куда деваются опоздавшие чувства

      Знаете такое вот состояние после сна, когда ты вообще не понимаешь, где ты, когда ты и кто ты? Так вот, с Хосоком сейчас примерно то же самое: поднявшись с кровати он уже минут 10 тупо пялиться в экран телефона и не может понять, зачем там написан номер «15:31», с пометкой о том, что сейчас понедельник.       Но когда до Хосока почти дошло, что он сегодня тотально всё проспал, он услышал за дверью грохот, сопровождаемый воплем: «Бляяяять, какого черта, сраная ты костыля!!». Хосок моментально пришёл в себя и, осознав, что вопль этот исходил от Чонгука, уже было хотел пойти надавать этому засранцу, чтобы не выражался, но посмотрев на экран ещё раз, произнёс себе под нос тихое: «Ай, черт..»       У Хосока почти задрожали руки от осознания того, что он пропустил сегодняшний учебный день, а причина-то совсем не уважительная. Но он понимал, что сейчас уже бессмысленно переживать: «Просто нужно написать, что я болел...» И как только Хосок включил интернет, посыпалась куча уведомлений от всех, кому не попадя. Он выбрал первого попавшегося отправителя, кажется, это был староста группы, и написал ему в ответ: «Немного приболел». Отправив сообщение, Хосок упал обратно в кровать, пытаясь представить, что же такого важного могли проходить сегодня его одногруппники. Но незаметно для себя он вспомнил про Чонгука. Так, Хосоку срочно нужно кое-что выяснить. Найдя Чонгука на кухне, старший спросил: — Ты сегодня был в универе?       Одной рукой подперев голову, а другой мешая в чашке, Чонгук помотал в знак отрицания. Он выглядел виновато. Присев рядом с младшим, Хосок с иронией подумал: «И вот какой я хён после этого? Вытащил его сюда, чтобы он занимался, а сам проспал...» — Хосок, не расстраивайся, — по-доброму произнёс Чонгук, пододвигая старшему чашку ароматного фруктового чая.       «И вот не поверишь, что этот парень может выругаться даже похлеще Юнги. Ученик превзошёл учителя, что сказать» — усмехнувшись, подумал Хосок. — Ты чего лыбишься? — заглянув в глаза старшему, спросил Гук, — и чашку не берёшь? — Да так, — он перевёл взгляд на чашку, — а ты не себе сделал? — Не, это тебе, я не особо хочу, — Чонгук снова опустил взгляд в стол, будто, и правда, в чём-то провинился перед старшим. — Ну-ну, сделай лицо попроще, — ободряюще произнёс Хосок, широко улыбнувшись.       Чонгук тоже улыбнулся, глядя на сияющего хёна. Рядом с таким человеком, как он, и правда, грустить не хотелось. — Ты не ушибся? — побеспокоился Хосок, вспомнив недавний грохот. — Немного, не больно, не переживай, — засмущался от такой заботы Чонгук, потирая под столом ушибленную ногу. — Я рад, — опять улыбался Хосок, — спасибо за чай. Было вкусно, — он сделал паузу, — особенно тонкие нотки любви и заботы, — ехидно подмигнув, старший скрылся в прихожей.       Чонгук сложил руки на столе и опустил в них голову, пряча покрасневшие щёки. «Черт, ну за что у меня такие друзья?»       Идя в универ, Хосок пытался придумать, как же лучше обьяснить директору, почему его сегодня не было. Вообще, лучшим решением было бы никуда не идти сегодня: раз прогуливать, так полноценно — но сегодня было кое-что важное, что поможет подвести все итоги этого учебного года, да и вообще всех наверное не зря потраченных лет в этом учебном заведении.       Когда все вопросы по поводу сегодняшнего отсутствия Хосока были улажены, он пришёл в уже пустую аудиторию профессора Кима и спросил: — Учитель Ким, а распределение по темам ведь было сегодня? — Ты про итоговый проект? — он выдвинул полку и достал оттуда папку с какими-то документами, или просто ненужным хламом, или всем вместе. Беспорядок в полках был жуткий. Вот такой уж он, этот учитель экономики Ким Сокджин. — Знаешь, все ребята уже распределились по группам, — глядя в список, сказал он. — А, это ничего, — каплю подсуетившись, ответил парень. — Точно справишься один? — участливо спросил учитель. — Точно справлюсь, — уверенно произнёс Сок, — к пятнице всё будет готово. Только назовите тему, пожалуйста.       Следующие три дня Хосок вылезал из своей комнаты только для того, чтобы поесть, а иногда просил Чонгука принести ему чай прямо к рабочему столу. Младшему это не было в тягость, он понимал, что Хосоку за эти три дня нужно перерыть тонну материала и в одиночку сделать даже что-то вроде исследовательской работы. Чонгуку становилось не по себе, лишь только он пытался представить себя на месте старшего, поэтому охотно помогал ему, чем мог.       Когда наконец настал день защиты проекта, Чонгук всё же поинтересовался, на какую тему старший делал его. На это Хосок лишь отмахнулся и сказал, что тема весьма скучная и не особо интересная.       «Да уж, не особо интересная» — подумал Чонгук. «Видел бы ты себя, когда делал проект. Понятно же было, что ты не только ради успешной жизни эту работу делал»       Но на самом деле Хосок этого ещё не понял. Он полностью был уверен, что сферой книг и всем, что с ними связано, не увлечётся никогда. Ну, не любил он читать.       Выйдя к трибуне актового зала, Хосок где-то в глубине души просто запищал от волнения. Он не думал, что представлять свою работу будет перед таким огромным количеством людей. Кажется, здесь не только учителя университета, но и много приглашённых. И не только учителя, на самом деле здесь собрались работодатели и главы различных компаний со всей Кореи, ищущие себе потенциальных работников. Ученики не знают о том, что их сегодняшнее выступление может повлиять на их будущую жизнь, а тем временем агенты уже готовы сегодня выбрать для себя юных экспертов по экономической части.       Закончив выступление, Хосок поблагодарил за внимание, ярко улыбаясь, и снова скрылся в толпе снующих туда сюда уже почти выпускников.       Придя домой, Хосок не начал радоваться или праздновать как-то сдачу этой итоговой работы, если её можно так назвать. Он, правда, последний раз сегодня улыбался лишь на выступлении. А сейчас он, не говоря ни слова Чонгуку, тихо прошёл в свою комнату и провалился в сон, спокойный, счастливый.

***

— Да как-то странно оно всё, — послышался голос Чонгука откуда-то с коридора, — я не думаю, что Хосок согласится, — Хосок поднялся с кровати и понял, что уже глубокий вечер. Только вот какого дня он не знал. — Што это я ни солгашусь? — сонно вывалившись в проход, спросил старший. — Да тут, намечается кое-что, — Чонгук прикусил язык. Прикрывая рукой трубку телефона, он тихо прошептал в неё, — позже перезвоню, — и быстро запихал телефон в задний карман джинс. — Ну, это, — Чонгук отвёл взгляд в сторону, нехотя отвечая, — однокурсник устраивает вписон за конец учебного года, спрашивал, пойдёшь ли ты. — А причём тут я, разве это не твой однокурсник? — фыркнул Сок. — Думаю, ему просто хочется позвать больше людей, Югём ведь знает, что я не пойду, — облокотившись о стену, сказал Чонгук. Хосоку показалось странным, что младший сейчас без костылей, но почему-то он не предал этому особого значения. — Он хоть в лицо меня знает? — закатив глаза, спросил Сок. — Да вроде да.. А, так тебя же все видели, когда ты там свой проект представлял. Точно ж он тебя знает, он ведь тоже на экономическом, — Чонгук вспомнил вдруг. — Хм, — потирал затылок Сок, — может, правда, пойти? — спросил он сам себя. — Слушай, если всё же соберёшься, то стоит поторопиться, уже поздновато, скоро они начнут, — Чонгук протянул бумажку, на которой ровным почерком был написан адрес и номер телефона с подписью «Югём».       Не зная, каким ветром его сюда занесло, видимо, не тёплым, Хосок, задрав голову, стоял около 18-ти этажки и думал: «Ох ты ж, нихера себе хоромы. И это у обычного четверокурсника? Чем он занимается? Хах, я что, сплю?» Но долго думать он не смог, так как сзади подошли две девушки, которым, видимо, тоже сюда. Они, не обратив внимания на Чона, набрали номер квартиры, им открыли, а Хосоку ничего не оставалось, как тоже войти в здание. Когда девушки остановились у нужной им квартиры, Хосок понял, что они тоже к этому, как его, Югёму?       На пороге девушек встретил он сам, и, заметив позади них Хосока, радостно, но как-то ехидно произнёс: — О, ты всё-таки пришёл? — Югём, закрыл за Хосоком дверь. — Оу, это что, твои подружки? — оценочным взгляд проводив девушек, спросил младший, — ничего такие. — Не, это не со мной, — пофигистично ответил старший, — мне как-то дела до них нет. — Нет дела, говоришь? — усмехнулся Югём, — так значит, сегодня будет.       Он посмотрел на Хосока таким подозрительным взглядом, что у того, мурашки пробежали от чувства, что сегодня произойдёт какой-то пиздец.       Хосок не заметил, что время уже за полночь. Громкая музыка, полнейшая темнота, пол устлан телами людей, и даже не сразу поймёшь, живыми или нет. Вся эта толпа, знакомых и не очень, нетрезвых и очень нетрезвых, сейчас просто рассредоточилась по всей квартире. Выпиты были бутылка за бутылкой, что сложно было понять, чего и сколько они пили. Кто-то уже блевал, не доползши до туалете, прямо посреди коридора, кто-то спал под ванной, явно опередив предыдущего. А кто-то... Хосок прежде никогда столько не пил. Не то чтобы «столько», он в принципе обычно не пил, но как ни странно, с ним было всё ещё до приличия хорошо. Ни голова, ни тело не болели, только живот распирало от количества выпитого, а туалет, к сожалению, занят спящими. Хосок не особо жалел, что пришёл сюда, сидеть на полу у стены у самых колонок вполне себе неплохое занятия, правда, уснуть сложно. Честно, ему хотелось танцевать, но он будто забыл всё, что знал, да и на людях особо не потанцуешь. Скучно, но вдруг он почувствовал, что кто-то стоит над ним. Он поднял голову и в темноте разглядел силуэт девушки, кажется, это была одна из тех двух, которых Хосок встретил у подъезда. Девушка потихоньку начала опускаться к Хосоку, протягивая к его лицу руки. Хосок хоть и не был пьян, почему-то не сопротивлялся. Девушка опустилась на колени и, оказавшись на одном с Хосоком уровне, опёрлась на руки и, выгнув спину, начала медленно проводить носом по телу парня, томно вдыхая его запах. Почти от самой ширинки она дошла до шеи и остановилась здесь. Она прижалась своим телом к нему и начала холодно покусывать его шею, оставляя на ней мокрые следы. Наверное, Хосок просто ненадолго отключился от этого мира, так как ему казалось, будто наблюдает это всё со стороны. Но в один момент, буквально за доли секунды, он пришёл в себя, когда почувствовал на своих губах чужие и этот мерзкий, фальшивый язык, жадно пробирающийся к нему в рот. Парню показалось, что его сейчас вырвет, он тут же ощутил девушку всем телом. Её грудь так неприятно прислонялась к нему, а её колено слишком нагло давило ему между ног. Он не понимал, что противнее, её поцелуи, или её женская компания в целом. Хосок тут же буквально отбросил девушку от себя, что она с грохотом ударилась о стоящий у противоположной стены журнальный столик. В тот момент Хосок не подумал, что сделал больно, ему точно было плевать на всё вокруг, ему захотелось уйти отсюда, покинуть компанию этой девушки и на корню подрезать последующие возможные встречи с другими. Дверь в эту квартиру оказалась незапертой, и Чон пулей вылетел из этого ада, направляясь в общежитие. Честно, Хосок не помнит какой дорогой добрался домой, но он здесь, черт, он здесь. Чонгук не открывал ему, поэтому Хосоку пришлось открывать дверь ключами, но ощупав все карманы, он их не нашёл. Черт, он ясно помнит, как брал их с собой, не мог же он их оставить... Хосок, отгоняя от себя эту мысль, снова стучит в дверь, но такое чувство, будто там никого, и, не зная, на что надеясь, Хосок проверяет под ковриком. Из ниоткуда взявшаяся мысль заставила его это сделать, но к его удивлению, под ковриком был ключ.       У Хосока в голове, пока он открывал дверь, всплыл образ Юнги. Да, наверное Чонгук поехал к нему, ведь вроде уже начались каникулы. Но эти мысли мгновенно исчезают из головы и возвращается противное ощущение чужого тела. Все части тела Хосока болезненно ноют от того, что их касалась она. Губы, будто обветренные, жжёт неимоверно, а грудь и ноги сдавливает мерзкая морозь по коже. Он немедленно хочет смыть это, избавится от грязи. Он никогда не думал, что женские поцелуи и касания, пусть даже такие страстные, будут ему настолько противны. Не так он себе представлял впервые ощутить женское тело, совсем не так. Но только лишь ноги донесли его до кровати и отпустили, он почувствовал свободу и легкость, укутался посильнее в огромное зимнее одеяло и уснул.

***

      Яркие солнечные лучи пробиваются в небольшую комнатку Хосока, заставляя его проснутся. Становится до пота жарко, будто он спал под зимними одеялами, но к удивлению парня, его единственный тоненький плед сейчас валялся на полу. Стук в дверь, и в комнату входит Чонгук. Странно, что в такой ранний час он уже на ногах, а погодите, разве он не уехал к Юнги? — Доброе утро, Хосок, — парень проходит к окну, чтобы до конца распахнуть шторы, но останавливается, оперевшись на костыль, и смотрит на рыжий восход, который так похож на его соседа. — Доброе, — Хосок тупым взглядом смотрит в спину Гуку, — а... разве ты не уезжал к Юнги? — Что? — Чонгук развернулся и удивленно посмотрел на старшего, — я вчера весь день был дома. После того, как ты пришёл с универа и лёг спать, я немного посмотрел сериалов и тоже пошёл спать. — Так, погоди, — Хосок поднял указательный палец в сторону Чонгука. Перед глазами Хосока быстро пробежали все события предыдущей ночи и накатили все те ощущения, которые были до невозможного реальными. Сок поднял взгляд на младшего, — а Югём? — О, ты знаешь Югёма? — ещё больше удивился Чонгук. — В смысле «о ты знаешь Югёма» блять? — нервно передразнил его Хосок, — ты же мне сам его номер и адрес вчера дал. — Да? — Два! — уже вышел из себя Хосок, — не, Чонгук, ты чё, реально стебешься? У Югёма вчера вписка была, на его этой гигантской хате, и он меня туда позвал. — Блин, чел, хочешь верь, хочешь нет, но Югём живет в общагах и ещё дня три назад уехал к родителям на каникулы.       Наступила минутная тишина. Она не прерывалась, пока Хосок тихонько и немного виновато не произнёс: — Значит, приснилось? — он сам в это не верит, но верить пока и не приходится, от мыслей его отвлекает звонок. Звонит незнакомый номер, подняв трубку, Хосок произносит: — Алло, доброе утро, кто это? — его голос не звучит так, будто он только проснулся, а Чонгук тем временем, словно маленький ребёнок, задержал дыхание, чтобы его случайно не услышали на другом конце.       Говорили в трубке не особо громко, что Чонгуку не было слышно, и он не мог понять, о чем говорил Хосок. — Здравствуйте, я Хинокава, заместитель ген директора крупнейшего издательского дома Кореи — “NNN Media”, главный отдел которого находится в Сеуле, вы Чон Хосок? — Эм, да, — он пытался переварить всё только что сказанное и понять, как это связано с ним. — Вы заинтересовали наше издательство как неплохой экономист, поэтому мы предлагаем вам пройти собеседование. К сожалению или к счастью, отказаться вы не можете, проверьте свою электронную почту. До свидания.       Звонок прервался, из трубки послышались гудки. Чонгук, наклонившись к кровати Хосока, спросил: — Ну, что говорят? — Не понял, — Хосок тут же в телефоне зашёл в свою почту, и помимо всяких рассылок на этот раз увидел кое-что новое.

«Чон Хосок, вы были высоко оценены во время защиты своего проекта в университете, так что мы решили пригласить вас на собеседование. Помимо собеседования, мы ждём вас завтра, на нашем еженедельном собрание, где будут обсуждаться различные вещи по поводу продаж, также и те, что в вашей компетенции. Хотим вашего присутствия в обязательном порядке. До скорой встречи.»

nnn-mediа@gmаil.соm

      Следом пришло ещё одно сообщение, где были указаны завтрашнее число, время и адрес. Судя по всему, это к завтрашнему собранию. — Кажется, мне не отвертеться от этого, — себе под нос пробубнил Хосок. — От чего? — переспросил младший. — Да так, видимо, работу мне искать не придётся. Что ж, — отложив телефон, на выдохе произнёс Сок, — собирай вещи, мы едем к Юнги.       Когда все сборы были окончены и пора было уже выходить, на Хосока вдруг накатили воспоминания о последнем его пребывании в Сеуле. Первым делом на ум приходит он. До сей минуты у Хосока не было и свободной минуты, чтобы думать об этом, но сейчас, что если он снова встретит, Тэхёна? Он так опять надеется на эту случайную встречу, ведь визитку с номером после приезда он так найти и не смог.