Новый наследник Слизерина

Минерва Макгонагалл нервно ходила по кабинету, держа в руках письмо. - Нет, это попросту невозможно, - в который раз повторила она, ещё раз вчитываясь в то, что было написано на красивом листе бумаги с гербом Министерства Магии, - это невозможно! Но что же теперь делать? Дамблдор! Минерва посмотрела на портрет бывшего директора в надежде, что тот проснётся и даст совет: - Альбус, пожалуйста, я сейчас сойду с ума! Но профессор продолжил мирно спать, сложив руки на груди. - Нет, это невозможно, невозможно, - трясущимися руками директор аккуратно сложила письмо, убрала его обратно в конверт и подошла к камину: - Площадь Гриммо, 12. Спустя некоторое время томительного ожидания в камине появилась голова главного мракоборца. - Профессор Макгонагалл? – удивлённо воскликнул Гарри Поттер, - что-то случилось? - Гарри, дорогой, нам необходимо встретиться. Это очень срочно. Прибыв в Хогвартс, Гарри немедленно отправился в кабинет директора, назвав пароль «лимонные дольки». Нынешний директор Хогвартса, Минерва Макгонагалл, чтя память великого волшебника, решила сохранить традицию – все пароли были названы в честь любимых сладостей Альбуса Дамблдора. Войдя в кабинет, Гарри застал Макгонагалл в том же испуганном и нервном состоянии, которое уже успел заметить, разговаривая с ней по каминной сети. - Здравствуйте, директор! – с улыбкой проговорил он. Он был рад видеть её. В Хогвартсе он бывал редко – семья и работа занимали всё его время. Он всё ждал момента, когда его дети отправятся учиться, ведь тогда он будто бы вновь окунётся в школьную жизнь, слушая на семейных праздниках восторженные рассказы своих юных студентов. Но дети были ещё слишком малы. Директор была рада видеть Гарри, но в эту минуту она была настолько испугана из-за полученного письма, что даже забыла улыбнуться, обнять Поттера или хотя бы поздороваться с ним: - Гарри, Министерство прислало мне это письмо. Я, право, не знаю, что нам делать. Это худшая новость, которую я когда-либо получала… Почувствовав тревогу, Гарри взял письмо из по-прежнему трясущихся от страха рук профессора. Добрый день, директор Макгонагалл! Доводим до Вашего сведения, что вчера исполнилось 11 лет волшебнику, который не был зарегистрирован при рождении, и о существовании которого не было известно до настоящего момента. Юный волшебник прожил всю жизнь с укрывавшей его матерью. Ребёнок – незаконнорожденный сын Тома Реддла или Того-Кого-Нельзя-Называть. Салазар Реддл по правилам должен приступить к занятиям с 1 сентября, но мы даём Вам право решить, стоит ли принимать мальчика в школу. С уважением, Миранда Джойс. Министерство Магии. Похолодев, Гарри сжал зубы и прочитал письмо ещё раз. На висках проступили вены, глаза сузились, а губы задрожали: - Но это невозможно. Как? Покачав головой, Минерва ответила: - Боюсь, что возможно. Этот ребёнок и правда есть. Реддл младший. Его мать была ослеплена любовью к Волан-де-Морту, поэтому дала ему фамилию отца, несмотря на то, что тот никогда не видел мальчика и не знал о его существовании. - Салазар…, – выдохнул Поттер. - И имя женщина дала ему то, которое бы его отец оценил по достоинству. Она надеялась, что Волан-де-Морт вернётся к ней и узнает, что у него есть чистокровный наследник – такой, какой нужен был ему по её мнению. - Но зачем Волан-де-Морту наследник? Он был бессмертным, вокруг него множество слуг-пожирателей! Зачем ему наследник, который мог отобрать у него часть его славы? - Да, ты прав, ему не нужен был сын, но та женщина этого не знала. - Что, если бы он узнал о нём? – Гарри всё ещё не мог поверить в то, что слышит. - Он бы убил его, Гарри, но этого не произошло, Волан-де-Морт умер раньше. К счастью или к несчастью, этого мы пока не знаем. Мракоборец открыл рот, чтобы задать очередной вопрос, но Макгонагалл резко остановила его: - Гарри. Сейчас не так важно, как так произошло и где был ребёнок всё это время. Его мать умерла. Он попал в приют, как и его отец, понимаешь? Правда, в отличие от отца, в приюте он живёт всего три месяца. Возможно, это ещё не оставило на нём отпечаток. Вчера ему исполнилось 11 лет, и это означает, что мы должны отправить ему письмо и сообщить, что он зачислен в школу. Или же не допустить его зачисления. Нам нужно решить, решить это сегодня. Я не знаю, что мне делать. Я боюсь допустить ошибку! Мальчик не виноват в том, кто его отец, но мы не знаем о нём ничего. Всю жизнь он провёл в отдалении от крупных городов, он, насколько я понимаю, даже не общался ни с кем, кроме матери, до того момента, пока она не умерла. И сейчас он три месяца живёт в приюте в окружении магловских детей. - Как Министерство узнало о его существовании? - По вспышке магии. Была зарегистрирована крупная вспышка. Магловские дети дразнили его: их смешило его имя, нелюдимость и любовь к одиночеству в замкнутых пространствах. Они дразнили его все три месяца, но в день рождения он явно ожидал другого отношения к себе. Этого не произошло, и мальчик случайно устроил в приюте пожар с помощью неконтролируемой магии. Я надеюсь, что неконтролируемой. Я не знаю, чему обучала ребёнка его сумасшедшая мать. - Минерва, откуда Вам известно так много о нём? - От Министерства пришло два письма. В официальном краткая информация, во втором некоторые подробности о жизни мальчика, который я тебе сейчас озвучила. Они посчитали, что необходимо рассказать о нём, прежде чем мы примем решение. Но решение принимать нужно срочно, Гарри, до 1 сентября осталось меньше недели. - Профессор. Давайте подумаем, что будет, если мальчик останется жить в приюте? Его неконтролируемая магия может развиваться и превратиться в контролируемую. Под действием негативного отношения магия может принять тёмный характер… - Но есть надежда, что он просто потеряет магические силы! Гарри задумался, глядя на портрет спящего Дамблдора. - Вы знаете, профессор. Есть вероятность, что он потеряет силы. Но велика вероятность и того, что сказал я, и только Вы можете направить магию ребёнка в нужное русло, попытаться исправить его, если в нём уже заложено что-то плохое. - Я всегда стараюсь относиться непредвзято к студентам и будущим студентам Хогвартса, но Гарри, он сын Волан-де-Морта! Гарри зажмурился и сказал то, чего меньше всего хотелось сказать: - Профессор, Вы хотели слышать моё мнение…я считаю, что он должен учиться. - Салазар Реддл – студент нашей школы, - взмахнула руками директор и с надеждой посмотрела на Поттера, - Гарри, я доверяю твоему мнению, тем более, что сама я никогда не смогу решить эту проблему, но мне так нелегко это делать. Гарри посмотрел умоляющим взглядом на портрет Дамблдора в надежде, что тот даст совет, но профессор по-прежнему спал, уютно устроившись в кресле. Спустя несколько секунд тревожного молчания Минерва, вздохнув и закрыв глаза, тихо сказала: - Решено. Отправляю письмо.