Мир полон чудес.

      — Мистер Поттер! — гаркнул Снейп, злобно глянув на мальчика. — Сядьте! Я вам не нянька, чтобы вас воспитывать. Я хочу быстрее закончить осмотр и уехать к себе домой!       Гарри поежился под сердитым взглядом профессора, но всё же поднял голову и спросил:       — Ну, а почему бадьян нельзя смешивать с беозаром? В учебниках и справочниках написано, что их смешивание может вызвать различные неприятные эффекты. А почему?       Закатив глаза, Северус мысленно улыбнулся. Всё-таки ребенок больше похож на Лили.       — Потому что, мистер Поттер, это вас не касается.       — Профессор, а вы тоже не знаете? — невинно хлопая ресницами, спросил чертеныш.       Все-таки и от Поттера ему досталось.       — В отличие от вас, я знаю много. С вами всё хорошо, вы спокойно можете завтра отправляться в Хогвартс. И, прошу вас, не надо тащить с собой чемодан, полный склянок с зельями, для этого есть Больничное крыло или, на крайний случай, я. До свидания, мистер Поттер, — быстро, но чётко проговорив это, зельевар вышел из комнаты.       Гарри грустно улыбнулся. Всё-таки не знает.       С того момента, как к нему пришёл Драко, Гарри решился взяться за ум. Из-за скуки он часто проводил время в библиотеке и искал разные книги по истории магии. А остальное время он гулял в гигантском парке Малфой Мэнора. Спустя какое-то время мистер Малфой пришёл к нему и, взяв за руку, перенес к небольшому старенькому магазину Олливандера, где продавались волшебные палочки.       — Добрый день, мистер Поттер. Какая честь, что вы пришли ко мне! Я прямо-таки знал, что вы скоро придёте. У вас, мистер Поттер, глаза матери, а все остальное досталось от отца. Десять дюймов с четвертью, элегантная, гибкая, из ивы. А ваш отец выбрал палочку из красного дерева, одиннадцать дюймов, более гибкая, подходящая для превращений. Но хочу заметить, что не…       — Волшебник выбирает палочку, а палочка волшебника. Мистер Олливандер, мы с мистером Поттером спешим, можно быстрее? — хмуро спросил стоящий в углу мистер Малфой, чем вывел Гарри из транса.       — Добрый день, мистер Малфой. Белый дуб, кость дракона, двенадцать дюймов, прекрасна в трансфигурации? — ответил Олливандер, хмурясь, будто пытаясь что-то вспомнить.       — Отнюдь. Прошу же, быстрее, — хмыкнув, ответил Малфой.       — Да, конечно. Мистер Поттер, вы левша или правша?       Гарри немного подумал, смотря на руки.       — Мистер Поттер, правая рука — вот, а та — левая.       — О, нет, мистер Олливандер. Просто я пишу и той рукой, и другой, в общем, не знаю.       — Какой интересный молодой человек! — улыбнувшись, как маньяк, прошептал Олливандер.       Атмосфера небольшой лавки начала утомлять Гарри. Весь магазин был пропитан каким-то странным запахом, из-за которого кружилась голова. Было слишком душно и пыльно. В воздухе витало что-то очень странное, что затуманивало глаза.       — Мистер Поттер, попробуйте эту палочку, — вытащив коробку с палочкой, сказал Олливандер и протянул ее Гарри.       Взяв палочку, мальчик покрутил ее в руке, и, поддавшись какому-то необъяснимому чувству, взмахнул ей. Палочка вылетела из руки ребенка и врезалась старику в лоб.       — Какой интересный покупатель, — смешно потирая лоб, сказал Олливандер, а Гарри принялся извиняться. — Ничего, мистер Поттер, так даже интереснее. Попробуйте эту.

***

      — Ничего, мистер Поттер, так даже интереснее. Попробуйте эту.       Гарри ненавидел эту фразу. Уже третий час они выбирали палочку. С каждым разом старик вытаскивал палочку из более дальних углов, и называл какие-то совершенно непонятные названия деревьев и животных.       Взяв палочку из оглолиста с какими-то фиолетовыми точечками, о происхождении которых Гарри прослушал, мальчик устало взмахнул ей. И вновь из нее вырвалась лишь тоненькая струйка воздуха.       Толпа, ждущая своей очереди на улице, уныло что-то промычала.       — Мистер Олливандер! Я даю тысячу галеонов, что у вас тут больше сотни палочек. Как же мне найти свою, если нужно каждую опробовать? — взорвался ребенок и, топнув ногой, подскочил к стойке с закрытыми коробками. Взяв чёрную в бархатной коробочке, он протянул её старику и добавил, — Я беру эту.       — Но, мистер Поттер…       — Ну, я вам 10 галеонов за нее дам!       — Мистер Поттер, не волшебник выбирает…       — Ну, пожалуйста, — проскулил ребенок и с грустью посмотрел на старика. Толпа на улице смерила Олливандера угрожающим взглядом.       Сдавшись под напором толпы, старик взял пакетик с надписью «Палочки от Олливандера» и, положив туда бархатную коробочку, протянул ее Гарри.       — Мистер Поттер, если всё-таки будут проблемы с палочкой, обращайтесь ко мне, я вам выберу нов…       — Ура, у меня есть палочка! — выбежал из магазина Гарри, не дослушав мастера.       — Мистер Поттер, нам пора домой. Дайте руку для аппарации, — хмурый Люциус, взяв ребенка за руку, аппарировал в поместье.

***

      После покупки палочки Люциус спустя пару дней принёс учебники, мантии и всё необходимое для школы. Внимательно рассматривая все предметы, Гарри понял, что не знает предназначения большинства из них. А так как спросить ему было не у кого, то он просто читал учебники. Большее предпочтение он отдавал зельям, астрономии и истории. Эти учебники он перечитал раз по пятнадцать и запомнил каждое слово.       Палочку Гарри вытащил сразу, как остался один. Открыв коробочку, он увидел длинную белую, странной формы палочку. Её поверхность была потёрта в некоторых местах, что придавало ей боевой вид. От палочки исходила особая аура, из-за которой дрожь пробегала по телу. Проведя по палочке подушечками пальцев, он почувствовал легкое покалывание, и рука будто сама потянулась за ней. Взяв палочку в руку, Гарри показалось, будто его окатили холодной водой, но буквально через секунду ему стало хорошо и спокойно. Подбежав к столу с учебниками, он открыл первый попавшийся — «Трансфигурацию» и повторил заклинание, направив палочку на пергамент. Гарри подумал о том, что хочет, чтобы лист стал лебедем, и тот без всякого заклинания сложился в фигурку-оригами.       — Вау, — прошептал ребёнок, с изумлением глядя на свою палочку.

***

      Весь Хогвартс стоял на ушах. МакГонагалл бегала по коридорам и причитала о том, что у неё в башне на градус холоднее, чем должно быть. И даже ставку на то, что Поттер попадет к ней поставила.       Снейп лишь усмехнулся на это. Конечно, не зная ребенка, он бы тоже так думал. Но Гарри — умный и спокойный мальчик. Скорее всего, он попадет в Когтевран.       — Но, директор, мистер Поттер может замерзнуть! — воскликнула Минерва, всматриваясь в лицо поедателя лимонных долек.       — Успокойся, Минерва, это сейчас так, вечером всё будет готово, — спокойно пробормотал директор, пытаясь вытащить что-то из бороды.       — Профессор Дамблдор, вам помочь? — ехидно сказал Снейп.       Тут же злобный взгляд МакГонагалл обратился и на него:       — А вы, Северус, подготовили речь первокурсникам своего факультета? Вы должны не забыть сказать им, чтобы они не обижали Гарри! И вообще, чтобы ваш факультет ни к кому не лез, как в последние семь лет!       — Профессор МакГонагалл, мы не переходили на «ты». И мне почему-то кажется, что ваша злость обусловлена тем, что вы не получаете премию.       — Конечно, ведь вы нечестно выигрываете, да и вообще, как вы посмели…       — Минерва, успокойся. Северус, пожалуйста, хватит хамить, — наконец, прервал их Дамблдор, — У меня ещё много дел, давайте я позову вас позже.       — Конечно, директор, — сказала МакГонагалл и вышла.       — Конечно, директор, — прокартавил Снейп, театрально поклонился и под хихиканье коллег поспешил уйти, пока Дамблдор не стал приставать со своими «Северус, мальчик мой».       Когда все покинули кабинет, Дамблдор что-то прошептал, и тотчас в его камин ввалилось нечто страшное, рыжее, потрепанное, в чёрной саже, куче юбок и упертыми руками в бока.       — Молли, девочка моя дорогая. Садись, пожалуйста.       — Здравствуйте, директор, я по поводу денег, за то, что Рон будет дружить с Гарри Поттером. И еще мне нужны гарантии на то, что если Поттер умрет каким-либо образом, то героем станет Ронушка! — воскликнула женщина.       — Ах, вот как вы, Дамблдор, строите свои козни! — воскликнул голос, и в дверном проеме появилась мисс Лонгботтом. — Невилл — избранный! А не какой-то там левый Уизли.       — Он не левый! — возмутилась Молли.       — Конечно, извиняюсь. Не левый, а шестой, — хмыкнула дама и бесцеремонно уселась в кресло. — Директор, у нас будет долгий разговор, расскажите нам свои планы, — напористо сказала она, и мисс Уизли согласно закивала головой.

***

      В день отъезда Гарри проснулся очень рано. Точнее говоря, он не сам проснулся, а его разбудили крики. Позже он узнал, что это Драко бегал и искал домовиков, забравших его одежду.       Проверив все свои вещи, Гарри спокойно достал джинсы и толстовку. На улице, несмотря на то, что сейчас только начало осени, было холодно, да и эта толстовка ему нравилась. Она была ярко зеленого цвета, как и его глаза. С волосами он заморачиваться не стал, просто провел по ним пару раз расческой — всё равно будут из стороны в сторону торчать. Часа два он сидел на кровати, оглядывая комнату. Он так привык к ней, что было страшно расставаться. Ведь Гарри не знал, где будет жить. А в Пуффендуе, скорее всего, очень уютно и светло.       Голос Люциуса вырвал ребенка из размышлений:       — Гарри, ты готов? Если вы не против, я отведу вас на вокзал сейчас, а Драко — позже, так как он долго собирается, — заглянув в комнату, сказал Малфой.       — Да, я не против, — пробормотал Гарри и, встав с кровати, взял чемодан за ручку.       — Гарри, чемоданы отнесут домовики прямо в поезд, иди сюда и дай руку, — нахмурился мистер Малфой и протянул руку.       Спохватившись, Гарри подскочил к Люциусу и, взявшись за руку, зажмурился. Аппарация ему нисколечки не нравилась.

***

      — Мистер Поттер, учитесь хорошо, не балуйтесь, помните, что на данный момент вы у меня на попечении. Не опозорьте меня, — вновь нахмурившись, сказал Малфой.       Гарри неохотно задумался, что же вызвало такое настроение у мужчины. А потом просто все списал на волнение.       — Хорошо, мистер Малфой, я пойду?       — Да, идите. Удачи.       Улыбнувшись, Гарри спокойно зашёл в поезд, и, выбрав первый попавшийся вагон, закрылся в нем. Теперь он был один, и никто ему не мешал думать. Последние два месяца он очень много размышлял. Обо всем. И даже подумал завести личный дневник, чтобы записывать все свои мысли. Но руки не доходили.       За окном на платформе начали появляться люди. Они суетились и бегали, и Гарри медленно заснул, наблюдая за ними.

***

      — Начнем! Аббот, Ханна! — крикнула МакГонагалл, и руки Гарри начали всё сильнее потеть. Вытерев ладони о мантию, он нетерпеливо огляделся по сторонам, выискивая белобрысую макушку Малфоя. Тот стоял в группе детей и, казалось, совсем не волновался.       Когда, наконец, вызвали Малфоя, он совершенно спокойно вышел из шеренги и сел на табурет. Оказавшись на его голове, шляпа мгновенно объявила:       — Слизерин!       И Драко с полу-ухмылкой отправился за свой стол. А Гарри расстроился. Он точно был уверен в своем попадании на Пуффендуй.       — Поттер, Гарри! — выкрикнула МакГонагалл, и Гарри, неуверенно сделав шаг вперед, замер, услышав, как тысячи голосов начинают шептаться за его спиной. Испуганно вжав голову в плечи, он медленно подошёл к табуретке и опустился на нее.       МакГонагалл, которая с нетерпеньем ждала этого момента, быстро натянула шляпу на Гарри и хитро улыбнулась.       — Мистер Поттер, — воскликнула шляпа, — Я так много о вас слышала в Кабинете Дамблдора! Вы, между прочим, должны были попасть в Гриффиндор. И, мистер Поттер, какой Пуффендуй? Вы, конечно, добрый, но… Я думаю, что вам нужен нейтральный факультет, но это будет неинтересно, так что…       — СЛИЗЕРИН, — крикнула шляпа прямо Гарри на ухо, и тот поспешил ее снять. Оглядев зал, он увидел вытянутые лица.       Слизерин не знал, смеяться им или плакать, а остальные факультеты просто были в шоке.       Протянув шляпу МакГонагалл, Гарри быстро соскочил с табурета и под взглядом всего зала пошел к столу своего факультета. Уже почти дойдя до него, он зацепился штаниной обо что-то и упал. Послышался дружный смех, и Гарри потерял сознание.