Узы

До дня рождения Тушенцова оставалось пара дней. Из-за последних событий никто не знал, как будет проходить праздник. Друзья блоггера хотели собраться в баре или у кого-то из них, но Руслан наотрез отказался. Он не хотел покидать жену и ребенка в первые недели. Идея устроить посиделки дома также была отклонена из-за ребёнка, которому явно не стоило контактировать с таким большим количеством людей в первые недели жизни. Юлик закрыл чат вконтакте. Беседа совершенно расстроила его. Онешко был уверен, что Тушенцов не хочет праздновать день рождения из-за него. Отмазки в стиле «Насте тяжело, не могу оставить.» могли убедить других, но не Юлика. Он заметил, как Руслан стал отдаляться. Не звонил. Перестал писать. На сообщения отвечал кратко, заставляя подолгу ждать. Юлик был вне себя от злости. «Неужели этот ебучий ребёнок отнимает так много времени? Мать ему на что?» Юлик понимал, что если ничего не предпринять он потеряет в Руслане не только любовника, но и друга. Онешко взял свой новый телефон и набрал Руслана. — Алло. Привет, Руслан. — На том конце Юлик услышал детский плач. — Я не во время? — Да, Максим капризничает. Что-то важное? — Ответил Руслан усталым голосом. — О, вы назвали его Максимом? — Попытался удержать разговор Юлик. Судя по голосу Руслана, ему было явно не до Юлика. Поняв, что Руслану не до торжественных разъяснений об имени новорождённого, Юлик решил перейти к главной теме: — Я хотел поговорить о твоей днюхе. Ты правда не будешь праздновать? Руслан вздохнул. — Тише, тише. — Руслан явно обращался к мелкому. Онешко понял это по интонации, и его аж передёрнуло от этой внезапной метаморфозы в голосе. Руслан продолжил: — Я пока не знаю, Максим в последнее время плохо спит, а Настя после родов… Юлик услышал беспокойство в голосе любимого. — Что Настя? — Не важно. Я бы с удовольствием встретился со всеми вами, но никак не получается… — Может сегодня? Юлик решил действовать немедля и брать быка за рога. Казалось, не всё потеряно, раз Руслан готов встретится. Наверное, это чертова Шпагина не пускает его. — Ээээ, мне сегодня из дома не выйти. Настя поехала снимать коллаборацию. И я с ребёнком. — ответил Руслан. — Так давай я заеду? Может вам что-то нужно? Питание детское там? Тушенцов рассмеялся: — Нужно, но не сейчас, пока мы на смесях. — Я думал, Настя кормит. — Ухватился Юлик за повод для упрека Шпагиной. — Так ты приедешь? — Перевёл тему молодой отец. — Да, что-то привезти? — Привези мне флэша, несколько бутылочек. Ты только как приедешь, напиши вк. Может, Максим спать будет. Если небеса смилуются, мне не хотелось бы его будить. Звуки детского плача не утихали. — Погоди, Юлик, мы же переехали! Адрес напишу, не так далеко от тебя поселились, кстати. — Ого, ну договорились, Руслан. До встречи, целую. — На автомате сказал Юлик и положил трубку. — Да, мать твою! — Юлик сиял от счастья. Сегодня он встретится с ним. Онешко стал быстрее собираться, чтобы побольше провести времени с Русланом, пока Настя не вернулась. Он не верил своим ушам. Неужели Руслан позвал его. Он знал, он чувствовал, что их любовь не может так быстро закончиться с появлением какого-то ребёнка, который хоть и преграда в отношениях, но преодолимая. Юлику вообще казалось, что сейчас для их чувств не существует преград. На крыльях любви Юлик парил к Руслану. В самые короткие сроки он добрался к дому Тушенцова. Сделав всё, как просил Руслан, он ждал, пока тот выйдет к нему. — Привет, Юлик. Выглядишь таким радостным. — Устало улыбнулся Руслан. — Ещё бы! — Ну пошли скорее. Макс успокоился, но не спит. Парни вошли в квартиру. Тушенцов быстро снял одежду и побежал к ребёнку. Юлик разделся и прошёл осмотреть квартиру. Это было просторное четырёхкомнатное жильё. Из широкого коридора можно было выйти во все комнаты. Онешко мимоходом заглянул на кухню. Оказалось, ремонт в ней всё ещё не закончен. Стены были абсолютно белыми, из мебели были лишь плита, холодильник и тумба с микроволновкой. В другой половине кухни сиротливо стоял небольшой стол и два стула. Было очевидно, что семейных ужинов с задушевной атмосферой на этой кухне пока не бывало. Сунувшись в ближайшую к кухне комнату, Юлик понял, что попал в кабинет Руслана — он сразу узнал его компьютер и кресло. Рядом стоял книжный шкаф, набитый книгами и всяким хламом. Юлик улыбнулся — не думал, что Руслан потащит его и на новую квартиру. На полке над компьютерным столом пылилась коллекция вейпов — ими явно тоже уже давно не пользовались, они как будто покрылись инеем, и на серой стене это особенно выделялось. В другом углу валялось сваленное в кучу оборудование для съемок. Из всего только камера выглядела так, будто её использовали. Юлик решил взглянуть, что же на неё снималось. Счастливые и вымученные лица вперемешку, на фоне серенького здания с кульком наперевес и в разных комбинациях. Ярким пятном выступал букет, за которым будто пыталась спрятаться Шпагина. Выписка из роддома. Юлик злорадно отметил, что подруг Насти на фото не было. «А вот если бы Руслан рожал, мы бы с парнями все к нему приехали» — Ехидно подумал он и выключил камеру. В соседней комнате всё было по-другому. Пастельный голубой цвет, белые занавесочки, зеркало с подсветкой и большой шкаф — это явно был кабинет Насти. Видно, что она уже включилась в работу. Камера стояла на штативе и с установленной подсветкой. На столике были аккуратно разложены кисти, пудры, хайлайтеры и прочие принадлежности для макияжа. На белом диванчике лежала тетрадь и любопытный Юлик скорее побежал заглянуть в неё. Это был ежедневник, в котором было расписано, когда какую рекламу выкладывать, когда ехать по делам и так далее. «21 декабря. Пятница. В 13:00 коллаб с Полиной. Миллионная, 4.» Юлик разочарованно вздохнул, бросил ежедневник на место и вышел из комнаты и направился в дверь напротив. Спальня. Было видно, что дизайн выбирала Шпагина. Нежно-розовые обои, огромная кровать с шёлковым покрывалом. Пушистый белый коврик царственно лежал на свеженьком ламинате. На стенах висели коллажи с фотографиями её и Руслана. Огромный зеркальный шкаф-купе и балкон с легкими рамами и большим количеством стекла визуально делали помещение ещё более большим и светлым. В воздухе чувствовался приторный аромат карамели со сливками. — Мда, Шпагина в своём стиле. — Пробурчал Юлик. В этот момент в комнату вошёл Руслан. — Представляешь, Максим уснул. Такой забавный. А ты чего в спальню пошел? — Так, осматривался. Её дизайн? Тушенцов кивнул и сказал: — Ты мог догадаться. Ладно, пошли на кухню. Нам есть что обсудить. — Руслан, а можно взглянуть на Руслановича? — спросил Юлик. — Давай позже, пусть спит. Они прошли на кухню. Тушенцов разогрел грибной суп и разлил по тарелкам. — Приятного аппетита. — Спасибо. Поведение Руслана пугало Юлика. Он вёл себя, будто ничего не произошло, и они с Онешко старые друзья, не более. Они хлебали суп и молчание становилось всё напряженнее. — Ты хотел о чем-то поговорить. — Начал разговор Юлик. — Да… —  Руслан слегка замялся. — О нас? — Можно и так сказать. Понимаешь, когда становишься родителем, многое меняется. — Я понимаю, но вряд ли ты меня позвал обсудить ребёнка. — Юлик, не знаю, говорить ли тебе это, но боюсь, что съёмки роликов придётся прекратить.Сейчас я занят Максимом. Это отнимает достаточно времени. — А как же Настя? Она что, не занимается сыном? — Спросил в ответ Онешко. — Настя, она… —  Руслан занервничал. — Руслан, всё в порядке? — Юлик заглянул любимому в глаза. — Нет, Юлик… Я не знаю как быть. Настя… Она ведёт себя так странно. Сегодня вот ушла снимать ролик. Когда Макс плачет, просит подойти меня. Перестала кормить грудью, хотя молоко было. Да, его не хватало, но всё же. Мы могли комбинировать. Просто это странно, она настаивала именно на грудном вскармливании, иммунитет там, вся хуйня… — Может, не стоит таких подробностей. — Перебил его Юлик. — Прости-прости. — Ничего, возможно Настя и правда устала. — Боюсь, что это может быть послеродовая депрессия. Я гуглил симптомы, многое совпадает. — Это ужасно… Юлик представил, как теперь Руслану придётся тяжко, если диагноз Шпагиной подтвердится. Депрессия — очень опасная вещь. Но были и опасения, что Настя специально так себя ведёт, чтобы Руслан больше времени проводил дома. Не верил Юлик во все эти родовые депрессии. К тому же, Настя так ждала ребёнка, что её поведение показалось ему блефом. — А ты уверен, что это точно не усталость? Да и может она поехала рекламу снимать. Жить же на что-то надо. Не вижу смысла беспокоиться. В крайнем случае, няню наймете. — Ребёнок должен воспитываться родителями! — Возразил Руслан. — О Боже, говоришь как яжемать, точнее яжеотец. Ты как-то поменялся. — язвительно проворчал Юлик. Суп не помогал контролировать раздражение. Они встретились после долгой разлуки в 10 дней, а Руслан затирает про Настины депрессии и прочие её проблемы. — Может потому что я и есть отец?! — Рассерженно огрызнулся Тушенцов. —  Прости, сорвался. Нервы ни к черту с этими бессонными ночами, поведением Насти, да и наши проблемы. — Считаешь, у нас проблемы? — Иронично вопросил Онешко. — Разве нет? Ты же сюда не супчика пришёл поесть. — Очень вкусно кстати, Насте мои благодарности. — Я готовил. — Вау, какой мужчина и готовит и в постели хорош. — Юлик подмигнул Руслану. Тот замялся и отвел взгляд. — Так какое твоё решение по поводу видео? Ничего что пока не будем снимать? — Спросил Руслан, убирая тарелки. — Думаешь, меня волнуют реакции? — Не выдержал Юлик. —  Нам было так хорошо. Не понимаю, что случилось. Почему ранее ты находил время на меня, а теперь носишься с этим ребёнком как курица с яйцом! — Последние слова были произнесены очень громко, полупустая кухня даже разразилась эхом. В детской комнате послышался плач. Руслан недобро посмотрел на Юлика и ушёл успокаивать малыша. Через пару минут Онешко решился пойти за Тушенцовым, в последнюю, неизведанную комнату. Да, ей явно уделили больше всего внимания. Зеленые обои, светлый паркет на полу, мягкий свет из-за шикарного струящегося тюля. Над кроваткой висело украшение с ангелочками и цветами явно ручной работы. Кроватку как будто выточили из цельного куска розового дерева. Да, это тоже явно работа мастера, делающего штучный товар. Комната для малыша была сделала с большой заботой и любовью, хотя Юлик удивился, что игрушки не были золотыми. Наверное, если бы Насте позволил бюджет, играл бы мелкий с кучкой металлических гирек в форме котиков да собачек. Пока же на пеленальном столике гордо красовалась лишь одна красно-оранжевая собака. Руслан качал на руках дитё, напевая колыбельную. Юлик на цыпочках подошёл к ним, похихикивая над неумелым пением Руслана. Взглянув на малыша, он громко прошептал: — Руслан, да это же маленькая копия тебя! Я всегда думал, что дети до пяти лет все похожи на маленьких Голлумов. — Ну, Онешко, договоришься же! — С улыбкой произнёс Руслан и поцеловал маленькую ручку ребёнка, взглянув на Юлика: — Ладно, подходи ближе. Максим медленно хлопал огромными голубыми глазами и кривил беззубый рот. Ему явно пока было сложно фокусировать на чем-то взгляд, и он как будто мечтательно смотрел куда-то в даль потолка. Его лицо уже разгладилось и он был как с картинки — такие же малютки лежат на руках мам в рекламе подгузников для самых маленьких. Тёмный пушок на голове придавал ему ещё больше очарования Он был таким крохотным и беззащитным, что сердце Юлика растаяло. — Кажется, Русланович мне улыбнулся. —  Сказал Юлик, завороженно смотря на малыша. Не удивительно, что Руслан так много времени проводит с ним. Максим был чудесным ребёнком. Юлику стало стыдно за его нехорошие мысли. — Ну это вряд ли, дети ещё не умеют улыбаться в таком возрасте. Но ты ему определённо нравишься. — Это у вас семейное, не иначе. Руслан протянул Максима Юлику и тот с величайшей осторожностью взял его на руки. Малыш буквально пару минут поглазел ещё немного в пустоту, а потом стал моргать всё чаще и наконец уснул на руках гостя. — Ну всё, аккуратно клади его в кроватку и пойдём. —  Прошептал Руслан. На кухне Тушенцов предложил Юлику чая. — Спасибо, откажусь. — Юлик взглянул на часы. —  А Настя скоро будет? — Не знаю. Юлик, я прям удивлён, Максим так быстро уснул у тебя на руках. Скажу по правде, так спокойно он вел себя только с тобой. — Может, это знак? Раз всё хорошо, мы можем продолжить снимать реакции. Приезжайте ко мне. Я куплю кроватку. Заодно по пути гулять будете. Свежий воздух полезен, а зима в этом году что надо. Я буду его быстренько укладывать, и будем снимать дальше реакты на Школу. Казалось, Юлик готов на всё лишь бы проводить время с любимым. Руслан напрягся, прочитав отчаяние в его глазах. Жена точно не одобрит таких похождений по гостям, но с другой стороны, если её поведение не изменится, она возможно даже и не заметит этого… Тушенцов был в смятении. Не хотелось отказывать Онешко, ибо Руслан желал не прекращать общение. Но вновь предавать Настю? Настойчивый звонок в дверь спас Руслана от ответа. — Настя пришла, блин, говорил ей — пиши смс, если забываешь ключи! Надеюсь, Максимка не проснётся, а то придётся опять укладывать. — Эй, я в няни не нанимался. — С ироничной улыбкой сказал Юлик. — Наверное, мне пора. Напиши мне своё решение и Руслан… Тушенцов остановился. — Спасибо, что принял меня. Надеюсь, мы сможем договориться. Ты знаешь, я принимаю твои решения и не хочу тебя терять. Ведь люблю тебя. И реши что-нибудь с днюхой. Парни по тебе тоже соскучились. Звонок в дверь не переставал гудеть, а вдобавок Настя начала стучать. — Да иду я! Ладно, Юлик, собирайся. Спишемся позже. — Руслан не сдержался и поцеловал Юлика в щёку, прежде чем пойти открывать. На пороге чуть шатаясь стояла его супруга. Руслан понял — Настя явно во хмелю. Она подняла на него свои холодные глаза. — Два бокала шампанского. Больше ничего. — Произнесла она. — Я тебя не отчитывал. — Начал было Руслан, но Настя его перебила. — Сколько раз ты приходил пьяным? Я не смотрела на тебя таким осуждающим взглядом. — Настя швырнула сумку на тахту и направилась на кухню. — Как Максим? — Услышал Руслан её вопрос из кухни под грохот стаканов. — Нормально. Спит. — Тушенцов подошёл к ней и прошептал: — Милая, давай потише, у нас тут гости… — Гости?! Какие ещё гости? — Взвизгнула Настя. — Только наконец-то родня уехала, так теперь ты друзей сюда таскаешь? Как меня это всё заебало! — Она схватила бутылку воды и быстрым шагом направилась в свой кабинет. В коридоре девушка наткнулась на Юлика, но даже не поздоровалась. Руслан услышал звук захлопнувшейся двери и сразу же Максим завыл, как заправская сирена. Юлик взглянул на Руслана из коридора. Он был уже обут и одет, но Руслан знал, что если он попросит, Онешко останется. «Ладно, он и так уже натерпелся за сегодня» — грустно подумал Тушенцов, протер глаза и пошел провожать гостя. У двери Юлик резко притянул Руслана к себе. Им обоим так этого не хватало. Жаркий поцелуй обжег губы, но Руслан не мог поддаться чувству и выбежать с Юликом за дверь. Максим продолжал кричать, и Руслан знал, что если не он его успокоит, то Настя вряд ли сейчас этим займётся. Тушенцов прервал поцелуй: — Юлик. Иди. Тебе пора, прости. — Он грустно опустил глаза. — Знаю. Я всегда жду тебя у себя, ты же помнишь? Я всегда рядом. — Юлик нагнулся к нему и ещё раз быстро и нежно поцеловал Руслана. — Счастливо, молодой папа. Не пропадай. — И Юлик выбежал за дверь.