Узы

И мир остановился. Как? Как он мог уйти? Ведь он знал, что доктор предупреждал о возможности ранних родов. Настя так спешила закончить с ремонтом до рождения малыша, а Руслан будто не слышал её. Ему стало стыдно за свой эгоизм. Как он мог оставить свою Анастасию? Поддаться искушению, когда он должен быть рядом. Руслан тупо смотрел на экран телефона, не в силах вымолвить слово. Юлик понял, что главное не терять времени. — Я вызову такси. Одевайся. Не медля, Тушенцов стал напяливать на себя одежду. Он молчал. Онешко заметил, как глаза любимого наполняются слезами. Что же он наделал? Со звонка Насти прошло достаточно времени, а точнее, около 7 часов. Руслан точно не успел к рождению. Юлик понимал — это их последние минуты перед долгой разлукой. Так не хотелось отпускать Руслана. Всё происходящее было похоже на кошмарный сон. Наконец Юлик взял себя в руки. Только он может помочь любимому, пусть и в ущерб себе. — Ты готов? Какая больница? — Не знаю, Настя не берет трубку! — Раздраженно рявкнул Руслан и стремглав метнулся в коридор. Набросив на себя куртку, он открыл дверную защелку и след его простыл. — Руслан… Такси…! Но было поздно. Онешко выругался и бросил телефон об пол. Руслан вновь покинул его. Как же Юлик всё-таки ненавидел Шпагину. Каждая клеточка его тела кипела гневом и была переполнена яростью. Чертова Шпагина, ну как можно было начать рожать именно сегодня? От бессильной злобы Юлик принялся пинать свой телефон из угла в угол, пока он весь не покрылся трещинами. Взглянув на него, Юлик поднял несчастный айфон и понял, что трубка больше никогда не включится. Да и зачем! Всё равно самый нужный человек уже не позвонит. Онешко с силой швырнул телефон об стену, и экран окончательно разлетелся на куски. На улице Руслан сам заказал такси. Машину подали быстро. Он сел в салон и назвал адрес больницы в которой Настя проходила обследование, и с которой у них вроде как был заключен контракт. Руслан молился о том, чтобы он запомнил верный адрес. Тушенцова словно облили ледяной водой. Совесть взяла вверх. Во вконтакте один за другим всплывали сообщения от Юлика. Он просил написать ему как всё закончится. Интересовался когда будет следующая встреча. Руслана выбесило поведение Юлика. Какие нахуй встречи?! К чёрту встречи! Он проебал один из важнейших моментов в жизни. — Настя, Настенька… держись, я скоро. — Шептал Руслан себе под нос, набирая жену, которая так и не брала трубку. — Пожалуйста, можно быстрее? — обратился блоггер к водителю. — Родить боишься? — Водитель решил разбавить атмосферу развеселой шуткой. — Да расслабься, доедем. Видишь, какие дороги? Будем спешить — только на тот свет успеем. Руслан нервно закусывал губу. Водитель был прав. Спорить бесполезно. — Где-то я тебя видел. — Не унимался мужчина. — Точно, племянница показывала какое-то видео. Я «Пусть говорят» смотрел и там девушка такая с длиннющими волосами была. То ли губы перекачала, то ли что? — Задумчиво взглянул водитель на блоггера. — Неудачная операция на нос. Врач ублюдок. Руслан понял к чему клонит мужчина. — Во-во. Ну я сам за естественность. Куда менять-то? Да и девушка красивая. Только разукрашенная вся. Но видно, не зря, раз запомнил. Я-то знаешь, сколько людей за день вижу? — Не представляю… — Хм, там фляжка лежит. В ней коньяк. Глотни, товарищ. А то нервный. — Нет-нет, благодарю. Прошу, быстрее. — Руслан нервно смотрел в окно и грыз ногти. — А может у вас сигареты есть? Водитель порылся в бардачке, достал пачку синего винстона и протянул Руслану. Дрожащими пальцами, блоггер поджег сигарету и глубоко затянулся. — Не спеши. Ещё как минимум 18 лет будешь ребёнка видеть. Так не сбивай, сынок. Я как-то за ужином поделился мнением о той передаче. «Господи, да заткнется ли он?!» — Злобно сверкал глазами Руслан. — И племянница мне видео с тобой показала. Ты там красноволосую защищал. Запомнил тебя по наколке на шее. Во молодёжь! Всё-то вам менять в себе надо. Руслан улыбнулся, выдыхая дым. Всё-таки бессмысленные речи мужчины отвлекали от дурных дум. — Как звать тебя, папаша? — спросил водитель. — Руслан. — Сына моего так звали… Я Валера. — Тушенцов заметил, как мужчина погрустнел на какое-то мгновение. — Приехали, Руслан. — Он протянул визитку. — Если будут вопросы или проблемы, то звони. Помогу советом. По-отечески, так сказать. Тушенцову стало неловко. Он поблагодарил мужчину и выбежал из салона, оставив Валерию крупную купюру. — Здоровья малышу и маме! — Крикнул таксист вслед парню. Руслан, жадно глотая воздух, остановился у регистратуры. — Шпагина где? Пожилая женщина уставилась на Тушенцова. Она опустила взгляд в список, лежавший по её правую руку. — Кто? Куда? — Шпагина Анастасия в какой палате? — Мужчина, я всех помнить должна? — Она рожала сегодня ночью. В какой она палате? Женщина потерла нос. — У нас в больнице под 100 человек. Ночью сегодня как минимум три рожали. — В какой она палате, скажите пожалуйста. Я муж. — Приходите на выписку через три дня. — Ответила регистраторша. Руслан не верил своим ушам. Неужели он опоздал и не увидит сегодня сына. — К роженицам и молодым мамам не пускаем. Мужчина, не задерживаем очередь. — Никого нет же… — Руслан никогда прежде не чувствовал себя так паршиво. Он сел на скамейку возле окна. Настя не брала телефон, не отвечала на смски, даже директ игнорила. Хотя десять минут назад выставила фото интерьера палаты. Женщина из регистратуры приглядывала за Русланом. Были опасения, что он побежит искать жену по палатам. Но молодой отец сидел на скамейке и ждал. — Ты три дня сидеть будешь? — Обратилась она к парню. Руслан молчал. — Через десять минут второй завтрак для родивших будет. Они с левого крыла идут. — Она указала рукой в сторону. — Спасибо. — Тушенцов прищурился пытаясь разглядеть имя на бейджике. — Спасибо, Екатерина. Женщина не обманула. В назначенное время Руслану удалось наблюдать картину: женщины разных возрастов в халатах, ковыляя гуськом, шагали по направлению к столовой. Среди всех он заметил свою жену. — Настя! — Крикнул он. Несколько девушек обернулись. Кроме неё. Она узнала голос Руслана. Не было желания ни видеть, ни слышать мужа. — Настя, как ты? — Руслан уже стоял рядом с Анастасией и держал её за руку. Она выдернула ладонь и злобно посмотрела на молодого человека. В этом взгляде она передала всю боль и отчаяние, что накопилась в последние месяцы. Руслан, не думая о последствиях, просто прижал Настю к груди. — Мы справимся, обещаю. Прости меня… — Приговаривал он. Чувствовалось, как постепенно мокнет его футболка от слез Шпагиной. Роды прошли без осложнений, и уже через три дня врач согласился выписать Настю и малыша. Выписка из роддома происходила скромно — приехали только новоиспеченные бабушки с дедушкой, так как никого из друзей Настя видеть не очень хотела. Хоть роды и прошли относительно легко, эмоциональное состояние Шпагиной было хуже некуда. Всё валилось из рук, ей казалось, что она не справляется, молока для младенца было недостаточно и приходилось подкармливать его смесями. «Я плохая мать. А Руслан никудышный отец. Бедный ребёнок, как же ему не повезло родиться именно в нашей семье прямо сейчас» — думала Настя. Руслан как мог поддерживал молодую мать. Присылал ей конфеты, букеты и фрукты, а также фотографии свежезаконченного ремонта в их квартире. Детская комната была сделана в зелёных тонах, Руслан лично проверял все материалы и нанял дополнительную команду рабочих, чтобы они работали в две смены и успели закончить до выписки. К приезду любимой в уютное гнездо, он заказал еды и накрыл стол для скромных посиделок семьёй. И хотя мать Насти смотрела на него коршуном, он верил, что всё ещё можно исправить, и отношения в семье наладятся. Настал торжественный день. На календаре было 17 декабря и зима окончательно вступила в свои законные права. Стоял чудесный морозный день, и свежевыпавший снег искрился и переливался на солнце. Руслан был рад, что его дитя впервые увидит мир именно в такую погоду. Тушенцов зашел в палату к жене с охапкой разноцветных роз. Настя уже собралась и сидя на краешке кровати, качала люльку малыша, завернутого в голубое плюшевое одеяло. При виде этой картины, Руслана захлестнули эмоции. Наверное, так выглядели Дева Мария и младенец Иисус, когда волхвы впервые их увидели. Тушенцов сел рядом с Настей и поцеловал в затылок. Она повернула к нему своё измождённое лицо и уткнулась в плечо. — Ты готова? — Руслан прижался щекой к её волосам. Вместо ответа, она лишь кивнула. Руслан торжественно подошел к люльке и с благоговейным трепетом взял на руки кроху. Малыш немного покряхтел в его объятиях, но быстро заснул снова. Руслан принялся легонько качать его. — Он такой маленький… — Руслан поцеловал крохотную ручку и накрыл её одеялом. — Но-но, он совсем не маленький, его рост 55 сантиметров, а вес 3500, и он уверенно его набирает. — Улыбнулась Настя и взяла свои вещи и цветы. — Ну что, идём? Все нас ждут. Вскоре они вышли на крыльцо роддома. С восхищёнными охами и ахами к ним подбежали бабушки и дедушка. Всем хотелось поскорее подержать на руках внука. Руслан бережно передал ребёнка в руки мамы Насти. — Ну что мы стоим, надо скорее фотографироваться и бежать в машину, а то замёрзнет! — Запричитала мама Руслана и протянула сыну его камеру, чтобы он сделал памятные снимки. Они сфотографировались во всех возможных комбинациях за как можно более короткий срок и поспешили в огромный внедорожник, который Руслан нанял на выписку, чтобы разместить всех с комфортом. — А вы имя уже придумали для него? — Спросила мама Руслана, когда они отъехали от роддома. Руслан с Настей переглянулись. — Если честно, нет. Я предлагала варианты Мирон, Клим, Марк, но Руслан сказал, что подумает и предложит свои идеи. — Клим? Марк? Мирон?! Глупости какие-то! — Воскликнул отец Шпагиной и бабушки поддержали его дружным смехом. — Надо что-то другое, уж больно странно звучит, Настюш. Надо в честь дедушки, Александром назвать. Вот это имя для парня. Настя поморщилась. — Слишком распространённое, пап. Руслан, а твои варианты? Ты же обещал. Все в машине уставились на Тушенцова. Он судорожно перебирал в голове имена друзей: Юра, Данил, Никита… Юлик… от последнего имени сердце сжалось в комок, но он постарался не подать виду. — Я предлагаю Максим. Максим Русланович Тушенцов, родился 13 декабря 2018 года. Звучит, как по мне. Что скажете? Отец Насти хмыкнул, но смеяться не стал, а бабушки к этому моменту уже были слишком заняты воркованием над малышом. — Максим… — Протянула Настя. — Мне нравится. — Она сжала руку Руслана в своей и прижалась к нему. Остаток пути они проехали молча.