Верность до конца

- Тони... Пожалуйста... Звуки этого голоса заставили Старка вынырнуть из воспоминаний. Он был поражен, ведь Локи редко когда называл его по имени, особенно в постели. Но этот момент можно было по праву считать откровением темной божественной души. У гения снова сердце рвалось на части, когда он смотрел на такое беззащитное лицо Локи, с прикрытыми от удовольствия глазами. "Бей же!" - кричал здравый смысл. Но Тони не мог. Не мог выполнить свой долг. Пожалуй, стоило признать, что он облажался. Его кровь будто вступила в реакцию окисления, заставляя сердце чувствовать то, что вовсе не заслуживал враг. Лофт стонал его имя и сжимал его бедра, умоляя ускорить ритм. Старк, несмотря на возбуждение, ощущал ком в горле, который мешал дышать и думать. Он неосознанно погладил такое красивое и такое ненавистное лицо. Ему было страшно встретиться взглядом с богом, ведь тогда все его задумки всплыли бы наружу. Пусть магия не различает намерений, но Локи делает это запросто, на раз-два. - Старк! Быстрее! Тони привычно последовал приказу, набирая темп движений. Он приподнимался, позволяя Лофту полностью выйти, и снова опускался до основания. Холодное тело, казалось, плавилось от удовольствия. Язык жестов был очевиден. Бог хотел еще и еще, хотел, чтобы его подчинили, чтобы над ним доминировали. Чтобы его приласкали. Чтобы его любили. Старк почувствовал, как холодные умелые руки сжимают его плоть. С губ сорвался стон, в унисон стонам Лофта. Но все же разум оставался ясным. Гений видел в уголках глаз Локи капельки влаги, которые выступили от сексуального напряжения. Лафейсон тянул руки, желая, чтобы его касались. Лофт, такой падкий на ласки, никогда не скупился дарить их сам, хотя делал это с большой долей внешнего презрения и, порой, недовольства. Но Старк видел, какое истинное наслаждение ему приносят касания. Бог просил, в кои-то веки отбросив гордость. И Тони не устоял. Скользнув рукой по груди и задев соски, он зарылся пальцами в растрепавшиеся волосы и коснулся языком тонких пересохших губ. Локи, изогнувшись, прижался к нему грудью, ища еще больше тепла. Поцелуй сбивал дыхание и мешал двигаться. Лофт терзал рот гения, кусая его губы чуть ли не до крови. Тони от такой жаркой ласки лишь задушено стонал, удерживая бога за затылок. Локи схватил Старка за бедра, все резче насаживая его на себя, ощущая тесноту и жар человеческого тела. Его тело и душу окутывало небывалое тепло. Бог словно был счастлив. И вот настал удачный момент. Тони отклонился, не мешая богу вбиваться в его тело. Самого Лофта лихорадило. На коже проступили капельки пота. Старк перехватил клинок, стараясь не растерять всю решимость. Хватка сильных пальцев на бедрах стала синонимом сдираемой кожи. Локи протяжно застонал, словно рывками, срывая голос. Тони метко опустил тончайшее лезвие, вогнав его прямо под выраженный кадык, и, словно коллекционер бабочку, пригвоздил Лофта к постели. Бледные руки, судорожно сжавшись, безвольно упали. Кровь брызнула, оросив искаженное лицо бога. Рот его застыл в немом крике. В последние доли секунд Локи успел открыть глаза, и Старк как будто уловил в них упрек. Сейчас бог был похож на обиженного всеми ребенка. Каково это - обмануть Бога Лжи? Тони Старк, как никто другой, знал ответ на этот вопрос. Гений не выдержал и прикрыл его веки. Однако кинжала не вытащил. Тони слез с безжизненного тела, стараясь как можно меньше двигаться. Вот и все. Все кончено. Старк присягнул Локи на верность. Но тот не учел, что этот человек может быть верен до конца своим идеалам, своим друзьям и тем, кого он считал семьей. И Лофт все это у него отнял ради собственного удовольствия. И для того, чтобы крепче привязать Тони к себе. Но ни один бог не в праве распоряжаться жизнью Тони Старка. Правда, убивать беззащитных ему еще не приходилось... Гений, казалось, не чувствовал ничего, автоматически двигаясь. Он накрыл тело Лафейсона простыней. Ему не хотелось, чтобы Тор обнаружил брата в столь неприглядном положении. Сам же Старк, едва дотянувшись до джинсов, которые все же не испарились, а переместились, надел их, нашаривая рубашку. Одевшись, он сделал глубокий вдох и встал с кровати. Коснувшись реактора, сделал шаг... Второй... Третий... Четвертый... Пятый... Это было совсем не больно. Его сердце просто перестало биться.