Девушка Окиты-сана

      Сого нашелся за поворотом. Он почему-то никогда не подходил к воротам школы Кагуры, а терпеливо дожидался ее за углом, как маньяк. Кагура как-то пригрозила, что сдаст его полиции, если он будет так ее караулить, но все время забывала это сделать. Ее уже подмывало нажаловаться Гинтоки, но тот бы тогда от Сого и мокрого места не оставил.       Сого снова зачем-то надел дурацкие солнечные очки и капюшон толстовки на голову, хотя день был вовсе не солнечный. Кагура поравнялась с ним и они молча пошли рядом.       Они познакомились с Сого два года назад, когда оба искали своих опекунов. Гин-сан и Тоши-сан, опекун Сого, в тот день заимели получку, случайно встретились в баре, как-то познакомились и напились до такого состояния, что их пришлось вынимать из автомата с газировкой. Так вот, в процессе вынимания этих бесчувственных, и, вообще-то, совершеннолетних тел из автомата, Сого с Кагурой и познакомились.       И в этот же вечер впервые подрались.       Если бы не стихийно возникшая дружба между Гинтоки и Тоширо, их дороги в тот день разошлись бы. Однако две заблудшие души, случайно нашедшие друг друга, собирались и пьянствовали каждый месяц, поэтому Сого и Кагура тоже невольно сталкивались, вытаскивая опекунов из передряг. Поначалу они терпеть друг друга не могли, но поневоле пришлось общаться. Парочка опекунов имела очень странные способности – они могли находить себе приключения на мягкие места даже в трезвом состоянии, что уж говорить про состояние после трех бутылок саке. Пожалуй, самым ярким воспоминанием было то, как Сого и Кагуре пришлось искать этих психов по Йошиваре. В итоге потеряшки нашлись у Цукуё, бывшей одноклассницы Гинтоки. Та оказалась порядочной – напоила алкашей чаем и уложила спать. Однако впечатления о посещении Йошивары были незабываемыми, Сого и Кагура еще полдня просидели в доме у Цукуё, пялясь в стену. После этого между ними появилось некое своеобразное перемирие – все-таки сообща было легче искать идиотов.       Их сверхспособность постоянно сталкиваться неожиданно оказалась заразной – или просто Сого и Кагура стали искать встреч друг с другом. Поначалу это было якобы случайно – встретились на улице, в магазине, в парке… Как будто в Эдо было мало парков и магазинов. А потом надоело скрываться – интерес друг к другу был взаимным, подростки начали ходить гулять.       Как они стали встречаться, Кагура и сама не поняла. Сого был такой же странный, как и она - он носил футболку с символом Супермена под школьной формой, мог надеть разного цвета кроссовки, совершенно не гоняясь за стилем.Часто напяливал на себя толстовку с капюшоном, бейсболку или солнечные очки, словно прятался от кого-то. А еще Сого был садистом, извращенцем, любил доставать людей вокруг себя, запугивая их до нервного срыва. Любимым его занятием было доставать Тоширо, который, впрочем, по долгу службы слишком редко бывал дома. Друзей у Сого почти не было, если не считать, конечно, веселого и несуразного парня по фамилии Ямазаки, его одноклассника, и самой Кагуры. Но, если говорить начистоту, им было четырнадцать и семнадцать соответственно, они были знакомы два года... И да, кажется, любили друг друга. Кагура не совсем еще понимала это сложное чувство, но их «свидания» и все прочее радикально отличалось от того, что было между ее сверстниками. Те ходили в кино или в кафе, держались за ручки, целовались друг с другом и занимались сексом. Расставались через пару недель после того, как начинали встречаться. Говорили друг про друга гадости за спиной. Отчаянно и глупо ревновали.       Сого ничего не требовал. Они не называли друг друга «мой парень» и «моя девушка». Не ходили в кино, Кагура не надевала короткие юбки, Сого не дарил цветов и мягких игрушек. Но он всегда, каждый день, встречал Кагуру около школы. Ему для этого требовалось ехать около сорока минут на метро, однако он игнорировал трудности. Встречал, шел с ней до магазина, закупался там молоком на двоих, а потом они шли, куда глаза глядят. Вместе было хорошо.       Сого всегда шел рядом, закинув пакет с молоком на плечо. Его взгляд казался скучающим, но на самом деле был цепким и настороженным, спрятанным за пушистыми ресницами. Когда они уходили подальше от школ и большого количества людей, он снимал свои очки. Сначала говорил совсем мало, просто слушал, как Кагура треплется про школу, Соё, как опять бухого Гин-чана лупил метлой Шинпачи, про Садахару и лишь спустя некоторое время включался в разговор сам. Ему словно было не о чем говорить – его жизнь была проста и скучна. Школа ему не нравилась, одноклассники раздражали, опекун бесил. Вскоре их разговоры плавно переходили в обсуждение фильмов, дорам, книг, манги и простую болтовню на самые разные темы. Например, недавно они спорили, можно ли на жучиных боях разбогатеть насколько, чтобы купить для себя каждого жука в Эдо и его окрестностях.       Кагуре нравилось такое общение. Ее мысли казались другим бредовыми, другие люди часто просили ее говорить потише, помедленнее… Кто угодно, но только не Сого. Сого сам любил говорить быстро, потому что людей это бесило, ему нравилось иногда устроить соревнование «кто громче крикнет» или что-то в таком же духе. Его голова тоже была полна разноцветного бреда, разве что немного разбавленного садизмом. Хотя, объективно говоря, Кагура и сама была не лучше.       Он всегда говорил прямо – что думает, не лакируя это чем-то красивым. Но много молчал, особенно о своих проблемах или о том, что у него на душе. Кагура легко угадывала – по его глазам, движениям рук, мимике. Знала, когда стоит промолчать, а когда ему нужна хорошая встряска. Понимать его ей ничего не стоило – может быть потому, что они были на одной волне. Сого тоже был таким же. Не давал ей спуску, не давал почувствовать себя слабой. Под защитой, равной ему – но только не слабой. Рядом с ним она не чувствовала себя нежной девочкой, которую должны носить на руках и потакать всем ее капризам. Сого легко мог и щелбана в лоб дать. Рядом с ним Кагура чувствовала себя на месте, будто бы мир покачнулся, и все люди в нем по щелчку встали так, как должны были быть.       Ей очень нравилось то, что она в любой момент может взять Сого за руку, привстать на цыпочки и поцеловать его в щеку. Другие парни были помешаны на сексе, на переменах говорили о нем без умолку, частенько хватали девчонок за мягкие места и поднимали им юбки. Кагуру в школе боялись, да и под юбкой у нее были красные спортивки – мало чего интересного. Сого никогда не делал грязных намеков и не тянул свои руки куда не надо. Да что там говорить – однажды Кагура вывихнула запястье, свалившись с моста в реку в попытке поймать улетевший зонтик, и Сого помогал ей переодеваться. Она была перед ним в одних трусиках и лифчике, однако взгляд и руки Сого были спокойны. Все его движения, все его жесты тогда говорили: "Нам с тобой некуда спешить. Я уже все решил, мы друг друга на всю жизнь. Мы все успеем". И хоть Кагуре было всего четырнадцать, она ясно это поняла. В тот день ее сердце окончательно успокоилось.       С Сого ей не нужно было краситься, клеить ресницы и носить чулки на клею. С Сого ей не нужно было знать наизусть всех звезд и тихо смеяться. С Сого она могла жевать сукомбу хоть сутки напролет, у нее могло быть тощее, плоское тело и она могла носить страшные очки. Потому что Сого был ее, а она была его. Вот так. Так они решили.       - Да, кстати, - спросила Кагура зачем-то, хотя обычно по пути в магазин она рассказывала про события в школе, а не задавала вопросы, - а ты знаешь, кто такой Окита-сан?       Сого, который как раз снял с головы капюшон и поднял на макушку свои дурацкие очки, замер. Уголок его рта нехорошо дернулся, взгляд помрачнел. Кагура приостановилась, чтобы дождаться ответа. Но Сого не спешил с ответом - он молча снял очки, сложил их, убрал в карман, немного подумал и потом вдруг ни с того, ни с сего спросил:       - А за что ты меня любишь?       - Эй, - прищурилась Кагура, - а ну-ка, не уходи от ответа. Если не знаешь, так и скажи.       - Да знаю я, - резко и немного нервно ответил Сого, отворачивая лицо, - звезда какая-то. Его во всех телешоу показывают. И в журналах печатают.        - Я телик не смотрю, - наморщила нос Кагура, - только дорамы. И журналы не люблю – макулатура. Мы с Гин-тяном иногда читаем «Джамп».       - Так что? – вполголоса спросил Сого. Потер указательным пальцем под носом. Нервничает.       - Что?       - Блин, Китайка, не дури голову! – раздраженно воскликнул он, - я же спросил - любишь ты меня за что?       - Нууу... - протянула Кагура и почесала переносицу. Потом она надолго замолчала, и Сого тоже не стал переспрашивать, молча идя рядом с ней. Он выглядел немного рассерженным и расстроенным. Ему, должно быть, совсем не нравился вопрос и такое молчание со стороны Кагуры.       - Не знаю, - наконец произнесла она так внезапно, что он даже вздрогнул, - не могу понять. Но у меня есть такое чувство... - Кагура провела в воздухе руками, - вот, знаешь, когда хочешь кого-то обнять, но очень боишься сжать его слишком сильно и сломать? Ну, неловкость. Кажешься сам себе большим… Нелепым. Все тебя сторонятся, считают странным. Никто не любит. А рядом с тобой у меня нет такого чувства. Я не боюсь обнять тебя изо всех сил. Я знаю, что даже если сломаю тебе ребра, ты никуда не денешься. Попробуешь сломать мне ребра в ответ и все. Ну, как-то так, - пояснила она и ее маленькие обветренные ладони беспомощно опустились, - пойдет?       Сого остановился и улыбнулся. Во весь рот широко и так славно. Кагура тоже остановилась, не понимая, чего он затормозил.       - Что? Я сказала не так? Или ты не понял?       - Ничего. Ты сказала все так, и я тебя понял. Я такой же. В смысле, как и ты. Я тоже ничего не боюсь, когда мы вместе с тобой. Просто знаю, что ты никогда не сломаешься под моим напором. И что мы с тобой скорее лбы разобьем, бодаясь, чем отступимся. Мне нравится жить так. С тобой не страшно быть собой. Потому что ты примешь меня любым.       Кагура фыркнула.       - Только дураки боятся быть собой. Даже если ты Мадао, будет один человек в мире, которому ты принесешь радость. Такой, какой ты есть!       Сого пожал плечами.       - Многим людям нужна оболочка, - вполголоса сказал он, - красивая обертка. Только тогда они начинают тебя любить. Когда ты такой, каким они хотят тебя видеть, - Кагура молча смотрела на него, - а ты можешь быть садистом и плохим человеком. Пердеть в душе. Любить ужасные дорамы с плохой озвучкой. Ковыряться в носу. И стоит тебе проявить какие-то из этих качеств – они сразу же сбегают от тебя.       - Чтобы это терпеть, надо просто любить тебя, дурак.       Сого, наклонив голову, посмотрел на нее. Щеки Кагуры порозовели, но она не опустила глаз.       - Любить плохие стороны?       - Нет. Плохие стороны никто не любит. Любить тебя самого. А те, кто требует идеальности, тебя просто не любят. Таких людей надо оставить за спиной и идти со спокойным сердцем дальше.       - Пока не найдешь того, кто тебе нужен? – спросил Сого. Кагура пожала плечами, - тогда мне повезло, что я нашел тебя.       Девчонка залилась краской.       - Ты дурак, - пробурчала она, - дурень. Подростковая любовь глупая, она рано или поздно пройдет. И то, что я не сбегаю от тебя, еще не значит ничего.       Сого покачал головой. Протянул руку и щелкнул пальцем по металлическому боку заколки.       - Это значит все, - негромко сказал он, встречаясь взглядом с Кагурой, - можешь не верить мне и считать, что я опять с тебя стебусь. Только я уже решил – когда мне исполнится восемнадцать, и я закончу школу, я расскажу тебе одну вещь. А пока обещай не читать журналов и не смотреть телешоу, хорошо?       Кагура остановилась и посмотрела на него. У Сого были очень красивые глаза, красновато-карие, обрамленные густыми ресницами. Ветерок колыхал светло-русую челку.       Мимо них прошли несколько тетушек с собакой, собака залаяла, должно быть, учуяв запах Садахару. Тетушки переглянулись, и, прикрыв ладонями рты, начали хихикать и называть Сого «лапочкой».       - Мне плевать, – наконец сказала Кагура, глядя в постепенно распахивающиеся яркие глаза, - какие у тебя там тайны. Будь ты хоть кем. Хоть незаконным сыном премьер-министра. Я просто тебя люблю и все. Даже то, что я тебе говорила, про объятия и страхи – лишь малая часть. Я люблю тебя во много раз больше всех этих слов. Ни за что. Просто так.       Сого подался вперед, прошел несколько шагов и обнял ее за плечи, прижимая к себе. Кагура прижалась носом к его плечу, встала на цыпочки и зажмурилась. Сого слегка дрожал, елозя щекой по ее макушке. Он был теплым, и от него слабо пахло молоком. Кагура потерлась щекой о его плечо и подумала, что никогда еще никого так сильно не любила. Никто еще не был ей так близок и понятен, как он.       - Когда мы закончим школу, выйдешь за меня замуж, Китайка? – вполголоса спросил Сого, упираясь подбородком ей в макушку, - пока ничего сказать не могу, но я обещаю, что буду завидным женихом.       - Если Гин-сан позволит, - пробурчала девочка, больше из принципа, - я примерная дочь.       Сого сжал руки чуть сильнее. Будто прося у нее поддержки.       - Я люблю тебя, - сказал он. Кагура фыркнула и боднула его виском.       - Конечно, - ответила она.       Впрочем, не прошло и пяти минут после этих объятий и признаний, как они уже затеяли драку, несколько раз поспорили, надулись и дошли до магазина молча. Неожиданно вместо молока Сого купил мороженное, и уже выйдя из магазина, они разговорилась снова, на этот раз про способы казни в древнем Китае. С казней тема плавно перешла на торты, потом на домашнее задание, потом на школьную форму, а потом Сого будто бы случайно обронил, что Тоширо скоро опять уезжает в командировку и если Кагура хочет прийти к нему домой, то Сого всегда ждет ее с семи вечера до семи утра. Кагура спросила, нет ли у этого приложения какого-нибудь извращенного подтекста, Сого ответил, что все зависит от обстоятельств.       К несчастью, их разговор услышал очень вовремя идущий с работы домой Саката Гинтоки, поэтому пареньку пришлось быстро уматывать от взбешенного опекуна девочки, пока она весело кричала, чтобы тот бежал быстрее, потому что меч у Гин-тяна хоть и деревянный, но бьется больно.       Через пару дней, в семь часов вечера, она уже была у Сого дома, в небольшой, но уютной квартирке в центре Эдо, и они полночи провалялись на диване, играя в онлайн-игру и доводя друг друга до белого каления своими шуточками и подколками.       Им некуда было спешить. Они уже все решили, и у них впереди была целая жизнь.       ***       У Окиты-сана есть девушка - это его самый малюсенький недостаток, который выводит из себя его поклонниц. Но, правда, эту девушку никто в лицо не видел.       Может быть, она просто миф.