Я учился в католической школе, урод!

Когда Эспозито и Райан оказываются запертыми в горящем здании, им уже не до шуток. - Назови сына, если родится мальчик, Хавьер, - просит детектив Райан свою жену Дженни, стонущую в схватках на том конце провода. - Ты хочешь назвать ирландского парня "Хавьер", - ухмыляется Эспозито, сплевывая кровь. В голове уже все помутнело, но он держится. - Издеваешься над моей сентиментальностью? - ласково улыбается Райан, но улыбка выходит страшной, она словно раскалывает его лицо, покрытое коркой из копоти, грязи и крови. - Не мог упустить последний раз, - говорит Эспозито, и теряет сознание. Райан доползает до друга, зовет его, трясет, молит не засыпать, и, не добудившись, плачет от бессилия, уткнувшись в его плечо. Он так и не успел ничего сказать. Вскоре их спасут, и будет Дженни с новорожденной малышкой Сарой Грейс на руках, и Хавьер, целующий Ленни копчеными губами, и понимающие взгляды Касла и Беккет, и ужасное облегчение от того, что кошмарная опасность позади. Все кончено. Огонь сжег все мосты, фантазии и кошмары. *** - Эй, Райан, ты сегодня слегка бледноват, парень. Что случилось? - спросил Эспозито, перегибаясь через стол и ставя перед Райаном его кофе: не горячий, с молоком и сладкий, как тот любил. - Плохо спал? - Как младенец. Просыпался каждый час, - ответил Райан, отпивая кофе. Под глазами у него залегли темные круги. Эспозито рассмеялся, откидывая голову, и Райан с неудовольствием отметил, что на смуглой коже видится легкий кровоподтек: наверняка острые зубки Ленни. - Надеюсь, кошмары не мучали? - Нет, какие кошмары?.. Кстати, ты сегодня не занят? - невзначай поинтересовался Райан, допивая латте и бросая стаканчик в ведро. Бросок получился так себе, и Эспозито пришлось погоняться за своенравным картонным конусом. - А что, ты-таки созрел на шесть бутылок пива и футбол? Вроде, не Рождество. - Отчасти Рождество - раз мы с тобой живы, - буркнул Райан. - Дженни и Сара Грейс уехали на пару дней к маме Дженни, а я не хочу оставаться один дома среди памперсов и молочных бутылочек. - Вот это мужской разговор! - одобрил Эспозито. - Заметано, после смены едем ко мне и как следует оторвемся! - Я бы не стал так опрометчиво обещать, но посидим как два уставших после работы копа - это точно, - сказал Райан. - Ничем не выбить из тебя это монашеское воспитание, да? - Эспозито хмыкнул и пошел по коридору в сторону архива: сегодня, до восьми вечера, им предстояло сличить больше тридцати дел, в которых фигурировали убитые брюнетки с вздорным характером и сомнительной профессией. Райан смотрел в спину Эспозито, и лицо его ничего не выражало. Может быть, еще месяца два назад он бы и придавил за хвост вздорную мыслишку, но теперь в его чувствах царила полная идиллия и любовь: с малышкой Сарой Грейс никто не сравнится. - Беккет, смотри, какая у меня малышка, - Кевин протянул старшему детективу смартфон. - Ой, какая хорошенькая, - ответила Беккет. - Мне кажется, или она... похожа на Эспозито? Райан улыбнулся: - Я ожидал такого ответа от дурака Хавьера, а не от тебя, - но улыбаться так и не перестал. Посмотрел на фото: как ни странно, но Сара Грейс действительно чем-то напоминала ему Хавьера. То ли по-детски невинной улыбкой, то ли темно-синими глазами, которые на фото выглядели карими. Он понимал, что Беккет говорила не о связи Хави и Дженни: она язвила на тему о том, что если уж от кого-то и мог появиться у Райана ребенок, то только от Эспозито. Шутка века. Его маленькая Сара Грейс. Такая милая и такая родная.