Красивые мальчики не плачут (не сегодня)

С его переезда прошло уже недели полторы, не больше. Костя неторопливо помешивал свой свежесваренный кофе и наблюдал за Миком, который в спешке пытался завязать галстук-бабочку. Бен уже третий день не выходил из своей комнаты, во всяком случае никто его не замечал ни на кухне, ни по пути в уборную, что было немного странно, но Мик успокоил парня тем, что, скорее всего, Бен просто строит из себя жертву, грешит этим делом, к сожалению. «Как же хорошо, когда у тебя день самоподготовки», — подумал Мэл и зевнул, крепче закутываясь в плед. Двадцатые числа октября не обещали ничего теплого, а солнце, будто издеваясь, вечно скрывалось за тучами. Но никого из парней это не волновало, ведь были проблемы и побольше, чем не лучшая погода (хотя не такая уж она и плохая): финансовое состояние Бена, которое немного усложняло ситуацию, проблемы с учебой Мика, потому что преподаватель по социологии, по его словам, больше походил на потенциального заключенного, чем на человека, который может чему-то учить. Костя, в свою очередь, особых сложностей с учебой не испытывал, но кто говорит, что ему не было о чем тревожиться? От своих раздумий парня отвлек Йозеф. Он раздраженно ходил по комнате и что-то искал. Не трудно было догадаться, что конкретно, ведь Мэл давно говорил, что нечего текстами по квартире раскидываться: два под столом, один, скрученный в трубочку, был вставлен в пустую вазу, еще стопка лежала на микроволновке. — Ну Мэл! Не оставлял я их там! — Мик никак не хотел признавать того, что не может следить за собственными вещами. — Правда! Вдруг их вообще Бен туда закинул? Я то сделать этого точно не мог. «Еще чего, не мог он. На моих же глазах закинул второй акт за диван, потом снова искать будет» — подумал Костя, но вслух лишь вздохнул и страдальчески подал папку с основными бумагами. В ответ чех тепло улыбнулся и даже приобнял друга, но тут же убежал на учебу. К удивлению, Миколас вернулся уже через два с половиной часа, более того, в руках он держал два небольших пакета. — Мик, а как же вторая и третья пары? — Мэл, будто мамочка, скрестил руки на груди и одарил парня осуждающим взглядом. — Разве ты не должен сейчас сидеть на учебе? — Да? Не знаю, может и должен, но увы, я сейчас здесь. — он преспокойно снял куртку и прошел мимо Кости, падая на диван. — Кстати, вот это, — он указал на пакеты, которые оставил возле двери, — для тебя. Загадочная улыбочка не сходила с лица Мика, так что Мэлу все же пришлось заглянуть внутрь. Там оказались всего лишь продукты. До того, как парень успел что-либо спросить, Миколас быстренько подкрался сзади и, обняв, громко вскрикнул: «Печенье!» От такого наглого втискивания в личное пространство он немного опешил, но Мик выглядел слишком дружелюбно и мило, так что возмущение быстро сменилось улыбкой. Деваться было некуда, поэтому процесс начался незамедлительно. Косте даже удалось поэксплуатировать Миколаса в этом деле, дескать, сам напросился! Когда печенье было пора доставать из духовки, Мэл и забыл для чего они вообще его делали. — Ну и зачем оно нам? — хотя, задав вопрос, он понял, что звучит довольно глупо, особенно учитывая что сосед его уже вовсю уплетал печенье. — Очень вкусное! — во рту одно, в руках еще два, — С шоколадом и апельсином…-почти мечтательно протянул Мик. — У тебя оно прекрасно получилось, кстати. — Ты понимаешь сколько дел у меня было запланировано?. — устало вздохнул Костя. — Но я думал, что ты захочешь порадовать ребенка вкусненьким. Ты ведь такой добрый! — Ты давно не ребенок, Мик. — нравоучительный тон Мэла звучал весьма забавно, но потом он еще больше смягчился. — Хотя по поведению не скажешь, конечно. — Так, мистер-меня-никто-не-ударит-потому-что-я-милее-моего-кота, задница с отличными шутками тут я! — наиграно разозлившись, чех стукнул кулаком по столу, — К нам в гости завтра сутра придет очень важный мистер Карлос. Он мой любимый племянник. А у его матери очень много дел, так что придется познакомить вас. — он открыл галерею и показал Косте фотографию с этим мелким («так, на всякий случай»). — Не переживай, он очень любит Бена и мы просто оставим их вдвоем. Количество печенья почему-то (действительно, почему же?) уменьшалось, так что Мэлу пришлось вмешаться: — Эй-эй, притормози. Карлосу, верно? Ничего ведь не останется. — Костя, будто строгая мамочка, взял тарелку с печеньем и поставил на другой конец стола. — Мы Бену-то хоть планируем оставить? — А? — забыв о секундной обиде, Миколас посмотрел удивленно на собеседника. — Куда он, по-твоему, денется? Конечно оставим. — Он хоть не против? — парень был немного обеспокоен. — Ну, вдруг он апельсины не любит, не знаю. — Серьезно? — Мик тихо засмеялся. — Да за такое печенье, поверь, он тебе не то что спасибо скажет, а отсосет! Костя смутился на такой комментарий, но решил все же его проигнорировать. В итоге, весь день парни бездельничали, Бенджамин даже не подавал признаки агрессии, хотя и признаки жизни в целом тоже. Может, его вообще дома не было? Кто знает. В любом случае ближе к вечеру Костя все же решил заняться учебой. Не зря ведь день самоподготовки, вот и нужно хоть немного самоподготовиться. Около трех ночи он пошел на кухню, планируя перекусить, но в гостинной Мэл наткнулся на спящего Миколаса («и снова засыпает где попало!»), голова его упала на пульт, сам он был накрыт пледом, а рядом стояла почти пустая тарелка с печеньем. Усмехнувшись привычкам друга, Костя все же решил и Бену обещанную порцию отнести. Перекус (и нормальное питание в общем) подождет, так что, тихо пробравшись к комнате Бенджамина, парень постучал. Поскольку ответа не последовало, ничего не оставалось делать, кроме как самому войти: в комнате было темно, свет уличных фонарей слегка пробивался сквозь шторы, кровать расправлена, а самого хозяина комнаты не было. На прикроватной тумбочке стояла фотография, любопытство граничило с осознанием такого понятия как «личные вещи». Первое все же взяло верх. Костя посветил на фото и немного удивился — на фото были Мик и Бен, и, судя по дате, этому снимку года три. «Интересно, какой раньше была их дружба» — про себя подумал он. Отсутствие Бенджамина вызывало беспокойство, но мысли пришлось отогнать. «Он ведь взрослый человек и может сам решать что ему делать и где ему быть». Оставив тарелку с печеньем на столе, Костя так же тихо вышел. Утро субботы встретило Мэла солнечным светом, мурчанием и хрустом. Погодите, хрустом? Открыв глаза, он увидел перед собой мальчика лет десяти. Тот сидел на краю кровати и рассматривал кота, жуя при этом какой-то батончик (и зачем, спрашивается, вчера трудились?). Заметив, что Костя проснулся, паренек улыбнулся и придвинулся ближе. — Привет! Я Карлос! — он протянул руку, чтобы поздороваться. — Д-доброе утро. — парень осмотрел его и заметил небольшое сходство с Миком, — Я Мэл. — он ответил рукопожатием. — Приятно познакомиться. Ты чего тут, кстати говоря, сидишь? — Скучно мне! — Карлос отвлекся на кота, — Ой, а можно погладить твою киску?! — А может для начала стоило узнать «можно ли посидеть тут посмотреть на тебя, прививая паранойю?» — Костя осторожно разбудил дремлющего кота, — Цитрус, у нас гости, вставай. — мальчик протянул руку к коту и провел по рыжей шерсти, улыбнувшись еще шире. — Почему ты меня не разбудил? Мик предупреждал о гостях, я бы не злился. — А Бен сказал «делай что хочешь, но дай ему отдохнуть», — утрировано передразнил интонации Бена Карлос и потянулся за чем-то сзади себя, — И еще вот, тоже просил передать. — в руках у него была банка кофе, — У меня папа такой же пьет! У тебя что, День рождения? Потому что эта банка стоит дороже чем мой меч! — мальчик сказал это немного обиженно, но через пару секунд снова отвлекся на котенка. — Ох, спасибо. — такой жест об Бенджамина вроде и был объясним, но все равно Мэл почувствовал себя как-то неловко. Слишком дорогой кофе, судя по словам Карлоса. День обещал выдаться веселым и насыщенным, только вот подарок Ингроссо никак не отпускал мысли Кости. Даже Карлос не мог полностью отвлечь его, а в голове крутился только один вопрос: «И что бы это означало?».