Чувства

Ночь была холодной. Дождь бил по крышам домов, будто, наигрывая какую-то песню. Настежь открытое окно пропускало холодный ветер и запах сырости. Еле видные лучики лунного света, сквозь тучи, проникали в дом Рокбеллов. Нет,все же Элриков. Тихие всхлипывания девушки глухо раздавались по комнате, но дождь глушил страдательные звуки человека. По коже пробежала еле заметная дрожь, тело покрылось мурашками. Она не понимала: от холода это или из-за мыслей. Скомканное одеяло покоилось на полу. Девушка сжимала белую простынь и ёрзала от своих удушающих мыслей. Если она дала жизни стольким людям... почему же она не может дать жизнь собственному ребёнку? Слезы тихо скатывались по её щекам, а затем медленно впитывались в уже мокрую подушку. Он сидел на краю кровати и смотрел на неё. Впервые он был настолько бесполезным. Эдвард чувствовал себя самым беспомощным человеком на свете. Он не двигался вот уже двадцать минут. Вдруг тихие всхлипывания девушки залились ревом боли и страданий. Он ещё никогда не слышал человека, настолько сильно страдавшего и проклинавшего себя за свою немощность. В эту ночь он мог позволить себе плакать. Плакать до удушения, потому что это никак не поможет. Ее тело было холодным. Пальцы рук и ног онемели, а тело ей не подчинялось. Было чертовски холодно. На душе. За окном. В комнате. Она сидела и смотрела на свои ладони, уже неподвижно лежавшие на белоснежной простыне. Пальцы судорожно вздрагивали, а глаза слипались от боли. Она сидела так вот уже несколько часов. «Эд..вард..» Как только она произносила это имя в самых тяжелых жизненных ситуациях, ей становилось лучше, но не сейчас. Только не сейчас. От этого она только сильнее душила себя и убивала изнутри. «Прости меня...» Дыхание становилось таким тяжелым, что его невозможно было не услышать. Кажется, в ту ночь плакал весь мир. Но никто не мог им помочь. Спустя столь долгого и измученного душевного страдания, он приблизился и обнял ее левой рукой за плечо. Золотые оттенки волос пары сплелись, а она тихо положила свою голову на его обнаженную грудь. Она могла слышать его сердцебиение, могла чувствовать каждый его вдох. И тогда она снова начинала плакать. Слезы скатывались на его тело, оставляя за собой влажные следы. В тот момент ее сердце остановилось.