Самая хрупкая вещь в мире.

Вера может приносить спасение или разрушение. Но если будешь слишком долго верить в ложь — правда тебя не освободит. Правда сломит тебя. Видоизмененный углерод.

***

Чаглар наблюдает за Дениз, которая вышла поговорить по телефону, из дома через окно. После их приятного времяпрепровождения, она выглядит очень забавно. Особенно её волосы, которые торчат в разные стороны. Девушка с кем-то увлеченно спорит, не подозревая, что он смотрит на нее. Мужчина отвернулся. Мысль о том, что она всё ещё ни о чём ему не рассказала, угнетает. Нет, он бы мог пережить отсутствие правды, но напряжение, которое время от времени появлялось в её глазах передавалось и ему. Телефон «ожил». Неугомонный Джай после штрафа стал ещё более неугомонным. — Да? — Чаглар морщится, но всё же отвечает на звонок. — И где мой жестокий, гадкий и меркантильный шеф? Ты мне нужен. Ханде устроила скандал и, кажется, уходит. — Я уехал по делам, Джай. С Ханде разберусь завтра. — Нет! — Голос из трубки такой громкий, что Чаглару приходится убрать телефон подальше от уха. — Ты должен сегодня с ней поговорить. Мне, значит, курить нельзя, а успокаивать зарвавшихся звёзд можно? Идите к чёрту. Уволюсь с крошкой Ханде и оба свалим на Бали. — Джи, не придумывай. Жена пристрелит тебя раньше, чем ты покинешь стамбульский аэропорт. Завтра буду. — А причина? — Я тебя сам уволю, если не отстанешь. — Причина, Чаглар? Кстати, твоего милого декоратора опять нет на месте. Ты перед девочкой извинился? — Почти, — уклончиво отвечает Эртугрул. — Я её отпустил. Скорее всего будет на работе завтра. — Так, — судя по всему мыслительный процесс Джая запустился, — Ты занят, не можешь приехать. Дениз ты отпустил. Я должен предположить…. — Джай! -…что вы всё же вместе. Я надеюсь, что вы вместе. Эта крошка уже в твоей постели и ты отменишь свой штраф… — Джай! — Чаглар, — тон собеседника стал серьезным, — Тебе нужно вернуться сегодня. Я бы тебя не беспокоил просто так. Если тебе важна постановка. Дениз как раз возвращается в дом к концу диалога. У Чаглара хмурый вид, он не смотрит в её сторону, о чём-то размышляя. В её голове проносится сотня мыслей от: «ему набрала Кайла или Барыш» до «Он получил что хотел, отомстил и теперь готовится послать меня». Наконец, Чаглар поворачивается к ней и пожимает плечами. — Прости, но нужно вернуться обратно. — Что случилось? — Дениз с тревогой смотрит на него, заставляя теперь уже самого Чаглара гадать в чём причина её беспокойства. — Джи говорит, что Ханде скандалит и хочет уйти. Мне нужно поговорить с ней. Да и репетицию никто не отменял. Она облегченно вздыхает. Чаглар хмурится, вспоминая о том, что между ними двумя, по- прежнему, стоит стена из недомолвок. И неправды. — А, я понял. Ты подумала, что мне мог позвонить Барыш или Кайла и всё-таки рассказать о загадочном прошлом? — Мы же закрыли тему. — Не закроем, Дениз. Я всё равно выясню правду. Она чувствует, как волна злости, пока ещё тихонечко, поднимается где-то в эпицентре груди. Неисправимый дурак! Вот пристал же к ней, на её голову. — Ты хотел вернуться в город? Прекрасно. Едем. Она начинает метаться в поисках своей сумки, потом вспоминает, что оставила её в его машине. А там, между прочим, её расческа. Девушка торопливо приглаживает волосы руками, поправляет одежду и потом, остановившись, мрачно смотрит на Чаглара, который иронично вздернув бровь, наблюдает за её нехитрыми движениями. — Бесишься? — Интересуется мужчина, неторопливо вставая, подходя к ней. Дениз отступает в сторону двери, готовая в любой момент пуститься наутек, трусливо сверкая пятками. Да-да, именно пятками. Свою обувь она не нашла. — Дениз, перестань. — Его ладони ложатся на её лицо, а сам он оказывается очень близко. — Тебе так трудно довериться мне? — Причина не в этом. — Расскажи, а я решу твою проблему. Обещаю. — А вдруг я сделала что-то плохое в прошлом? Например, убила человека или участвовала в оргии? Чаглар закатывает глаза и звонко целует её в нос. — Для убийства ты слишком труслива, а для оргии слишком неопытна. Дениз от возмущения открывает рот, чтобы высказать этому зазнайке всё, что она о нем думает, но Чаглар пользуется этим, чтобы поцеловать её. Его рука оказывается на её талии и притягивает поближе к себе. Она чувствует его возбуждение и прижимается сильнее. — Не сейчас, Дени. — Чаглар с сожалением отстраняется. — Дома. Вечером. А сейчас нужно в театр. — Высадишь меня у моего дома? — У тебя рабочий день, между прочим. Едешь вместе со мной. Твои обязанности никто не отменял. — А спать с шефом тоже входит в мои обязанности? — Конечно, — он утвердительно кивает, — там в договоре мелким почерком было прописано. Надо было читать внимательнее.

***

В театре их первым встречает Махир, который тут же по семейным обстоятельствам отпрашивается домой, мотивируя это тем, что репетиция всё равно сорвана, а значит, смысла сидеть в театре нет. — Непонятно что происходит в этом месте! — Со злостью бросает Эртугрул, взлетая по лестнице наверх. Дениз спешит за ним следом, чтобы успеть, но перед поворотом в коридор её перехватывает чья-то рука. Когда она поворачивается, чтобы посмотреть на свою «преграду», то её брови ползут вверх. Перед ней стоит Кайла. — Здравствуй, Дениз. Ты нужна мне на пару слов. Байсал вырывает руку и мрачно смотрит на рыжую девушку. — Кайла…сейчас не лучшее время. — Лучшее. — Уверенно кивает ей собеседница. — Тема для разговора — события двухлетней давности. Эти слова заставляют Дениз растерянно замереть, а Кайлу удовлетворенно хмыкнуть. Она придирчиво осматривает растрепанную брюнетку с головы до ног и качает головой. Нет, ей не понять что за связь между этими двумя и что же Чаглар нашёл в ней. Возможно, недоступность? Скрытность? Но уж точно не женственность. Мешковатая одежда, минимум косметики, странная стрижка… — И где ты хочешь поговорить? — Холодно интересуется Дениз. — Там, где Чаглар тебя не найдёт. За пределами театра, дорогая. ….Кафе, которое выбрала Кайла очень ей соответствовало. Яркое, кричащее, с неудобным меню и непонятными названиями блюд. Дениз оглядела список и выбрала чай. Это единственное, что было ей знакомо. Зато Кайла заказала кучу всего, мотивируя это тем, что очень голодна. Байсал ещё раз посмотрела на телефон. Три пропущенных от Чаглара и одно сообщение, которое она не хотела открывать. Но, кажется, ей придется ответить, потому что иначе ссоры не избежать. «Дениз, где ты? Перезвони мне», — Она вздыхает. Интересно, если она скажет, что пьет чай с его бывшей, то какая будет реакция? Наверное, он решит, что она сошла с ума. Девушка быстро набирает ответ, обещая скоро вернуться: «Чага, я скоро вернусь к тебе. Не переживай.» — Птенчики воркуют? — Интересует Кайла с набитым ртом, — Ну воркуйте, воркуйте. — Послушай, почему ты к нам прицепилась? Ты ведь не любишь его, — Дениз пытается найти ответ на лице девушки, но не получается. Кайла не изменилась в лице, продолжая поглощать пищу. — Не люблю. И никогда не любила. Поэтому так легко отпустила. — Тогда зачем сцена с изнасилованием? — А…так это для тебя. Ты же у нас с принципами. Но надо признать, в ту ночь ты удивила даже меня, потому что тебе было плевать на то, что мужчина, которого ты любишь, мог причинить кому-то вред. Ты испугалась за него. — Тебе нужно было, чтобы я от него ушла. — Да, меня попросили. И Барыша попросили сыграть в эту игру. Помнишь его напыщенное: «Дениз, мы должны заявить в полицию? Насилие должно быть наказано!». Меня так рассмешил его тон. Учитывая то, что твой Барыш сам любит насилие. — Он не мой. Кайла, к чему ты клонишь? — К тому, что твоему Чаглару нужно было уйти из проекта по определенным причинам и, поверь, причину придумали самую «мягкую». — А то, что по пути сломали и мою жизнь, это ничего? Вы же могли просчитаться, ты сама тогда кричала мне, что он бабник и перепрыгивает с юбки на юбку. — Я так думаю до сих пор. Просто ты с ним не спала и он на тебе зациклился. Дениз замолкает и делает глоток чая. Что-то в этой истории не сходится. Кажется, Чаглар был началом какой-то цепочки. Всего лишь звеном. И от этого звена избавились с её помощью. Но ведь была вероятность того, что они могли просчитаться, значит были точно уверены, что на этом всё закончится? Значит, дело не совсем в Чагларе, а ещё и в проекте. Ведь с уходом с экранов Хазан Чамкыран, проект бы в любом случае свернули, потому что терялась сама основа сюжета… — Кайла, я не буду тебя спрашивать дальше. Ты всё равно не знаешь, как обстоят дела на самом деле. Что тебе нужно от меня сейчас? — Мне нужно, чтобы ты закрыла тему с Чагларом. Так будет спокойнее всем нам. — Не уверена, что так будет спокойнее Чаглару или мне. — Ты же хочешь, чтобы у него была работа, которую он так обожает? — Она у него и так будет, потому что он талантлив. Теперь очередь Кайлы замолчать. Она тоже что-то долго обдумывает, кусая губу. Дениз допивает чай и вежливо ждёт. Кайла и сама не в курсе, что на этом «веселье» не закончилось в ту проклятую ночь два года назад. Значит, про Махира она не знает. И про их разговор с Чагларом тоже. — Дениз, я боюсь. — Я знаю. Я тоже. Но я боюсь за Чаглара, а ты за себя. В этом вся разница. Не переживай, я скоро уйду из театра. По личным причинам. — Если ты ещё раз так уйдешь, Чаглар тебя не простит, — с сомнением предположила Кайла. — Не простит. Я знаю, но это никак не влияет на то, что я всё же уйду. Если у тебя всё… то я пойду. Всего хорошего. Надеюсь, что это наша последняя встреча и я больше никогда тебя не увижу. Кайла ждёт, пока Дениз уйдёт из кафе. Какое-то мгновение она колеблется, но всё же решается и нажимает кнопку вызова. — Я встретилась с ней. Я думаю, что теперь не так то просто будет заставить Байсал уйти от него. Она…она его любит. Всё-таки любит.

***

Так паршиво Дениз себя ещё не чувствовала. Точнее, это ложь. Она чувствовала себя паршиво последние два года, но сейчас произошло обострение. Сестра опять задаст вопросы почему она снова поселилась у нее. Опять будут сомнения в её адекватности, по той причине, что она будет лежать, как мешок дома и не реагировать на реальность. Вот это больше всего и страшило. Телефон что-то пропищал, уведомляя о том, что у неё уже одиннадцать пропущенных. Чаглар предчувствует, впрочем, она и сама тоже. Нет, не свой уход, а что-то неотвратимо надвигающееся. Это «что-то» сильнее их. Дениз, как во сне добрела до кабинета Джая и почти нажала на ручку, чтобы войти. Подсознание жалобно заскулило послать весь мир к чёрту и не делать того, что она решила. Но сейчас не до сентиментальности и не время думать о том, что можно дать слабину. Она все же открывает дверь. В кабинете у Джая его нет. Но есть тот, кого она искала. — Дениз, солнышко, а мы тебя обыскались. — Только искали меня по разным причинам, не так ли? — Она устало улыбается и садится напротив. — Зачем вы меня искали? — Чаглар попросил….- Растерянно разводит руками Джай. — А если ещё честнее? — Ты встречалась с Кайлой? — Наконец-то, вы со мной откровенны. Да, встречалась. Завтра я ухожу из театра. — Чаглар тебе не даст этого сделать. Она усмехается. Джи-Джи знает Чаглара, но не настолько хорошо, как знает его она. — Отпустит. Если я снова сделаю то, что сделала тогда. Джай не перебивает её. В кабинете зависает пауза, а в коридоре слышатся шаги. Наконец, дверь распахивается и на пороге появляется Чаглар. Он смотрит то на нее, то на Джая и молчит. Это немая сцена не может долго длиться хотя бы по той причине, что сила воли Дениз небезгранична. — Чаглар, ты дал мне слово. — Она делает паузу, — Подпиши заявление. Эртугрул всё-таки расстроенно вздыхает и подходит ближе. Этот шаг с его стороны заставляет её встать и сделать шаг назад. — Но Дениз… — Не унижай себя, не надо. Ты не можешь за мной вечно бегать, верно? Так же, как не можешь удерживать. Включи свою гордость и выполни обещание. — Хорошо. Но при таком раскладе, ты сразу не уйдешь. Потому что теперь подведешь меня и всех актеров, до премьеры осталось немного. Не бросай…ребят. Все вопросы можешь решать через Джая. Она коротко кивает ему и оставляет обоих мужчин наедине. Джай смотрит на своего директора с сочувствием. Чаглар же не смотрит на него вовсе. Он выглядит таким потерянным и расстроенным, что Джи-Джи не выдерживает. — Не надо было тебе сюда её приглашать на работу. Ты же знал, чем всё это закончится. — Знал. Но не жалею. — Вот как? — Джай чешет затылок. — Это ещё почему? Чаглар смеётся над его вопросом, над собой и над образовавшейся маленькой пустотой в груди. Он не отвечает на вопрос, молча выходит из кабинета вслед за ней, аккуратно прикрывая дверь. Сказать, что Джай озадачен — ничего не сказать. Он плюхается на стул и барабанит пальцами по столешнице. Чаглар, перед тем как выйти к актерам, замирает и бормочет: — Потому что ещё ничего не закончилось, Дениз. Не так и не сегодня. Закончится, когда я скажу. И вот тогда посмотрим, кто будет жалеть об уходе. Ярость, в которую переплавилась любовь, дала ему гораздо больше сил. Ярость, которая могла бы обрушиться на головы окружающих, но теперь Эртугрул обрушит и её на Байсал, и на всех, кто имеет отношение к этой истории.