, но, немного смирившись, обнял меня за плечи и тихо сказал: - Где же я взял тебя, такую умную. - Там, где взял, больше нет, - ответила я, загадочно улыбнувшись, но Эш устал от моих злословий и, прижав меня к себе еще крепче, повалил на кровать, нависнув над моим лицом. - Может быть, ты все-таки останешься? - Прости, но нет. Я сегодня слишком трезвая и не хочу заставлять маму волноваться. - Мама - это святое, - тихо прошептал он и, наклонившись еще ниже, горячо поцеловал меня. Его губы всегда были дурманом, от которого мое сердце начинало биться чаще, воздух словно густел и застывал в легких, а голова невольно кружилась. Не понимаю, как, но, все-таки оторвавшись от Эшли, я приподнялась с постели и, повернувшись к парню спиной, требовательно попросила: - Застегни платье. Не став возражать, Эш покорно исполнил мое поручение со свойственными ему заботой и лаской. Прикосновения его теплых пальцев вызывали приятную дрожь, и меня накрывало волной нежности, словно теплым покрывалом. - Я, возможно, несколько предвзят, но раздевать тебя гораздо приятнее, чем одевать, - прошептал парень, убрав мои волосы на плечи, чтобы они не попали в застежку-молнию. - Ты очень предвзят, - заметила я, повернув голову в его сторону, чтобы еще раз взглянуть в эти хитрые карие глаза. - Кстати, - сказал Эшли, словно внезапно вспомнил что-то очень важное, - Я давно хотел спросить, какой у тебя натуральный цвет волос? Брюнетка ты явно крашеная. - Блонд, - ответила я и, заметив, что парень застегнул платье, облокотилась на него, прижимаясь к теплой бархатной коже. - Правда? – удивился Пёрди, - А что тебя надоумило так кардинально поменяться? - Если честно, я не помню… - А натуральный цвет не думала вернуть? - Тебя что-то не устраивает? - Все устраивает. Просто блондинкой я любил бы тебя еще больше. - Куда уж больше… - начала я, но тут поняла, что именно сказал Эшли, и, немало удивившись, решила уточнить, - Любил бы еще больше? – немного растерянно спросила я, - То есть ты меня любишь? Потупив взгляд, Эшли за одно мгновение успел покраснеть, потом побледнеть и, наконец, собравшись с мыслями, принялся объясняться: - Нет, это просто оборот речи такой… я не это имел в виду, то есть, как бы… - Так ты меня не любишь? - сказала я, продолжая наблюдать за реакцией парня. - Да… то есть, нет, но… ты меня совсем запутала. Мы вообще не об этом разговаривали, и не надо менять тему… - Это ты сейчас пытаешься сменить тему, но я буду считать твои слова официальным признанием. Ты в меня втюрился, - восторженно заявила я, несказанно радуясь случайно брошенной фразе. - Можешь считать это даже доказательством моего внеземного происхождения… - по-прежнему упирался парень, но, заткнув его поцелуем, я дождалась удобного момента и, отстранившись от Эшли, тихо попросила: - Скажи это еще раз… Снова побелев, парень сначала опустил взгляд, но, глубоко вдохнув и собравшись с силами, решился на отчаянное действие: - Я люблю тебя, Чарли, - прошептал он, обжигая горячим дыханием холодную кожу. Расплывшись в счастливой улыбке, я прижала парня к себе, пытаясь не нарушить тонкой магии этого момента. Чувства бурлили в моей груди, радость захватывала сознание, и мне так не хотелось отпускать это мгновение, хотелось погрузиться в него еще глубже, но у хорошего, как и у плохого, бывает свой предел. Спустя пару секунд все же отстранившись от Эшли, я нежно коснулась его губ своими, снова встретившись с ним взглядом. - Чарли, а ты сама ничего не хочешь мне сказать? – спросил он, так искренне и чисто улыбаясь. - Ничего, - ответила я и, улыбнувшись в ответ, быстро встала с постели. - Вот же стерва! – буквально светясь от восторга, воскликнул Эшли и запустил в меня подушкой, но я успела вовремя увернуться. Я любила его. В тот момент я уже четко осознавала это, но мои вредность и гордость мешали мне признаться, сказать ему три самых главных и важных слова. Напоследок послав парню воздушный поцелуй, я открыла дверь, собираясь уйти, но не тут-то было. Просидев все это время у порога, в комнату влетела коротконогая бестия и, едва не сбив меня с ног, запрыгнула на кровать, тут же залившись грозным лаем. Не знаю, почему, но песики Эшли невзлюбили меня с самого начала. Возможно, они были правы, но в то время это ужасно меня бесило, и Пёрди приходилось запирать своих питомцев каждый раз, когда я наведывалась в гости. - Киллер! – успела воскликнуть я, когда эта шавка принялась громко тявкать. - Вообще-то, это Токио, могла бы уже запомнить, - проворчал Эшли, заботливо гладя своего любимца. - Это шаверма с шерстью, - возмущенно сказала я и покинула комнату, пока мой возлюбленный обнимался со своим лохматым другом. Не то, чтобы я не любила животных. Просто я не жаловала своей любовью конкретно этих особей. Уж больно наглыми и мазкими они мне казались. Или я просто ревновала. Спустившись на первый этаж, я наткнулась на еще одну собачку, и она тоже встретила меня злобным лаем, но, показав ей неприличный жест, я поспешила покинуть дом. Я уже подошла к своей машине и, сняв ее с сигнализации, собиралась забраться в салон, но тут до меня донесся самый любимый голос. Обернувшись, я увидела Эшли. Он смотрел на меня из окна и махал рукой, прощаясь до следующей встречи. Умилившись, я помахала ему в ответ и села в автомобиль, отправившись домой невероятно счастливой и окрыленной…