Самая хрупкая вещь в мире.

Дениз с раздражением переключила канал. Тьфу. Снова очередной турецкий сериал о вечной любви с красавцами-актерами. Какой бред. — Чёрт бы побрал все ваши турецкие фильмы! — В сердцах возмутилась Дениз и вернулась к просмотру почты. На днях ей поступило одно очень интересное предложение, от которого она не могла глаз оторвать. Ей предложили художественно оформить и украсить интерьер для театрального спектакля. То есть стояла задача в создании уникального интерьера под театральный спектакль «Собор Парижской Богоматери» в современной интерпретации. — Нотр Дам де Пари….- Задумчиво произнесла девушка, перечитывая письмо. История, которая уже стала классикой. История об отчаянной любви и неверном выборе, который приводит к смерти. Она горько усмехнулась, что ж. Её неверный выбор привёл только к тому, что она оказалась на задворках турецкого кинематографа без права возвращения. Два года назад все гудели и восхищались её игрой в сериале «Госпожа Фазилет и её дочери», а потом… Дениз с досадой кусает нижнюю губу и сдувает упавшую на лоб чёлку. Это может быть интересно. Прикоснуться к актёрской игре и миру творчества хотя бы издалека, хотя бы взглядом… За эти два года на новом поприще декоратора она накопила уже четыре оформительские работы, но ни одна не была связана с…. — Дениз, а с чем связана эта работа? А? Девушка думает, что если задаст сама себе этот вопрос вслух, то что-то изменится, как будто сказанное может как-то повлиять на ход её мыслей в голове, которые против воли, стоит только оставить их без присмотра вьются, лишая покоя. Она уверенно нажимает на кнопку «ответить» и начинает набирать текст со слов благодарности. Через два дня девушка получает ответ от потенциального работодателя с приглашением осмотреть фронт работы. Дениз окрыленная летит на встречу новому и неизведанному. Театр встречает её своим величием и тишиной. Тут своя, особая атмосфера, которая царит независимо от людей и времени. На подмостках этой сцены были произнесены клятвы, обещания и проклятия героями. А в зале неизменно сидел и следил за действием зритель. Почти никакого отличия от жизни. В реальности люди тоже любят наблюдать, стараясь не вмешиваться. — Дениз? — Слышит девушка удивленный голос за своей спиной. Она невольно вздрагивает и тяжело вздыхает. Ну вот пожалуйста. Первый отголосок её глупого прошлого. — Нисал! — Она натягивает фирменную улыбку и поворачивается. Да, она не ошиблась. Это именно Нисал. Один из гримеров каста «ГФИД». — Хорошо выглядишь! Ты постриглась и похудела, хотя куда уж больше! — Смеётся Нисал, которая очень рада видеть Дениз. — Слушай, после того как ты… — Нисал! — Дениз произносит имя резче, чем хотелось бы. Потом осторожно хлопает по плечу знакомую, добавляя, — Не надо о прошлом. Расскажи лучше как ты. — Тут будут ставить новый «Нотр дам», — Нисал сокращает название, — А я буду гримером. Постановка будет грандиозная, планируется большая подготовка, идёт набор актёров, хотя некоторые уже утверждены. Например, Махир Гюнширай. Он играет Клода. Священника. Ты представляешь? Наш Махир и священник? — Да уж, — сквозь зубы улыбается Дениз. — Эм…кто-то ещё из наших знакомых будет участвовать? — Будет, наверное. Кастинг ещё идёт, но сюжет и финал утверждены. Там будет вольная концовка, судя по слухам. Кстати, Чаглар тоже будет. Только я не знаю в качестве кого. — Мило, всегда приятно видеть старые знакомые лица. — Улыбка Дениз становится ещё натянутее и девушка тоскливо думает, что кажется утратила актерский талант, если ей всё труднее и труднее поддерживать эту беседу. Особенно сейчас. –Я рада была тебя повидать, Нисал. Но мне пора. Она не ждет ответа, разворачиваясь и доставая телефон. Проклятье. Нужно срочно отказаться от этой работы. — Господин Джай, здравствуйте. Это Дениз. Я, кажется, не смогу с вами работать. Прошу прощения. Что? Всё же просите зайти? Она смотрит на телефон с минуту. Зайти и посмотреть? Что такого она увидит в театре, что заставит её передумать? Дениз снова разворачивается в сторону театра, чувствуя себя в ужасно глупом положении, потому что Нисал всё ещё стоит и кого-то ждёт. — И снова привет! — Дениз машет ей, торопясь исчезнуть за массивными дверями, пока та её снова не поймала. — Так, по коридору направо, через раздевалку, — Бормочет Дениз, повторяя слова своего потенциального работодателя. Вот, та самая комната. Отлично. Она робко стучит. В ответ тишина. Через некоторое время девушка повторяет стук. — Да что же такое, а? — Она дергает дверь на себя. Картина, открывшаяся перед глазами впечатляет: господин Джай мирно посапывает на диванчике. Видимо, именно это должно было впечатлить Дениз. Она саркастически хмыкает и стучит громче, отчего пожилой мужчина смешно подпрыгивает и вертит головой. — Госпожа Байсал! — Он пожимает плечами и встаёт с дивана, — Добро пожаловать. — Извините, — Она неловко топчется на пороге, — Я поняла, что я не смогу помочь вам. Сожалею, что потратила ваше время и… — А мне кажется, что сможете. Мы непросто так вас пригласили. — Что? — Дениз смотрит на него во все глаза. Что он несет? — Вы ведь знаете, что такое актерская игра, знаете как важно оформление и, я думаю, что сама история будет вам интересна. — Господин Джай, я ушла из мира кино. Я забыла и не хочу вспоминать как важно оформление, и эту историю пытались экранизировать много раз. По ней огромное множество мюзиклов, спектаклей, все пытаются разгадать Эсмеральду. А разгадывать то нечего. Она обыкновенная дура, которая… — Госпожа Байсал. — Он перебивает её, вскидывая руку, — Дениз, — голос пожилого мужчины звучит мягче. Она вежливо замолкает, думая о том, что перегнула палку. А он продолжает: — Дениз, может быть вы и ушли. Допускаю, что не хотите возвращаться. Может быть, не хотите вспоминать. Но вы ушли не потому что вам не давалась игра или вы не умели чувствовать героев. У вас горят глаза. Вам это нравится. — Нравится, — Кивает Дениз. — Но есть причины, по которым… — Вы просто попробуйте, пожалуйста. — Он смотрит на неё изучающе, а его просьба звучит как маленький вызов. — Хорошо. Я попробую. — Она сама не понимает, как и зачем вырвались эти слова. Просто бывают моменты, когда от тебя больше ничего не зависит. Какая-то часть её души потянулась сюда. И Дениз была не в силах это изменить. — Сегодня вечером будет небольшая вечеринка. Почти утверждены актеры, кроме тех, что будут участвовать в массовке. — А можно…- Дениз жмурится, как ребёнок, не зная стоит ли задавать этот вопрос. Потом всё же рискует и шепчет: — Посмотреть кто будет играть? Я просто обожаю эту историю с детства… Он молча протягивает ей список актеров, распечатанный на обычном формате А4. Она быстро пробегает глазами по списку, останавливаясь только на тех фамилиях, которые знает: " — Махир Гюнширай»; — Толга Гюлеч; — Хазал Тюресан…» На её фамилии Дениз невольно улыбается. Вот с Хазал она бы с удовольствием увиделась. Иногда, она даже скучала по ней. " — Туба Тюрк; — Ханде Эрчел; — Илькер Калели;» Она хмурится. Дальше идут актеры, которых она не знает. — Его нет. — Шепчет Дениз сама себе, забыв, что находится в помещении не одна. — Нет… — Вы рады или расстроены? — интересуется господин Джай, наблюдая за ней. Дениз смущается и бормочет: — Вы даже не знаете о ком я. — Какая разница! Я столько повидал на этом свете, что меня уже не удивишь именами. Но ваша реакция…вы кого-то очень хотели увидеть в этом списке. И, кажется, не хотели одновременно. Дениз сердится и вздыхает: — Я никого не хотела увидеть. Просто Нисал сообщила мне, что одного актёра тоже утвердили. А его нет. Поэтому я удивилась. — Конечно, поэтому. — Он ей добродушно улыбается, потом встаёт рядом и произносит: — Прошу, я покажу вам с чего начать. Господин Джай, несмотря на своё странное поведение, оказался приятным собеседником. Он рассказал ей историю театра, сообщил почему кино никогда не сможет встать с театральными постановки на одну ступень; и рассказал, что на самом деле от работы декоратора будет многое зависеть. Сцена снизу смотрелась совсем иначе. — Дениз, — Он добродушно похлопал её по плечу, — Смотри. Декоратор всегда стоит здесь. Только отсюда ты видишь то, что видит зритель. Ты не с актёрами, ты именно со зрителями. С этого ракурса ты понимаешь всё. Удачно ли вписался образ актёра в придуманный тобой мир декораций. Тебе нужно обязательно быть сегодня вечером, чтобы познакомиться со всеми. Чтобы представить каждого в его роли и на сцене. — «Стараться забыть кого-то — значит все время о нем помнить.» — Шепчет Дениз. Джай кивает ей, довольный тем, что она цитирует будущую постановку. — Вот это именно то, чего мы добиваемся. Чтобы здесь все думали об этой истории и жили ею. Тогда спектакль удастся. И да, Дениз. Выбранная вами фраза Квазимодо прекрасна, но! — Он вскидывает палец и улыбается, — Есть гораздо более сильная фраза оттуда же, которая отражает всю суть этой истории любви: «В ад, куда ты направляешься, я пойду с тобой, и это будет для меня раем». — Это всё лирика. — Она ему вежливо улыбается. — Я всё поняла. Вечером загляну и познакомлюсь. Сейчас мне пора. Девушка поднимается по ступенькам вверх, мимо кресел, чтобы выйти с центрального входа. «Чаглара нет. Его не будет» — облегчение, которое должно вот-вот наступить, никак не приходит. Да что такое творится то? — Дениз, возьми себя в руки! — Строго одергивает девушка саму себя, дёргая старинную тяжелую дверь за ручку. Дальше всё происходит как в замедленной съемке, потому что дверь толкают и с другой стороны, из-за чего Дениз чуть не слетает вниз по ступенькам. От падения её спасает рука, крепко сжавшая её локоть. Она поднимает глаза и застывает, слыша такой забытый и в тоже время знакомый голос, заставляющий её сердце ухнуть вниз. — Здравствуй, Дениз. Прямо на неё в упор смотрят серо-голубые глаза Чаглара.