Сирена

Песнь о море - Компас Маури       Ветерок колыхал лёгкие белоснежные шторы, занавешивающие окно, и приносил с собой свежесть и прохладу моря. Из-за того, что створки окна были распахнуты, в помещение проникли крики вечно голодных чаек и шум буйных волн, что с грохотом разбивались о могучие скалы.        Первые утренние лучи пробирались в комнату, беззаботно гуляя по стенам из светлого кирпича, мебели и пушистому ковру. Они освещали множество картин на одной из стен с изображением морского пейзажа в разных ракурсах. На некоторых из них были не только волны, скалы и пляж, но и разные мифические существа. Также на одной из картин была изображена башня Марка, сверкавшая в последних лучах солнца. На другой стене во всю её длину раскинулась плетеная рыболовная сеть с остатками водорослей и прекрасными перламутровыми ракушками.        На большой кровати из древесины какого-то дерева, усыпанной кристалликами льда, словно ледяная королева, спала Василиса. Её ресницы и брови побелели, а ярко-рыжие волосы поблекли под тонкой коркой инея. Изо рта девушки вырвалось полупрозрачное облачко пара и быстро рассеялось по комнате. Сирена поёжилась и, звонко чихнув, медленно приоткрыла васильковые глаза, затуманенные пеленой сна.        Рыжеволосая сладко потянулась и стала растерянно осматриваться. Постепенно в её взгляде появилось осознание, сменившееся удивлением и радостью. Василиса встала с кровати, вздрогнув, когда босые ступни коснулись холодного пола. Она провела пальцами по ледяным кристаллам на кровати, мерцавшими в солнечном свете. Чувствительную кожу тут же обожгло холодом, и девушка отдёрнула руку. Подойдя к стене, она стала рассматривать пейзажи, словно вспоминая что-то.       Но больше всего сирену заинтересовала картина, обрамлённая круглой рамкой из горного хрусталя. Какой-то искусный мастер сделал из этого камня около десятка маленьких полых трубочек, причудливо переплетающихся между собой. А по ним, точно кровь по венам, бежала изумрудная сияющая жидкость.       На небольшом холсте был изображён пляж во время заката. У самой кромки моря стояла прекрасная чернильная лошадь. Её лоснящаяся короткая шерсть блестела и переливалась, а хвост и грива были сотканы из огня. Его язычки освещали хрупкую фигурку, сидящую верхом на кобыле. Пламя не причиняло наезднице вреда, а наоборот, ластилось перед ней. Ветер слегка приподнимал подол простого белого платья, показывая всем босые ноги девушки с несколькими серебряными браслетами на щиколотках. Длинные широкие рукава закрывали руки, держащие поводья, а огненно-рыжие волосы сливались с закатным солнцем.       Василиса последний раз мазнула взглядом по картине и с сожалением отошла к окну. На маленькой тумбочке около него стояла небольшая изящная вазочка из голубоватого матового камня. В ней, покачиваясь на тонких стебельках, стояли необычные цветы. Их бутоны были похожи на прозрачные шары, в которых плескалась полупрозрачная лазурная жидкость, а серебристые листья были словно изо льда. Казалось, прикоснёшься, и всё это великолепие рассыпется маленькими кристалликами льда и каплями воды опадёт на пол.       Тихонько скрипнув, дверь в комнату отворилась. В помещение шагнул Марк. Парень выглядел уставшим: под глазами залегли тени, свидетельствующие о бессонной ночи, кожа болезненно побледнела, а светлые волосы спутались и рассыпались по плечам. — Плохо выглядишь, — обернулась рыжеволосая. — Зато ты цветёшь и пахнешь, — слабо усмехнулся блондин. — Давай помогу. Не сопротивляйся, — нахмурила белёсые брови девушка и решительно подошла к покорно остановившемуся магу. Она обхватила прохладными руками лицо парня и начала шептать заклинание. Кончики её пальцев засветились мягким золотистым светом. Тёмные круги начали бледнеть, кожа приняла более здоровый оттенок, на щеках появился неяркий румянец, а волосы распутались и сами собой начали заплетаться в аккуратную косу. — Спасибо. Ух, ну ты ледышка, — поёжился Ляхтич. Василиса безразлично пожала плечами и, тряхнув головой, сбросила остатки инея и льда. — Это ты меня сюда принёс, — парировала сирена. — Ну, это же твоя комната. И к тому же, этот лёд не причинит тебе вреда, — пожал плечами Марк, опершись о стену. — Давай выйдем, мне надо к морю, — попросила девушка. — Пираты уже проснулись, поэтому придётся через окно, как в старые добрые времена, — усмехнулся маг. — Кому нужны двери, когда есть окна! — воскликнула рыжеволосая и ловко запрыгнула на подоконник. Она сделала несколько пассов руками, и в её ладонях тут же появилась прочная и длинная верёвка. Василиса кинула один конец парню, а другой спустила вниз. — Держи крепко! Если отпустишь, то я тебя убью! — Не бойся, малышка, всё будет в шоколаде! — сирена шутливо погрозила кулаком и, натянув рукава рубашки на ладони, сиганула в окно. Ляхтич закрепил верёвку в комнате и последовал за подругой.       Он приземлился прямо в один из сугробов. Снег попал за шиворот и начал таять, холодными ручейками стекая по телу. Выплюнув немалое количество этого самого снега, блондин услышал сдавленный писк и приглушённые ругательства. — Слезь с меня, седой толстяк! — прохрипела Василиса. — На себя бы посмотрела, — огрызнулся Марк, но всё-таки встал на мягкую траву. Мокрая и недовольная сирена поднялась вслед за ним, пытаясь отжать свои длинные волосы, которые неприятно прилипали к телу вместе с одеждой. Ледяной ветер, пробирающий до костей, ничуть не спасал, и вскоре маги начали стучать зубами от холода. — В-вот ты г-гад. Не мог п-предупредить, ч-что здесь с-снег? — дрожа, упрекнула рыжеволосая. Она раздражённо фыркнула и запрокинула голову, смотря на небо, затянутое серыми тучами. Время приближалось к глубокому вечеру. Ещё немного, и сумерки окутают остров. — Я з-забыл. Давно не в-выходил из б-башни, — отмахнулся Ляхтич. — П-пошли на п-пляж. Т-там я разведу к-костёр, — обречённо вздохнула девушка и побрела в сторону неприметной хлипкой лесенки, ведущей вниз к побережью.

***

Colbie Caillat - When The Darkness Comes        Алые языки пламени взметнулись ввысь к ночному небу, рассыпая маленькие искорки вокруг. Стрекотание сверчков и цикад было особенно отчётливо слышно в тишине. Тёмные волны лениво накатывали на берег, забирая в свои глубины небольшие камни и горстки песка. Лёгкий ветерок уносил дым в сторону, не давая ему заполнить лёгкие. Огонь освещал мягким светом небольшой кусочек пляжа и сидящих рядом Василису и Марка. Тепло костра высушило их одежду и волосы, согрев замерзшие тела. Девушка устало привалилась к плечу мага и зачарованно уставилась на танцующее пламя. — Скажи, старик, почему мы с Дианой стали такими? — тихо спросила сирена. — Ты же знаешь, Огонёчек, что весь остров пропитан магией. Буквально каждая его часть дышит ей. Невидимая магическая пыль оседает на всём, что здесь есть. Вы не стали исключением. Из-за того, что вы были совсем юны, когда попали сюда, магия повлияла на детское и неокрепшее тело и разум очень сильно. В результате клетки организма мутировали и мы имеем то, что имеем. Но человеческие чувства оказались настолько сильны, что вы смогли стать сиренами только наполовину, — ответил парень, проигнорировав обращение. — Как мы здесь оказались? Я почти не помню своего детства. Помню лишь мягкие и нежные руки матери, яркие улыбки брата с сестрой и добрые глаза отца. Время стёрло почти все воспоминания о моей семье, оставив лишь неясные силуэты. — Диара была моей хорошей подругой. Я поклялся ей защищать и воспитывать вас. Когда мы только нашли тебя и Диану, я не понимал, почему Дэлш взяла вас, человеческих детёнышей, к себе. Но спустя месяц, когда вы немного освоились на острове, ваши глаза, наполненные искренней радостью, и детский искренний смех переубедили меня. Вы стали для меня младшими сестрёнками, вы стали моей семьёй. И знаешь, я рад, что мы оказались на пляже в тот день, — прошептал маг и приобнял Василису за плечи. — Ты поплывёшь с нами? — А ты этого хочешь? — Конечно! Я не смогу справиться без тебя... — Не переживай, малышка, я не брошу вас. Никогда. — Обещаешь? — жалобно спросила она, заглядывая в его лицо. — Обещаю, — твёрдо ответил Марк, смотря в яркие васильковые глаза. — Спой мне. Как раньше, — попросил блондин, и в его руках тут же появилась гитара из тёмного дерева с какими-то серебристыми знаками и символами. Парень любовно провёл по гладкому корпусу и начал аккуратно перебирать струны, извлекая из инструмента тихие мелодичные звуки, сливающиеся в песню. Через несколько мгновений девушка начала петь. Её негромкий и немного грустный голос убаюкивал, заставляя задуматься о чём-то своём. На несколько мгновений все звуки исчезли, а лёгкие потоки ветра разносили песню сирены по всему острову, давая возможность насладиться ей всем его обитателям.        Ночной прохладный воздух с привкусом моря разносился по всему организму, попадая в каждую клетку тела. В эту ночь луна светила особенно ярко, заливая небольшой островок пляжа своим призрачным светом.