Похищение сабинянок

Малыш Иштван выскочил на улицу в одной рубашке: тепло, да и поручение, хоть и важное, несложное и недолгое. «Приехал человек от босса, — сказал ему Томаш, — возьми-ка вот этот сверток и отнеси ему в машину». Сверток был небольшой, но довольно тяжелый. Малыш Иштван огляделся — и только тут понял, что совершенно не знает, какая машина ему нужна. — Петер! Пееетеер! — окликнул он курящего у дверей бара охранника. — Которая тут машина того парня, что недавно в бар зашел? — А, этого полоумного? — Почему полоумного? — удивился Малыш Иштван. — Да он затормозил так, что искры из-под колес полетели, выскочил из тачки — и пулей в бар. Даже дверь забыл закрыть, придурок... Забыл, значит? Ну, что ж, пусть Петер думает что угодно. А Малыш Иштван знает, что это такой специальный план. Вон она, машина с приоткрытой дверцей. Надо аккуратно и незаметно положить туда сверток и уйти как ни в чем не бывало. Иштван невозмутимо прошел к машине, кинул сверток на пассажирское сидение и так же невозмутимо вернулся обратно в бар. С чувством выполненного долга перед Томашем и боссом. В очередной раз отделавшись от Радована (при следующей встрече я всерьез собирался его убить, у меня уже было восемь отличных планов того, как это можно осуществить в одиночку и незаметно), я, после некоторых размышлений, зашел в следующий по пути бар. Чтобы все-таки выпить коктейль в спокойной обстановке. Увы, хоть долбанного серба там и не было, в его отсутствие квоты по кретинизму с успехом покрывал местный бармен. Пришлось снова, не допив, искать другое место. В третьем баре было чересчур многолюдно и отвратительно душно. К четвертому я уже вошел во вкус этого марафона, но там мне неожиданно понравилось. Поэтому, допив первый коктейль, я заказал второй. Хотя, вполне возможно, это случилось из-за того, что, благодаря перемещениям от бара к бару, во мне и так уже было в общей сложности два коктейля. Когда на середине второго стакана мне позвонил Радован, я даже не удивился тому, что он знает мой телефон. Если бы я умер и попал в ад, Радован наверняка нашел бы способ призвать дух Вергилия и заставил его сопроводить себя на нужный круг преисподней. Я сделал несколько глубоких вдохов, я представил себе пасторальный пейзаж с зелеными лужайками и пасущимися на них беленькими овечками. Я представил реку с прозрачной водой, медленно текущей по каменистому руслу. Я представил труп Радована с размозженной головой и несколькими пулевыми отверстиями в груди, проплывающий по реке мимо меня. Представил буроватые завитки крови, расплывающиеся в водном потоке. Представил хищных рыбок, которые приплывут на запах и будут своими маленькими зубастыми ртами осторожно выедать мозг из расколовшейся черепной коробки. А потом постепенно обглодают Радована целиком. Проделав это, я почувствовал себя значительно спокойнее и счастливее. Так что, когда я ответил Радовану, мой голос прямо-таки лучился радостью. «Радован, — ласково проговорил я в телефон, — если ты не перестанешь меня преследовать, я узнаю точные географические координаты места, в котором ты родился, и устрою всем твоим соседям и родне персональный римейк марта девяносто девятого. Я найду пару бомбардировщиков для такого случая, мой дорогой Радован, поверь мне». Не дожидаясь ответа, я нажал «отбой» и, небрежно бросив телефон на стойку, отсалютовал бармену стаканом. — За суверенное Косово, приятель! Повтори-ка мне то же самое еще раз. И, кстати, как тебя зовут? — Откуда я мог знать, Габор?! Ну откуда?! — Томаш… У него был долбанный иностранный акцент. Тебе это ни о чем не сказало? — Дык, почем мне известно, может, босс таки начал набирать на работу настоящих итальяшек… — Английский акцент. — Ладно, ладно, я виноват, хорошо. Но за каким дьяволом было придумывать всю эту мутоту с паролями, можешь ты мне объяснить? Габор тяжело вздохнул и задумчиво покрутил в руках пистолет. Ответа у него не было. Возможно, он существовал где-то в глубинах напрочь перекошенного мозга Ласло. Или не существовал. По-хорошему говоря, Томаша стоило наказать. За компанию с Иштваном и Петером. Если бы речь шла о серьезном деле, а не об очередной придури босса. Ну, а коли речь о его придури, и дебильный пароль про «Голубые Гавайи» без лимонного сока был его идеей — пусть сам наказывает, если хочет. Габор и так уже нашел этого англичашку и посадил ему на хвост аж трех парней. Толковых парней. Которые могли бы сейчас заниматься важными делами, а не поисками сраной статуэтки с голой бабой. — Томаш, налей-ка мне виски. И побольше льда, чтоб его черти задрали вместе с Ласло.