Я учился в католической школе, урод!

"После фильма про Чаки он не мог смотреть на кукол. Они жмурились, подмигивали ему пустыми глазами, стоило только остальным отвернуться. Их пухлые вздернутые губки поддвергивались еще выше, обнажая острые желтые зубы. А в квартире Джейми Айзекс этих монстров было не меньше сотни. Гленда, стройная фарфоровая брюнетка во французских кружевах молча и целеустремленно протягивала к нему свои ручки. Новая как монетка Эльза ползла по полу, пачкая свежие белые перчатки - это была ватная кукла, на подставке и без ног. Остальные щелкали пластиковыми суставами, скрипели проволочными каркасами, а посреди этого безумия сидела на диване полная старая женщина в розовой вязаной кофточке с опрятным белым воротником: - Ну разве они не красавцы? Детектив с трудом заставил себя отвлечься от ползущей Эльзы, подавляя желание вспрыгнуть на стул, и спросил: - Кто? - Мои друзья, все они! - Джейми обнажила искусственные зубы в широкой улыбке. В уголке рта темнела родинка, как чечевичное зернышко, вызывая мысли о старости, раке кожи и близкой смерти..." От гудка клаксона Райан дернулся и проснулся. Жуткие сновидения посещали его каждую ночь, коверкая и выворачивая дневные события наизнанку. куклы и вправду были жуткие, а самое страшное, что с каждым сном они подбирались все ближе и ближе, и все настойчивее мисс Айзекс предлагала ему сладкую конфетку. Бр-р-р, мерзкая старуха с мерзкими куклами. - Ты как, бро, выспался? - насмешливый голос Эспозито окончательно прогнал сон о человеческих муляжах. - Где мы? - спросил Райан. - Где-то, - ответил Эспозито. - Ты не поверишь, но стоило только тебе сесть в машину, ты сразу отключился. И к лучшему: в "Красном Лоскутке" облава, там прорва наркополицейских, и только чудом мы еще не сидим и не пишем рапорты о посещении героинового притона. Считай, повезло. - И куда ты нас завез после этого? - Я подумал, что есть только одно заведение, которое может сравниться с "Красным Лоскутком". Это "Куколки". - Ты шутишь! - сон Кевина сняло как рукой, потому что ну не может быть такого совпадения, чтобы вот так вот - куколки и куклы, девицы легкого поведения и монстры. И все сразу, вперемешку... - Ты это, без паники, бро, - стиснул плечо Райана Эспозито. - Они там на редкость воспитанные, хотя и малоодетые. - Насколько мало? - для проформы поинтересовался Райан. - В туфли и одну подвязку, - ухмыльнулся Эспозито. - Я туда не пойду. - Да брось, ты что, голых девиц не видел? - Эспо, я не хочу. - Ты обещал мне полчаса. - Я могу просидеть с тобой полчаса в машине. Поиграем в города, могу рассказать пару занимательных историй из своей жизни... Я не хочу с тобой ссориться, Эспо, но такие заведения - не для меня. - Да брось, я шучу, - рука Эспозито так и не покинула плеча Райана. - Они одеты под персонажей мультфильмов, а если под платьями у Белоснежки и Авроры ничего нет, ты можешь не проверять. - Не врешь? - Ни единым словом. - Тогда пошли. Полчаса, одно пиво, и ты везешь меня домой. - Заметано. В некотором раздражении Райан открыл дверь и выбрался из "субару". Честно говоря, прошлая машина Эспозито, "ситроен", устраивала его гораздо больше, но советовать, какую машину покупать было не в его стиле. "Не лезь в чужую жизнь!", - поучала его сестра Агнесса, а мать, порой, подкрепляла свои слова подзатыльником. Он и привык - не лезть. Эспозито маячил впереди, уже на пороге "Куколок" и что-то втолковывал охраннику. Райан смотрел на него, не торопясь захлопывать дверцу машины: упрямый затылок, широкие плечи, весь крепко сбитый и собранный, ежесекундно готовый к бою и любви - не то, что он сам, интеллигент-размазня. Райан искренне восхищался Эспозито, но язык прикусывал вовремя, чему-то его сестра Агнесса да научила. Иначе было бы трудно объясняться перед коллегами за свои восторженные вопли по поводу того, как выбрит сегодня его напарник, как ему идет его короткая кожаная куртка, как сексуально он ест пончик с пудрой - так и тянет снять лишнее с губ и облизать палец... Он же не девица, в конце-концов, и всякому обожанию должен быть предел! Но вот он, может, и не красавец, но определенно харизматичный и притягательный коп - маячит впереди, очаровывая и забалтывая охранника. Никуда не делся, и никуда не денется из его жизни. Перед Райаном снова встала картина огромных, светло-карих глаз Эспозито в тот момент, когда он понял, что Райана сейчас не только припугнут в очередной раз, а просто утопят в холодной воде - как британского летчика в концлагере доктора Менгеле. Детектив дернулся, стряхивая остатки наваждения. - Эй, бро, ты идешь? Я обо всем договорился! - Иду, - Райан аккуратно прикрыл дверцу машины. Пискнула сигналка и он, поправляя пиджак, двинулся в сторону притона разврата. За дверями жарил бумбокс, как в шестидесятые, и атмосфера была подходящей: действительно, Белоснежки, диснеевские Крольчихи и Мышки, японские вокалоиды и даже баварские пастушки резвились вовсю. Но Эспозито не солгал: на сцене у шеста вертелась совершенно обнаженная мулатка, снабженная разве что подвязкой, куда распаленные посетители совали купюры. Обманщик обнаружился у бара. - Ты долго ходишь, Кев. - А ты хреново врешь, Хави, - Райан принял откупоренную бутылку Бека. Моча мочой. Хоть что-то не меняется в этом лучшем из миров. Не успел он сделать и глотка, как с двух сторон к детективам подсели две "куколки". Райану досталась склонная к полноте невысокая афра в костюме Эльзы, а Эспозито - и вовсе уж миниатюрная Тинкер-Белл. - Йоу, я похож на Питера Пена, куколка? - моментально схватив удачу за хвост, поинтересовался Эспозито. - Ты - нет, а твой друг-красавчик - да, - ответила капризная фея. - Так чего же ты подсела ко мне? - слегка обиженно спросил детектив. - Мы кинули монетку, потому что оба хотели его, - честно ответила его спутница. - Эльзе повезло больше, я бы не отказалась разделить его с ней, но вижу, что он не особенно-то любит делиться. Боюсь, что и Эльзе ничего не светит. Скажи, он любит цветных? - Понятия не имею, - еще больше поскучнел Эспозито. Тем временем, Эльза всячески обхаживала Райана, и, видимо, небезуспешно: он порозовел, пытался отшучиваться и даже смеяться. То, что дело пошло на лад, Эспозито понял, когда Эльза увела Райана танцевать: к тому времени Тинкер-Белл давно испарилась, а занявшая ее место плоская как вобла Ариэль Эспозито не интересовала. Он подумал, что обещанные полчаса уже истекли, и, заплатив по счету, пошел искать Райана. Тот обнаружился в центре танцпола: блаженно, с закрытыми глазами, детектив танцевал медленный танец с Эльзой. Не успел Эспозито пробиться к напарнику, как диджей скомандовал: - Меняем пару! Эльза тут же отцепилась от Райана и упала в объятия какому-то тщедушному хлюпику в очках и в футболке с Флэшем. А Райан упал в объятия Эспозито. И открыл глаза. - Йоу, бро! Ты наступил мне на ногу! - Какого черта, Эспо?! Ты же сам затащил меня в этот клуб, так дай хотя бы потанцевать! - Ты женат, помнишь? Вряд ли Дженни обрадуется наличию в твоей жизни горячей черной девушки, - Эспозито не забывал держать ритм и придерживать рукой за талию Райана, чтобы не сбежал. Они были одного роста, поэтому, шипя друг на друга, чуть не терлись носами. От Райана, как всегда, пахло Олд Спайсом, хорошим мылом и алкоголем, а еще - им самим: привычный, даже родной запах. Даже в участке Эспозито иногда просто хотелось уткнуться носом в светлые кудри и пару раз вдохнуть. Запах Райана завораживал, кружил голову как наркотик, а сейчас, приправленный алкогольными парами, и вовсе сносил крышу. Максимум, что позволил себе Эспозито - притянуть Райана ближе, спасая его от столкновения с очередной красоткой в текучем красном платье, и на секунду уткнулся носом в висок. Вдохнул - замер - отпустил. - И что, мне теперь танцевать с тобой? - Ко мне хотя бы Дженни ревновать не станет... - А! Я бы на твоем месте не был бы так уверен! - Райан сказал это в запальчивости, и тут же понял, что зря. Глаза Эспозито полыхнули нешуточным интересом, а губы уже сложились в предвкушении язывительной улыбки. Эти губы вызывали у Райана явственные греховные мысли, и не только о поцелуях: фантазии преследовали его обычно в душе и утром, перед самым пробуждением. Он чувствовал не только их мягкую силу, но и царапающее прикосновение к коже, влажность дыхания... О, нет, опять! Дженни, Дженни, прекрасная, молочно-медовая Дженни, стань моим спасением в море греха! Детективы танцевали молча. Вокруг них бились синие волны мужской джинсы, обильно прослоенные яркой пеной "куколок" - на них никто не обращал внимания: и Тинкер-Белл, и Эльза давно уже нашли новых кавалеров. Эспозито понял: вот, сейчас песня кончится, и все. И не будет больше Райан смотреть в его глаза своими - большими, синими, умоляющими. И не будет возможности гладить его спину между лопаток - медленно, невесомо, будно случайно. И не получится снова почувствовать запах его кожи, волос, его дыхания. Все будет как всегда. - Хави, скажи, только не смейся: если вдруг я позвоню тебе и скажу, что на меня напали куклы, ты приедешь? - В ту же секунду. Даже если у тебя в ванной заведется большой паук, или ты скажешь, что забыл купить колы. - Почему? - Что почему? - Почему ты приедешь? - Я - твой лучший друг, смею надеяться. И напарник. Мало ли, зачем тебе срочно понадобилась кола, или паук в ванной - ядовитая прыгающая тварь... - Спасибо, - Райан помолчал. - Песня кончилась, слышишь? - Слышу, - отпустить напарника было выше сил Эспозито, но, досчитав до трех, он разжал руки. - Домой? - Нет. Отвези меня к себе, я не засну один... Эти чертовы куклы приходят ко мне каждую ночь. - Расскажешь? - Только с фонариком и стаканом виски. - Тогда поехали, друг, а то на нас уже странно начали поглядывать. По дороге к дому Эспозито задумчиво произнес: - А я знаю, бро, почему на тебя так вешались цыпочки. У тебя кольцо на пальце, значит можно заниматься сексом без всяких последствий. Райан покраснел. - Такое чувство, что я теперь стерилен. - Да я не о том, - хохотнул Эспозито. - Ты не потребуешь долгих отношений и не станешь разбираться с бывшими. - А мне казалось, что я им понравился, потому что милый. И выгляжу на двадцать. - Поверь, все дело в кольце. Вырубились они моментально, на одной кровати, лишенные сил стелить еще и диван. Утром Эспозито обнаружил, что Райан сладко спит у него на плече, прижав обе ладони к груди напарника - как ребенок. Захотелось обнять его и прижать к себе, но Эспозито только полюбовался на пушистые светлые ресницы, неяркий румянец и едва видные веснушки на носу - Райан был как волшебное эльфийское дитя, пусть и вполне себе видный женатый мужик с огнестрелами и наградами, бравый полицейский и надежный друг. Он и вправду был красив нежной девичьей красотой, даже в свои, без малого, сорок. Очень красив. И спугнуть эту красоту Эспозито не хотелось - поэтому он постарался, не потревожив Райана, вылезти из постели. Это ему удалось. "Душ и кофе", - подумал Эспозито. "Душ - холодный, кофе - горячий. С сортиром придется подождать, если я не хочу мыть потолок". На полочке в ванной лежал занудный детектив Патрисии Корнуэлл, и буквально минут через двадцать все проявления физиологии, лишние этим утром, были побеждены - зашумела занавеска в душе, и Эспозито с наслаждением подставил лицо под струи воды. В кровати, широко раскрыв совершенно не сонные глаза, лежал Кевин Райан, прижимаясь щекой к подушке Хавьера Эспозито. Он сжал зубы и плакал злыми слезами, потому что никто, ни один наставник в его гребаной жизни, не сказал ему, что делать, когда тебя рвет на части молчание и душит - ревность. Этой ночью куклы ему не снились.