Зеркало для двоих

*в современных амальгамах медь конкурирует в сплаве за ртуть с оловом, что позволяет избежать нестабильной фазы гамма-2. Темнокожая Ленни лениво перелистывала журнальчик с историями жизни звезд прямо на рабочем месте. Больше всего ее интересовала любовная линия неких актеров второго плана "американской коммуналки" Шеймаса и Джулианы Девер, бездетных вегетарианцев, воспитывающих двух собак-спасателей. - Ох, и повезло же ей, чертовке, - тягуче выплюнула слова Ленни, наслаждаясь фото из далекой Грузии: вино, подвалы, горы. На следующей влюбленная парочка ела разноцветное мороженое "Веселая Корова". Еще одна: стильный актер в светло-коричневойм пиджаке и джинсах цвета индиго лениво привалился к сетчатому забору. - Мне бы так... - она представила себя на месте Джулианы, а Эспозито - на месте коротышки-ирландца. Выходило горячо и соблазнительно настолько, что Ленни почувствовала, как твердеют ее соски и упираются в полиэстер блузки. Но Эспозито ведь такой нерешительный, такой закоренелый холостяк! Он скорее предпочтет выехать на какое-то особо отвратительное убийство, а потом вертеться вокруг, стараясь одновременно ухватить за задницу и выяснить подробности об остатках кожного покрова убийцы под ногтями жертвы. "Эспо, в каком-то смысле, романтик", - подумала Ленни, переворачивая страницу. На ней Джулиана Девер с лукавой улыбкой отпивала из бокала вино цвета лимонного сока. Красавица, мадонна, богиня. Ленни давно подозревала, что Эспо без ума от белых девчонок, и ее пышный бюст, широкие бедра и темная, кофейная кожа - это своего рода символ. Статус успешного латиноса, обзаведшегося сочной чикой. Нет, правда, это обидно и оскорбительно. На фото Джулиана Девер плотно обхватывала бокал изящной ручкой с французским маникюром, едва заметным. Ленни пошевелила пальцами: вишневый лак. Такой же - на ногах, яркий, заметный цвет, цвет сока, крови и страсти. И все-таки невзрачная худышка Девер, "умница Девер", как ее называли все, казалась более сексуальной, чем она, Ленни. Да и "актриса" - приятнее звучит, чем "медик". "Судмедэксперт", - поправила себя Ленни, представив бесчисленные вереницы вскрытий, тысячи тысяч стежков по мертвой плоти, анализы крови, мозга, кожи, спермы и пота. Вся отвратительная изнанка человека представала перед ней изо дня в день. И все, чего она хотела - любви и доверия. От Эспо. Но он был далек и отстранен, и даже в постели, казалось, думал оч ем-то своем, а губы его складывались в другое имя. При этом, Ленни была уверена, ни одна посторонняя женщина не портила привычного распорядка дня детектива Эспозито: она обнюхивала его рубашки - ни единой капли духов, смотрела на воротник - ни следа помады, на спину - никаких следов ногтей. Ну, может быть, один раз, но Эспо заверил: это в спортзале. И вправду, на руках, которые оставили след на смуглой коже детектива, уж точно никогда не было шеллака. Ленни с удовлетворением оглядела вишнево-красные ногти, полюбовалась игрой света на лаке. Нет, любовницы у Эспо нет, если не считать за любовницу работу. - Хей, Ленни, как твое ничего? В дверях появился предмет мечтаний судмедэксперта - детектив Эспозито. В футболке горчичного цвета, туго обтягивающей торс, с наплечной кобурой и в неизменных джинсах. красавчик-латинос, так бы и съела! - Ничего, - буркнула Ленни, незаметно сводя руки под грудью, чтобы соблазнительные холмы грудей выдвинулись вперед как торпеды подлодки. И тут, в самом, можно сказать, интригующем моменте беседы, из-за плеча Эспозито появилась тоненькая, бледная как снег, черноволосая девушка. - Привет, я Кристин. - П-привет, - удивилась Ленни и даже встала. Журнал упал на пол, милосердно захлопнувшись и повернувшись к присутствующим рекламным задником. - Я - стажер-полицейский. То есть, полицейский-стажер, - сказала Кристин без улыбки. - Меня прикрепили к детективу Эспозито. - Очень приятно, Кристин. - О, нет, - засмеялась та. Я - Крис. Кристиана. А Тин* - это фамилия. Очень металлическая. - Очень, - растерянно ответила Ленни. - Знаешь, Ленни, а тебе бы подошла фамилия "Коппер**", - пошутил Эспозито. - Спасибо, детектив, меня вполне устраивает и моя фамилия. - Точно? А мне казалось, что не так давно ты не против была бы сменить ее на фамилию "Эспозито"... Ленни покраснела так, что румянец проступил даже на смуглой коже. Так позорить девушку, с которой спишь уже три года - это же просто свинство! Да еще при ком? При тощей, вертлявой мымре! Кристиана Тин. Надо же, Кристиана Тин! А та еще, будто дразнясь, положила на плечо Эспозито тонкую изящную руку с французским маникюром, совсем как у Джулианы Девер. Кристиана-Джулиана! И как же этот проклятый латинос смотрит на эту юную сучку! Словно раздевает и вот-вот трахнет прямо на прозекторском столе! Ленни просто кипела от негодования, и еле нашла силы, чтобы не заорать и не выставить сладкую парочку за дверь. Но сдержалась: - Детектив, не оставите нас? - А в чем дело? - спросил Эспозито. - В чем надо. Вали отсюда! - и Ленни в два счета выставила ошарашенного полицейского за дверь, а потом еще и защелку закрыла. Повернулась к мисс Тин. Оглядела с ног до головы и признала: да, красотка. Но Ленни и в подметки не годится. - Слушай сюда, дорогая, - начала Ленни не агрессивно, как ей казалось. - Это мой участок. Это моя прозекторская. Это моя лаборатория. И это мой парень, поняла, подруга? - А чего вы так раскипятились, доктор? - спросила Тин, нисколько не испуганная таким наскоком. Она была почти на полголовы выше Ленни и смотрела на нее сверху вниз, с жалостью и презрением. Толстая, старая мулатка, страшная и вульгарная. Кристиана совсем не привлекал детектив Эспозито с его деревенскими подкатами и мальчишескими замашками. Гораздо привлекательнее выглядел его напарник Кевин Райан (увы, женатый) и Ричард Касл (увы, при Беккет). Но то, как Ленни готова была грудью биться за детектива, придавало ему какую-о дополнительную ценность. "Надо попробовать поджаристого бифштекса", - подумала про себя Кристиана. "Не зря же эта стерва так рвется сделать его своей собственностью!" - Ты еще не видела, как я кипячусь, - ответила Ленни, повышая голос. - Так ты поняла? - Поняла. Я вообще неплохо понимаю английский, даже с таким жутким акцентом. Вы откуда, доктор? Из Техаса? "Ты'ще н'дела как йа кыпячюсь!" - передразнила она. Ленни замахнулась, чтобы дать нахалке пощечину, но та резво отскочила: просто изогнулась как кошка и перетекла в другой угол комнаты. Гибкая, легкая, она дразнила Ленни и смеялась над ней. - Я, конечно, еще не офицер, доктор, но рукоприкладство у нас запрещено, - издевалась она. - Или мне написать рапорт? Ленни скривилась: девка была права. Она открыла защелку и отошла - Тин медленно выплыла из лаборатории с видом победительницы, но увы, никто в коридоре не ждал результата схватки двух тигриц. Хавьер Эспозито просто ушел, ушел сразу, не желая слышать, как собачатся эти двое. Ушел к единственной, как с горечью подумала Ленни, любовнице - своей работе. В воздухе остался только легкий аромат мужского дезодоранта "Олд спайс". "С каких пор Эспо изменил своему "Spirit of angel"? ", - подумала Ленни. Видимо, схватил первое, что попалось под руку в шкафчике. И, наверняка, в шкафчике этого старомодного мажора Кевина. Только он пользовался дезодорантом, который все в участке называли "запах моего дедушки". Ленни хмыкнула: а ведь Райан немного, совсем чуточку, был похож на блистательного Шеймуса Девера. Хотя бы ростом и всегда извиняющимся взглядом, как у шкодливого котенка. "Впрочем, парень он добрый и безобидный, хотя и помешан на боге, овощах, жене и детях", - подумала Ленни, перебирая пустые пробирки с надписями. Систематизация всегда ее успокаивала. *** Хавьер Эспозито испарился из лабораторного коридора в ту же секунду, как клацнула защелка. От греха подальше и сумасшедших баб. Сами разберутся и как-нибудь нейтрализуют бушующий в них эстроген. Он испытывал острое желание войти в комнату детективов, подойти в столу Кевина, дождаться, пока он поднимет глаза - и утонуть в них. Ну нет, так просто он не стал бы стоять и смотреть: поднять с кресла, обнять, прижать губы к сухому, прохладному лбу - как отпить из горного родника. - Эспо, Эспо, ты влюблен... - прошептал он дверному косяку. - Ты идиот, Эспо. Ты самый-распросамый чертов идиот. На тебе клеймо и ты проклят. Он постоял так, собираясь с мыслями, еще минуту. К счастью, никто не пробежал мимо, рассыпая бумаги, никто не пристал с дурацкими расспросами. И поэтому, когда Хавьер Эспозито вошел в комнату детективов с двумя картонными стаканчиками кофе, голос его не дрожал: - Йоу, Кев, тебе капучино или американо? *tin - по-английски "олово" ** copper - по-английски "медь"