Рыжий кот
2 мая 2018 г., 15:20
На улочках большого города было довольно тепло, а солнечные лучи щекотали лица прохожих. Конечно, лучше всего сейчас носить солнцезащитные очки, чтобы яркая зелень деревьев не раздражала глаза, но она немного притупляется, когда находишся в прохладной тени. Вроде бы и не лето, но одновременно и не осень. Сейчас наступило интересное время в Сеуле.
Парень идет себе спокойно по знакомым тропинкам, а глаза цепляет маленький забор, который он умело перелазил, когда сбегал с уроков с друзьями. На лице сразу расплывается улыбка от всех воспоминаний, которые связаны с этим местом, а точнее с его младшей школой, в которой как раз учится маленькое солнышко.
Вытянув руку вперед, аловолосый открыл ворота и не успел сделать шагу, как услышал родной голос.
— Хен! — мальчуган, лет так 8-ми, завидел знакомую макушку и побежал к ней навстречу, не обращая внимания на воспитательницу, которая сразу же выпрямилась, услышав звонкий, еще детский голос Хосока. То же самое сделал и парень и, завидев широкую улыбку младшего, сам улыбнулся, только своей — прямоугольной, которая согревала и давала почувстовать привычный домашний уют. Спустя какое-то время, русоволосый мальчишка взмыл в небо и уселся на руке старшего, пока тот подходил к знакомой девушке ещё с ранних лет.
О Хана — девушка 30-ти лет. По происхождению китаянка, родилась в столице — Пекине. Но из-за того, что родители развелись, когда ей должно было исполниться 15, то её забрала мама и они переехали в Корею, а если точнее в Сеул.
Девушка имела угольно-черные волосы, подстриженные под каре, но это не мешало ей выглядеть молодо. Если честно, то людям, которые её окружали и до сих пор окружают, хотят увидеть с длинными темными прядями, которые будут убраны с глаз, завязаные в маленький хвостик сзади. Но как она говорит, что начнет отращивать тогда, когда на свет появиться её малыш, её маленькая кровинка.
Несмотря на то, что ей уже недавно стукнуло 30, она не расстраивается с мужем, что до сих пор нет детей. Если нету, значит еще не время. Это может произойти в тот момент, когда никто не ждет, и доброе девичье сердце подсказывает, что это будет скоро. По крайней мере Хану её чуйка никогда не подводила, так что на душе ей спокойно.
Девушка имела красивые глаза темно-изумрудного цвета — они передались от отца. Губки-бантики всегда расплывались в радостной улыбке, а глаза сияли как никогда, если она увидит важного для неё человека, к примеру как Тэхен. А маленький носик смешно морщился, когда Хосок и Хана играли в какую-то новую игру и та, проигрывая, делала обиженную моську. Но она долго не держалась и оба начинали заливисто смеяться.
Плавные изгибы тела покрывала легкая ткань нежного платья, которая была покрыта легким цветочным принтом, не бросавшимся в глаза. А поверх него была накинута накидка светлого цвета. Если бы еще светлые волосы, то получился бы точно ангел во плоти, но даже темные пряди не мешают ей быть такой.
Девушка работала учителем в школе и одновременно воспитателем в классе, где учится Ким-младший. Если не брать эту должность, то она преподавала историю. Как не зайдешь к ней на урок, дети сидели тихо, вслушиваясь в материал, потому что Хана не простой учитель. У неё были свои замашки с детьми и она знала, и умела преподносить им материал. Особенно тот, который те точно не удосужатся прочитать в учебнике.
Еще Хане с раннего детства нравилось работать с детьми не только от 14 лет, но и от 4 и больше. Тогда они ещё малыши и такие честные в отличии от тех, которые повзрослее. Никто не скроет чего-то, расскажет, а потом, возможно, это останется маленькой тайной. Только её и ребенка, и больше никого. А ещё главное, направить детей на верный путь, показать где он ошибся и рассказать как лучше сделать.
Когда малышня ссорилась, то та незамедлительно подходила к ним и расспрашивала, что же между ними произошло. Иногда причина бывала и серьезной, а иногда настолько глупой, что смеяться хотелось. Но несмотря на это, Хана приводила примеры из своей жизни, рассказывая детям, иногда тяжело вздыхая и рассказывая, что лучше бы она извинилась и те жили дружно, без обид. А маленькие дети то наивные, посмотрят друг дружку, а потом извиняться, решаясь отпустить обиду на второй план. Но вскоре они опять могут сцепиться и историями ты уже не заставишь их подружиться. Но это уже совсем другая история.
— Привет, Хана — проговорил Тэхен, подходя ближе к девушке и опуская младшего на землю, чтобы тот побежал забирать свой портфель. — Хосок хорошо себя вел?
— И тебе не хворать. — проговорила девушка и сразу перевела взгляд на детей. Все таки следить за малышней во время продленки немного сложновато. — Хосок? Ой, сегодня у нас такие с ним страсти были, — тихонько проговорила девушка, наклоняясь поближе в парню. Было такое чувство, что она делится с ним чем-то важным, тайным, что только она и Ким-младший должны знать. Но как только девушка заговорила про страсти-мордасти, то Тэхен сразу начал играть бровями, говоря «А-ля я весь во внимании». И именно сейчас, и только сейчас брюнетка чувствует себя на 10 лет моложе, когда она начинает так сплетничать с красноволосым.
— Одним словом, твой Хосок-и влюбился в во-он ту девочку. — нуна показала на светловолосую малышку, которая играла с ребятами в мячик, радостно улыбаясь. — Конечно характером она выдалась, но так хорошенькая. Тэхен, а можно я буду бракосочетать их? — спросила девушка, легонько ударяя локтем в ребра младшему, на что тот расширил свои глазенки, а наружу вырвался девичьий смех от такой реакции.
— Хана! Они же дети! — Тэхен театрально удивился и вскоре они оба смеялись, наблюдая за малышней.
— Ну вот, совсем другое дело, а то пришел ко мне с кислой миной. Что-то в твоей академии произошло? — поинтересовалась Хана, переставая смеяться, начиная обеспокоенно смотреть на младшего, пока у того постепенно начинала пропадать родная улыбка. В памяти до сих пор остались едкие воспоминания, которые никак не хотели уходить со светлой головки.
***
Это произошло несколькими днями ранее, в самый первый день, именно тогда, когда закончилась церемония, представление класса и ознакомление с факультетами и занятиями. Тогда, когда парня прижали к чертовому столу, как он позже узнал, студсовета. Чернота глаз до сих пор отпечаталась клеймом, а такие радостные и одновременно насмехающиеся слова «Добро пожаловать!» выворачивали все наружу. Тогда на лице Чона читалась лишь забава, а глаза имели детский блеск, как у детей, которые нашли новую игрушку. Но если Тэхену показалось именно так, то не значит ли это, что он стал и в правду очередной забавой мальчугана? Даже если он и старше физически, но ментально — нисколечки, даже минуты дать нельзя! Но блеск резко потухает, радужку начинает покрывать матовая пелена, а темные брови сходятся на переносице, показывая, что их обладатель нахмурился и что-то обдумывает. А потом одна из них выгибается и губы начинают шевелиться, давая аловолосому услышать то, что он не хотел чтоб узнали. Ни одноклассники, ни прохожие, ни ребята с параллели… ни этот чертов Чон Чонгук. — Что простофиля делает в таком месте? — нестыковочка. Тэхен как будто стал статуей: глаза совсем чуточку расширились, рот приоткрылся, стараясь произнести что-то, но в голове было пусто, а Чон был полностью уверен, что перед ним стоит очередной отпрыск богатенького папаши, который пользуется финансами родителей, покрываясь иглами каждый раз, когда видит нового человека. Гук не прогадал, когда называл парня глупой овечкой, потому что оно так и оказалось. Чон Чонгук — глава своей стаи, президент музыкальной академии BigHit, нашел подделку, овечку, которая решила переодеться в такого же волка. Но она кажется забыла, что у собаковидных хорошо развит нюх, особенно у хищников. От подобных мыслей снова становилось веселее, а душа так и ликовала, понимая, что уже есть простой смертный, крестьянин, раб, сосуд, называйте как хотите, над которым можно поиздеваться, а за это ничего не будет. Но несмотря на то, что Тэхен не из круга богатеньких мальчиков, даёт ему право показывать свои клыки. Скорее всего, его лучше было бы сравнивать с котом. Рыжим, хитрым и шипящим на всё, что двигается. С котом, который попал в собачью стаю и для того, чтобы выйти из неё живым, пускает в ход свои когти, но перед этим шипит, предупреждает, что не нужно его трогать, а то больно будет. Может даже разорвать кожу, добираясь до мяса, давая крови появиться наружу. Но именно это и забавит Чона больше всего. Как бы кот не царапался, как бы он не кусался, найдется подход и он сломается, становясь нежным и безобидным кошаком с мягкой шерсткой. — Сгинь… — отдаленно послышался глубокий голос, а темные омуты встретились с матовыми, стальными карамельными глазами, имеющие золотые прожилочки. Тэхен начинал злиться. Его это все раздражало, а особенно, эта смазливая рожа напротив. — Как мы заговорили, а тебя не смущает, что я тут старше? — голос с насмешкой проскальзывает в ушную раковину в виде червяка и начинает пожирать там все изнутри, показывая, кто же тут хозяин, кому тут не стоит перечить, кому стоит закрыть свой поганый рот и просто ответить на чертов вопрос. Не дерзить, не хамить, выдохнуть и спокойно ответить. Тэ это понимал, но… Ким Тэхен, который не съязвит богатенькому отпрыску и вскоре не прикусит свой длинный язык — вовсе и не Ким Тэхен. — А вас не смущает что вы прижимаете человека к столу? Это может оцениваться в рамках попытки изнасилования без обоюдного согласия или даже простой угрозе жизни человека. Кстати, это кажется стать… — Тэхен не успевает договорить, ибо сразу прикусывает язык, видя танцующих чертиков в глазах напротив. Кто тянул Кима за язык? Ну кто решил дать ему такой характерец? Ну даже его мама не такая, и папа… И даже бабушки с дедушками! Ох, неужели он унаследовал характер своих родственников 125 поколения, которые жили еще до нашей эры… Стойте, а когда там динозавры появились? — Статья? Изнасилование? — из Гука вырвался нервный смешок и он не смог его сдержать, давая себе маленькую слабину. Но это было на несколько секунд, потому что снова появилась матовая пленка и черти возобновили свой пляс по новой, давая понять, что аловолосый дал им новый мотив для танца. Более нового, быстрого и одновременно тягучего. — Малыш, нам тут обоим больше чем 18 и тем более… — Чонгук помедлил, давая взгляду осмотреть лицо парня напротив. Этот разрез глаз, их радужку, аккуратный нос, пухловатые губы, эти маленькие поцелуи солнца — родинки, ничего не уйдет от изучающей темени, и тем более, всё останется в памяти надолго. — Если не прекратишь, обещаю, жизнь будет до жути «приторно-сладкой». Тэхен понял уловку, он не глупый мальчик. Не в этот момент, не в этой жизни. — Что, натравишь на меня своих парней? — тихо пробасил Тэтэ через зубы, смешивая голос с шипением, которое само собой вырвалось. Внутри все начало закипать, увидев ту самую, уже ненавистную ухмылку. Скоро она пропадет с личика, Тэхен обязательно сделает это. — Почему это? Для тебя это слишком мелко. — в комнате раздалось легкое эхо, а темноволосая макушка начала постепенно спускаться, слегка дотрагиваясь до медовой кожи носом, жадно вдыхая запах кондиционера и опаляя её одновременно, выдыхая раскаленный воздух. Тело пробила мелкая дрожь, а потом всё катится с горы вниз, Земля на момент становится плоской, а с неба идет дождь из лягушек. — Я сам займусь тобой… Но кулак аловолосого решает по другому, чувствуя всю дерзость и насмешку в словах, попадая в скулу парня напротив, когда тот отстраняется поднимая голову. Чонгук отшатывается на два-три шага, давая возможность Тэхену вылезти из «объятий черта», давая возможность вздохнуть полной грудью и вкусить кусочек свободы. Сказать, что Чон в шоке, это ничего не сказать. Он в недоумении и просто не понимает, за что же это ему такое существо с характером попалось то, а? Чонгук не пошел за Тэхеном, он дал ему уйти и на некоторое время отстанет, не будет трогать. Но это пока что. Дверь открылась, Тэ закинул свою сумку на плечо и быстро побежал к выходу. Хватит с него приключений. Хватит с него непонятной фигни, которая произошла в первый же день.Хватит
Когда красноволосая макушка скрылась за дверью, то Чон лишь цыкнул и поджал свои губы. Всё слишком сложно даже для него. Да, он альфа самец. Да, он отпрыск богачей, но это не значит, что он тоже ничего не чувствует. Скулу неприятно ведет, от чего тот шевелит немного нижней челюстью, чтоб хоть немного убрать дискомфорт. — Хоть и простофиля, а рука не дурна… — тихо проговорил Чон и перевёл взгляд на окно, вглядываясь в верхушки деревьев и окна домов напротив. Руки покоились в карманах, а на губах играла легкая тень улыбки. Хоть он и не знает имени паренька, но теперь точно не даст ему нормально жить.***
— Нет, просто устал. Был слишком насыщенный день. — легко проговорил Тэхен, неосознанно кладя руку на место, где до сих пор чувствовалось дыхание Чона. Где хотелось вымыть, растереть и сделать так, чтоб гадкое чувство пропало. Навсегда. — Хосок! Где ты там? — Бегу! — крикнул младший и вскоре стоял возле брата, отдавая старшему свой рюкзак. — До завтра, нуна. — мальчишка поклонился и, взяв Тэ за руку, потянул на выход, а тот лишь успел неловко улыбнуться и помахать девушке рукой в знак прощания. Хана лишь легко улыбнулась и, сложив руки на груди, тяжело выдохнула, опустив голову. Но тут же её подняла, услышав легкие всхлипы — одна из девочек упала и раздерла коленку, так что она поспешила на помощь. — Куда пойдем, домой или в кафе? — предложил старший младшему, на что тот охотно ответил что в кафе за мороженым. Тэхен не был против, потому что и сам хотел немного расслабиться и дать себе волю, пока это возможно на данный момент. Ведь не знаешь, что произойдет завтра.
