two plus one

Телефон дважды вибрировал, почти свалившись со стола на ковер, прежде чем рука Чимина потянулась за ним, хватая устройство и ставя тарелку с рамёном на стол другой рукой. Танцор мгновение повозился с устройством, прежде чем перевернуть его правильно и глубоко улыбнуться новому сообщению. папа из магазина: эй. Чимин не мог сдержать улыбку, когда набирал ответ. Чимин-щи: привет!! Прошло несколько минут, прежде чем появилось серое облако с тремя точками, которое показывает, что другой пишет ему ответ, и Чимин с нетерпением ждал нового сообщения. папа из магазина: я понял, что не представлялся ... я Мин Юнги. Чимин рассмеялся над сообщением и увидел, как облако снова появилось, прежде чем пришло еще одно сообщение. папа из магазина: ты серьезно насчет дня рождения? Танцор быстро набрал ответ, занимаясь собой в ожидании ответа. Чимин-щи: да! я люблю детей и я люблю вечеринки Юнги: хорошо ... потому что Чонгук уже сделал тебе приглашение. Юнги: кстати, Чонгук – мой сын. Юнги: не уверен, что ты знаешь его имя. Чимин хихикнул из-за этих неловких сообщений и переместил немного лапши в рот, прежде чем продолжить разговор. Чимин-щи: я подумал ..... Юнги: ты свободен завтра? Чимин-щи: да … Юнги: я должен убедиться, что не приглашаю серийного убийцу на вечеринку моего сына. Чимин-щи: я могу обещать тебе, что я не серийный убийца, Хен! ха-ха, ты знаешь, что я делаю Юнги: эй \_(ツ)_/ ты можешь петь днем, а убивать ночью. Чимин-щи: не думал, что ты используешь смайлики, хен лол Юнги: ты многого обо мне не знаешь, Чимин-щи ... Младший позволил своей челюсти немного упасть, его разум пытался расшифровать сообщение. Почему текст должен быть таким бесчувственным? Чимин застонал, закрывая рукой лицо, прежде чем его телефон снова завибрировал. Юнги: итак, обед? Юнги: завтра? Чимин-щи: да! я знаю очень хорошее кафе! Юнги: идеально. Напишешь адрес завтра. Чимин-щи: хорошо, Хен. Спокойной ночи! Чимин несколько минут ждал ответа и положил свой телефон обратно на стол, когда он его не получил. Танцор взял свою тарелку лапши, набивая полный рот, прежде чем улыбка появилась на его лице, и он почувствовал головокружение от мысли о Юнги и его сыне.

***

— Чимин! Танцор вырывается из своих мыслей, широко раскрывая глаза и извиняясь, когда понимает, что Ирэн смотрит на него, а другие танцоры нервно отступают назад. — Что с тобой? Ты не был сосредоточен весь день! — кричит Ирэн. Чимин опускает голову, зная, что лучше позволить Ирэн кричать на него. За кулисами Чимин может видеть Тэхёна и Хосока, которые смотрят любопытно и нерешительно, но со знанием того, что что-то случилось. — Позже ты должен быть сосредоточен на своих интервью, — продолжает Ирэн, а Чимин поднимает голову. — Интервью? С каких пор? — спрашивает Чимин, — это несправедливо, Рэ, у меня есть планы. Менеджер скрестил руки на груди, брови взлетели наверх. Тэхён теперь подходит ближе, и он смотрит с интересом и с гораздо меньшей неприязнью. — Планы с кем? — спрашивает Тэхён. Ирэн поджимает губы, молча имитируя вопрос. Чимин хмурится, подбородок снова падает в разочаровании. — Мне нужно позвонить, — отмечает Чимин, — отменить мои планы и все. Тэхён и Ирэн внимательно следят за тем, как Чимин разворачивается и уходит за кулисы. Танцор заходит в свою гримерку, запирая за собой дверь, и берет телефон со стола, где он заряжался, прежде чем сесть на стол и набрать номер Юнги. После четырех гудков Юнги отвечает, звуча запыхавшимся, и он мог слышать громкий мультфильм. — Чимин-щи? — Юнги, — начинает Чимин, его голос низкий. Фоновый шум немного утихает, и Чимин слышит, как громко скрипит дверь, что указывает на то, что Юнги пошел в более тихое место. — Хен, я должен отменить обед, — объясняет Чимин, — мой менеджер запланировал кучу интервью в последнюю минуту. На какое-то время на линии становится тихо, прежде чем Юнги говорит: — Ох, — Чимин хмурится от звучания его голоса, — все в порядке, Чимин-щи, не волнуйся, — слегка запаниковавшим звучит Юнги, — эм, тебе не нужно чувствовать себя обязанным ... — Чимин быстро прерывает его. — Мы можем поужинать? Старший останавливается, еще одна пауза берет верх над двумя. — Правда?— Чимин тихо смеется. — Да, хен, я все еще хочу встретиться с тобой. Он издает мягкий выдох, и Чимин слегка хмурится, удивляясь, почему Юнги так беспокоился о том, что Чимин не хочет встречаться с ним. — Эм, это подходит, — соглашается Юнги, — но это будет барбекю ... Чонгук просил об этом всю неделю, — Чимин снова улыбается. — Звучит идеально. Могу я сначала прийти к тебе? — спрашивает танцор. Юнги быстро соглашается и произносит свой адрес, прежде чем двое прощаются. Чимин падает назад на диван и тяжело выдыхает, маленькая ухмылка появляется на его лице.

***

Оставшаяся часть репетиции и четыре часа последующих интервью плавно перетекают в новообретенную энергию Чимина, и танцор быстро хватает свои вещи, бросаясь к двери и игнорируя крики Тэхёна. Он останавливает такси и прыгает внутрь, называя адрес. После тридцати минут Чимин находится перед дверью, проскользнув за спиной жильца в многоквартирном доме. Танцор собирается перед тем, как постучать три раза, сияя, когда слышит " Хен здесь!" изнутри. Секундой позже дверь открывается, и Чонгук счастливо подпрыгивает из гостиной, Юнги мягко улыбается, с его волос капает вода на пол. — Привет, — говорит Юнги, — мне надо собираться, но ты можешь поиграть с Гуки, пока ждешь. Он говорил, что хочет показать тебе свой набор лего. Чимин улыбается и кивает, опускаясь на пол, и садится на скрещенных ногах. В это время Чонгук хватает кучу собранных кусочков лего, помещая каждый перед Чимином, прежде чем неожиданно сесть на его колени, подбирая первый кусочек, чтобы объяснить. В спальне Юнги поправил воротник рубашки, разгладив его ладонями, прежде чем быстро опрыскать себя одеколоном. Он выходит из спальни и потянув за собой закрытую дверь. Отец-одиночка вернулся в гостиную, остановившись в дверях, чтобы спокойно наблюдать за тем, как Чонгук сражался своим трансформером против Чимина, одновременно издавая звуки взрыва и битвы, пока его трансформер не настиг Чимина, и маленький мальчик не объявил себя победителем. — Разве Гуки победил тебя? — вмешался Юнги. Маленький мальчик хихикнул и кивнул, Чимин встал и отряхнул свои джинсы, с улыбкой смотря на Юнги. Юнги наклонился, чтобы помочь Чонгуку собрать его игрушки и сложить их в ящик перед тем, как направить малыша к двери. — Помоги мне с моими ботинками, хен!— потребовал Чонгук. Чимин рассмеялся, нагнувшись, чтобы помочь малышу надеть и завязать его крошечные ботинки. Юнги надевает свои и открывает дверь для них, схватив ключи с крючка, прежде чем выйти из квартиры.

***

Чимин должен был умереть от любви. Они сидят в ресторане. Чонгук забрался на скамейку рядом с Чимином, утверждая, что он хочет сидеть рядом со своим хеном. Юнги позволил и заказал несколько сортов мяса для них, прежде чем они замолчали, наблюдая, как Чонгук рисует каракули на задней части меню, которое официантка дала ему. Когда мясо принесли, Юнги быстро поместил все это на гриль, и здесь началась смерть Чимина. За последние шесть минут, Чонгук смотрел на отца с широко раскрытыми глазами, и слегка приоткрытыми губами, его щеки розовые от жара гриля. Каждый раз, когда Юнги переворачивал кусок мяса, Чонгук выдыхал мягкое “вау” слегка изогнутыми губами. Мальчик жевал каждый кусок мяса, который отец осторожно отдавал ему, маленькие глазки загораются каждый раз при виде ягненка. — Это действительно хорошо, Юнги хен, — отметил Чимин, оглядывая ресторан. — Папа – хороший повар, а, Чимин хен? — вмешался Чонгук. Чимин драматично кивнул. — Он так хорошо кормит тебя, Чонгуки, да? — ответил Чимин. Маленький мальчик серьезно кивнул, отказавшись от палочек для еды и используя пальцы, чтобы совать больше мяса и риса в рот. Губы мальчика уже были покрыты жиром и обугленными кусочками мяса, и Чимин не мог не улыбнуться, когда Юнги протянул через стол салфетку, чтобы вытереть лицо своего сына. Как раз тогда пришла официантка, чтобы принять другой заказ, и Юнги заказал им соджу, прежде чем Чонгук встал и заполз на колени Юнги с другой стороны, прижимаясь к нему и закрывая глаза. К тому времени, когда принесли соджу, дыхание Чонгука выравнялось, и он спал. Двое мужчин оставили часть напитка, и Чимин оплатил счет, прежде чем Юнги смог протестовать. Двое вышли из ресторана и медленно пошли к дому Юнги, чтобы Чонгук не проснулся. Когда они доходят до квартиры Юнги, отец исчезает, чтобы уложить Чонгука, а Чимин остается наедине с собой, пока ждет. Прогуливаясь по небольшой гостиной (стараясь избегать разбросанных блоков лего), Чимин смотрел на каждую фотографию, висящую на стенах, замечая двух мужчин на нескольких фотографиях и пожилую женщину и мужчину, которые, должно быть, были родителями Юнги. Однако танцор внимательно смотрел на каждую фотографию, отмечая отсутствие молодой женщины на любой из фотографий. Чимин подождал всего десять минут, прежде чем Юнги вернулся, закатывая рукава рубашки, когда он заходит на кухню, Чимин следует за ним. — Хочешь чай? — предлагает Юнги. Чимин молча кивает, и Юнги улыбается ему. Отец-одиночка открыл шкаф над плитой и достал две кружки, прежде чем включить чайник. — Ты можешь подождать на диване ... я подойду. Чимин кивнул, делая, как ему сказали, и засовывая одну ногу под его задницу, устроился на диване. Юнги присоединился к нему через несколько минут с двумя кружками горячего чая. Оба парня сделали длинный, тихий глоток, прежде чем Юнги заговорил. — Ее здесь нет. Танцор на мгновение был поражен, прежде чем понял, что он смотрел на коллекцию фотографий. — Это была случайная беременность в колледже, — продолжает Юнги без побуждения, — она хотела сделать аборт, но я умолял ее не делать этого, и вот мы здесь. Чимин промолчал, сделав небольшой глоток чая, прежде чем поставить кружку на стол и повернуться лицом к Юнги. — Ты не должен был мне говорить, — отметил Чимин. Юнги пожал плечами. — Я хотел этого. Кажется, вечность они молчат, прежде чем Чимин снова говорит. — Так ты довольно молод? — Юнги тихо рассмеялся с мягкой улыбкой. — Мне двадцать четыре, — Чимин кивнул, пытаясь сдержать улыбку. — Ты проделал отличную работу с Чонгуком, — вставляет Чимин, — он замечательный маленький мальчик, — Юнги благодарно улыбнулся, — как тебе это удается? — Чимин задумался. — У меня было много помощи. Мои родители прекрасно помогали, и мой лучший друг и его муж часто приходили, чтобы помочь следить за Гуки или приготовить нам ужин, — объяснил Юнги, — я также работаю в детском саду, поэтому легко могу привести Гуки с собой, — Чимин медленно кивнул в понимании. — Тебе повезло, что у тебя так много поддержки, — с тоской вздыхает Чимин. Юнги нахмурился, а Чимин пытается не встречаться глазами с Юнги. — Это было достаточно ужасно, когда я привел домой своего первого парня, но потом я захотел быть айдолом, а не бизнесменом, — вздохнул Чимин, — я никогда не думал, что родитель может на самом деле отречься от своего собственного ребенка. Хмурый взгляд отца-одиночки углубился, и Чимин сухо засмеялся, прежде чем провести рукой по лицу и выпустить глубокий выдох. Танцор встает. — Эм, я должен идти, — Чимин возился со своими кольцами, — ранняя репетиция и все такое. Смущенный Юнги кивнул и встал, следуя за Чимином к двери и открыл ее, пока младший обувался. — Поговорим с тобой позже? — с надеждой спросил Юнги. Чимин встретился глазами с Юнги, его собственные глаза немного влажные, и тепло улыбнулся, прежде чем кивнуть. — Да, хен. Я поговорю с тобой позже. Юнги наблюдал за тем, как Чимин шел по коридору и входил в лифт, прежде чем закрыть дверь и упереться лбом в дверь. Он заставит этого мальчика почувствовать себя важным.