error 1256

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Detroit: Become Human

Пэйринг и персонажи:
Хэнк Андерсон/Коннор
Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Юмор, Флафф, AU
Предупреждения:
OOC
Размер:
Драббл, 9 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Коннор ведёт себя странно.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
канонный Коннор конечно же знает о поцелуях (а этот – нет)

на оригинальность не претендую, эту тему наверняка уже многие обыграли, но мне вроде как было весело, пока я писала, так что

(не)забавная история с (не)смешными и (не)милыми моментами, добро пожаловать

14.06.18
№24 в топе «Слэш по жанру AU»
№13 в топе «Слэш по жанру Флафф»
№14 в топе «Слэш по жанру Юмор»
7 июня 2018, 13:42
Хэнк почуял что-то неладное, когда вечно гудящий о вреде нездоровой пищи Коннор во время обеденного перерыва принёс ему гамбургер и колу.

— Это ещё что? — проворчал он, заглянув в бумажный пакет и бегло вдохнув вкусный горячий запах.

— Вам следует правильно питаться для поддержания здоровья, но поскольку я был уверен, что вы воспримете в штыки салат и свежевыжатый сок, решил начать с малого, — отрапортовал довольный Коннор, кивая на пакет на столе, — гамбургер диетический, с самым наименьшим количеством калорий, который я нашёл, то же и с напитком.

Хэнк мрачно и недоверчиво уставился на Коннора, который вопросительно разулыбался, сложив руки за спиной.

— …Спасибо, — наконец буркнул Андерсон, когда понял, что Коннор не собирается уходить или прекращать давить дружелюбную улыбку.

Коннор тут же расцвёл, кивнул и устроился на своём месте, начиная проверять бесконечные досье на девиантов. Хэнк же в свою очередь мог поклясться, что андроид то и дело косился на него, пока он кривился от одного сплошного салата между булочек, но всё-таки ел, потому что это явно было лучше, чем куски жирного хлеба и жёсткая котлета, которые подавали в местной столовой.

×

— Сегодня вечером в городе выступает джазовая группа, — Хэнк почти выплюнул кофе обратно в кружку, когда за окном появился Коннор и приветственно приложил ладонь к стеклу. Форточка была приоткрыта, так что Андерсон вполне услышал его, — я изучил их репертуар, должно быть хорошее выступление. Хотите пойти?

— Чёрт тебя подери, блендер с гайками вместо мозгов, какого хрена ты делаешь? — рявкнул Хэнк, когда наконец смог справиться с приступом удушья. Его сердце громко опасно ёкнуло — не хватало ещё словить инфаркт из-за глупого робота.

— Извините, лейтенант, наверно, мне стоило воспользоваться дверью, — виновато согласился Коннор, и его диод на мгновение мигнул жёлтым. — Я заказал билеты. Это пойдёт вам на пользу, сэр, учёные доказали, что джаз улучшает сон среднестатистического человека на…

— Может, ты всё-таки войдёшь в дом? — не выдержал Хэнк, чувствуя себя очень глупо, будто разговаривает с телевизором. Коннор удивлённо моргнул и огляделся, будто не понимая, где он находится.

— А, точно. Сейчас.

Через пару секунд послышался стук в дверь. Сумо оперативно забрехал ворчливым басом, но со своей лежанки не сдвинулся, гадёныш. Хэнк закатил глаза и недовольный пошёл впускать непрошеного гостя.

— Хорошо выглядите, лейтенант, — выпалил Коннор, когда Андерсон открыл дверь. — Цвет футболки сочетается с цветом волос.

Хэнк недоумённо посмотрел на свою чёрную футболку, затем уставился на Коннора, который улыбался и дёргал бровями, разглядывая его лицо, — снова бесконечно анализировал, наверняка.

— Процессор, что ли, перегрелся? — немного пришибленно буркнул Хэнк и почесал затылок. — Так, что там насчёт джаза? С чего вообще вдруг нам надо туда идти? Что-то по делу? — Хэнк обрадованно зацепился за последнюю мысль, но окончательно потерялся, когда Коннор отрицательно покачал головой.

— Вам нравится джаз, — старательно выговаривая каждое слово, начал объяснять Коннор, — а ещё, повторюсь, его прослушивание полезно для здоровья. Для успешности дела очень важно, чтобы вы были здоровы и сосредоточены. А для того, чтобы сосредоточиться, сначала нужно расслабиться.

Хэнк уставился на вежливо улыбающегося андроида перед собой почти с настоящим ужасом.

— …Ладно. Но только из-за того, что мне нравится джаз, — преодолев огромную стену внутри себя, Хэнк зацепился за дверную ручку с явным желанием побыстрее закрыть дверь, — если начнёшь умничать, я вскрою тебя и использую детали, чтобы починить посудомоечную машинку, понял?

— Не волнуйтесь, лейтенант, я никому не расскажу, — серьёзно, с заговорщицким видом пробормотал Коннор, — и мои детали не подойдут для посудомоечной машины, а вот…

Хэнк просто захлопнул дверь перед его носом, не дослушав.

×

— И как вам группа? — как бы между делом спросил Коннор, пока изучал труп с разбитой всмятку головой. Хэнк оторвался от разглядывания фотографий на стене и удивлённо уставился на андроида. Он думал, что роботам-детективам несвойственно искать улики и одновременно с этим трепаться.

— Нормально, — буркнул Хэнк, совсем растерявшись, когда Коннор повернулся к нему через плечо и приподнял уголки губ, что, наверное, должно было выражать дружескую насмешку.

— Вы добавили в свой плейлист минимум половину песен из тех, которые исполняла эта группа, — легко проговорил Коннор, поднимаясь на ноги и полностью разворачиваясь к Андерсону, — так что я буду считать, что вам всё-таки понравилось.

Хэнк открыл рот, чтобы откреститься чем-то грубым, но подавился этими словами, когда Коннор поднял руку и медленно лизнул пальцы, вымазанные кровью жертвы. Он задумчиво уставился на них, производя в своей тупой башке анализ, а Хэнк скривился и быстро ретировался осматривать кухню.

«…что вообще, мать вашу, здесь происходит?»

×

Хэнк чувствовал себя, будто упал в кроличью нору, и теперь кролик старательно триггерит его. Коннора стало так навязчиво много, с его предложениями посмотреть то, сходить туда, поесть вот эту полезную хрень, что Хэнк буквально задыхался. Ему было непривычно и непонятно, что движет андроидом и чего он добивается.

А ещё его ужас как достал салат в диетических гамбургерах.

— Приятного аппетита, лейтенант Андерсон.

Хэнк напрягся и замер, с раздражением проведя параллель с заботливой мамочкой, от которой скрываешь, что ешь пиццу чаще трёх раз в неделю. Не прожевав толком, Андерсон гулко сглотнул.

Коннор приземлил локти на стойке рядом и вежливо растянул губы в улыбке.

— Спасибо, — процедил Хэнк, напряжённо ожидая упрёков и не решаясь снова откусить от жирного бургера.

Коннор же выглядел абсолютно спокойным, слегка поджав губы, он тарабанил по столу пальцами, потом немного поигрался с монеткой. Просто стоял и ждал, пока Хэнк поест.

От этой мысли Андерсон ожидаемо взбесился и с остервенением продолжил есть. Какая ему разница, что о нём думает глупое ведро с гайками? Если он хочет есть вредную пищу — он будет есть вредную пищу! И никакая машина ему не указ.

— Вы стали выглядеть лучше, лейтенант, — вдруг заверительно сообщил Коннор, немного щуря глаза, и, у Хэнка сердце остановилось, реально, это не шутки, подмигнул, — здоровая еда и частые прогулки пошли вам на пользу, — Хэнк мог поклясться, что его собственные зубы только что заскрипели. Коннор же светло улыбался, будто ничего не замечая, — и, мы неплохо поладили. Я рад этому.

Андерсон закипал долго, видит Бог, он не лжёт. Но это был уже край. Отложив гамбургер на салфетку, Хэнк утёр рот рукой и глубоко вздохнул.

— Что ты делаешь, Коннор? — тщательно сдерживая раздражение, протянул Андерсон, смотря прямо в наивное лицо с выжидающе-вопросительным выражением. — Чего ты добиваешься? Имей в виду, я пойму, если ты скажешь неправду.

— О чём вы говорите, лейтенант? — с лёгким удивлением спросил Коннор, пару раз часто моргнув. Диод красноречиво крутанулся лимонной желтизной.

Хэнк хлопнул ладонью по столу, раздражённо цыкнув.

— Вся эта здоровая еда, какие-то места, куда нам обязательно надо сходить. Ты делаешь мне комплименты! — отчаянно ляпнул Хэнк, осознал и мученически застонал, пряча лицо в ладони. — Ты интересуешься вещами, которые мне нравятся, играешь с Сумо. Ты, ты постоянно ненароком касаешься меня и всё время заглядываешь мне в лицо! — это самое лицо по ощущениям только что начало гореть. Давно Хэнк не чувствовал себя так потерянно и неловко. — Что ты скажешь в своё оправдание, жестянка?

Коннор немного подвис. Диод мерно вращался синим, урывками сбиваясь на жёлтый, пару раз мимолётно мигая красным, — будто выстукивая по виску какое-то послание.

Через несколько минут он моргнул и поглядел на Хэнка, который, тщательно скрывая смущение, выжидательно поднял брови.

— Ладно, лейтенант, я признаюсь, — пробормотал Коннор и хмуро уставился на стол. — Я решил, что для успешности расследования нам нужно стать командой. То есть, подружиться. Это повысило бы результативность на пятьдесят два процента и создало бы благоприятную для работы атмосферу. — Коннор опасливо взглянул на чужое лицо, проверяя реакцию. Хэнк пока абсолютно не знал, что он чувствует, так что махнул рукой, побуждая продолжить. — Я изучил правила и рекомендации, которые смог найти в сети, и выстроил тактику.

Хэнк на какое-то время впал в прострацию, обдумывая слова робота и сопоставляя их с действительностью. Коннор терпеливо ждал, только пальцами немного нервно тарабанил, да его диод перемигивался с синего на жёлтый.

— Есть один момент, Коннор, — наконец осторожно начал Андерсон, подбирая слова так тщательно, как не делал этого в средней школе, когда был не готов, а его спрашивали, и приходилось отвечать. — Твои попытки подружиться… — Хэнк недоумённо нахмурился, мечтая просто забраться под асфальт и никого не видеть, — немного смахивают на ухаживания.

И… он сказал это. Святой Боже. Хэнк устало уронил голову на скрещенные руки.

Коннор слегка приоткрыл рот, нахмурив брови. Диод зашёлся непонимающим янтарным, остекленевшие глаза забегали — видимо, полез шерстить сеть.

— О… — многозначительно выдал Коннор через какое-то время, растерянно нахмурившись, диод без остановки замигал нервно-жёлтым. — Ухаживания включают в себя интерес к любимым вещам партнёра, заботу о нём, создание совместных воспоминаний — с целью эмоционально сблизиться. — Коннор дёрнул бровями и поджал губы. — Но, лейтенант, в чём разница?

Хэнк немного выпал из реальности. Он что, серьёзно сейчас должен объяснить роботу разницу между дружбой и отношениями? Но как до такого могло дойти? В коленках поселился предательский холодок, чёрт его подери.

— Ты прав в том, что эти два понятия чем-то схожи, — неуверенно начал Андерсон, с тоской вспоминая свой револьвер, который лежит в стиралке. Сейчас был бы самый подходящий момент сыграть в рулетку, запихнув дуло себе в глотку. — Но они различаются.

Коннор едва заметно бегал широко распахнутыми глазами туда-сюда — пытался анализировать, чтобы понять, но, кажется, не понимал ничего. Хэнк удручённо скривился. Почему это всё больше и больше напоминало разговор с ребёнком о сексе? Грёбаные тупые андроиды.

— Ухаживания отличаются от дружбы желанием, эмм, — Хэнк дёрнул головой, сжимая зубы, — касаться. Быть очень близко, понимаешь?

Коннор моргнул два раза, диод подмигнул испуганно-алым. Андерсон задолбанно выдохнул. Сейчас он согласился бы на любое дело, связанное с андроидами, обрадовался бы самому паршивому скучному патрулю — лишь бы не быть здесь и не говорить всего этого бреда.

— Я понял, — медленно проговорил Коннор, каким-то неосознанным движением поправляя галстук. — Объятия и, — андроид нахмурился с таким видом, будто прислушался, — и поцелуи. Но в чём их смысл?

Хэнк скривился. Он чувствовал себя вздёрнуто и безобразно глупо — как ему объяснить желание чувствовать чужое тепло и отдачу роботу? Лучше бы и вправду патрулировал какую-нибудь свалку или даже писал вручную бесконечные отчёты.

— Я не знаю, как объяснить, — малодушно отрезал Хэнк, отстраняясь от стойки с явным намерением прекратить этот разговор. На остаток бургера он взглянул с раздражением — аппетит был абсолютно испорчен.

— Тогда, можете показать?

…хорошо, что Хэнк не стал доедать свой гамбургер, иначе он подавился бы и умер. Хотя, возможно, это было бы и к лучшему.

— Зачем? — подозрительно осведомился он, пряча взмокшие руки в карманы. Это явно начинало уходить в сторону от схожести с разговором о первом сексе и надобности предохраняться.

— Я должен понять, — Коннор задумчиво прикоснулся к виску, где жёлтый постепенно бледнел и наливался голубым. — Во время расследования может произойти любая ситуация. Требуется быть готовым ко всему. Так вы поможете?

Если бы Коннор был обычным парнем, Хэнк наверняка подумал бы, что тот косит под дурачка и просто-напросто флиртует с ним. Но это был Коннор, передовая модель RK800, направленная на расследование самых непростых преступлений.

Хэнк медленно выдохнул и зажмурился. После сегодняшнего дня он, на свой скромный взгляд, упадёт на самое дно, да там и останется. Белый кролик будет рад, что затриггерил его до смерти.

— Конечно, Коннор, — притворно равнодушно сказал Хэнк, мысленно матерясь последними словами, — почему бы и нет. Люблю учить модернизированные тостеры нежностям.

Коннор непонимающе моргнул, но послушно последовал за Хэнком.

×

Закрыв дверь и скинув куртку на вешалку, Хэнк поплёлся в гостиную со стойким чувством, будто идёт на смертную казнь. Сумо приветственно гавкнул, а завидев замявшегося на пороге Коннора, даже удосужился подняться и подойти, требовательно тычась носом в его колени. Андроид улыбнулся и присел, почёсывая довольного пса за ухом.

— Предатель, — проворчал Хэнк, сложив руки на груди.

Коннор тут же подскочил на ноги и оказался рядом, виновато нахмурив брови.

— Да не ты, — устало пробормотал Хэнк и пальцами зачесал назад свои лохмы. Лицо Коннора разгладилось, но вот диод настороженно закрутился лимонно-солнечным. Нервничает, как бы ни хотел невозмутимым казаться. — Ладно. Начнём, наверно.

Для справки, Андерсон так неловко себя не чувствовал даже на первом свидании, когда потянулся чмокнуть девочку в щёку, а та увернулась и шлёпнула его лопаткой по голове.

Замявшись, Хэнк подошёл ближе, будто в ледяную прорубь бросился, забыв задержать дыхание, вытянул руки и сомкнул их за спиной андроида, слабо прижимая к своей груди.

Коннор застыл каменным изваянием, даже дыхание имитировать перестал. Хэнк немного повернул голову и прямо перед его глазами оказался быстро крутящийся золотой кружок, бликующий красным. Невольно тяжёлый выдох вырвался, на который Коннор неожиданно отреагировал очень живо — вздрогнул, подобрался и напрягся — дыхание мазнуло по коже его шеи.

Хэнк отчаянно зажмурился, убеждая себя, что вовсе не старый извращенец. Он просто исполняет просьбу своего андроида-напарника и не делает ничего странного — друзья ведь обнимаются иногда, верно?..

Успокаивающая мысль смялась и стихла, оставив вакуумную тишину, — Коннор очень медленно, будто рассчитывая каждый сантиметр траектории движения, сцепил руки за спиной Хэнка, подражая ему.

У Андерсона что-то нехорошо дрогнуло внутри. Напрягшись, он запрокинул голову и медленно вздохнул. Чужие ладони сквозь рубашку обжигали слабым холодом чуть повыше крестца.

— Ну и как тебе объятия? — спустя минуту спросил Хэнк, как ему самому показалось, дружелюбно, голос его немного осип.

— Пока не понял, лейтенант, — спокойно ответил Коннор, неуверенно утыкаясь лбом в мужское плечо. По щеке Хэнка скользнул светло-брусничный блик от диода.

Сумо завалился на диван, сложил голову на передних лапах и стал наблюдать, лениво помахивая хвостом. Хэнк попытался сосредоточиться на нём, игнорируя то, что Коннор потихоньку стал нагреваться от него, Андерсона.

В какой-то момент Коннор потянулся назад, и Хэнк сразу же отпустил его, буквально задохнувшись облегчением. Сердце колотилось так сильно, что это даже немного пугало.

Отстранившись, андроид задумчиво уставился мимо Андерсона, видимо, анализируя свои ощущения. Диод тягуче мерцал апельсиновым.

— Я удовлетворил твою потребность в обучении? — поинтересовался Хэнк, начиная потихоньку приходить в себя и озираться — где-то здесь должна была быть припрятана бутылка бренди. Андерсону смерть как нужно было напиться, и чем быстрее, тем лучше.

— А как же поцелуи? — за сегодняшний день он мог умереть уже во второй раз, если бы пил сейчас. Он бы, чёрт возьми, захлебнулся и умер. Хэнк закашлялся.

— Ты хочешь, чтобы я показал тебе поцелуи?

— Да, лейтенант, — Коннор выглядел, как прилежный ученик, который очень плохо понимает урок и очень сильно хочет разобраться в нём.

…грёбаные ведроиды с гайками вместо мозгов.

— Ладно, — рявкнул Хэнк, махая рукой, — как хочешь. Подойди.

Коннор подошёл без раздумий, выглядя очень серьёзным. Он выжидающе уставился Хэнку в лицо.

— Положи руки мне на шею, — скомандовал Андерсон, подумав вдруг, что если Коннор сам будет действовать, тогда будет не так стыдно-паршиво-неловко-чтобы-застрелиться. Коннор послушно уместил ладони под нижней челюстью, внимательно наблюдая за своими действиями. Кончики чуть тёплых пальцев осторожно прошлись по линии роста волос, немного путаясь в серебристых прядях.

Мурашками прошило позвоночник до самого копчика, сердце скрипуче зашлось и затарабанилось. Кажется, после всего этого Хэнку нужно будет пропить курс лекарств, чтобы прийти в себя.

— Что теперь? — не дождавшись следующей команды, спросил Коннор, внимательно наблюдая за чужим лицом и анализируя реакцию на слабое движение своих пальцев.

— А сам то как думаешь, железяка? — прошипел Хэнк, неосознанным быстрым движением облизывая пересохшие губы. — Целуй.

Если Коннор и выглядел немного нерешительным и испуганным, отступать он всё равно не стал. Наклонив голову влево-вправо, судя по всему, чтобы примериться, андроид приблизил своё лицо. Андерсон рефлекторно зажмурился, когда почувствовал осторожное прикосновение.

Выждав несколько секунд и поняв, что ничего не происходит, Хэнк осторожно посмотрел — Коннор выжидающе глядел на него широко распахнутыми глазами. В горле предательски зачесалось, и Андерсон немного отстранился.

Коннор тут же дёрнул голову назад, диодом мигая насыщенно-лаймовым.

— Это и был поцелуй? — миролюбиво поинтересовался он, по-прежнему не убирая рук с чужой шеи.

— Нет, идиот, — буркнул Хэнк, чувствуя внутри разрастающееся горячее, — так только детишки в детском садике целуются, пока нянечка не видит.

— Тогда как правильно? — брови уже знакомо хмуро дёрнулись, а Хэнк признал про себя, что окончательно расшибся о дно.

— Для начала, включил бы ты своё дыхание, парень, — страдальчески распорядился Андерсон, — приоткрой свой рот и, ну, двигай им, понял?

Коннор мгновенно сделал огромный, немного судорожный вздох и открыл рот, шевеля губами:

— Вот так?

— Ага, так, — мрачно согласился Хэнк и, не дав себе времени передумать, осторожно ткнулся своими в чужие губы. Коннор, как ему и было сказано, раскрыл рот и шевельнул губами, а Хэнк, мысленно посылая себя к чёрту, скользнул в чужой рот языком.

Коннор испуганно моргнул, шумно выдохнув через нос, когда своим гладким языком с чувствительными рецепторами почувствовал влажное тёплое прикосновение. Справившись с шоком, он постарался подражать, сосредоточенно сведя брови у переносицы.

Всё закончилось быстро. Хэнк отшатнулся, испугавшись за своё сердце, гулко стучащее в горле. Для него оказалось слишком много старательных неуклюжих движений, дыхания сбивчивого неравномерного и прохладного, чуть влажного языка, который медленно начал нагреваться от языка Хэнка.

Чёрт бы побрал этого грёбаного Коннора.

— Доволен? — спросил Андерсон, может, чуть резче, чем хотел, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

Коннор задумчиво потрогал свои губы пальцами, пока его диод частыми вспышками отходил от рыже-янтарного к тёмно-циановому.

— Данные обработаны и приняты к сведению. Спасибо, лейтенант, — Коннор вежливо и спокойно улыбнулся.

— Да не за что, — шумно выдохнул Хэнк и подкошенно рухнул на диван под недовольное ворчание Сумо, которому пришлось подвинуться. — Ну и как тебе? — неожиданно даже для самого себя задал вопрос Хэнк.

Коннор на самом деле задумался над ответом, производя анализ под неоновое алое свечение.

— С точки зрения продуктивности ухаживания мне нравятся больше, — осторожно заговорил Коннор, наблюдая за чужой реакцией, — они включают дружеские отношения, но к ним также добавляются дополнительные сведения о вас, которые помогут нам работать продуктивнее и, в конце концов, подружиться.

Под конец Коннор совсем расслабился и светло улыбнулся.

Хэнка пробрало током от затылка до пяток. Он судорожно вздохнул и спрятал лицо в ладонях, чувствуя, каким горячим оно становится.

— …Вали уже, жестянка чёртова, — приглушённо рыкнул Хэнк, с трудом удерживая себя от истеричных метаний по дивану. — И будь так добр, воспользуйся дверью.

— Конечно, лейтенант, увидимся завтра в участке.

Коннор развернулся на каблуках, на прощание мигнув смущённо-алым, и ушёл, аккуратно закрыв за собой дверь.

Хэнк взвыл, цепляясь за свои волосы и отчаянно пялясь в потолок. Губы и спина, где касался Коннор, стыло горели, будто Андерсон зимой жадно тулился к ледяному металлу, чтобы посмотреть, что произойдёт спустя какое-то время.

Кажется, он очень чертовски влип.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.